Дочь Кровавой Хабанеро!

      Девчонка была почти одного с нами возраста, ненамного старше, звали её Сенджу Нэо, немного смугловатый оттенок кожи, светлые каштановые волосы до лопаток собраны в низкий хвост, шоколадного цвета глаза смотрели с любопытством, одета в не примечательные, зато очень удобные бриджи до колен и свободную футболку. Пацанов же звали Сенджу Акио и Акайо. Они наоборот были с фарфоровой белой кожей и черными, как смоль, волосами и глазами, одеты в штаны ниже колена, прихваченные резинками, и футболки с коротким рукавом и широким горлом, а вот у этих двоих взгляд был подозрительным.       — Так вы… всё это время были здесь… и прятались? — Сакура была ошарашена и я разделяла её чувства. Тут я поняла нечто важное и сразу приняла решение. Ведь нам нужно стать сильнее.       — Уважаемая госпожа Мито, я прошу взять нас в ученики, — я поклонилась, Сакура сделала тоже самое, поняв, о чём я думаю.       — Просим, госпожа Мито. Нам надо быть сильными, потому что в скором времени произойдет много событий, и даже вам не получиться отсидеться в уголочке, прикинувшись бревном, как бы хорошо вы не владели Мокутоном. Ауч, — я отвесила Сакуре подзатыльник, оставаясь всё в том же поклоне.       Сакура жестокая, хотя это правда. Ведь отсидеться и в правду не получится, если всё то, что рассказала мне Сакура о нашем будущем, правда. Я выпрямилась и пристально посмотрела госпоже Мито в глаза, пытаясь понять, что же у неё на уме. Чего вообще хочет этот человек, столько лет прячущийся ото всех и не вмешивающийся ни во что?       — Я ждала тебя, Узумаки Наруко! Знаю, что нас ждут серьезные испытания в будущем, но мы лишь отголоски великих кланов, и хоть сила наша огромна, она малочисленна. Эти дети еще малышами потеряли своих родителей, я не могла допустить, чтобы с ними что-то случилось. Прости, я не смогла тебя выкрасть, тебя слишком хорошо охраняли, так как опасались, что печать не выдержит натиска Девятихвостого, да и я была слаба. Но я сделала барьер так, чтобы ты видела этот квартал и смогла в него пройти, чтобы однажды вы достигли величия и возродили клан. Я для этого слишком стара, — её голос звучал все печальнее и печальнее, рука её коснулась моих волос. — Мне так жаль, что в столь юном возрасте тебе пришлось нести такую тяжелую ношу ненависти и гнева, как жителей Конохи, так и самого Девятихвостого демона-лиса!       — Он мой друг, — перебила я.       — Что?       — Тот, кого вы зовёте демоном — мой друг! Друг, что обучал и поддерживал, лечил мои раны и утешал. Поэтому прошу вас не называть его монстром! Я. Настаиваю. — проговорила я, выделяя каждое слово, в голосе сквозило раздражение, а с каждым моим словом её глаза распахивались от удивления. Сакура подошла ко мне и положила руку на плечо.       — Я бы тоже попросила об этом. Он наш друг. Это важно для нас. Если вы считаете иначе, то мы заранее просим прощения, откланиваемся и не будем вам более докучать. До этого же сами как-то справлялись, — последняя фраза была произнесена тихо и предназначалась мне, но принцесса услышала.       Думаю, она не ожидала такого, и поэтому сейчас стояла с застывшим лицом. Потом всё же кивнула, соглашаясь с нашей просьбой.       — Я ни в коем случае не хотела обидеть вашего друга, думаю… он… обрел преданных друзей в вашем лице. Надеюсь, что и у нас всё сложится. А теперь пройдемте в дом, перекусим и обсудим, дитя, откуда ты столько знаешь и как вы подружились с… вашим другом, — видать, ей было трудно принять, что биджу может быть другом. Будем новаторами и изменим отношение людей к Хвостатым!       Мы прошли в просторный дом, где дети, убежавшие в начале разговора, когда мы просились в ученики, уже разливали чай. Мои клоны развеялись, и я была уже в полной уверенности, что здесь кроме них никого нет. Вижу, у Сакуры тоже передались данные от клонов. Рассевшись, госпожа Мито сделала жест, чтобы мы начинали свой рассказ. Мы переглянулись, ну, в принципе, что скрывать-то, и кому они расскажут, в самом деле? Сакура начала рассказ.       — Начнем с того что я, это не совсем я, — начала Сакура.

