This is our destiny

Альбус Дамблдор мягко смотрел на провинившихся учеников из-под очков-половинок. Пятеро первокурсников из Гриффиндора стояли в его кабинете, потупив взгляды. Рядом с ними стояла собранная, но обеспокоенная Минерва МакГонаггл и нервничающая Мадам Хуч. — Итак, — мягко произнёс директор Хогвартса, смотря на декана Гриффиндора. — Минерва, расскажите, что же все-таки произошло на уроке полетов. — Как обычно, — начала МакГонаггл срывающимся голосом. — Я наблюдала за первым уроком полетов у гриффиндорцев. Вы знаете, Альбус, что за своими учениками я всегда предпочитаю следить. Так вот, когда мадам Хуч провела инструктаж и дала команду на взлёт, все ученики оторвались от земли на полтора метра. Первые две минуты все шло нормально, а потом метла Алисы Стоун взбунтовалась, унося бедную девочку, которая ничего не могла сделать, в небеса. Мисс Эванс, ещё одна мисс Эванс, мисс МакКиннон, мистер Блэк и мистер Поттер, совсем без раздумий, погнались за бешеной метлой и мисс Стоун. В тот момент я уже была на улице и наблюдала, как мистер Поттер помогает мисс Стоун пересаживаться на метлу мистера Блэка, а мисс МакКиннон и две мисс Эванс стараются закрыть из от ветра. И все это на высоте тридцати метров. Через несколько секунд к земле понеслось нечто темное, и мы с Мадам Хуч, естественно, подумали, что это неудержавшаяся Алиса Стоун. Но это оказалась всего лишь метла, — декан Гриффиндора кивнула на свёрток в руках преподавателя Полетов. — А через пару минут приземлились мои ученики, включая плачущую мисс Стоун, которую мистер Люпин и мистер Лонгботтом отвели в Больничное Крыло. — Мадам Хуч, все так и было? — спросил директор. — Да, сэр, все было в точности так, — ответила женщина, все ещё держа в руках обломки взбесившейся мётлы. — А вы что скажете? — перевёл взгляд голубых глаз на первокурсников Дамблдор. — Мы должны были это сделать! — ощетинился Джеймс, будто заранее готовясь к худшему. — Алиса бы погибла, если бы не мы! — поддержал его Сириус с огнём в глазах. — Возмутительно! — донеслось с одного из портретов бывших директоров с подписью «Финеас Найджелус Блэк». — Блэк на Гриффиндоре, так и ещё дикое безрассудство! — Заткнитесь! — огрызнулся на портрет предка Сириус. — Я сделал то, что должен был. И не вам, и не кому другому из моей чокнутой семейке не позволю меня судить! — Нахальство высшей степени! — возмутился Финеас Найджелус и куда-то ушёл из своего портрета. — Кратко обо всех Блэках, — прошептал юный гриффиндорец. — Я не отказываюсь от своих слов. Алиса погибла бы, если бы не мы. — Именно, — подтвердила Марлин, изучая пол под своими ногами. — Её метла не слушалась. Она была словно заколдована. — Заколдована? — переспросил директор, переводя взгляд с каждого студента на преподавателей. — Да, сэр, — послышался голос Лили, в котором все еще звучали нотки пережитого ужаса. — Алиса не могла управлять метлой. Та крутилась и вертелась так, словно хотела её убить. Вообще, когда мы пересаживали, точнее Джеймс пересаживал Алису на метлу Сириуса, то она взбрыкнула и унеслась вниз. Алиса еле-еле успела пересесть. — Вы хотите сказать, — нахмурилась МакГонаггл, смотря на каждого студента своим строгим взглядом, от которого по коже пробегали мурашки страха. — Что мисс Стоун досталась метла, которая нужна была для одной цели — повеселиться? — Профессора, — наконец-то вышла вперед Мелисса, окидывая декана, директора и мадам Хуч вдруг далеко не детским взглядом. — Метла вертелась и крутилась так, что это не могло быть чьим-то развлечением. — Что вы хотите этим сказать, мисс Эванс? — резко спросила свою студентку декан Гриффиндора. — Я думаю, что