Падение

      Наверное, каждый, кто прошел войну уже никогда не станет прежним. Липкая кровь на руках, оглушающие выстрелы, запах пороха и еще теплые трупы тех, с кем ты недавно сражался спина к спине. В какой-то момент страх отходит на задний план, он не исчезает, а, скорее, перестает быть препятствием, потому что чувства притупляются, вырабатывается привычка видеть окровавленные бездыханные тела, они больше не внушают ужас, а бежать с поля боя некуда. Отступать смысла нет, позади клетка, а впереди только новые смерти и пугающая пропасть под названием неизвестность. Сил придает лишь призрачная надежда на то, что вы сражаетесь ради прекрасного будущего. Аллен не желал всего этого, но, крепко сжимая автомат, который никогда до этого не держал в руках, думал лишь о ценности человеческой жизни. Люди — живые существа, которые дышат и чувствуют. Пусть они враги, но заслужили ли из-за этого умереть? Имеет ли право один человек судить другого за его поступки? Двадцать четвертого апреля правительственная армия сделала свой ход. Спокойное теплое утро превратилось в новый кровавый день. Но вернемся немного назад, на момент, когда наступил конец временному затишью.

***

      Наконец-то отношения между Кандой и Уолкером стали налаживаться. Приходя домой с работы, Аллен старался как можно больше свободного времени проводить с Юу и был счастлив. Что касается самого строптивого брюнета, он все еще ходил с кислой миной, когда его что-то не устраивало, но грубить стал меньше. В свой единственный выходной ученый нежился в постели, чувствуя приятное дуновение ветерка сквозь приоткрытое окно. Парень не был готов к тому, что случилось этим безмятежным утром. В тишине раздался раздражающий телефонный звонок. Застонав от досады, Уолкер поднялся с кровати, взял трубку и услышал надрывающийся голос Джонни. Еще не до конца проснувшись, Аллен пытался понять, что говорит его друг, но разобрал лишь отдельные фразы. — Все убиты… И Марк тоже. Я один… Помогите… — На той стороне послышались короткие гудки, а Уолкер, вздрогнув, толкнул Канду, а сам помчался собираться. Затем зазвонил телефон брюнета. Англичанин не мог разобрать, о чем говорит его парень, тот отвечал односложно и кратко, но в душе ученого отчего-то зародилось плохое предчувствие. Решив не тратить драгоценное время, Аллен собрался минут за пять, затем вернулся к Юу и бросил на него вопросительный взгляд, искренне надеясь, что в этот раз интуиция подвела. — Одно из наших убежищ было атаковано. Все, кто там находился, сейчас сражаются против правительственного войска. Пока никого из обладателей FG рядом не обнаружено. Надо как можно скорее отправиться на поле боя, чтобы получить преимущество. — Канда говорил будничным тоном, словно ничего сверхъестественного не произошло, это злило англичанина, но в глубине души он понимал, что сейчас эмоции будут только мешать им. Видимо, пережив гражданскую войну, сильнейший революционер сильно зачерствел. Или это произошло даже раньше, в голодные годы, проводимые им в подземных трущобах. — Черт, они нас выследили… Хорошо, отправляйся туда. На информационный отдел тоже напали, я заберу выживших и догоню тебя. Пусть Лави отправится с тобой, он может помочь, — сглотнув, проговорил Уолкер, стараясь сохранять спокойствие. Отпускать Юу не хотелось, но сейчас куда важнее было спасти людей, не обладающих силой. Против обученных солдат им будет непросто.       