Падение

— Мояши… — Аллен отчетливо слышал позади себя знакомый бархатный голос, а спустя мгновение чьи-то сильные руки обвили талию Уолкера, тот прижался к чужому телу, почему-то такому теплому и родному. По коже пробежали мурашки от такой приятной близости, если бы это мгновение можно было продлить навечно… — Когда ты уже запомнишь, что меня зовут Аллен. — Блондин улыбнулся, откинулся назад и расслабился, стараясь полностью отдаться чувствам. Каждая клеточка его кожи жаждала прикосновений, а на душе было так легко и спокойно. — Баканда. — Какая разница, если я все равно люблю тебя, тупица…       На этой прекрасной ноте Аллен проснулся. Он открыл глаза и тут же зажмурился от яркого света, еще несколько секунд назад, находясь в объятиях сна, молодой ученый чувствовал себя так хорошо, а жестокая реальность была беспощадна, все тело ныло от боли, в голове пульсировало. Хотелось вновь погрузиться в мир грез, но стоило Уолкеру вспомнить фрагменты сна, как мысли о возвращении в свои дурацкие фантазии улетучились. На лбу ученого выступил холодный пот, а руки задрожали, как у пьяницы. Хотелось выкинуть из головы глупые мысли или даже стереть себе память, а заодно и забыть о противоречивых чувствах, которые испытывал Уолкер в эту секунду. С каких пор Канда начал проникать не только в мысли, но и в сны Аллена? Немного привыкнув к свету, молодой ученый выглянул в окно, на улице впервые за долгое время светило солнце, а сквозь открытую форточку доносились голоса людей, смех детишек, радующихся ясной погоде и шум проезжающих мимо машин. Уолкер невольно улыбнулся, подумав, что сегодняшний день начался куда лучше, чем все предыдущие в альтернативном мире, только проклятый сон омрачал эту по-детски наивную радость. — Доброе утро. — В комнату зашел Лави, в последнее время он стремительно шел на поправку, что не могло не радовать. В глазах его снова загорелась искра, а улыбка все чаще стала появляться на его губах. Отчаянные попытки Аллена избавить друга от наркотической зависимости не были напрасны, но останавливаться на данном этапе никто не собирался, оставалась вероятность, что в любой момент состояние рыжего может ухудшиться. — Как спалось? Ну и напугал же ты меня. — Что произошло? — Аллен поднялся с кровати и тут же ощутил сильное головокружение, в глазах потемнело, тело стало непривычно тяжелым, поэтому ноги подкашивались. Парень точно упал бы, но друг вовремя подхватил его. — Что со мной? — Ты вчера буквально приполз домой и потерял сознание прямо на пороге. Я хотел у тебя спросить, что случилось. — Лави усадил Уолкера обратно на кровать, а сам принялся расхаживать по комнате, а потом вдруг снова взглянул на ученого. — Ты набил татуировку? Крутая! — А? Что? — Аллен посмотрел на свою левую руку и ахнул. Воспоминания прошлого дня начали постепенно возвращаться. Выходит, его слабость обусловлена слишком мощным потреблением энергии. Разумеется, его новые способности требовали много сил, нет ничего удивительного в том, что Уолкер свалился без чувств после такой нагрузки. — Вспомнил. Я узнал много нового об этом мире и о себе. У меня есть к тебе несколько вопросов, хочу кое-что прояснить. — Хм, что ж, я тебя слушаю. — Лави уселся в кресло, закинул ногу на ногу, сплел пальцы в замок и закрыл глаза, как любил это делать во время так называемого транса. Будучи изобретателем, рыжий не раз сталкивался с тупиковыми ситуациями, когда механизм, созданный им, работал неправильно или не работал вовсе. После нескольких неудачных попыток Лави любил садиться в кресло и с закрытыми глазами прокручивал в голове все имеющиеся данные, чтобы найти ошибку. — Как много ты знал о прогнившей системе нашего государства? — Аллен с отвращением выплюнул эти слова, решив начать с вопроса, который волновал его больше всего. — Тебе ведь было известно о том, что власти построили нашу утопию на костях бедняков? — Да, ты прав, так я потерял свою невесту. Она родилась в бедной, но очень образованной и культурной семье. Эта девушка была одной из немногих, кто не обращал