Curse You and Your Dinner

      Это было довольно быстро.       Эмма не помнила, как она оказалась на втором этаже. Не помнила, как снимала сапоги. И она понятия не имела, каким образом Реджине удалось стянуть с неё обтягивающие джинсы, оставив в майке и одном нижнем белье.       До чего же ловкие у Королевы пальчики.       Тем не менее, она в красках помнила, как стаскивала с мэра пиджак и бросала через плечо, прежде чем взяться обеими руками за аппетитную попку.       А ещё она помнила восхитительный стон, последовавший за этим действием.       Приоритеты.       Остальное слилось в единый коктейль безумия. Перестук каблуков по паркету, растворившийся в мягкости ковра. Губы соединяются, бёдра сталкиваются, пальцы царапают, руки, зубы, кожа, пуговицы, молнии, горячее дыхание и холодный воздух по обнажённой коже…       Реджина резко выдохнула, когда Эмма, оказавшись в спальне, буквально впечатала её спиной в закрытую дверь. Спасительница скользила руками по телу Королевы, сминая ткань и нетерпеливо перебирая пуговицы в стремлении поскорее увидеть шелковистую оливковую кожу, который день не выходившую у неё из головы. Спустив блузку вниз, обнажив плечо, она с лёгким сожалением оторвалась от горячего рта брюнетки и провела губами по гладкой коже.       Из горла Реджины вырвался нетерпеливый стон, колени подогнулись под натиском шерифа. Пальцы правой руки нащупали затвердевший сосок Эммы через тонкую ткань майки, сжали, в то время как пальцы левой скользили по двери в поисках замка. Обнаружив, что дверная защёлка болтается, женщина нахмурилась.       Она резко выдохнула и, стараясь не смотреть на Свон, которая продолжала покрывать шею поцелуями, схватила её за волосы и потянула так, чтобы их глаза были на одном уровне.       — Ты сломала мой замок, — осуждающе заметила она.       Эмма ответила ей своим изумрудным взглядом, и Реджина поймала себя на том, что не может на неё сердиться.       — Я бы снесла чёртову дверь, если бы это могло привлечь твоё внимание, — честно ответила Свон.       Реджина ухмыльнулась.       — Мне кажется, однажды ты это и сделала.       — Именно.       Эмма снова жадно поцеловала её, вжимая в дверь, скользя руками по телу, забираясь под блузку и царапая ногтями скрытую кружевом грудь. Их языки сталкивались в борьбе за главенство, поцелуи становились всё жарче и ненасытнее.       Эта блузка превращается в проблему.       Эмма сейчас явно была не в том состоянии, чтобы на один-два разобраться со всеми пуговицами, а сама Реджина стремительно теряла терпение.       Пора брать контроль в свои руки.       Королева разорвала поцелуй и одной рукой решительно подтолкнула Свон в сторону кровати.       — Сядь.       Блондинка попятилась, запуталась в собственных ногах и послушно плюхнулась на пятую точку.       Реджина окинула её сверху вниз пристальным, сверкающим взглядом. Она высунула кончик языка, облизала пересохшие губы.       Эмма судорожно сглотнула. Если до этого момента время летело, то теперь оно практически остановилось.       Мэр приближалась к ней грациозно. Так пантера надвигается на свою жертву, настоящая хищница, полностью осознающая свою власть над всем вокруг. Эмма не могла отвести глаз от Реджины. Она была чертовски сексуальной. Растрёпанная, с соблазнительно обнажённым плечом, она выглядела горячее, чем когда-либо.       Ей пришлось прикусить губу, чтобы сдержать одобрительные стоны, пока Королева неспешно расстёгивала пуговицы, прежде чем небрежно сбросить блузку со своих плеч.       На мгновение Спасительница утратила способность дышать.       Реджина Миллс. Полуобнаженная. В чёрном кружеве.       Королева встретила ошеломлённое выражение лица Эммы своей кошачьей улыбкой. На ослабевших ногах она приблизилась к ней, оседлала бёдра.       — Разве это было так сложно? — подразнила нараспев.       Эмма не смогла ответить, ей даже дышать было проблематично из-за близости другой женщины. Вместо этого, она протянула руки, чтобы обхватить задницу мэра и притянуть ближе, двигая бёдрами ей навстречу.       