заклятие было наложено с целью покушения кого-то на жизнь одного из гриффиндорских первокурсников, причем скорее всего Алисе метла досталась по ошибке. — Вы говорите о попытке убийства? — медленно задал вопрос Дамблдор, будто переверивая слова, сказанные первокурсницей. — Да, — прямо и резко ответила Мел, откидывая за плечи свою светлую косу. — Метла должна была достаться Мэри МакДональд, но та в последний момент померялась местами с Алисой, так как у нее совсем ничего не получалось с этой метлой. Мэри, как вам известно, магглорожденная, а даже мы с сестрой знаем, как сильно некоторые чистокровные слизеринцы ненавидят магглорожденных. — Достаточно, мисс Эванс, — резко прервал ее Дамблдор, вставая из-за своего стола и отходя к окну. — Достаточно. — Но! — Мелисса хотела что-то сказать, но сестра схватила ее за руку и, заставив обратить на себя внимание, покачала головой. Светловолосая поджала губы, точь-в-точь как Петунья. — Мисс Эванс, вы понимаете, что только что обвинили студентов-старшекурсников Слизерина в покушении на жизнь? — медленно и раздельно спросил директор. — Абсолютно без доказательств. Метлу профессор МакГонаггл и профессор Флитвик проверят, но даже если там найдется след темной магии, то они наверняка защищены от прямого опознания. А проверять каждого студента в Хогвартсе на попытку покушения с целью убийства мы не можем. Мелисса уставилась в пол, пытаясь понять и осознать то, что ей сейчас сказали. Ей, мягко говоря, не только не поверили, но еще и сделали выговор в клевете. В душе вскипела дикая ярость и гнев, но еще и детская обида. К глазам подступили слезы. Почему ей не могут поверить? Она же видела все, и ребята могут подтвердить. Сжав кулаки, Мел затолкала обиду глубоко внутрь себя и, сморгнув слезы, подняла взгляд на профессора Дамблдора, который уже повернулся к ним и сейчас смотрел на нее и как-то печально улыбался. — Не подумай, что я тебе не верю, Мелисса, — мягко произнес директор. — Но нет никаких доказательств, которые могли бы помочь. Жизнь иногда советует нам просто подождать, и тогда ответ придет сам. Мелисса кивнула, глядя на знаменитого волшебника немного вопросительно. Значит ли это, что он на ее стороне и просто не хочет пока усложнять ситуацию? Или в этом скрыт какой-то глубинный смысл? — Ну, — профессор Дамблдор посмотрел на остальных студентов немного весело. — Я, как понимаю, вы все здесь не только будующие герои, но и великолепные игроки в квиддич? Приятно встретить будующую сборную Гриффиндора, которая, скорее всего, выиграет не один Кубок. Но, — профессор сделал паузу. — Даже героя нужно понять, что не всегда нужно бросаться в пекло и спасать чьи-то жизни, поэтому сегодня в восемь вечера вас ждет наш лесник, Хагрид, ему нужны помощники с зверями в Запретном Лесу. Несмотря на то, что им назначили первую в жизни отработку, хотя прошла только неделя в Хогвартсе, Мел уловила лицах остальных, даже на лице сестры-близнеца, заинтересованное выражение. Еще бы! Они совершенно легально, не нарушая никаких правил, попадут в Запретный Лес, причем еще и с лесником, который наверняка знает много интересного. — А теперь идите на обед! — с веселыми нотками в голосе сказал директор, будто не заметил загоревшиеся энтузиазмом глаза ребят. Повторять дважды было не нужно. Первокурсников как втером сдуло в направлении Большого Зала. — Что это все значит, Альбус? — поинтересовалась Минерва МакГонаггл, когда за ученикам закрылась дверь. Директор вздохнул и снова отвернулся к окну. — Боюсь, это то, чего мы все так опасались, — промолчав, ответил директор Хогвартса. — Том Риддл начал вербовать сторонников среди студентов Хогвартса.