внимания на мое материальное состояние, а я просто любил её. Но эти ублюдки забрали у меня самое ценное. Я наводил о них справки, но пришел к выводу, что изменить страну в таком виде, в каком она пребывала на тот момент, просто невозможно. Тогда у меня и появилась цель создать машину времени. Но, попав сюда, я так и не смог отыскать невесту. — Лави тяжело вздохнул. — Не знаю, как все произошло, похоже, меня кто-то подсадил на чертов тандер еще до того, как мы перенеслись во времени. Я понятия не имею, кто я в этом мире, где мой дом. — Канда тоже был одним из бедняков, он помог организовать восстание. Есть и другие люди, замешанные в этом, я собираюсь вскоре их найти. Заодно можем заняться поисками твоей невесты, у меня есть знакомый, который может предоставить необходимую информацию за деньги. — Уолкер улыбнулся и подмигнул другу. — Не переживай, мы справимся. — А ты неплохо приспособился к жизни здесь. Куда лучше, чем я. Буду благодарен, если поможешь мне найти ее, но мне страшно. Вдруг она… — Лави прервался на середине фразы и опустил взгляд в пол, его руки дрожали. — Не думай об этом. Пока рано делать какие-то выводы. — Аллен хотел еще как-то приободрить друга, но тот молча поднялся с кресла и отправился на кухню. Было видно, что Лави переживает. Решив пока его не трогать, Уолкер пошел принимать душ и приводить себя в порядок. Благо, голова уже не кружилась. Теплая вода постепенно снимала сонливость и усталость, помогая вспомнить все произошедшее днем ранее. Парень принялся внимательно изучать свои татуировки, но не мог разобрать, что на них изображено, тогда взгляд его переметнулся на другую руку. Аллену не верилось, что это крепкое тело принадлежит ему, настолько оно было чужим и непривычным. Казалось, Уолкер проживает жизнь другого человека, вытеснив его своим существованием в мире, где нет места для них двоих.       Выйдя из душа, Аллен снова прилег на кровать, хотелось немного отдохнуть, прежде, чем начать поиски людей, связанных с организацией восстания, но учёный настолько погрузился в свои размышления, что не заметил, как на улице стемнело, оттуда сквозь приоткрытое окно веяло легкой прохладой. Лави уже уснул, тревожить его не хотелось, поэтому Уолкер просто начал копаться в телефоне. Просматривая список контактов, он невольно остановился на номере Канды. Может, стоит ему позвонить и извиниться за тот жалкий побег? Но не успел Аллен нажать на кнопку вызова, как в прихожей раздался грохот. Вздрогнув, блондин бросил взгляд на спящего друга, убедившись, что того не разбудил шум, поднялся с кровати и поспешил проверить, что произошло. Не хватило еще нарваться на Тики в такое время. Неуверенно приоткрыв дверь, Уолкер выскользнул в прихожую и, не успев сообразить, что творится в его квартире, тут же был схвачен. — Какого хрена?! Отпус… — Тсс… Нас услышат. — Рот Аллена в одно мгновение был зажат чей-то теплой ладонью. Когда учёный немного успокоился и перестал дрыгаться в попытках освободиться, хватка ослабла. — Баканда, какого черта ты творишь?! Почему нельзя зайти нормально, а не выбивать каждый раз дверь? — Уолкер был взбешен, он только недавно исправил последствия его первой встречи с другом детства, а теперь дверь в квартиру снова была сорвана с петель. — Молчи, уходим. — Юу крепко схватил Аллена за руку и покинул квартиру, не дождавшись, пока Лави проснется и прибежит на крики. — Может, объяснишь, что происходит? Ты вломился ко мне домой в позднее время, теперь ведешь непонятно куда! — Уже идя по улице, Уолкер решил прояснить ситуацию, он по привычке состроил недовольную мину и нехотя тащился за Кандой, но в глубине души был заинтригован. — Ты подумал о последствиях, когда сбегал от меня? — Брюнет свернул с широкого проспекта в какой-то закоулок, после чего резко потянул Аллена на себя и схватил за ворот футболки. Оказавшись так близко к человеку, от прикосновений которого по коже пробегали мурашки, англичанин напрягся, но из-за всех сил старался не показывать свое волнение. — Заставляешь меня нервничать. — Ты