Дочь Кровавой Хабанеро!

      Вообще, проблема выпивки для Сакуры стала особенно острой после того, как учитель Какаши появился в нашей жизни.       Смешно, но выпивку нам не продавали по причине малого возраста.       — То есть убивать — это мы уже взрослые, а как выпить, так еще не доросли, — долго возмущалась Сакура, но продавцы были категоричны. Долго настаивать мы не решились, а то, если сдадут нас родителям Сакуры, будет неловко. Короче, мы просто спёрли бутылку саке и распили её в компании близнецов в квартале Сенджу. Надо было видеть её расстроенное лицо, когда стало понятно, что она ожидала другого вкуса и думала, что алкоголь должен быть крепче.       — Слабоват у нас алкоголь, да и тара не удобная, — Сакура вертела чашку, заставляя саке растекаться по стенками, но не расплёскивала при этом. — Убила бы за «Джек Дэниэлс», — наконец, выдохнула она и опрокинула в себя последнюю чашку. Она держалась на удивление хорошо, и только румянец да блеск глаз выдавал её легкое опьянение.       Наверное, в прошлой жизни этот Джек Дэниэлс был очень хорошим человеком, раз за него Сакура была готова убить. Но она так мало рассказывала о прошлой себе, а расспрашивать было как-то неудобно, тем более, она еще в начале нашего знакомства дала понять, что прошлая жизнь — в прошлом, пресекая тем самым любые разговоры об этом.       А ещё я, оказывается, могу пить и не пьянеть, Курама своей чакрой выжигал алкоголь из крови, впрочем как и большинство ядов и прочих веществ, которые могли нести вред моему организму. Не всё конечно, но большую часть, потому как сам был ядовит, мама не горюй. А вот близнецы оказались слабоваты или просто притворялись, хотя выпили они на треть больше нашего. В общем, они чинно поднялись, икнув, попрощались с нами и пошли в свою комнату. С нами еще были Нэо и Карин, но они отказались от предложения выпить и теперь играли роль жилетки.       Мы перебрались во внутреннюю часть главного особняка, где усилиями девчат было ухоженно и красиво. Мальчишки при помощи своих стихий сделали там небольшой пруд каплевидной формы, а мы запустили туда рыбок, наловив их в водоёме вместе с растительностью. Также для удобства нашими мокутонщиками было сделано что-то вроде маленькой пристани, чуть нависающей над узкой частью пруда, там же стояли скамейки, а при желании можно было и босыми ногами поболтать в пруду, сидя на краю. Солнце уже давно село, и теперь мы видели часть луны в пруду.       — Не, ну это же надо было так попасть, — Сакура подперла голову рукой, свет из окон делал черты её лица еще мягче. — А мне ведь пока только двенадцать, ждать еще четыре года. А ведь он может другую найти, и что я буду делать? Вздыхать в сторонке? Что мне делать, девочки-и-и? — на это мы могли только пожать плечами, сами запутавшись в своих отношениях.       — Твой хоть рядом, а у меня вообще в другой стране, — Нэо тоже подпёрла кулачком подбородок. — Он сказал, что ему нужно отдать долги прошлого, чтобы с чистой совестью и лёгким сердцем двигаться вперед. Я была не в праве его останавливать, но если бы вы знали, как это больно… смотреть, как уходит тот, кто тебе очень дорог.       — А я, хоть он и рядом, боюсь признаться, — лицо Карин полыхало от смущения. — Не могу ничего с собой поделать, как только он рядом, могу только кивать и выдавливать из себя какие-то звуки.       — Да, девчат. А ситуации у нас хуже некуда, — заключила я, подводя итог. — Ладно, пошли ложиться, спать осталось всего пару часов. У нас с Сакурой миссия.        До наших девичьих посиделок клон учителя успел нам сообщить о встрече на рассвете у главных ворот. Так что пьянка была не вовремя, но пошли мы в путь с лёгкостью в душе. Наш спонтанно созданный клуб анонимных влюблённых дурочек отлично справился со своей задачей, и мы все выговорились, а выспаться успеем, первые несколько дней не должны быть опасными.       