***

Когда практически наступило восемь вечера, пятеро наказанных героев спустились к хижине Хагрида. Мелисса, Лили и Марлин наслаждались видами окрестностей, медленно погружающихся во мрак ночи, а Джеймс и Сириус о чем-то шептались, и в их разговоре то и дело мелькали такие слова, как «слизеринцы», «месть», «ночь» и еще что-то, но в целом было понятно, что ребята собираются отомстить змеиному факультету за Алису. МакКиннон бросила на мальчишек задумчивый взгляд и наклонилась к подругам. — Может, нам присоединится к ним? — Марлин! — возмутилась Лили, резко шикая на новую подругу. — Ты хочешь опять влезть в неприятности? — Она права, Лилс, — вмешалась Мелисса, вставая между сестрой и подругой. — Слизеринцы заслужили месть. Они чуть не угробили Алису. — Допустим, — рыжеволосая, однако, не собиралась сдаваться. — Но наругать школьные правила и влетать в неприятности ради адреналина вовсе не… — Так вот в чем дело! — сверкнула глазами Мел, осуждающе глядя на сестру. — Ты боишься влипнуть в неприятности! Ты ставишь Алису ниже, чем свою репутацию! Ты… ты вовсе не гриффиндорка! Гриффиндорцы своих не бросают и не боятся каких-то наказаний! Мне стыдно, что моя сестра-близнец — трусиха! Лили хотела было возразить, что она хочет просто быть благоразумной, но Мелисса уже отвернулась от неё, и вместе с Марлин, бросившей на Лилс осуждающий взгляд, поспешила к мальчишкам, слегка обогнавшим девчонок. Рыжеволосая Эванс задохнулась от возмущения. «И Мел ещё что-то говорит о том, что гриффиндорцы своих не бросают… Родная сестра, а побежала к этим мальчишкам вместе с Марлин, чтобы продумать план этой идиотской мести. Какой смысл? Мы только влипнем в неприятности и подучим наказание, плюс, выговор от родителей. Это неправильно», — мелькали мысли в голове Лили, и она чеканила каждый шаг, словно старалась вбить себя в землю. Мелисса вместе с Марлин и мальчишками уже обсуждала план действий. Джеймс и Сириус хотели как-нибудь унизить слизеринцев. МакКиннон же предложила жестко подшутить над ними, а Мел просто хотела, чтобы старшекурсники факультета змей поплатились за покушение на убийство. Но времени на согласование и обсуждение не хватило, потому что буквально через пару минут наказанные герои подошли к хижине лесничего. Сам Хагрид уже возвышался на фоне небольшого огорода, держа в одной руке несколько фонарей и почесывая за ухом своего большого волкодава, по кличке Клык. Когда первокурсники подошли к леснику, то тот раздал Джеймсу и Сириусу по одному фонарю. — Нагеройствовали и влетели, да? — весело спросил Хагрид, покачивая косматой головой. Все пятеро кивнули, и лесничий усмехнулся в густую бороду. — Известное дело. Не вы первые, не вы последние. Ну-тык, наша задача сегодня проверить окрестные территории. Много нехорошего в последние время тут творится. Значит, вы двое, — он кивнул на Лили и Джеймса, — как вас там… — Джеймс Поттер, — представился лохматый гриффиндорец. — Лили Эванс, — кивнула рыжеволосая девочка. — Вы двое пойдёте по восточной тропинке вместе с Клыком, — он почесал собаку за ухом. — Он совершенно безобиден для вас, правда слегка трусоват. — Вы, — Хагрид кивнул на Сириуса и Марлин, — Пойдёте на запад вместе с Когтем. — лесничий свистнул, и с огорода показался второй волкодав, похожий на первого. — Как вас, то бишь, звать? — Марлин МакКиннон, — вежливо улыбнулась первокурсница. — А это, — она кивнула на хмурого Сириуса. — Сириус Блэк. — Тот самый Блэк, поступивший на Гриффиндор, — прущирился Хагрид, а потом улыбнулся сквозь бороду. — Хороший ты мальчишка верно, раз в тот террариум не попал. Ну, а ты, — лесник поглядел на Мелиссу. — Пойдёшь со мной по северной тропе. Как тебя-то звать? — Мелисса Эванс, — представилась Мел, косясь на хмурую сестру.  — Вы, что ли, близнецы? — спросил Хагрид, направляюсь к лесу. В ответ он получил кивок. — Дык, не каждый раз встретишь столь одаренных братьев и сестёр. Повезло вам. Вы вместе сильнее будете, чем по одиночке. У вас магия имеет одно начало. Пока Хагрид это говорил, они уже углублялись все дальше в Лес, подходя к разветвлению тропинок. Хагрид дал последние инструкции, объяснив, что в случае опасности надо немедленно посылать в воздух сноп красных искр и возвращаться к перекрестку, а ещё лучше — к его дому, а потом вместе с Мелиссой направился дальше по прямой, а остальные разошлись по своим тропинкам.