волновался? — Уолкер произнес это с усмешкой, вот только напускное спокойствие могло обмануть Канду, но не помогало сбежать от своих странных чувств. От слов брюнета сердце заколотилось так быстро, что грозило вырваться из груди, а сам бывший учёный чувствовал себя глупым и наивным мальчишкой. — А ты не понимаешь? Мне нужна твоя сила, идиот! — Юу почему-то отвел взгляд, похоже, он лукавил, однако такие дешевые трюки не работают, когда пытаешься одурачить первоклассного шулера. — Зачем ты врешь? — Аллен вдруг ощутил, как по телу разливается тепло, а на душе становится спокойно и легко, прямо как во сне, поэтому, находясь под влиянием эмоций, он мягко провел ладонью по щеке Канды, игнорируя его дикий взгляд и убийственную ауру. — Меня сложно обмануть, ты должен знать это лучше, чем кто-либо другой. Мы ведь были довольно близки с тобой. Я прав? — Это не имеет значения. Не прикасайся ко мне, противно. — И вновь Юу отвел взгляд лишь на секунду, но этого хватило. — Снова ложь. Я хочу верить тебе и всегда быть на твоей стороне, только расскажи всю правду. Мне это нужно. — Уолкер ободряюще улыбнулся и дотронулся до ладони брюнета, как бы намекая, что пора уже отпустить его. Хватка ослабла. В этот момент в светлую голову пришла забавная идея. — Кстати, давно хотел сказать, что ты очень красивый. Смазливая рожа! — Че сказал, мояши?! Жить надоело? — Канде хватило всего мгновения, чтобы рассвирепеть, казалось, даже его волосы чуть не встали дыбом, как шерстка у разъяренного кошака, это не могло не рассмешить блондина. — Всего лишь сделал тебе комплимент, почему тебя так задело это? Может, проблема в том, что эти слова говорю тебе я? — Аллен тепло улыбнулся и хотел еще как-то пошутить, но в эту секунду сильное волнение охватило его душу, а в голове прочно засела мысль о губах Канды, которые сейчас выглядели так притягательно и находились так близко, что англичанин невольно отшатнулся от друга, испугавшись своих ярких чувств, которые могли стать большой проблемой в дальнейшем. Только сейчас до Аллена дошло, что минуту назад он делал очень странные вещи. И почему было так приятно прикасаться к этому сумасшедшему парню? — Жалеешь, что оказался в этом гнилом мире? — Юу немного успокоился и, резко развернувшись, зашагал по переулку, жестом призывая Уолкера следовать за ним. — Даже в те времена, когда я не знал правду о создании утопии, не сожалел, что оказался здесь. Разве этот мир может быть гнилым, когда в нем есть ты? — Аллен вновь мечтательно улыбнулся. — Я постараюсь сделать все возможное ради своих друзей. — Хм, так ты все разузнал об этом… Считаешь меня другом? Спешу разочаровать, мы не были друзьями. — Канда остановился, его кулаки на мгновение сжались, что не ускользнуло от проницательного Уолкера. — Ты ничего обо мне не знаешь. — Это не важно, я всегда считал тебя другом. И не имеет значения, как долго мы не виделись, еще с нашей первой встречи ты стал для меня особенным. — Аллен, проанализировав сказанные им слова, вмиг посерьезнел и посмотрел на Юу другими глазами, похоже, он допустил большую ошибку и сделал поспешные выводы. Не друг, значит. Молодой учёный ускорил шаг и, догнав Канду, развернул его к себе лицом. — Если мы не друзья, тогда объясни мне, кто я для тебя? Почему ты пришел за мной? — Чего ты добиваешься?! — Правды, как ты мог уже догадаться. — Уолкер приблизился к брюнету и дотронулся ладонью до его груди. — Расскажешь мне? Я всего лишь пытаюсь понять тебя. — Ты просто самоуверенный и богатый мальчишка, привыкший получать от жизни все, что хочет. Мне омерзительны такие, как ты. — Канда буквально выплюнул эти слова, его красивые черты лица скривилось, но выражали они вовсе не отвращение. — Уверен? Тогда что я делаю здесь? Думаешь, если бы в том другом мире я узнал, что ты жив, то не попытался отречься от беззаботной жизни, чтобы добиться справедливости? Я тот же Аллен. — Англичанин сделал еще шаг вперед, противоречивые чувства охватили его, снова странное и неконтролируемое желание прикоснуться к человеку, который должен был погибнуть