***

      — Хм. И в правду, то будущее, которое ты видела, огорчает тем, что столько боли и горя должно произойти, хоть некоторых мне и не жалко совсем. И что самое грустное, там нет нас, а значит, клан прекратил своё существование,  — вымолвила госпожа Мито спустя некоторое время.       — Скорее всего, вас либо не было в деревне, либо вы погибли, либо, как я уже говорила, эта вселенная не идентична с тем, что я видела. Ведь тут ребенок Четвертого и госпожи Кушины девочка, а не мальчик! Хотя всё остальное слишком совпадает, так что лучше перебдеть, чем не добдеть! — я кивнула соглашаясь со словами Сакуры. Предупрежден, значит, вооружен.       — Ясно, ну, дорогие мои, тогда приступим к тренировкам! Заодно познакомитесь с остальными поближе.        С того момента, как мы нашли вход в квартал Сенджу, прошел месяц. Мы с Сакурой быстро развивались, учитывая наш возраст, и благодаря нашему упорству и смекалке, успевали заниматься с госпожой Мито, делая упор на фуиндзютсу. Медитировали, увеличивая объем резерва, используя для этого клонов, а сами, надевая ограничители и утяжелители, занимались с Майто Гаем. На этом настояла Сакура, утверждая, что лучше этого учителя по тайдзютсу нет нигде. Скажу правду, думала, я помру от его тренировок, меня даже Курама так не гонял, весь вид Сакуры говорил, что она тоже уже пожалела, что пошла на это, но ругать некого, ведь это её собственная идея. И даже его костюм не смущал, но был довольно «экстравагантен», как говорила Сакура, но получше того, что носил какой-то герой Лентяево. Неужели есть герои, которые носят такое?       Ко всему прочему, в квартале Сенджу на одном из домашних полигонов госпожа Мито установила один из самых сильных и сложных барьеров, которые я видела, даже пока не могла понять, как он работает, там было несколько слоев фуин-печатей, делающими каким-то образом барьер чакропоглощающим, таким образом, он был самоподдерживающимся. Основой подпитки барьера была чакра Курамы, то есть я, пропуская чакру через себя и выпуская её, тем самым питала барьер. И чем больше выпускаемой чакры, тем сильнее барьер. Этот барьер не только защищал от того, чтобы чакру не засекли, но и тех, кто был снаружи, не давая мне из него вырваться. А то вдруг я съеду с катушек! К Кураме пока не было полного доверия от госпожи Мито, да и понятно, она такое проворачивает рядом с будущим поколением, которое так долго защищала. Только она могла создать такой барьер — вот что значит мастерство фуиндзютсу принцессы клана Узумаки.       Каждый вечер я пропускала чакру Курамы через себя, немного увеличивая дозу, Сакура сравнила это с тем, как в её мире приобретали иммунитет к змеиному яду. Иногда я чуть ли не падала, перебарщивая с дозами, но тут Курама был начеку и вмешивался, перекрывая доступ к чакре и не давая мне навредить себе. В то время, как я перегружала организм ядовитыми веществами, Сакура изучала ирьёндзютсу. Она смогла найти себе учителя — Араи Норудо, не без помощи мамы конечно, для того, чтоб изучать его более углублено, чем-то, что могли дать городские библиотеки. Так что её прогресс в этом направлении стал значительно лучше, да и учитель её хвалил, сказав, что она просто умница, трудолюбию и упорству, которой можно только позавидовать.       С детьми Сенджу мы быстро нашли общий язык! Нэо была рада, наконец, поиграть с другими девочками, а то компания мальчишек — это все равно не то, да и Акио и Акайо быстро с нами подружились. Сами мальчики были серьезными и знали много больше, чем другие в их годы, госпожа Мито без дела не сидела, обучая их всему, что знала сама, и тому, чему научилась у мужа, в помощь были библиотеки и куча тайных свитков клана Сенджу, самое удивительное, что свитков клана Узумаки почти не было. Госпожа Мито объяснила это тем, что, выйдя замуж она, как бы оторвалась от семьи. Отрезанный ломоть, как выразилась Сакура. Но знания-то никуда не делись, просто ими делиться было не с кем, думаю, Сенджу были слишком высокого мнения о себе и своей силе, вот и сгубила их же собственная самоуверенность. Все трое владели Мокутоном, а парни так вообще, они просто филигранно отрабатывали техники, плюс ко всему у них очень быстро восстанавливался уровень чакры. Сакура сказала про это так: «+100 к приросту маны, нам бы такую плюху», — потом взглянула на меня, вздохнула и сказала: «Только мне нужна такая плюха, эх». Мне стало жаль подругу и что бы её поддержать, мы с Нэо решили приготовить данго: получились разномастные разноразмерные данго у меня и ровненькие красивые шарики у Нэо, госпожа Мито и этому научила.       Кстати, одним из самых важных моментов, которым госпожа Мито начала нас обучать, — это как скрывать свою чакру, причем добивалась от нас этого на автомате, так как развивались мы быстро. Что не удивительно при таком-то графике тренировок, семнадцать часов в сутки, остальные семь часов — это сон и перерывы на обед! Еще немного и от нас фонить будет так, что мама не горюй, будем мечтой начинающих сенсоров. И как потом объяснить, почему детки, которым только в академию, имеют такой уровень чакры? Даже клановых, кажется, так не гоняют и начинают усилено обучать только при поступлении в академию и то не всегда, а уж всяким клановым техникам обучают после выпуска и набора необходимых знаний. И тут мы такие: безклановая и сирота. Не будем же рассказывать, что шла, упала, очнулась, чуть ли не джонин? Блин, нахватаешься же всякого от Сакуры.       Пойду чаю попью, вон Нэо машет, зовя всех в дом.

