Мост через реку Ханган.

Этим вечером я чувствовал себя паршивее некуда. Голова трещала по швам и была готова вот-вот лопнуть, шевельнись я хоть чуточку. По ощущениям у меня был жар, однако сил подняться за термометром небыли никаких - так и остался лежать и тихо стонать, безнадежно глядя в потолок. Хотя все же крохотная надежда теплилась под ребрами, что Соль зашуршит ключами за дверью. Однако время шло - час за часом - никто не появлялся. Я посмотрел на настенные часы, тихонько сполз с дивана на пол и потянулся к мобильнику. Хотелось позвонить Соль, но я не хотел ее беспокоить - ее не было уже три дня, осталась дома с болеющей матерью. Сухо был в отъезде в Китае, с работы звонили несколько раз, но я не ответил - не захотел. Оставался только О Сехун. Я вдруг вспомнил о том, что случилось в прошлый раз в больнице и стиснул зубы. Голова разболелась сильнее. Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. "Посмотри на меня" - неожиданно раздался голос впереди меня. Я испуганно дёрнулся и посмотрел вперёд. Другой "я" стоял у стены, сунув обе руки в карманы джинсов и смотрел на меня потемневшими глазами. Голова его была рассечена надвое до середины лба, но кровь почему-то не стекала рекой, а просто капала крупными бусинками на подбородок. Я долго смотрел на него, не отрывая взгляда, а потом вдруг вспомнил про Сехуна и дрожащими пальцами поспешно набрал номер. Послышались долгие томительные гудки, и когда казалось бы, что к телефону уже не подойдут, раздался спокойный мужской голос. Я облегченно выдохнул и чуть не заплакал. Когда Сехун приехал, я уже сидел на диване, обняв колени. Голова все ещё болела, но уже не с такой остротой. Другой "я" сидел рядом со мной и с интересом рассматривал гостя. Мне неожиданно захотелось закурить, но я вспомнил, что никуда сегодня не выходил, а сигареты закончились ещё прошлой ночью. - Почему ты не вызвал скорую, а позвонил мне? - строго спросил Сехун, вешая пальто на вешалку и скидывая сумку на пол. На секунду мой взгляд зацепился за его пальто. Оно мне показалось тяжёлым, словно набрало в себя несколько литров воды. Потом я снова посмотрел на Сехуна. Лицо его было сердитым, мне так показалось. Я оставил его вопрос без ответа и отпустил голову. Парень подошёл ко мне и положил широкую ладонь на мой лоб. От прикосновения я даже не дёрнулся. Силы словно покидали меня. - Где аптечка? - спросил он. - В шкафу во втором ящичке. - Сиди здесь и никуда не уходи. Я хмыкнул. Если бы даже хотел уйти, то не смог бы. Сехун вернулся спустя несколько минут. Я удивился тому, как он быстро отыскал аптечку. Засучив руки, он уселся рядом со мной и начал по-хозяйски копошиться в небольшой коробке. - Поглядим, что у тебя тут есть. Парацетамол, ибупрофен, пантогам, анальгин, троксевазин, в общем, ничего интересного. Он достал из коробки только градусник и отложил ее в сторону. - Померь температуру, а я пока съезжу в аптеку. Я сунул градусник в подмышку и откинулся назад. Сехун уехал, а я смотрел на часы на стене, стараясь не замечать еще одну фигуру рядом с собой. К счастью, он молчал. Это очень меня порадовало. Сехун приехал спустя двенадцать минут. Лицо его было такое обеспокоенное и красное. Кажется, он торопился. Но что могло произойти за двенадцать минут? Хотя нет, многое могло бы произойти. Хватило бы и пару секунд. - Ты измерил температуру? Я кивнул и протянул ему градусник. Он нахмурился, скинул с себя тяжелое пальто, положил пакет с лекарствами на диван и взял в руки термометр. Только сейчас я заметил, что на нем были очки - такие закругленные и с толстым стеклом. Мне бы, наверное, не подошли такие, но ему они очень шли. - 38, 7, - заговорил он. Брови его свелись на переносице, - Голова болит? Я кивнул. Он почему-то кивнул следом и потом протянул мне две таблетки, которые достал из пластинок. - Выпей это, - а потом, будто вспомнив, добавил: сейчас принесу воды. Я встал в седьмом часу вечера, когда понял, что устал лежать. Уснуть у меня так и не получилось. Сехун