Аллен был силен в ближнем бою, но его способности никак не помогали в битве на дистанции. Ученый захватил с собой флакон с лекарством для ускоренной регенерации и пистолет, несмотря на то, что никогда раньше не обращался с огнестрельным оружием, и поспешил навстречу врагам. Подобравшись к зданию, окруженному вооруженными солдатами, парень решил действовать очень аккуратно. Благодаря своей скорости он смог практически мгновенно вырубить троих у одного из входов в убежище. Прокравшись внутрь, парень медленной поступью зашагал вглубь, стараясь не создавать ни малейшего шороха, но сердце колотилось так громко, что казалось, будто биение раздается громким гулом и эхом распространяется по всему помещению. Проверив несколько кабинетов и убедившись в том, что внутри пусто, Аллен направился дальше и остановился у двери, за которой находилось хранилище оружия и боеприпасов, располагавшееся здесь на случай нападения. Сделав глубокий вдох, парень взял в руки пистолет и резко отворил дверь. Посреди кабинета стоял солдат, держа в руках автомат, направленный на прислонившегося к стене Джонни. — Эй, ублюдок! Если выстрелишь, уйдешь следом за ним! — Голос Уолкера дрожал, но он должен был хоть как-то привлечь внимание незнакомца, чтобы выиграть время. Солдат развернулся в сторону Аллена и направил дуло автомата прямо на него. Трясущимися руками ученый сжал пистолет покрепче и положил палец на курок. — Аллен! — По щекам Джонни текли слезы, видимо, он уже мысленно попрощался с жизнью и теперь у него появилась надежа на спасение, однако радоваться пока рано. Желая обезоружить солдата, Аллен попытался нажать на курок, целясь в плечо, но ничего не произошло. Мужчина усмехнулся и выстрелил. Уолкер едва успел уклониться и вновь спрятаться за дверью, но теперь его положение оставляло желать лучшего. Конечно, находясь один на один с солдатом, он легко применил бы сверхсилу, но Джонни был обыкновенным человеком и мог случайно пострадать, стоило действовать аккуратно. Попробовав выстрелить в стену, блондин стиснул зубы от злости, ничего не получалось. Негромко чертыхнувшись, англичанин бросил бесполезную вещицу на пол и хотел уже идти в атаку без оружия, как вдруг позади раздались негромкие шаги. Обернувшись, парень встретился с насмешливым взглядом карих глаз и вздрогнул. — Тики? Вот же ж… Только тебя не хватало, — не скрывая раздражения произнес Уолкер, он не ожидал увидеть здесь еще одного врага, к тому же, обладающего силой. Микк наклонился и поднял брошенное на пол оружие. Ситуация усложнилась. Ученый пытался мысленно разработать план атаки таким образом, чтобы сначала перенести Джонни в безопасное место, а потом уже попробовать разобраться с людьми из правительства, вот только в голову ничего не шло. — Такого позора я давно не видел. Но не бойся, я никому не расскажу о том, что организатор восстания не знает, как пользоваться пистолетом. Хотя, если об этом станет известно полиции, есть шанс, что с тебя снимут некоторые обвинения. Например, в деле об убийстве суперинтенданта Линка. — Тепло улыбнувшись, Тики снял пистолет с предохранителя. В этот момент солдат выскочил в коридор, намереваясь пристрелить Аллена, но был встречен пулей, попавшей ему прямо в голову. Незнакомец рухнул к ногам блондина, из его раны полилась кровь, образуя вокруг багровую лужицу. — Ты убил его! Зачем? Можно было просто обезвредить! — Уолкер присел на корточки и с безнадегой посмотрел на распластавшегося на полу солдата. После таких ранений никто не выживет. Перевернув мужчину на спину, ученый аккуратно опустил ладонью его веки, перепачкав руки в крови. — Черт! — И это я слышу от тебя вместо слов благодарности? — Микк закатил глаза и зашагал к Джонни, которого трясло от страха. Похоже, бедняга пребывал в шоковом состоянии и не понимал, что происходит. — Эй, парень, ты жив? Кто-то еще остался здесь?       Хакер покачал головой, видимо, он был не в состоянии произнести хоть слово, слезы вновь градом полились из его глаз. Аллен наблюдал за Тики и пытался понять, какого черта он творит, но в то же время парня снова охватило какое-то странное стойкое ощущение того, что они давно знакомы, прямо как той ночью. В голову Уолкера прокралась странная мысль. Сейчас Тики выглядел таким взрослым, рассудительным и понимающим. Наверное, этих качеств порой не хватало раздражительному и вспыльчивому Канде, даже не пытающемуся войти в положение другого человека. Слишком горд, самоуверен и груб, однако предан Аллену и в глубине души добр. Вдруг англичанин понял, что