Реджина хрипло выдохнула и чуть сильнее прижалась к её колену. Эмма застонала ей в шею.       Брюнетка пробежалась пальцами по ключице, вырисовывая бессмысленные узоры на коже и наблюдая за появляющимися мурашками. Провела пальцем по шее, задела ногтём подбородок, прежде чем, зацепив светлый локон, начать наматывать его на палец.       — Нравится, что видишь, шериф? — игриво спросила Реджина, лаская грудь, ещё сильнее вжимаясь в её колено, чтобы усилить трение. Контраст грубости и нежности сводил Свон с ума, заставляя нервные окончания пылать.       — Боже, да, — выдавила та, её голос становился всё более хриплым от нарастающего возбуждения. Она скользила ладонями по обнажённой спине Реджины, неспешно, наслаждаясь ощущением мягкой кожи, пока не нащупала застёжку бюстгальтера.       — Но я бы хотела увидеть больше.       Реджина наклонилась, чтобы накрыть рот Эммы нежным поцелуем, и блондинка охотно приподнялась ей навстречу. Продолжая целоваться, Реджина почувствовала, как кружево соскальзывает с её груди, вызвав сладостную волну возбуждения внизу живота. Она чуть отстранилась, чтобы Эмме было сподручнее полностью избавить её от бюстгальтера.       От холодного воздуха её соски мгновенно затвердели.       — Воу, — выдохнула Эмма. Она провела ладонями по её подтянутому животу, наслаждаясь тем, как напрягаются мышцы от прикосновений. Затем коснулась груди, лаская и дразняще играя с сосками. Она мягко сжала округлости, пробежалась пальцами, срывая с пухлых губ одобрительное мычание. — Ты прекрасна, ты ведь знаешь это, да?       Когда Свон резко оттянула соски, чуть покрутила в пальцах, Королева захныкала и невольно вцепилась ей в плечи. У неё перехватило дыхание, и новая волна желания прокатилась по её телу, сосредоточившись где-то внизу живота.       — Ты сама не промах, дорогая, — сумела выдавить она.       Уткнувшись в ложбинку между грудями, обводя пальцами чувствительный ореол одной вершинки, Эмма прижалась губами к мягкой коже, и Королева поёрзала на её колене. Благодаря ласкам с каждым новым прикосновением она становилась всё более чувствительна.       К тому моменту, когда Эмма накрыла ртом её сосок, Реджина вовсю динамично двигала бёдрами. С пухлых губ сорвался приглушённый стон, и она, машинально зарывшись пальцами в волосы блондинки, притянула её ближе и запрокинула голову, полностью отдаваясь чувству наслаждения. Эмма продолжала ласкать языком её грудь, вызывая у Реджины, терявшей связь с действительностью, одобрительное мычание, стоны и вскрики.       Звуки, которые издавала Королева, отзывались сладостной пульсацией внизу живота Эммы, её собственные бёдра невольно сжимались. Она была так сильно заведена, что едва могла сдерживать себя. Изловчившись, она перевернулась, оказавшись сверху, впечатывая брюнетку в кровать. У них внутри что-то перемкнуло; просто мило и медленно — это не их стиль.       Эмма целовала её до тех пор, пока не стала задыхаться от нехватки воздуха. Ладони блуждали вдоль грудной клетки, массировали грудь, пока Королева извивалась под ней, желая большего.       На Спасительнице всё ещё слишком много одежды.       Реджина сминала в руках майку, царапала кожу, и когда Свон обратила на это внимание, женщина была в шаге от того, чтобы разорвать ткань на части. Ей хотелось большего.       Она немного удивилась и обрадовалась, увидев, что бюстгальтер Эммы по цвету сочетается с её красными трусиками.       Ногтями Реджина провела по спине Свон, царапая кожу, и женщина одобрительно прошипела в ответ. Но почти сразу в отместку особенно больно ущипнула её за соски, впиваясь в шею жёстким поцелуем, чувствуя, как бьётся под кожей пульс.       Миллс цеплялась за лопатки, наслаждаясь шелковистой кожей и раздражаясь, что не получается самостоятельно избавить Свон от лифчика. Она рывком притянула её к себе, яростно перебирая пальцами в поисках застёжки. Не обнаружив таковой, разочарованно зарычала.       