***

      Прошло полгода после знакомства с кланом Сенджу, благодаря моей памяти, за это время я перечитала почти всю их библиотеку, госпожа Мито да и остальные были впечатленны скоростью моего запоминания и обучения. Конечно, тупо читать теорию — ничто без применения её на практике, но и теория лишней не будет, вдруг когда-то попрактиковаться смогу. Да и в помощь нам техника теневого клонирования!       Это стало моей любимой техникой, так как из-за увеличивающегося резерва чакры, я могла создавать клонов в большем количестве. Не все и не всегда получались хорошо, но с применением этой техники мой резерв рос, медленно, но верно. Курама следил, чтоб я не опустошила себя под ноль и не померла от чакроистощения. А ведь это такая помощь в хозяйстве, я вам скажу! Сакура серьёзно отставала от меня, правда расстроенной она не выглядела. Что ж, это к лучшему, потому что всё равно утешитель из меня никакой. У нее там были какие-то свои грандиозные планы, о которых ей некогда было мне рассказать. Почему, спросите вы, да потому что мы с ней тренировались, как сумасшедшие, одержимые силой.       Благодаря урокам и, что греха таить, подзатыльникам госпожи Мито, умение скрывать чакру выработалось на уровне безусловного рефлекса, теперь мы скрывали чакру даже во сне. Как выяснилось позже, у меня оказалась предрасположенность к стихии ветра, у Сакуры же пока ничего не показало, но как она сама выразилась: «Она и так крутой перец».       Дядя Кизаши и тётя Мебуки немного волновались о том, что мы пропадаем сутками не пойми где, но мы всё объясняли тем, что тренируем крутую штуку, которая секрет. Это объяснение их пока устраивало, да и не могли они подумать, что их маленькие девочки уже как минимум чунинов догнали. Хотя если быть честным, знания и большой резерв — это, конечно, хорошо, но без опыта и практики нас сольют даже более слабые противники, если окажутся опытнее нас. Но вот практика по рукопашному бою была отличная, наши обладатели Мокутона не были слабаками, уж поверьте мне, не раз нас с Сакурой раскатывала в тонкий блин Нэо, которая была ненамного старше нас, что уж говорить о её двоюродных братьях. Но уроки Майто Гая давали о себе знать: мы стали быстрее, сильнее и намного выносливее. Вначале Сакура переживала, что от такой нагрузки станет похожа на качка-переростка, хотя, что это, толком объяснить не смогла, даже когда пробовала показать это на себе. Я думала живот от смеха лопнет!       «Нет, показалось, — сказала она после пробежки в шестьсот кругов по стадиону. — С таким кардио одни жилы будут».       Сакура продолжала развиваться и практиковаться в ирьёндзютсу, благодаря её прошлой памяти, она помнила многие крутые техники, ей только не доставало практической теории «о которой в манге не рассказывали» и уточнения некоторых моментов. Учитель на неё нарадоваться не мог и прочил ей светлое будущее! Мало кто в неполные шесть лет может похвастаться таким контролем чакры, не говоря уже о том, чтобы пробовать лечить рыбу. Свой контроль чакры она оттачивала как скальпель, считая это жизненно необходимым. Почему она пока не рассказывала, наверное потому что мы вообще не успевали поговорить. Говорю же, пашем как проклятые! Её же родители не могли нарадоваться, не могли поверить, что у простых бесклановых шиноби мог родиться гений медицины.       