***

Запретный Лес казался Лили чрезвычайно зловещим местом, едва они сюда вошли, а теперь, когда остальные, включая лесничего и сестру, исчезли в других частях леса, это ощущение усилилось. Рядом оставался лишь огромный Клык и Джеймс, освещавший дорогу фонарем. Гриффиндорцы шли рядом друг с другом и молчали, слушая навевающие ужас шорохи и качания деревьев. Клык трусил вперёд, виляя хвостом. Внезапно метрах в пяти от них раздался треск и грохот копыт. Дети и собака мигом нырнули в полое дерево, стоящее рядом и загородили фонарь, стараясь стать менее заметными. Шум, тем временем, нарастал, и вскоре добрался до них. — Кентавры, — шёпотом пояснил Поттер, глядя на заинтригованную Лили. — Они терпеть не могут, когда волшебники вторгаются на их территорию. Кентавры великолепные звездочеты и предсказатели, но их предсказания понятны только им. Они считают себя магическими зверями с древними и могущественными знаниями, которые не доступны ни одному магу. Они, как и гоблины, и некоторые эльфы, считают себя не магическим народом, а магическими зверями, несправедливо угнетенными людьми. Эванс кивнула, прислушиваясь к топоту копыт. Он постепенно удалялся и стихал, исчезая впереди. Наконец, дети рискнули вылезти из своего убежища и хотели отправиться дальше, но путь им преградил один единственный кентавр, оставшийся здесь. Он глянул на ребят, после чего фыркнул и спросил: — Что делают столь юные ученики Хогвартса здесь в столь поздний час? — У нас отработка, — пробормотал Джеймс, загораживая собой испуганную Лили. Кентавр наклонил голову, вглядываясь в их лица. — Джеймс Поттер и Лили Эванс, — задумчиво сказал кентавр, вглядываясь то в звезды, то в лица ребят. — Откуда вы знаете, как нас зовут? — набравшись храбрости, спросила Лилс, цепляясь за Поттера. — Звезды многое могут рассказать, — фыркнул кентавр, глядя на Эванс сверху вниз. Она опустила голову и покраснела. — Ваши имена и имена ваших друзей, может и будущих, ярко написаны на звёздном полотне, предопределяя историю мира магии на фоне разгорающегося огнём Марса, соединяя некоторых светом яркой Венеры и объединяя всех под могуществом Юпитера. Такова ваша судьба. Таково предназначье, определенное звёздами. Лили и Джеймс переглянулись, озадаченно глядя друг на друга. Что это значит? Что имеет в виду кентавр? Внезапно далеко от них, в западном направлении, вспыхнул над деревьями сноп красных искр, и раздался девчачий крик. — Марлин, — прошептала Лили, глядя на потухающие искры. Что могло случится с ней и Сириусом? Эванс оглянулась на такого же растерянного Поттера, который, как и она, однако, был готов бежать на помощь. Кентавр внезапно ударил копытом, привлекая внимание. — Садитесь ко мне на спину, юные маги, — приказал кентавр, позволяя детям забраться на лошадиную спину. — Собака побежит за нами. Ради предсказаний неба я отвезу вас к друзьям. Кентавр стукнул копытами о землю и помчался вперёд, несясь со скоростью света. Мимо мелькали деревья и овраги, камни и заросли. Лили начало казаться, что сейчас у неё закружится голова, но тут кентавр начал тормозить. На ближайшем дереве, на большой и крепкой ветке, сидели бледный Сириус и испуганная Марлин. Кентавр остановился, глядя на первокурсников и позволяя Лили и Джеймсу слезть с его спины. Буквально через секунду на место прибыли Хагрид и белая от страха Мелисса, которая миро заключила в объятия слезшую с дерева Марлин. — Что произошло, юные маги? — ясно