Эмма ответила насмешливым хмыканьем.       — Спереди, — прошептала блондинка, обжигая дыханием шею Королевы и посылая дрожь вниз по позвоночнику.       Пальцы Реджины тут же переместились и, нащупав неприметный крошечный крючок, расстегнули его. Грудь шерифа, освобождённая из плена бюстгальтера, тут же оказалась прямо перед её лицом, и Реджина почувствовала, что у неё перехватило дыхание.       До этого момента она даже не подозревала, как отчаянно жаждала увидеть её.       Реджина не могла оторвать глаз от прекрасного зрелища. Она провела ладонями по груди, сжимая, слегка царапая ногтями и чувствуя ответную дрожь от прикосновений. Коварно улыбнулась склонившейся над ней Спасительнице. Непослушные светлые волосы ниспадали на плечи, частично закрывали лицо. Изумрудные глаза смотрели на неё с вожделением.       Прервавшись, Эмма мгновение просто возвышалась над королевой, зафиксировав локти, чтобы быть уверенноё, что не рухнет на неё всем своим весом. Она закрыла глаза и застонала, сосредоточившись на действиях лежавшей женщины. Ладони неустанно сминали её грудь, и Свон даже подумала, что могла бы кончить от одних только прикосновений; проворные пальцы умело играли с её телом, словно Реджина проделывала это годами.       Королева водила ногтями по плоскому животу, скользила вдоль талии, едва касалась пупка. Внезапно пальцы скользнули под резинку трусиков, и женщина припала ко рту блондинки настойчивым поцелуем, бесцеремонно раздвигая языком губы.       Реджина крепко сжала нежную плоть Эммы, скользнула средним пальцем в её влагу. Волна удовольствия прокатилась по телу шерифа, и она не сдержала удовлетворённый вздох.       Языки переплетались, сталкивались; женщины поглощали стоны друг друга. Проталкивая пальцы глубже, Реджина прикусила нижнюю губу Эммы и слегка оттянула, чувствуя, как задрожали ноги той. Затем, резко убрав руку, принялась размазывать влагу по клитору шерифа. Эмма попыталась снова насадиться на пальцы Реджины, но в этой молчаливой просьбе ей было отказано. Вместо этого Королева полностью убрала руку, резко дёрнула за резинку трусиков, вынуждая Свон прижаться промежностью к её собственной, навалиться на неё всем телом. Шериф застонала.       — Сними это, — приказала Королева прямо ей в губы и для наглядности ещё раз подцепила ногтём резинку.       «Даже когда снизу… Реджина командует», — размышляла Эмма. — «Чертовски горячо».       Шериф встала на колени и, вызывающе усмехнувшись Реджине, стянула лишнюю деталь одежды и отбросила в сторону.       Королева приоткрыла рот. Кто бы мог подумать, что под всей этой ужасной одеждой шериф выглядит… вот так?       — Спасибо, — улыбнулась Эмма. Подтянулась выше к брюнетке, прижимаясь всем своим телом, скользя по обнажённой коже. Реджина подалась навстречу Эмме, сильнее вжимаясь в неё бёдрами и цепляясь пальцами за простыни.       — Но я ничего не сказала.       — Ты и не должна, — тихо сказала шериф. Напрягшиеся соски тёрлись о грудь Реджины, и женщина не сдержала тихий стон, который Эмма заглушила поцелуем. — Всё написано у тебя на лице.       — Нахалка.       Эмма продолжала улыбаться, одной рукой расстёгивая брюки Реджины.       — Тебе нравится.       Реджина промычала сквозь поджатые губы, приподняла бёдра, позволяя Свон стянуть с неё брюки и отбросить к остальным вещам.       Она не собиралась спорить с очевидной правдой.       Эмма снова посмотрела на неё. Практически обнажённая женщина царственно раскинулась поперёк кровати, и при её виде рот мгновенно наполнился слюной.       Шериф похотливо смотрела на кружево, последнее препятствие на пути к заветной цели, и щёки брюнетки, смущённой этим взглядом, залились лёгким румянцем.       — Можно? — галантно осведомилась Эмма, полушутя-полусерьёзно.       Мгновение Реджина кусала нижнюю губу. Затем кивнула.       Эмма сглотнула, подцепила пальцами кружево и медленно потянула вниз. Но как только она избавила её от нижнего белья, Королева плотно сжала колени, скрестила лодыжки, скрывая от Спасительницы сокровенное.       