Глава 24. Возвращение в Суну.
10 июля 2018 г., 13:50
Вот уже пару месяцев как мы ходим на миссии ранга D, самое прискорбное, что не так уж и сильно они оплачивались, порой мне казалось, что пособие было и того больше, если, конечно, отнести туда же талоны на бесплатную еду.
Оказывается, у нас просто огромные налоги. Около шестидесяти процентов от стоимости задания идёт в бюджет деревни, а остальные сорок распределяются в зависимости от того, какой у тебя ранг. Капитан команды получал большую часть, а мы, как генины, делили всё поровну. Так что заработок с одного задания был не большим, и для того, чтобы жить нормально, нужно было либо работать, не покладая рук, либо брать более сложные задания.
Миссии были самыми разнообразными, от прополки огородов до ловли котов. Больше всего мне нравились миссии именно с сельскохозяйственными работами. Хоть это и физический труд, но он так радует своими результатами. Если бы я не стала джинчурики, даже не смотря на то, что я шиноби, стала бы развивать сельское хозяйство. Потому что, какой бы ты крутой и сильный не был, накормит тебя именно простой человек своим ежедневным трудом.
С Саске не получалось видеться, да и были мы не в тех отношениях. Хоть мои губы и жёг тот-самый-поцелуй, но попыток повторить не было. Ни с моей стороны, ни со стороны Саске. Только Сакура тихонечко хихикала и залипала в эту дурацкую книжку.
Сдать её учителю что ли?
— Слушай, Курама, — я только вернулась домой с миссии и сидела в наполненной ванне, поджав ноги к груди. — А как вообще люди начинают встречаться? Что для этого надо сделать?
— Ну, нам такое не нужно, но если судить по ситуации с твоей матерью, то… тебя должны украсть! — Курама вальяжно развалился в раковине.
— Зачем меня красть?
— Не знаю. Минато с Кушиной только после того, как её чуть не выкрали, а он её спас, начали встречаться, а потом поженились.
— Хм. Мне кажется, что это не наш вариант, но я буду иметь в виду, — лис лишь пожал плечами, по части отношений между людьми он не самый лучший советчик. Может, у Сакуры спросить? Я вылезла из ванны, заворачивая себя и волосы в полотенце.
— А-а-а-а. — я запустила Курамой, которого до этого несла подмышкой, в какую-то мелкую хрень, сидящую у меня на кровати. — Что это?
Курама вывернулся в полёте и приземлился на лапы рядом с… при ближайшем рассмотрении — это оказалась мини, хотя нет, скорее макро версия Шукаку. Какого чёрта тут творится? Кажется, я произнесла это вслух, потому что Курама скуксил мордочку, а мелкий Шукаку тихо ржал.
— Курама, Шукаку, я требую объяснений.
— Ниджи, в отличие от тебя, лучше среагировал, — что могу на это ответить? Я же девушка, а потому боюсь крыс, а Шукаку потирал висок, прогоняя фантомную головную боль. Или не фантомную.
— Помнишь, Сакура тебе рассказывала, что меня сдерживала кристаллизованная чакра Первого? — я кивнула. — Так вот, люди чакру кристаллизуют, а мы можем её разделять. Так же как из печати выходим, — а я только хотела пошутить про размножение почкованием.
— Это он как призыв бабули работает, что ли? Хотя нет, у её слизня это сразу уже умение. Но разве вы можете так далеко отдаляться от джинчурики? — хотя, может, это и реально, я просто не пробовала использовать Кураму, как почтальона на большие расстояния. То, что Курама упомянул Ниджи, значит, что и у того есть такой вот макро питомец. И когда успели?!
— Стоп. Не это главное, — решила сменить тему и потому развернулась к Однохвостому. — Шукаку, у Ниджи всё хорошо?
— Да. Он сейчас в Суне. Его сейчас допрашивают.
— Что?! И ты говоришь это таким спокойным голосом? — в голове лихорадочно крутились мысли с уже строящимися планами его освобождения. — Что же делать? Что же делать? — я ходила по квартирке, на ходу одеваясь. — Надо выпить!
— Где логика? — вытянул мордочку Курама.
— Не знаю. Так Сакура говорит, а я как раз подумала о ней. Надо спешить!
— Остановись! — я удивлённо выпучила глаза на Шукаку, рыкнувшего на меня. Что? — Ты что? Совсем в него не веришь?