и чётко спросил кентавр, глядя на Блэка и МакКиннон. — Мы шли по тропе, освещая себе дорогу фонарем, — начал рассказ Сириус, пытаясь унять нервную дрожь. — Как вдруг внезапно стало жутко тихо. Казалось, даже деревья перестали шевелиться, а птицы и звери умолкли. Я и Марлин, взяв с собой Когтя, отправились сквозь заросли на небольшую опушку, — гриффиндорец кивнул на дальнейшую тропинку. — А там… Там были фигуры в темных плащах… Какие-то волшебники, сидевшие у костра. Они что-то обсуждали с ободранным человеком, больше напоминавшем зверя. Коготь внезапно зарычал, и все это общество вскочило на ноги, вытаскивая волшебные палочки, а этот не совсем человек, — Сириус вздохнул. — Я думаю, это был оборотень, погнался за нами. Я выпустил сигнальные искры, а Марлин закричала, пока мы бежали до ближайшего дерева. Коготь набросился на преследовавшего нас оборотня и попытался защитить нас, но был сильно ранен. Магическое сборище, увидев искры, аппарировало, забрав с собой оборотня. Кентавр нахмурился и вместе с Хагридом и остальными ребятами направился на опушку. Там действительно были остатки костра, и лежал поскуливавший волкодав с раной на груди. Лесничий молча подошёл к умирающему питомцу и стал чесать его за ухом. Пёс высунул язык и лизнул хозяина в ладонь, постепенно затихая. Стоявший рядом с сородичем Клык сначала заскулил, а потом завыл. — Что за чертовщина происходит, Флоренц? — яростно спросил лесник кентавра, смахивая слезы. — Что говорят ваши небеса? — Марс становится все ярче, — промолвил кентавр, переступая с копыта на копыта. — Мне жаль, Хагрид. Это был хороший друг для тебя. Звезды знают, что собака всегда вступится за человека, даже если сама погибнет. — Вам уже пора? — спросила Лили, глядя на Флоренца. — Да, — проговорил кентавр, разворачиваясь к лесу. — Будьте осторожны. Вам лучше вернуться в Хогвартс. Тут небезопасно. Движение планет и звезды могут истолковаться не верно, даже кентаврами. Надеюсь, я ошибся. Флоренц скакнул через заросли и исчез в темноте Запретного Леса. Рыдающий Хагрид взял на руки мертвого Когтя и пошёл обратно к замку, ведя за собой ребят. Гриффиндорцы молчали, глядя себе под ноги. Первокурсники сегодня уже пережили второе злоключение, и им всем казалось, что первое происшествие с метлой как-то связано с этим. Но вот как? Лили оглянулась на остальных: Марлин все ещё слегка дрожала, кутаясь в свою мантию, Сириус, шедший рядом с ней, угрюмо смотрел себе под ноги и напряжённо думал над чем-то, Джеймс, шагавший между Марлин и самой Лилс, бездумно крутил в руке свой фонарь, а Мел, шедшая от сестры справа, вглядывалась в темноту звездного неба, разглядывая созвездия сквозь деревья. Никто не смел нарушить молчания, слышались лишь всхлипы Хагрида и тихой скулёж Клыка. Когда они наконец-то вышли из Леса и подошли к хижине лесника, Хагрид поднял голову и хрипло спросил: — Вы без меня дойдёте? Я б хотел вас проводить, но… — лесничий снова всхлипнул, глядя на тело мертвого пса. — Без проблем, — поспешно сказал Джеймс. — Тебе сейчас не до этого, и мы все это отлично понимаем. Хагрид неуверенно кивнул и отвернулся к телу Когтя. Гриффиндорцы неуверенно переглянулись и молча направились к темной громаде замка. Когда они уже подошли к ещё открытым входным дверям, Лили бросила на всех странный взгляд. — Знаете, — начала девочка тихим голосом, в упор глядя на сестру-близнеца. — Я все-таки подумала… и поняла, что вы, Мел и Марлс, правы. Раз