невольно сравнивает этих двоих и встряхнул головой, отгоняя глупые мысли прочь, сейчас у него были дела поважнее. — Спасибо, — прошептал Уолкер, отводя взгляд в сторону, когда португалец вновь оказался в коридоре в сопровождении Джонни. Стало стыдно перед мужчиной, он все-таки помог в довольно непростой ситуации. — Надеюсь, все в порядке? — В полном, паренек оклемается, видимых повреждений нет, но ему нужно время, чтобы прийти в себя. Послушай, прежде, чем уйдешь отсюда, хочу, чтобы ты кое-что запомнил. — Тики подошел к Аллену и вложил в его руку пистолет, а сам встал сзади и накрыл ладонями дрожащие пальцы блондина. — Я знаю, что ты не горишь желанием использовать оружие, но на всякий случай покажу, как им пользоваться. Сначала ты должен повернуть рычаг предохранителя, это легко. А теперь взгляни на противоположную стену, там есть небольшая дыра, попробуй прицелиться и выстрелить в нее, только сам. — Хорошо, я понял. — Когда Микк немного нехотя отстранился и отошел в сторону, ученый обхватил оружие двумя руками, направив дуло пистолета в сторону стены, слегка сощурил глаза, прицеливаясь, и нажал на курок. В тот же момент с оглушающим звуком пуля стремительно пролетела вдоль коридора, врезавшись в стену рядом с дырой. — Вау, это так здорово. — Для первого раза очень неплохо, будешь хорошим стрелком, если потренируешься, однако сейчас времени нет. Твой… Кхм… дорогой Канда, наверное, переживает. Я уведу этого паренька в безопасное место, а ты поторопись. — Микк всячески избегал взгляда Уолкера, словно чего-то опасался, и делал вид, что безумно интересуется здешним интерьером, оглядывая неровные голые стены, выкрашенные в серый цвет. Это слегка насторожило англичанина, он не мог понять мотивов недавнего врага. Какой смысл человеку из правительства помогать революционеру? — Постой. Если ты вдруг забыл, спешу напомнить, что не так давно ты пытался меня прикончить. Как я могу тебе доверять после этого? — Аллен нахмурил брови и внимательно посмотрел на португальца, будто пытался прочитать по выражению его лица ответ на свой вопрос и разглядеть хоть каплю фальши. — Я уже давно мог убить вас обоих, если бы захотел. Как и взять в заложники, чтобы получить какую-то информацию. Но заметь, я этого не сделал. Все еще считаешь меня врагом? — Тики впервые поднял взор на молодого ученого. Под глазами брюнета залегли темные круги, а он сам выглядел больным и уставшим, даже его смертоносная аура уже не была такой пугающей и пробирающей до костей. За несколько дней человек изменился до неузнаваемости, словно постарел лет на десять. — Не знаю, в чем причина, но я верю тебе. Похоже, ты все-таки хороший человек. — Уолкер подошел к Микку, который после его слов резко переменился в лице, и похлопал по плечу. Удивление на лице португальца сменилось необычной, немного печальной улыбкой. Аллен тоже немного удивился, у него появилось чувство дежавю, словно когда-то подобные слова он уже произносил. Вот только память упорно не желала воспроизводить это. Тики отвел взгляд первый и, развернувшись на каблуках, зашагал к Джонни, который уже немного успокоился. — Постой, а мы раньше не встречались? Быть может, несколько лет назад. — Кто знает… — загадочно протянул мужчина, подставляя хакеру плечо, чтобы тот мог опереться. — Мы еще встретимся, малыш, я обещаю. — Да, обязательно встретимся. Еще раз спасибо и… Возвращайся. — Уолкер тепло улыбнулся, голова от произошедшего шла кругом. Кажется, мир перевернулся. Глядя на удаляющиеся спины молодых людей, ученый вдруг осознал одну очевидную вещь, которую игнорировал до этого момента. Похоже, Тики скоро умрет. Какая-то жуткая болезнь будто съедала его изнутри, все сильнее изнашивая организм. На душе стало горько, а ведь Аллен только начал чувствовать симпатию к этому странному, но все-таки незлому человеку, совершающему сейчас совершенно нелогичные действия. Нет в мире ничего абсолютного, ни плохого, ни хорошего, есть стороны, которые каждый человек воспринимает по-разному. Нет в мире ничего правильного и неправильного. Каждое «правильно» субъективно, рассуждать о том, что есть «верно» и «неверно» может лишь человек с зашоренными взглядами. Для Аллена и Тики все эти понятия отличаются, но это ведь не означает, что кто-то из них хуже или лучше. Англичанин считал, что поступает правильно, и готов был отстаивать свою точку зрения. Микк другой. Он должен принять себя и свое мировоззрение.       