еще десять лет назад, завладело сознанием Аллена. — Как же раздражаешь. — Канда не с двинулся с места, несмотря на то, что блондин уже стоял к нему практически вплотную. — Да ну? Тогда все взаимно. — Уолкер уже перестал понимать, что делает. В памяти снова и снова всплывали обрывки из сна, в голове все перемешалось. Схватив Юу за ворот рубашки, Аллен резко притянул его к себе и, практически выдохнув в губы брюнета фразу «давай проверим это», хотел поцеловать, но в последний момент передумал и, когда расстояние между парнями сократилось до сантиметра, отстранился. Минутная уверенность куда-то испарилась, хотелось провалиться сквозь землю от стыда и посильнее треснуть себя, чтобы выбить из головы любые мысли о близости с мужчиной. — И что ты собирался сделать? — Канда усмехнулся и зашагал в ту сторону, куда направлялся в самом начале. — Иди за мной. Я тащился к тебе не для того, чтобы выяснять отношения.       Аллен шел молча, он мысленно проклинал себя за дурацкие мысли и желания. Будучи довольно взрослым молодым человеком, Уолкер умудрился ни разу не завести отношения с какой-нибудь девушкой, хотя, благодаря приятной внешности и доброму сердцу, нравился многим. Так какого черта происходит сейчас? Канда стал настоящим бельмом на глазу, он оставался безразличным и спокойным, а если и испытывал некий дискомфорт, то не терял самообладание, в то время, как сам Аллен испытывал настоящие душевные муки. Уже тысячу раз он успел задаться вопросом, почему пытался сделать что-то настолько странное с другим мужчиной. Это ведь не совсем нормально, верно? Быть может, всему виной странный сон или сильный стресс из-за резкой смены обстановки. Англичанин мог и дальше заниматься самокопанием, но его размышления были прерваны совершенно внезапно. — Мы на месте, полюбуйся. — Канда остановился. Уолкер поднял взгляд и наткнулся на высокую каменную стену перед собой, которая в одном месте она была разрушена, небольшая дыра шириной не более метра открывала удивительную картину. Подойдя ближе, Аллен едва не забыл, как дышать. Ребята стояли на краю обрыва, а внизу располагался настоящий мегаполис. Свет уличных фонарей, пестрые рекламные баннеры, кричащие вывески, машины. На секунду могло показаться, что там находится параллельная вселенная. Однотипные многоэтажки выстраивались в ряд, образуя кварталы правильной формы, вдоль каждой улицы росли деревья и аккуратно подстриженные кустарники, создавалось впечатление, будто внизу находится тот мир, в котором Аллен когда-то жил. Насколько же красивым было это место. Из глаз парня потекли слезы, в это мгновение ему казалось, что он вернулся домой. — Это… — Уолкер не закончил, он не мог подобрать слов, чтобы описать увиденное. — Похоже на твой дом? Хочешь вернуться? Так иди, попробуй. — Юу заметно помрачнел, не требовалось иметь образование психолога, чтобы понять, что он раздражен. — Нет. — Аллен опомнился, он взглянул на друга и тяжело вздохнул. — Это не то, чего я хочу. По крайней мере, сейчас. — Тогда чего? Может, этого? — Канда подошел к англичанину и, небрежно схватив его за подбородок, коснулся губами его губ. Легко, практически невесомо, но этого хватило Уолкеру, чтобы испытать целый спектр эмоций, доселе неведомых, но таких приятных, пробирающих до кончиков пальцев. Сначала Аллен не понял, что произошло, но резко ощутил прилив сил, будто его накачали наркотиком. Во рту пересохло, сердце ускорило свой ритм, ладони вспотели, а в висках пульсировало. — Кто бы мог подумать, я действительно нравлюсь тебе. — Ч-что? Я не говорил этого! Что ты делаешь?! — Осознание пришло внезапно, Уолкер почувствовал, что краснеет, отскочив от друга, он дотронулся кончиками пальцев до своих губ, не веря, что это не его больная фантазия, подкидывающая продолжение сна, а все происходит на самом деле. До чего же странно было целоваться с кем-то. — То, что ты уже пытался сделать пару раз. — Канда оставался невозмутимым, словно ничего не произошло минутой ранее, только его глаза снова засияли синим пламенем, будто он приготовился