слизеринцы, которые заколдовали метлу Алисы, не могут быть наказаны профессорами, значит мы должны предупредить, что на наш факультет нападать нежелательно. — Ты соглашаешься в этом участвовать? — переспросила Марлин, обмениваясь удивленными взглядами с мальчишками. — Да, — твёрдо произнесла Лилс, глядя на все ещё опускавшую взгляд Мелиссу. — Но мы не должны делать что-то, что причинит большой вред. Это должно быть предупреждение, иначе чем мы тогда будем от них отличаться?! Марлин, Сириус и Джеймс переглянулись и кивнули, соглашаясь с доводами Лили. Мел осторожно подняла голову и, встретив извиняющийся взгляд сестры, неуверенно шагнула вперёд. — Мир? — робко спросила Мелисса, глядя своими зелёными глазами в точно такие же глаза напротив. — Мир, — утвердительно сказала Лили, заключая сестру-близнеца в объятия.

***

На следующий день слухи о том, что произошло на уроке полетов у Гриффиндора и Слизерина разнеслись по всей школе, превратившись во что-то невероятное. Кто-то утверждал, что метла Алисы Стоун была заколдована какими-то темными магами, пробравшимися в школу через камин Дамблдора, кто-то — что Алиса на самом деле сама улетела на такую высоту, но потом потеряла управление. Были даже те, кто говорил о том, что метла на самом деле принадлежала Филчу и не могла даже взлететь, а Алиса сама поднялась в воздух. Сама Стоун, пришедшая из Больничгого Крыла на следующий день, равно как и Лили, Мелисса, Марлин, Джеймс, и Сириус, была облеплена любопытными студентами, горевшими желанием выяснить что все-таки произошло. В результате шестеро первокурсников чуть не опоздали на завтрак и чуть не пропустили раздачу расписаний, в котором неожиданно появилось ЗОТИ. Ученики стали живо обсуждать эту тему. Все, кроме, как заметила Лили, Джеймса. Он внимательно смотрел на листок, будто поверить не мог в то, что там написано. — Что это с Поттером? — шёпотом спросила Мелисса у сестры, тоже заметив это странное поведение. Джеймс сидел тише воды, ниже травы. Такое поведение шумного и весёлого гриффиндорца было крайне странным и подозрительным. — Понятия не имею, — прошептала в ответ Лилс. — Может, он заболел? Но на выяснение причины такого поведения Джеймса Поттера уже не было времени. Гриффиндорским и Равенкловским первокурсникам было пора подняться в кабинет ЗОТИ, которое поставили первым уроком, поэтому Мелисса, Лили, Алиса и Марлин поспешили на урок, равно как и все их однокурсники. Дверь в кабинет, что удивительно, была уже открыта. Ученики расселись в привычные на совместных уроках Зельеварения пары. Мелисса с любопытством оглядывалась. Кабинет был не похож на те, в которых проходили другие уроки. Прямо под потолком висел гигантский скелет рептилии, по всей видимости, дракона, а вдоль парт стояли различные аквариумы и клетки с разными зверями и гадами. Здесь даже была небольшая лестница, ведущая, скорее всего, в кабинет преподавателя. — Круто! — сделала заключение Лили, тоже закончив осмотр кабинета и озвучив мысли всех остальных. Буквально через секунд после того, как она это сказала, дверь маленького кабинета раскрылась, и по лестнице спустился мужчина в мантии Аврора сорока-пятидесяти лет. Он был высоким и спортивным, несмотря на возраст, а его лохматые черные волосы были лишь слегка тронуты сединой. Живые коньячные глаза взирали на всех первокурсников с интересом и беспокойством, а потом на секунду остановились на парте, за которой сидели Сириус и