Солнечные лучи отражались от стекол в окнах домов, создавая на них яркие блики, утренний город пробуждался ото сна, шум машин, сладкий аромат свежих булочек, исходивший от уличных лавок с выпечкой. Так приятно наблюдать за тем, как мир расцветает, словно бутон раскрывает свои лепестки с приходом яркого солнца. Самые оживленные центральные улочки заполнились людьми, такими беззаботными и счастливыми. Никто из них даже не подозревал о том, что где-то совсем рядом за их свободу борется армия повстанцев. Иногда проще жить в неведении, нам не приходится задумываться над глобальными проблемами, если мы о них не знаем, но стоит правде открыться, ты уже не можешь остаться безучастным, совесть съедает тебя, внутренняя борьба не дает спокойно спать, а бесконечный поток мыслей настолько тяготит, что ты невольно начинаешь ощущать себя маленьким и бесполезным куском дерьма. Чтобы заставить проклятый голос совести утихнуть, тебе остается лишь раздавить в себе страх и рискнуть жизнью и благосостоянием. Аллен не любил задумываться о том, есть ли у него выбор, и продолжал следовать велению сердца, исходя из своих идеалов и принципов. Быть может, именно по этому он сейчас ни о чем не жалел.       Из-за деревьев показалась старая усадьба, окруженная полуразвалившейся каменной стеной. Оттуда валили клубы дыма и раздавались звуки выстрелов. Оставив машину подальше от ограды, Уолкер попытался незамеченно проскользнуть на поле битвы. В этот момент раздался взрыв, тут же разнесший половину стены. Медлить было нельзя. Наплевав на конспирацию, парень побежал прямиком в самую гущу сражения, молясь про себя, чтобы не было слишком поздно. А дальше все перемешалось, в крови бурлил адреналин, пули свистели над головой, но в сознании была лишь одна цель: защитить это место и товарищей. Времени на раздумья не оставалось. Сверхсила забирала слишком много энергии, постоянно сохранять ее в активированном состоянии было трудно, но так молодой ученый становился практически неуязвим. Раскидав часть врагов, он ворвался в здание, Канды и Лави нигде не было. Раненые сидели, прислонившись к обломкам стен и колоннам, служащим опорой здания, кто-то лежал на холодном полу, подрагивая от боли. Люди дохли, как мухи, словно их жизни не значили ни гроша. Увидев внутри усадьбы настоящий ад, Аллен застыл, желая стереть страшную картинку из своей памяти. Перепачканные в крови, с оторванными конечностями военные ожидали своей скорейшей казни, моля Бога о прекращении страданий. Особенное внимание ученого привлек совсем молодой худощавый паренек с диковатым взглядом. Он, казалось, совсем не чувствовал боли. Взрывом ему оторвало левую руку, однако юнец не плакал, а пытался самостоятельно перевязать рану, помогая себе зубами. Придя в чувства, Уолкер подошел к нему и вымученно улыбнулся. — Помочь? Давай, я сделаю это. — Аллен постарался сделать все аккуратно, стараясь откинуть чувство вины, закравшееся в его душу. Приди он раньше, так много людей бы не пострадало. Руки дрожали, а тяжесть на сердце от вида этой картины, заставляла все больше и больше ненавидеть себя за слабость. — Вот так… Послушай, а где Канда и Лави? Знаешь таких ребят? — Они получили информацию, что нападение на убежище — это всего лишь отвлекающий маневр, чтобы заманить вас сюда и на время вывести из игры. Правительство направило основные силы в центр, похоже, их цель — разрушение всего города. Сэр, мне уже лучше, спасибо. Теперь я должен идти в бой. — Парнишка поднялся и пошевелил обрубком руки, тут же скривившись от боли. — Ноет, чертовка. Будет сложно держать автомат. — Не нужно. Я все сделаю и защищу вас. Здесь есть врач? — Аллен окинул взглядом помещение, какая-то девушка в круглых разбитых очках махнула рукой, желая привлечь внимание. Такая хрупкая на вид, она даже не вздрогнула при виде окровавленных тел, умудряясь сохранять самообладание. Это поражало и внушало уважение. — Отлично, займись раненными, но сама не подставляйся. Мне следует поторопиться, пока жертв не стало еще больше.       