Безымянный

— Ты сильный, — Голос, прозвучавший после пяти минут немой тишины, показался оглушительным и заставил блондина, стоявшего чуть поодаль от плетёного кресла, нехило вздрогнуть. — Удивительно… Столько пережил, но ещё не сломался. В отличии от меня. — Продолжал голос. Спиралевидные брови поползли к переносице, а на висках появилась испарина. Откуда? Как? Каким образом? — Подойди ко мне. Прошу, присядь. — Повар повиновался просьбе прекрасной особы, подходя к ней и слегка улыбаясь внимательно смотрящей на него девушке в волчьей шкуре, присел на краешек удобной подушки. Хозяйка, всё так же мило и слепо улыбаясь, переплела свои пальцы с пальцами мужчины. Снова эта немощь. Повар зажмурился, стараясь не показывать своей напряжённости перед леди, но он таки не мог видеть бинты на столь хрупком теле. — Такие красивые руки… — Пролепетала она, «рассматривая» и поглаживая чужие кисти. При всём своём любопытстве, она была осторожна с левой рукой. Кок не удержался, сдавленно хмыкнув. — Такие сильные. Ты храбр. Но боишься, не так ли? Я чувствую твою дрожь. — И правда. Блондин только сейчас заметил, что его всего потряхивает. — Ты знаешь о том, что скоро встретишься лицом к лицу со своим страхом. Но не бойся. Ты ведь не один, правда? — Улыбка стала ярче, а светлые локоны были растрёпанны несносным ветром. — Правда. — С хрипотцой. Хозяйка вздрогнула. Опустив крупные кисти, она, своей тоненькой ладошкой потянулась к лицу корабельного кока. Тот слегка оторопел, но принял ласковое прикосновение с нежностью и благоговением. Прохладные пальчики скользнули по щеке, обводя скулу, скрытую под чёлкой, очерчивая нижнее веко и линию надбровной дуги, постепенно уходя к виску. — Так похож… — Одними губами, что непроизвольно сжались в тонкую линию и побелели. Пальчики дрогнули, зарывшись в шелковистое золото светлых волос. Повар лишь наблюдал. Внимательно смотрел на её лицо. Казалось, будто она сейчас рассыпется в пыль, настолько девушка была хрупка и истощена. Кожа бледнее нормы, щеки слегка впали, а губы потрескались, явно не от холода. Снова эта отвратная волна немощи пробежалась по коже сворой мурашек. — Сними… — Голос задрожал. — Сними повязку с глаз… — Вам же нельзя. — Можно… Прошу, сними!.. — Голос начал срываться на хрип. Видимо, она редко говорит. А сердце и принципы не позволили коку остаться в стороне. Приподнявшись на колене, он аккуратно начал развязывать простой узелок на затылке леди, что наклонила голову вниз. Бинты потёртым белым шлейфом упали на её колени и вот, на блондина смотрит пара невыносимо красивых глаз, светло-лазурного цвета. Точь-в-точь такого же, как и ядро этой сентябрьской сферы. Белые крапинки, чёрные круги и замысловатые узоры. Глаза раскрыты широко, а из них текут слёзы. Повар, в растерянности, опустился ближе и, было, начал расспрашивать что же произошло, но девушка лишь слабо улыбнулась, уголками дрожащих губ и с благодарностью посмотрела на юношу. — И правда… Жутко похож… Не мог бы ты снова закрепить бинты?.. — Севший голос. Всего пара минут чистых слёз притупили обворожительные ноты, не сделав их ужасней, нет, просто… Просто добавив печали и жизни. Да? — Зачем же? У вас великолепные глаза… — Мне так гораздо проще наблюдать за всеми. — Снова та же нежная улыбка. «Воля?..» — подумал повар, вытирая остатки солёных капель с щёк миледи и осторожно обернул белую ленту вокруг её головы несколько раз. Бантик вышел чуть криво, но девушка лишь хихикнула, вновь беря блондина за руки. — Спасибо большое. Ты будто солнце. Или море. Хотя, скорее море. Такой же сильный, но очень добрый. Не бойся. Ты ведь не один? — Опять эта фраза. Веки дрогнули, а улыбка сама собой наползла на уста, когда парень вспомнил о своей команде. О своих накама. И правда. Он далеко не один. — Благодарю… — А Соша оказалась права. Хозяйка и правда выворачивает душу наизнанку. — Ха-ха… А теперь, не мог бы ты позвать последнего? — Конечно. — Краткий кивок и повар поднимается, отпуская бинтованные тонкие кисти. Снова взгляд на бледное лицо, снова слабый укол в душу и снова беспомощность, пожирающая изнутри.