Блондинка шутливо нахмурилась, и Реджина самодовольно хмыкнула.       — Всё дразнишься, — укорила Эмма.       — Тебе нравится, — дерзко ввернула брюнетка.       Эмма осторожно провела ладонями вдоль ног Реджины, остановившись на коленях.       — Да… но не сейчас.       А затем раздвинула ей колени.       Эмма выглядела так, словно только что развернула самый лучший рождественский подарок в жизни. Слегка приоткрыв рот, она с упоением рассматривала то великолепие, что предлагала ей Миллс, не до конца веря собственным глазам.       — Ох, Реджина… — выдохнула блондинка. Королева была несомненно мокрой.       Потрясение в устремлённом на неё взгляде не было для Реджины ново, но теперь к нему добавилось благоговение.       Миллс не была уверена, что раньше на неё так смотрели. Это заставляло сердце трепетать в предвкушении, дыхание перехватывало.       Массируя икры, блондинка поцеловала колени и принялась подниматься выше, скользя губами по внутренней стороне бёдер. Коснулась дразнящим поцелуем нежной плоти и усмехнулась, почувствовав, как задрожали ноги королевы. Устроившись между бёдер, Эмма разместилась так, чтобы положить руки на талию Реджины. Она принялась покрывать лёгкими поцелуями нежную кожу, всё ближе и ближе подбираясь к сокровенному.       Она вдохнула пьянящий аромат Реджины, наслаждаясь участившимся дыханием женщины. Затем осторожно провела языком по нежной плоти, почти невесомо, что и прикосновением-то не назовёшь.       Бёдра Реджины судорожно дёрнулись.       Шериф встретила улыбкой открытие, насколько её маленькая Королева на самом деле чувствительная, и глубоко погрузила язык в её горячее лоно.       Из горла Реджины вырвался сдавленный стон, и это было именно то, чего ждала Эмма, чтобы ещё энергичнее заработать языком.       Эмма наслаждалась Королевой, будто та была самым изысканным блюдом из всех, которые ей довелось попробовать: она лизала, посасывала, покусывала клитор, пока брюнетка не начала извиваться под ней, что-то неразборчиво бормоча под нос.       Блондинка ещё раз провела вдоль влажных складок, прежде чем захватить губами комок нервов и всосать его. Реджина, вскрикнув, сквиртанула, запачкав Спасительнице подбородок. Эмма облизала губы, желая насладиться каждой драгоценной каплей наслаждения Королевы.       Реджина никогда не чувствовала себя такой обожаемой.       Я могла бы влюбиться в эту женщину.       От этой мысли Миллс почти прошиб озноб, но Эмма не оставила ей времени для паники. Вид Спасительницы, активно работающей между ног Реджины, сам по себе мог заставить ее кончить. И мэр уже приближалась к краю, теряя последние связи с разумом и ощущая, как сжимаются мышцы под ласками Свон.       Её затвердевшие соски ныли. Напряжённые мышцы дёрнулись, ноги задрожали, и если бы Эмма не удерживала её бёдра, она бы давно заехала Спасительнице по лицу. Несмотря на пылающий внутри жар желания, по телу пробежали мурашки, отдаваясь покалыванием в пальцах.       Ей было нужно, чтобы Эмма её поцеловала.       Сейчас же.       — Эмма, — простонала брюнетка, пытаясь привлечь внимание.       Блондинка в ответ промычала, обдавая своим горячим дыханием нежную плоть, и Реджине пришлось постараться, чтобы вспомнить, что она хотела сказать.       Эмма была слишком увлечена, чтобы прерываться на разговоры.       Реджина повторила попытку, слегка потянув за светлые волосы.       — Эмма, — задыхаясь, прошептала она. — Иди сюда, поцелуй меня.       Эмма подняла глаза на раскрасневшуюся и задыхавшуюся Королеву; лицо её растянулось в усмешке. Шериф игриво приподняла бровь.       — Вроде бы я именно этим и занимаюсь, — в доказательство она, не разрывая зрительного контакта со своей царственной пленницей, она провела языком по влажным складкам.       Голова Реджины откинулась на подушку, но она не ослабила хватки, продолжая сжимать её волосы в руке.       — Эмма… — предупреждающе прорычала она, держась из последних сил. — Я серьёзно.       — Я тоже.       Звук, который вырвался из груди Реджины, был неоднозначным; чем-то средним между разочарованным всхлипом и страстным вскриком, просящим о большем. И Эмма, доводившая до умопомрачения несчастную женщину своими любовными навыками, сжалилась над ней. Прекратив дразнить, блондинка начала медленно подниматься выше, скользя по соблазнительному телу мэра, чтобы даровать той заслуженный поцелуй. Впрочем, далеко она в своём намерении не продвинулась.       Ноги Реджины всё ещё были разведены, и клитор Эммы, которая плотно прижималась к ней, соприкоснулся с её собственным.       Вздрогнув, женщины одновременно застонали, и Реджина напрочь забыла о своей просьбе. Обхватив Свон ладонями чуть пониже спины, она грубо сминала мягкую плоть, притягивая блондинку, вжимая в своё тело.       Эмма, упёршись ладонями в подушку по обе стороны от головы Реджины, прижималась бёдрами, увеличивая трение. Реджина обвила ногами торс шерифа и принялась двигаться навстречу. От ослепляющего удовольствия хотелось кричать.       Королева балансировала на грани блаженства. Помутневшие от страсти глаза прикрылись, с губ срывались одобрительные вздохи. Каждый нерв напрягся и покалывал в ожидании, бёдра почти онемели из-за той силы, что она прилагала, чтобы цепляться за тело Спасительницы. Голова кружилась, а сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди, в то время как прекрасная блондинка продолжала ритмичные движения.       — Эмма.       Это была просьба. Стон. Мольба.       Это имя из её уст звучало невероятно правильным.       Реджина обхватила щёки блондинки и крепко поцеловала.       Волна яркого белого света, отдаленно напоминающая звуковую, пронеслась вокруг, когда их губы встретились, а Реджину пробила дрожь мощнейшего оргазма, взорвавшего ее чувства, словно атомная бомба.       Королева громко закричала и впилась ногтями в плечи Эммы с такой силой, что она не сомневалась — царапины будут видны ещё несколько недель. Волны эйфории пробирали её до мозга костей, пока она не обмякла, трепещущая и опустошенная.       Эмма нежным движением смахнула волосы Реджины с глаз и заправила за ухо, пока та пыталась восстановить дыхание. Она нежно поцеловала её в лоб. И в щёку. И в нос. И в подбородок. Пока брюнетка приходила в себя, она осыпала всё её лицо невесомыми и невинными поцелуями.       — Это… — тихо призналась Эмма, проводя пальцем по смазанной помаде Королевы. — Самое прекрасное зрелище из когда-либо виденных мной.       Реджина была готова расплакаться. Она чувствовала себя пьяной и довольной.       Она чувствовала себя воздушной.       А потом она, всё ещё не восстановившая дыхание, сдавленно усмехнулась.       — Кажется, мы здорово набедокурили, дорогая.       На мгновение Эмма нахмурилась. Она никак не могла взять в толк, о чём говорит Реджина, пока не осознала, что брюнетка оглядывается. Спасительница обвела взглядом спальню и тоже рассмеялась.       — Боже мой, это всё твоё?!       В воздухе висела зелёная дымка, мутная и густая. В солнечном свете, исходящем от окна, она здорово смахивала на безразмерное облако пыли.       — Похоже на то, — пробормотала Реджина почти с гордостью.       Внезапно её пронзила тревожная мысль, и Королева, нахмурившись, осторожно взмахнула рукой.       По спальне мгновенно пронеслись, стелясь над полом, волны фиолетового дыма, прежде чем раствориться в воздухе, забирая с собой зелёный туман, будто грязь с ковра.       Королева расплылась в триумфальной улыбкой, прекрасной и ослепительной. Магия вернулась, словно никогда и не покидала её, мягко потрескивала под кожей и заполняла пустоты в сердце, оставленные проклятием.       Магия вернулась, а проклятие ушло.       Она чувствовала себя могущественной. Она чувствовала себя сексуальной.       Она чувствовала себя чертовски коварной.       Реджина резко перевернула Свон на спину, прижимая к кровати и улыбаясь, как чеширский кот.       