И Уолкер покинул здание, готовясь в атаке. Уклоняясь от пуль и одолевая врагов, ученый думал о том, как здорово будет поскорее прекратить этот кошмар и вернуться домой. Он все еще многого не знал об этом мире, но оставался верен своим идеалам. Минуты казались вечностью, а противников будто не убавлялось. Они были повсюду и продолжали стрелять без остановки. Но человек, овладевший силой им был не по зубам. Постепенно ряды солдат, способных сражаться, начали редеть. Порядком измотанный Аллен уже не обладал такой удивительной скоростью, FG забирала слишком много энергии, но даже в таком состоянии он рвался в бой. Запах пороха, ударяющий в ноздри и едкий дым навсегда отпечатались в памяти Уолкера. Казалось, прошла целая вечность, пока Уолкер не обезвредил последнего из солдат правительственной армии. Он так и не смог никого убить, но кровь раненных товарищей все еще оставалась на его руках. Липкая, запекшаяся, она покрывала ладони тонкой пленкой. Хотелось поскорее ее смыть и очистить себя от впитавшегося в кожу и волосы дыма. — Сэр? Это же Вы? Господин Уолкер? — К Аллену подошел один из революционеров. Выглядел он старше своего предводителя. Невысокий, статный и с прямой осанкой, незнакомец производил приятное впечатление, но почему-то его запачканное лицо казалось очень знакомым. Мужчина слегка склонил голову в почтении и, не глядя в глаза ученого, продолжил. — Спасибо. Мы подумали, что нам конец. Как только я узнал, что вот-вот грянет новая битва, тут же разыскал Вас и вступил в ряды солдат. — Разве мы принимали новобранцев? — Уолкер пытался лихорадочно вспомнить, отдавал ли такое распоряжение, но голова была забита совсем другим. Спасение Линали, двойное нападение, начало войны. Да и стоит ли думать о столь незначительных вещах, когда есть дела поважнее. Стоило отправиться в центр, Канда и Лави сражались там одни против основных сил правительственной армии. — Не важно. Мне нужно уйти, помогите раненым… — Я хочу с Вами! Воевать против общего врага, а не отсиживаться в стороне, спрятавшись за спинами товарищей. — Решимость солдата была настолько велика, что даже Аллен, будучи лидером, желающим защитить друзей, не смог устоять перед таким напором. — Хорошо, но стоит поторопиться, я недалеко оставил машину.

***

      Дорога до центра казалась слишком долгой и утомительной. Проезжая мимо района, в котором жил, как только оказался здесь, Уолкер грустно улыбнулся. Даже широкие улицы практически полностью опустели, хотя всего несколько часов назад здесь кипела жизнь, в каждом доме шаткие ставни окон были закрыты настолько плотно, насколько возможно. Вдалеке от взрывов поднимался в небо темно-серый дым, обволакивающий густой пеленой очертания домов. Почти подъехав к тому месту, где шли боевые действия, Аллен вдруг резко затормозил, откуда-то на душе появилось стойкое ощущение приближающейся опасности. Словно совсем рядом затаилась ядовитая змея, готовая в любую секунду наброситься на ученого, если он замешкается хоть на мгновение. Но вскоре все прошло. Был ли тому причиной грохот очередного взрыва, приведший Уолкера в чувства, или же просто атмосфера вокруг резко изменилась, парень не знал, но после этого в голове все резко прояснилось. Покинув салон автомобиля, ученый поспешил на помощь друзьям.       