побледневший Джеймс. Мужчина подошёл к своему столу и, облокотившись на него, откашлялся и произнёс: — Здравствуйте, первокурсники. Я ваш преподаватель по столь долгожданному и пока ещё вам неизвестному, но уверяю вас, крайне интересному предмету — Защите от Темных Искусств или, по-просту говоря, ЗОТИ. Я являюсь Главой Аврората в нашем Минестерстве Магии, но, по просьбе директора Дамблдора, стал вашим преподавателем по Защите от Темных Искусств. Меня зовут Карлус Поттер, но для вас я — профессор Поттер. Тихонько ахнув, Лили повернулась к Джеймсу, который сжал парту так, что у него побелели костяшки пальцев. Большинство первокурсников тоже мельком посмотрели на гриффиндорца, удивляясь странной реакции. «Странно», — подумала Лили. — «Профессор Поттер сразу производит впечатление приятного человека, так почему Джеймс боится собственного отца?» Профессор откашлялся, заставляя студентов вновь обратить на него внимание. Он прошёл вдоль рядов и, достав палочку, наколдовал в воздухе несколько иллюзий, изображавших Темных Существ и дуэли. — Итак, собственно, Защита от Темных Искусств. Вы наверняка зададитесь вопросом, чем этот предмет так отличается от тех же самых Чар и Трансфтгурации. На Чарах ведь тоже изучают заклинания, а на Трансфигурации — способы воздействия на предметы, иногда такие, чтобы можно было защититься или выжить. Но поверьте, Защита — это другое. Ни на одной дисциплине вы больше не услышите о том, какие заклинания лучше всего подходят против инферналов, что делать, если на тебя напал Дементор или, например, боггарт. Изучая ЗОТИ, вы научитесь не только защищаться от Темных Существ и сражаться с ними, но и изучите виды Темных Сил и то, как можно уберечь себя от Темной Магии, вы обучитесь древнему искусству магической дуэли, вы узнаете, как накладывать и одиночные, и совмещённые заклинания, и, наконец, вы узнаете, как вам защищать себя, если вдруг наступят Темные Времена, — профессор замолчал, вглядываясь в лица детей. — Конечно, ЗОТИ — это тот предмет, чей курс должен изучить каждый волшебник. Но, к сожалению, в школе изучаются лишь основы этого предмета. Естественно, те из вас, кто решит связать свою жизнь с этим предметом, например, стать Аврором, должны будут пройти не только базовый пятилетний курс уровня СОВ, и даже не уровень ЖАБА, а курс, который в несколь раз сложнее и труднее. Если же говорить о школьной программе, то программа первого курса, это, безусловно, основы защитных заклинаний. Второй и третий курс посвящены простейшим темным и не очень существам. Четвёртый и Пятый курсы, соответственно, это атакующая и защитная магия, причём более мощная, чем раньше. На шестом курсе вы будете изучать самым жутких существ и гораздо более серьёзные способы защиты. Ну, а седьмой курс завершает вашу базу ЖАБА, обучая совместным заклинаниям и ментальной магии, в том числе окклюменции и легиллименции, — профессор Поттер перевёл дыхание и, взмахом палочки заставив мел выводить на доске тему, начал диктовать. — Итак, тема нашего первого урока: Введение в Защиту от Темных Искусств. Оставшиеся сорок минут в кабинете звучал лишь голос профессора и скрип перьев, изредка прерываемый вопросами тех или иных студентов. Для гриффиндорцев, фактически всех, кроме, пожалуй, Питера, урок был крайне интересным. Мелисса, равно как и остальные однокурсники, торопливо записывала конспект урока, изредка поднимая глаза на доску. Ей, как и Лили, уже чрезвычайно понравилось