сидел на кухне и говорил с кем-то по телефону. Я лениво прислонился к дверному косяку. Он обратил на меня внимание и быстро положил телефон. - Ты не спал? - Нет. - Как ты чувствуешь себя? Есть хочешь? Я купил кимпаб. - Я голоден, - ответил я и сел рядом с ним. Сехун улыбнулся себе под нос и достал коробки из пакета. Сейчас на нем не было очков и выглядел он каким-то свежим, не то, чтобы я. - Тебе разве не нужно работать? - как-то запоздало спросил я. - Все нормально. Я поменялся дежурствами, - с набитым ртом ответил он. Кажется, он проголодался сильнее, чем я. Я почувствовал себя виноватым. - Ты ждал меня, чтобы поесть? - Да. - Зачем? Он пожал плечами, а потом добавил: - Не люблю есть в одиночестве. - Но ты же живёшь один вроде. - Ага. Я практически не ем дома, перекушу где-нибудь - на работе или в кафе. Я кивнул и теперь полностью сконцентрировался на ужине. Я осилил только два куска и вытер руки бумажной салфеткой. - Ты очень мало ешь, - отметил Сехун, внимательно глядя на меня. Я пожал плечами. - Нет аппетита. - Тебе нужно лучше питаться. Поэтому такой хилый. Я подавился возмущением, но промолчал и выпил воду. - Ты покушаешь и уйдешь? - поинтересовался я. - Ты прогоняешь меня? - Нет. - А прозвучало так, словно да. Я ничего не ответил. Сехун прожевал кимпаб и проглотил его. Аппетит у него хороший - не то, что у меня. - Я бы давно ушел, но вот, чувствую, что оставлять тебя одного - плохая идея. - За что ты переживаешь? Руки на себя я не наложу, - пошутил я, а взгляд в этот момент у Сехуна стал серьезным. Кажется, даже воздух остановил свое движение, - я же пошутил. Сехун промокнул губы салфеткой и собрал посуду со стола. - Я сам помою, - возразил я. - Нет, я люблю мыть посуду. Я пожал плечами и поднял ноги на стул. - Так, значит, ты никуда не уйдешь? - Верно, я останусь у тебя, если позволишь. - А у меня есть выбор? - Конечно, нет. Я усмехнулся и посмотрел на свои руки. Они были сухие и бесцветные. Надо бы кремом обзавестись, а то кожа начнет трескаться на холоде. - Чанель? - М? - Есть какие-нибудь новости о Бэкхене? - Почему ты спрашиваешь меня об этом? Ты же считал меня психом. - Насчет этого... Прости за прошлый раз. Мне нужно было сначала выслушать тебя. - Ага, - кивнул я и с неохотой повернулся к нему. - Насчет Бэкхена... Никаких новостей. - И ты даже не можешь предположить, где он? Я покачал головой и снова выпил воду. В горле было так сухо, но после воды сухость все равно оставалась. - А в полицию обращался? - Еще давно - как только он пропал. Это, к сожалению, не дало никаких результатов. - Может, у тебя есть какие-то предположения? - Есть, - ответил я и резко замолчал. Я сомневался, стоит ли ему говорить об этом. Я не мог никому доверять. - И? - Я не хочу говорить об этом, - выдохнул я и потер виски. В этот момент Сехун уже вытер тарелки и положил их на полки. - Голова болит? - спросил он. Я кивнул. - Тебе нужно поспать. - Хорошо. Сехун вышел из кухни, а я еще немного просидел, глядя в окно. За окном был декабрь и вечерело совсем рано. Небо было совсем темным и ни одной звездочки на этом темном полотне. Я вздохнул и неохотно встал. Сехун прав, мне нужно поспать. Я чувствовал себя вымотанным. Войдя в спальню, я чертыхнулся. - Диван в гостиной жутко неудобный, поэтому я буду спать с тобой, - заявил мне парень, раскинувшись на моей кровати. Я все еще стоял, раскрыв рот и не зная, чем ответить на такую наглость. - Да ладно тебе. Не будь таким, кровать вон какая большая. Тут четверо поместятся. Я вздохнул и выключил свет, что поделать. - Если будешь храпеть или раскидывать конечности, полетишь на пол, - пригрозил я, зарываясь под одеяло. В темноте я заметил, как он улыбнулся. Я пристроился поудобнее на подушке и повернулся к нему спиной. Сон потихоньку наступал, и я уже почти падал в пустоту, как вдруг услышал его голос: - Спишь? - я притворился, что сплю и не ответил ничего. Сехун вздохнул и пододвинулся ко мне. Я напрягся. - Чанни, спасибо, что все еще жив...