В центре творился настоящий ад, люди, которые еще секунду назад стояли на ногах, падали замертво на холодный асфальт, истекая кровью, численное преимущество врага давало о себе знать. Битва была жестокой, неудивительно, что прошлое восстание ознаменовали «кровавым» днем. Ни в чем не повинные местные жители, которым не повезло оказаться в этом проклятом месте, лежали рядом с погибшими солдатами, враги топтали трупы, слыша, как хрустят под ногами поломанные кости, снова и снова наставляли дуло автомата на живых людей и, не задумываясь, нажимали на курок. Когда один очень ловкий правительственный военный прикончил очередного повстанца, Аллен не выдержал и с криком начал палить по врагу, зажмурив глаза. И вдруг с неба ливануло. Крупные капли падали на бледное лицо Уолкера, смывая кровь и грязь, словно дождь своевольно пытался очистить ученого, освободить его от душевных тягот и подарить просветление. Приятный шум бьющихся о землю капель успокаивал, пусть и немного, но заглушая собой крики и выстрелы. — Нихрена ж себе, — раздался совсем рядом знакомый бархатистый голос. Англичанин резко обернулся, вздрогнув от неожиданности. Позади стоял Канда, закрыв глаза и подняв голову к небу. Он выглядел так умиротворенно, что на сердце и правда полегчало. — Какая отвратительная погода. Мы в невыгодном положении, теперь они еще сильнее, чем раньше. — А я люблю дождь. — Аллен поглядел по сторонам, пытаясь понять, что имеет в виду его парень, но ничего необычного не заметил. Все те же дома и люди в военной форме, прекрасно обученные сражаться. — В чем дело? — Должно быть ты шутишь? Никого не узнаешь? — произнес Юу, открыв глаза и с интересом посмотрев на ученого, от этого проницательного взгляда по коже пробежали мурашки. Настолько он бы пронизывающий, словно рентгеновские лучи. Уолкер, решив не обращать внимания на это, снова принялся вглядываться в эпицентр битвы и наконец понял, о ком говорил Канда. Тот самый солдат, в которого недавно Аллен стрелял, продолжал так же ловко расправляться с противниками, а пули, казалось, ему ничуть не навредили. — Кто он? Обладатель FG? Не важно, я остановлю его. — Англичанин с досадой почесал затылок и хотел ворваться в бой, но его остановили, грубо схватив за руку и вызвав этим жестом бурную ответную реакцию. — Отпусти, я должен помочь! — Да пожалуйста, если ты такой идиот, чтобы сражаться в одиночку. Но прежде, чем ты побежишь спасать чужие задницы, выслушай своего дружка. Эй, расскажи, кто этот парень! — Последняя фраза была явно адресована не Уолкеру. Брюнет продолжал крепко сжимать его ладонь, не позволяя двинуться с места. Это сильно раздражало, они теряли драгоценное время, за которое враг успеет убить еще многих людей. — Вот блин, как всегда не вовремя. Того солдата зовут Вайзли, он тоже обладает силой, но драться не любит. Канда говорил, что вы знакомы. — К ребятам подошел Лави, он был порядком измотан, но всем своим видом старался показать, что в порядке. Тяжело дыша, изобретатель сел на холодный асфальт, чтобы перевести дух. — Нам нужен план, противников с FG оказалось куда больше, чем мы думали. Они их там штампуют что ли? Предлагаю разделиться, иначе пострадает еще больше людей, но если кто-то почувствует, что больше не может использовать FG, пусть сразу же отступает. Наши силы на исходе, а от нас зависит исход битвы. Мы не должны пострадать. — Понял, тогда я иду. — Аллен хотел двинуться вперед, однако его руку все еще сжимали мертвой хваткой. Конечность уже начала отекать, а терять время и дальше он не мог. Ученый вопросительно уставился на Юу, надеясь получить объяснения. Тот бросил испепеляющий взгляд на Лави, намекая, что рыжему стоит поскорее ретироваться. Изобретатель понял все без слов и тут же скрылся, оставив парней наедине. — Что-то еще? — Я говорю тебе это в первый и последний раз, тупой Мояши… Хочу, чтобы ты выжил, потому что мне не повезло полюбить такого безрассудного придурка, как ты. — Канда наконец-то ослабил хватку и толкнул ошарашенного Уолкера вперед, давая понять, что более задерживать его не намерен. Дождь все еще барабанил по крышам, но англичанин уже ничего не слышал. Он несколько раз удивленно моргнул, пытаясь убедить себя в том, что все происходит наяву, а потом вдруг широко улыбнулся и ринулся в бой, бросив напоследок короткое «Я вернусь».       