Как и ожидалось, путешествие протекало тихо и мирно, только бухавший в дороге заказчик нас немного нервировал. Меня запахом, забивавшим нос и мешавшим в разведке, хорошо, что это на слух и эмпатию не влияет. А Сакуру, видать, бесило то, что он умудрялся напиваться с такого слабого градуса. Если по-честному, то мне выпивка не понравилась, ни вкус, ни послевкусие. Может, мы просто плохую марку украли? Хорошую, наверное, всё же лучше бы охраняли.       За всеми этими размышлениями мы подошли к той-самой-луже, я чуть повернулась к Сакуре, а она дала мне понять, что видит, чуть прикрыв глаза. Подходя, Сакура пошла рядом с нанимателем, чтоб иметь возможность оперативно его прикрыть при необходимости. Саске мы ничего не говорили, но попросили не расслабляться, не знаю, из-за этого ли, но и он увидел не состыковку погоды с лужей. Надо дать ему пирожок за внимательность.       Как и предупреждала Сакура, из неё выскочили двое и превратили учителя в фарш. По крайней мере, выглядело именно так, особенно мелкие шматки плоти, хотя не такое уж большое количество крови должно было насторожить, но нападающие упивались победой. В тот же момент я их вынесла, точнее я и мой клон. Так как они были к нам спиной, то они не ожидали такого поворота событий, чем я и воспользовалась, вложив в удар достаточно чакры, чтоб вынести их с одного удара.       — Тц, — Саске был разочарован, что всё так быстро закончилось.       — Учитель выходите, от вас даже крови не осталось, — крикнула Сакура. — А вообще не хорошо учеников в опасности бросать.       — При серьёзной опасности, я бы вмешался, — появился живой и невредимый учитель. — Молодцы, хорошо сработали.       — Сакура, наш наниматель белый как полотно, вдруг его ранили, и он потерял много крови? — мостостроитель действительно был без кровинки в лице. — Мы же детишки и совсем не умеем лечить, а вдруг помрёт? Как думаешь, нам заплатят в случае смерти нанимателя?       — Думаю да, он же уже оплатил, — на полном серьёзе ответила мне Сакура.       — О, смотри, он жи-и-ив! — я отплясывала вокруг Тадзуны и радостно скалилась, глядя на его красное, наливающееся кровью, лицо.       — Хватит придуриваться, — сказал Саске, но я чувствовала, что и ему весело.       Пока мы с Сакурой прикалывались над нашим нанимателем, учитель успел куда-то утащить наших горе-нападающих и вернуться без них. Подрабатывает, наверное, думаю, и за таких неудачников есть цена в книге Бинго.       — Вы ничего не хотите нам рассказать, господин Тадзуна? — вот как у него получается, вроде всего один глаз видно, а эмоцию понять можно. И сейчас учитель был зол, хотя казалось, что глаз улыбается.       В общем, история простая: у мостостроителя не было денег на кого-либо посерьёзней генинов, потому что их страна настолько бедная, что и на них-то они скидывались всей деревней. Начал рассказывать ужасы об их Гато, и как этот хмырь мешает им прийти к благополучию, к которому они придут через мост. Видя, что нас таким не пронять, начал давить на жалость, описывая, как будут рыдать его дочь и внук, а с ними вместе все жители бедной деревни.       Мы решили посоветоваться, что делать дальше. Отойдя, тихо переговаривались, в то время как наш наниматель краснел-бледнел, ожидая нашего решения.       — Так как он нас обманул, мы можем отказаться от выполнения задания, — дал нам выбор учитель, походу он за любой вариант событий.       — Ладно, пошли, не бросать же его в беде, — за всех нас ответил Саске.       — Идём, — видно было, как у мостостроителя отлегло после короткой команды учителя, и цвет лица вернулся в норму. Он вновь приложился к своей фляжке и утёр пот со лба.       — Блин, — тихо протянула я. — Вот же запах отвратный, — ответила на молчаливый вопрос Сакуры, наш наниматель промолчал. Ещё бы, после такой подставы, он потерял право выпендриваться.       — Ты — молодец! — Саске очень близко подошёл сзади и сказал мне это на ухо, заставляя заливаться румянцем от приятных мурашек.