ЗОТИ. За пару минут до конца урока профессор завершил лекцию и задал самое лёгкое домашнее задание: прочитать первый параграф учебника и выучить материал урока. Едва прозвенел колокол, студенты собрали вещи и поспешили к выходу из кабинета: гриффиндорцы — к МакГонаггл, а равенкловцы — к Спраут. Мелисса уже практически вышла из кабинета, как заметила, что Лили затормозила и бросила взгляд на Джеймса, который до сих стоял у своей парты, ожидая, по всей видимости, выговор от отца. Остальных мальчишек не было, скорее всего, Поттер-младший попросил их уйти, не желая показывать себя в таком свете. Мел потянула сестру за рукав, вытягивая её из кабинета. Они все равно ничем не смогут сейчас помочь Джеймсу. Лилс хотела было возмутиться, но потом подумала и ушла за сестрой-близнецом на Трансфигурацию. Джеймс же послал обеспокоенным сёстрам Эванс веселый взгляд, который, впрочем, никак не соответствовал его настроению. Едва Поттер-младший узнал, что его отец с сегодняшнего дня будет преподавателем ЗОТИ, то его настроение стремительно скатилось ниже Хогвартских подземелий. Джеймс не сомневался, что отец сделает ему выговор за излишнюю безалаберность и беспечность и, скорее всего, за прогулки с друзьями по Хогвартсу по ночам. Не то чтобы Карлус Поттер был жутко строгим человеком, но и он, и мать Джеймса, Дорея в девичестве Блэк, очень пеклись о своём единственном и позднем сыне. Джеймс вовсе не был избалованным ребёнком богатых и чистокровных родителей, но его довольно много опекали, поэтому он надеялся, что в Хогвартсе у него появится больше свободы, поэтому и стал подшучивать над остальными студентам и гулять по ночам, осторожно пробуя незнакомую почву под ногами. И сейчас Поттер-младший боялся, что отец отчитает его за все это и скажет, что он — разочарование. Джеймс до жути не хотел разочаровывать родителей, наоборот, он хотел, чтобы отец однажды начал гордиться им. — Джеймс, — послышался голос Карлуса, который смотрел на сына сверху вниз. — Ты и дальше будешь меня игнорировать? — Я и так знаю, что ты мне скажешь, — бросил мальчишка, растрепывая свои и без того лохматые волосы. — Что я не должен гулять после отбоя, что я не должен шутить над другими студентами, что я не должен был бросаться спасать Алису Стоун, не подумав и не поискав другой вариант… Первокурсника прервал смех. Карлус Поттер, смеясь, смотрел на сына, который лишь растерялся. Джеймс ожидал любой реакции, кроме этой. — Сынок, — Карлус подошёл к Джеймсу и положил ему руку на плечо. — Я горжусь тем, что ты спас жизнь бедной Алисы. И мама гордится. Мы оба. Ты поступил как истинный гриффиндорец, как истинный Поттер, наследник древнего магического рода, и поэтому я решил, что ты заслуживаешь получить эту вещь. Карлус достал из кармана мантии небольшой свёрток и передал его сыну. Джеймс развернул упаковку и ахнул, доставая легкую и прозрачную ткань. Это была мантия-невидимка его отца, и Джеймс всегда мечтал о том, чтобы получить её однажды. Но он никогда не думал, что… — Бери, — улыбнулся Карлус, видя неуверенность сына. — Теперь она твоя. Только не заставляй меня думать, что я напрасно сейчас отдаю её тебе. — Джеймс кивнул и пропустил между пальцев легкий скользящий материал. — А теперь тебе пора, а то профессор МакГонаггл будет ругаться. Аврор подмигнул сыну, и окрылённый Джеймс вылетел из кабинета ЗОТИ, пытаясь успеть на Трансфигурацию. Декан Гриффиндора действительно не любила опоздавших.