Завидев вдалеке Вайзли, Аллен, стрелой рванул к нему, сбивая с ног неожиданным ударом. Пока мужчина приходил в себя, ученый приготовился к новой атаке. Желания мстить не возникало, перед Уолкером стояла лишь одна цель — защитить друзей от тирании государства. Секунды превращались в минуты, а минуты — в часы. Жестокая кровавая битва продолжалась, несмотря на то, что обе стороны понесли существенные потери. Почти никто из простых людей не выжил, их промокшие от дождя и еще не успевшие остыть тела лежали повсюду, создавая прескверную картину. Кошмарное зрелище предстало перед Алленом, когда он на мгновение отвлекся от сражения с таким же обладателем FG. Хотелось упасть на колени и разрыдаться, сбежать от этого ада, только одна мысль придавала сил: когда все закончится, в стране наступит мир, ребята снова смогут вернуться домой и заниматься своими делами. Играть в покер или заняться спортом, сидеть по вечерам в баре, потягивая пиво или проводить время с любимым человеком. Но если он сейчас сдастся, ничего этого не будет. Вайзли тоже заметно ослаб, его скорость значительно снизилась, а ленивый безразличный взгляд сменился раздраженным и усталым. — Думал, я забыл тебя? Кто бы мог подумать, что судьба сведет нас здесь… Иронично. — Вайзли едва успел уклониться от очередной атаки. Бывший задира больше не казался таковым. Скорее, теперь это был потрепанный жизнью человек, отныне сражавшийся не ради своего удовольствия, а по приказу. Действительно, иронично. — Я не простил ни тебе, ни Канде то унижение, которое испытал в детстве. — А я давным давно тебя простил за тот случай, но… — Уолкер нанес сокрушительный удар с разворота, стараясь вложить в него все свои чувства, всю боль, которую испытал, когда видел смерти товарищей от рук этого жестокого человека. В этот раз даже попытка блокировать прием такой силы не принесла плодов. Вайзли отлетел на несколько метров, но подняться не смог. В этот раз нашелся соперник, сумевший его одолеть. — За многочисленные убийства не прощу. Никогда. — Ты совсем не изменился. — Это были последние слова, с усмешкой брошенные Аллену его противником. Вайзли закатил глаза и потерял сознание. Постепенно ливень утихал, а тучи рассеивались. Наверное, это стало предзнаменованием их первой маленькой победы. Сил сражаться почти не оставалось. Ученый упал на колени и истерично рассмеялся, чувствуя, как тяжесть потерь резко навалилась тяжелым грузом на его плечи. Война еще не окончена, нужно встать и отправиться помощь друзьям, пусть даже без FG. Аллен с трудом заставил поднять голову, чтобы отыскать взглядом Канду, и, увидев его, понял, что должен немедленно вмешаться. Юу сражался с Тики.       Уолкер не мог снова активировать силу, бой с Вайзли его сильно измотал, поэтому, кое-как встав на ноги, он побежал вперед, надеясь, что успеет остановить бой. Уже оказавшись поблизости, англичанин заметил, что янтарный огонь в глазах Микка погас. «О нет! Канда убьет его!» — пронеслось в голове Аллена прежде, чем позади него раздался выстрел. Все произошло так быстро, что парень не успел понять, как Тики оказался за его спиной, заслонив от пули. Юу застыл на месте, видимо, он тоже недоумевал. Обернувшись, Уолкер заметил того самого солдата, которого забрал из убежища. Тот стоял и с легкой пренебрежительной улыбкой глядел на потрепанных ребят, едва стоящих на ногах, сжимая в руке пистолет. Микк кашлянул, прикрыв рот рукой, изо рта его потекла струйка крови, а на по рубашке расползалось багровое пятно. Солдат стянул с головы парик, под которым была темная волнистая шевелюра, и отбросил его в сторону, а вслед за ним начал аккуратно снимать с лица кожу, которая оказалась обыкновенным гримом. Теперь Уолкер понял, почему лицо этого человека казалось таким знакомым. Перед ребятами стоял Неа Д. Кемпбелл.