драться. — Я не пытался… — Аллен осекся, осознавая, насколько глупо отрицать очевидное. — Не важно. Я не знаю, что на меня тогда нашло. — Да ну? Теперь будешь строить из себя невинность? Как же ты меня достал! — Юу с размаха ударил Уолкера в челюсть, отчего тот едва удержался на ногах. Вспомнив, что случилось со стеной после такого удара, блондин на секунду испугался, но на него, похоже, сила Канды действовала иначе, Аллен отделался лишь разбитой губой. — Мне надоело с тобой нянчиться. От тебя одни проблемы, вечно пытаешься казаться хорошим, но единственный, кто приносит людям боль, это ты. Иди туда, в этот чертов город надежд, где тебе пообещают хорошее будущее, забудь обо всем и радуйся спокойной жизни! Забудь меня! — Прости. — Уолкер чувствовал солоноватый привкус крови во рту, боль немного отрезвила англичанина, в голове все сразу встало на свои места. — Ты прав. Но я не откажусь от того, во что верю. Я хочу остаться с тобой. — Тч! Ты не сможешь остаться со мной, потому что ты мелкий пугливый гороховый стручок, который не способен даже в себе разобраться. — Юу чертыхнулся и пошел прочь, не желая продолжать бессмысленный диалог, но далеко уйти ему не позволили. — Стой, придурок! А чего ты от меня ждал? Да, мне страшно. Я вернулся в прошлое, чтобы спасти тебя, и ни разу не пожалел, что сделал это, принял твой мир таким, какой он есть. Мне не нужна роскошная жизнь, не нужны деньги и даже проклятая наука! Мне нужен ты! — Сообразив, что сказал, Уолкер слегка испугался своих чувств, заставлявших его совершать странные поступки и говорить странные слова, но решимость его была куда сильнее, чем могло показаться. — Я? Теперь ты делаешь меня виноватым во всех своих неудачах? Я не просил тебя об услугах. — Несмотря на то, что Канда все еще был зол, он остановился. — Я никогда не считал тебя виноватым. И не считал, что ты должен быть благодарным. Мне нужно не это. Я просто хочу, чтобы ты был жив. — Аллен подошел к другу и обнял. Прижимаясь к широкой спине, молодой учёный ощутил, как проклятое сердце снова отбивает бешеный ритм. Интересно, Юу тоже это чувствует? — Тогда радуйся, я жив. — Канда развернулся лицом к учёному, было заметно, что он успокоился, его лицо вновь выражало полное безразличие, только глаза почему-то до сих пор были ярко-синими. — Я счастлив. — Аллен тепло улыбнулся. Город внизу больше не казался таким прекрасным, напротив, сейчас он выглядел чужим и бездушным, а рядом стоял человек по-настоящему близкий, пусть и лгун, каких мало, недоверчивый, да еще и агрессивный порой. — Думаешь, мне этого достаточно? Плевать, что ты говоришь, твои пустые слова ничего не значат. — Губы Юу снова растянулись в усмешке, немного дикой, но почему-то притягательной. — Мне надоело слушать этот бред, просто заткнись. — Аллен больше не сомневался, недолго думая, он ловко обвил руками шею Канды и впился в его губы требовательным поцелуем, игнорируя любые попытки сопротивления. Спустя несколько секунд брюнет расслабился и уже сам прижимал к себе англичанина. Уолкер больше не пытался понять, какие чувства испытывает, в этом не было никакого смысла. Ребята потеряли счет времени, но никого из них это не заботило. Когда становилось трудно дышать, Аллен отстранялся, но, спустя мгновение, вновь захватывал в плен губы Канды, не позволяя нарушить создавшееся молчание, хотелось снова и снова чувствовать эту странную близость. Целоваться с Юу было куда приятнее, чем выслушивать тот лживый бред, что он говорил. — Достаточно. — Канда прервал этот долгий поцелуй, но взгляд мужчины стал гораздо мягче, что-то в нем изменилось. — Выглядит так, будто целуешься со мной в последний раз. Боишься, что больше не захочу? — Тебе не понравилось? — смущенно проговорил Аллен. Он все еще пытался отдышаться, сердце готово было вот-вот вырваться из груди. — Ты тупица. — Канда закатил глаза и, махнул рукой, призывая следовать за ним, направился вдоль обрыва в сторону небольшого лесопарка. — Раз уж ты говоришь, что готов принять мой мир, то должен увидеть еще кое-что.