***

— Эй, Дерьмо-Мечник! Ползи давай и не заблудись! — Крикнул блондин, как только в поле его зрения замаячила зелёная макушка. — Завяжись! — Крякнул тот, чуть ли не падая из-за стола - его уже во всю обнимал смеющийся Иван. Тихо цыкнув, зелёный таки выбрался из-под ржущей тушки и направился в предположительно верном направлении. В итоге, после 15 минут блуда и шести кругов вокруг двора поместья, он таки вышел к креслу и встал слева от столика, сложив руки на груди и злостно уставившись вдаль. — Я чувствую запах стали. Ты мечник? — Сипло начала хозяйка, в свою очередь, не сводя укрытых глаз с мужчины. — Да. — Коротко. — Хм. Три катаны. Необычный стиль боя, ха-ха. — Что смешного? — Сильнее нахмурившись и одарив девушку мрачным взглядом. — Да нет, просто забавно. Мы похожи. Твои мечи, как мои верные помощники. Первая — белая катана. Она тихая, верная, спокойная и послушная, прямо как моя милая Кара. Второй — чёрный меч. Так же спокоен, слегка сварлив, но это лишь из-за его огромной мудрости. Сильнейший и старейший из троих, как моя милая Омелия. И третий. — Девушка замолкла и продолжила лишь через несколько долгих секунд. — Проклятый клинок. И, не смотря на то, что он один из слабейших в своём роде, его порок страшнее остальных. Кровожадность, мой милый Иван. Но... — Голос снова смолк, а девушка поднялась с кресла, заставив тем самым мечника обернуться. Гул ветра заглушал тихое дыхание и кроткие шажки. Они стояли друг напротив друга. Разница в росте всего сантиметров пять. Но вот была одна деталь. Она смотрела сверху. — Но, глядя на тебя, у меня возникает вопрос. — Шаг. — Тот безумный зверь, падкий на кровь. — Шаг. — Действительно этот клинок. — Шаг. — Или же. — Остановка. — Это ты? Невесемое касание рук и лёгкий толчок. Сердце сделало кульбит и начало отплясывать толи польку, толи посадобль, а осознание того, что он падает в ту самую бездну пришло чуть запаздало, в обнимку с паникой и злостью. Однако, девушка падала вслед за ним, так же улыбаясь и протягивая тонкие руки. Столкновение с чем-то твёрдым выбило воздух из лёгких, заполняя их непонятной субстанцией, на подобии сжатого вязкого воздуха. Мечник схватился за горло, понимая, что вполне может умереть. Кашель вырывался из горла вместе с кровью, что тут же разлеталась на лазурные частицы, глаза неимоверно щипало, но старпом всё же нашёл силы, чтобы приоткрыть не шрамированный глаз и тут же пожалел. Хозяйка была перед ним. Бинты развязались и почти исчезли, открывая немеренно красивые голодные глаза, изрезанные и исцарапанные руки, сотни синяков на всём теле и крупную рану на шее, что тут же начала кровоточить. Воздух кончился, исчезая вместе с сознанием, что вернулось спустя мгновение. Он уже лежит на том кресле, а над ним нависает девушка, произнося одну и ту же фразу. Сил нет. Вообще. А слова никак не хотят вставать в голове в правельном порядке. Этот едва хриплый голос завораживает. К нему хочется тянуться. Но он обрывается на полуслове. Нет, ну почему же? Так жестоко, дать глотнуть всего каплю, забирая всю бутыль прямо из-под носа. Ох, чёрт. О чём он вообще. Сил нет. Их будто вытянули. Ах, да… Эти слова, что опутали его, словно паутиной… Эти слова, что заставили насторожиться на мгновение. Но сечас, ему уже плевать. Ему просто пó бою, что сейчас происходит. Лишь бы снова услышать этот певучий голос, столь похожий на тот, далёкий и безвозвратно утерянный. Лишь бы вновь увидеть эти лазурные глаза. Лишь бы… А голос шептал: «Останься со мной, мой Демон».