Моя же работа по управлению чакры лиса продолжалась, сказать, что это неприятно, не сказать ничего. Это жутко больно. Когда я дошла до слияния в виде четырех хвостов, чакра больше не обволакивала, как кипящее варево, она теперь разъедала кожу, выжигала глаза, ломала кости и рвала мышцы, перестраивая их под себя, начиная лепить из меня подобие лиса. Это был бы кошмар, если бы Курама не блокировал большинство моих ощущений, просто прогоняя их через себя, а то я бы сошла с ума, ведь даже слабые отголоски этой боли заставляли волосы на загривке вставать дыбом. Курама успокаивал и пытался отвлечь непринужденной болтовней в моей голове. Признаю, помогает! Было самым замечательным то, что я не сходила с ума. Да, было больно так, что иногда я ревела, как раненый зверь, но никогда не было желания крушить, уничтожать или убивать.       Однажды такой вот рев услышала Сакура, на что усмехнулась и вынесла вердикт: «Шумел камыш, деревья гнулись и фрицы сралися в кустах».       Кстати мне кажется, она положила глаз на одного из братьев, не знаю только на кого именно. Несмотря на то, что Акио и Акайо были близнецами, они имели абсолютно разные характеры. Акио был спокойным и рассудительным, в то время как Акайо был весельчаком и любителем шуток, именно с его подачи и были многие их розыгрыши, чаще всего из которых был с выдаванием себя за брата. Первое время мы с Сакурой жутко путались, Нэо же прыскала в кулачок, глядя на наши попытки угадать, кто есть кто. Со временем мы стали их различать, даже не знаю как, просто начали.       Так прошло еще три месяца. Близилось время к поступлению в академию! За восемь месяцев до набора, в приют снова начали приходить агитаторы академии для вербовки молодняка. Я и Сакура тоже подали заявки, вступительный экзамен намечался через полмесяца. К этому времени я уже выпускала пять хвостов, думаю, мы уложимся в намеченный срок.       Кстати, вам, наверное, интересно, как это меня не хватились в приюте и вообще? Ответ прост — Теневое клонирование. Ведь всё гениальное до безобразия просто!

***

      — Господин Хокаге, докладываю. За всё время объект не создавал проблем и не подавал никаких признаков агрессии. Объект также ведут наблюдатели. По их докладам ничего странного не происходит. Но по данным учителя их дочь в будущем обещает быть прекрасным ирьёнином. Возможно, не менее хорошим, чем Сенджу Цунаде. По сравнению с ней, объект в развитии никуда не движется.       — Хм. Посмотрим, посмотрим. — Третий задумчиво выпустил струйку дыма в потолок. — Позвать ко мне начальника Аналитического отдела Нара Шикаку.