Я резко села на кровати, одна штанина болталась, так и не будучи натянутой на ногу. С глаз вот-вот начали бы капать слёзы, но я их сдержала. Мы изначально были против его возвращения в Суну, но не смогли его переубедить. Он выслушал нас, но всё же ушел. Дал понять, что не свернёт с выбранного пути.
— Верю, я в него верю, — тихо прошептала я в ладони, которые прижала к лицу. Несколько мгновений, чтоб успокоиться и не разреветься от мысли, что там твоему другу, почти брату, грозит беда, а я… — Расскажи всё!
***
Ниджи шёл вперед, выходя в полосу таких родных и одновременно ненавистных песков. Добирался он достаточно быстро, учитывая то, что страны имели общую границу. Переодевшись в одежду, которая была на нём в момент похищения, вот уже сутки он шёл по пескам в сторону Суны, не скрываясь. Его уже обнаружили дозорные и спешили навстречу. Ни один мускул не дрогнул, когда его окружили. Он чувствовал их удивление, недоверие и страх. Что ж, он сам решил вернуться, потому что, если бегать от проблем, они напомнят о себе в самый неподходящий момент. Лучше уж работать на опережение. — Г-господин Г-гаара? — Ниджи слегка поморщился, он уже отвык от этого имени. Если честно, возвращаться к этому имени, несмотря на то, что так назвала его мама, у него не было желания, как не было, в принципе, желания возвращаться и в саму страну Ветра, но, порой, приходится идти против собственных желаний для того, чтобы достичь цели. Как ни странно, но эту цель ему подарила одна хрупкая девочка, со смешливыми глазами цвета шоколада, который он впервые попробовал в клане Сенджу. Он знал, что рано или поздно его найдут. Ему не хотелось всю жизнь бегать, потому что никто не хочет быть одинок, а постоянные перемещения не способствуют обретению связей. Он должен был вернуться, чтобы ему больше никогда не нужно было ни от кого бегать. Он посмотрел прямо в глаза тому, кто окликнул его. Парень был молодым, и он заметно побледнел, как будто незаметно съёживаясь под взглядом Нид… Гаары, потому что бирюзовые глаза не выдавали его эмоций. Всё-таки его дурная слава шагала впереди него и сейчас была ему на руку. — Да, это я, — ответил спокойным голосом Гаара и двинулся дальше. Похоже, что дозорные не знали, что делать в этой ситуации, и просто метались. Гаара не собирался им помогать, не сейчас. Пока всё идёт так, как надо. — Вы двое, — тот же паренёк, что остановил его, оказался лидером этой группы и начал раздавать указания. — Идёте дальше до поста, осталось всего полчаса пути. Объясните ситуацию и отправите срочное донесение с ястребом. Мы же сопроводим господина Гаару до деревни. Выполнять! — Есть, — двое из них понеслись до следующего пограничного поста. Оставшиеся двое двинулись за Гаарой, который отметил то, как быстро себя взял в руки тот паренёк, но вида не показал. Чувствовалось, что его сопровождающие через чур напряжены. Учитывая его пропажу и обстоятельства, при которых все произошло, то их опасения были понятны. Но то, что перед ними спокойно идёт их джинчурики Однохвостого, сомнений не было. А еще они слышали много слухов о его кровожадности и безумии. Слухи, гуляющие по Суне про него, были правдивыми, просто их количество, как и количество жертв в этих слухах, со временем росло. Он не мешал — это было ему на руку. Его избегали и не нарушали его спокойствия. Он максимально отдалился от брата и сестры. Он хотел разорвать все связи, чтобы больше не чувствовать тот океан боли и отчаянья, когда погибла мама. «Даже если кто-то умрет, мне не будет больно», — так он думал, пока в его жизнь не ворвались эти неугомонные ребята с их прорвой энергии и оптимизма. Они держались друг за друга и становились от этого только сильнее. Первое время он не понимал, как они это делают, но потом, немного попутешествовав с ними, затем прячась внутри их деревни на виду у всех и после переделки его печати, до него, кажется, дошло. Он не хочет, чтобы они умирали. Он хочет быть другом, братом… мужем?! Да. Именно мужем. Решено! Сначала он завоюет Суну, а потом жениться на ней. Потому что именно эти тёплые шоколадные глаза смогли до конца разбить лед равнодушия, за которым он так старательно прятался. Она должна взять на себя ответственность!