Аромат её магии витал вокруг них изысканным парфюмом. Так пахнет фруктовый сад после первого летнего дождя, и Эмма, вдыхая этот запах, чувствовала себя опьянённой. Она не сводила взгляда с восседавшей на ней Королевы. Всё ещё обнажённая, с лучезарной улыбкой, женщина выглядела невероятно потрясающей. Как никогда раньше.       Эмма покраснела.       — И… Полагаю, ты больше не проклята?       — Вернее не скажешь, — проворковала Королева. Скользнула коленом вдоль её бёдра, между ног, слегка надавливая. Спина Эммы невольно выгнулась.       — Больше никакой противной зелёной фигни? — задыхаясь, спросила блондинка.       — Мм-хм, — подтвердила Реджина, проводя языком по её шее, прижимаясь животом к её животу.       — Получается, ты на самом деле любишь?..       Реджина заставила шерифа замолчать, приложив палец к её губам. Затем медленно приблизила своё лицо к блондинке, пока Эмма не почувствовала обжигающее дыхание на своих пересохших губах.       — Перестань болтать, мисс Свон, и позволь мне отблагодарить тебя… как следует.       Сломанная дверная защёлка, исчезнув на мгновение в фиолетовом дыме, сама собой починилась и с тихим щелчком закрылась.       Реджина жадно целовала Свон, словно изголодавшись, и женщина под ней была единственной усладой, способной насытить её. Она кусала губы, посасывала пульсирующую жилку на шее, ласкала каждый миллиметр кожи, вырывая из блондинки довольные стоны и всхлипы. Проложив губами влажную дорожку из поцелуев от шеи шерифа к груди, вобрала в рот затвердевший сосок и слегка прикусила. Реджина всасывала нежную кожу, оставляя заметные следы, в то время как левой рукой ласкала другую грудь, играя с соском, сжимая его между пальцами.       Эмма дёрнулась, желая большего, и Королева, проведя ногтями по подтянутому животу, просунула свободную руку между их разгорячёнными телами, чтобы выполнить молчаливую просьбу. Блондинка ответила на проникновение удовлетворённым стоном. Она чувствовала, как пальцы внутри неё скручиваются, и вместе с тем внизу живота начинала зарождаться знакомая волна наслаждения. Эмма была доведена до края ещё до того, как Королева сделала свой ход, и теперь ей определённо не нужно многого. Она уже сейчас не могла внятно соображать.       Движения Реджины были быстрыми и жёсткими. С каждым новым мощным толчком пальцев тело Спасительницы вжималось в матрас, а голова билась о мягкое изголовье кровати.       Так не пойдёт. Нельзя, чтобы она вырубилась прежде, чем кончит, какими бы сводящими с ума не казались звуки.       — Сядь, — внезапно приказала Королева.       Комната ходила ходуном. Эмма слабо приподнялась на локтях, после чего Реджина продолжила беспорядочно двигаться в ней внутри. Она притянула её за колени, и теперь, когда мэр оказалась между её ног, Свон растерянно осознала, что находится в полном той распоряжении. Женщина всё активнее насаживала её на свои пальцы, и Эмма не сдержала громкий стон. Она вжималась в колено, зарывалась пальцами в волосы, чтобы помочь Реджине сохранить равновесие. Всё тело горело огнём, когда Королева снова припала к шее, царапая зубами места укусов и вырывая из блондинки вскрики.       Эмма извивалась в попытке ухватиться за что-нибудь, чтобы окончательно не потерять связь с реальностью: она впивалась ногтями в спину мэра, тянула за волосы, кусала плечо, но женщина оставалась неумолима. Несколько умелых резких движений, надавливание на клитор ладонью, и Эмма, выкрикнув, содрогнулась в оргазме. Такой силы, что она рухнула на кровать, увлекая Реджину за собой, и, когда та ослабила хватку, они какое-то время без сил лежали на смятых простынях, переплетая ноги и упираясь пятками в мягкие декоративные подушки. Их дыхание оставалось беспорядочным, тела всё ещё переживали последние отголоски оргазматического блаженства.       Реджина закрыла лицо рукой и теперь лежала, уткнувшись носом в изгиб своего локтя, а Эмма не могла перестать пялиться в потолок.       — Это было…       — Шшшш…       Эмма проглотила готовый вырваться из груди смешок. Лежавшая рядом женщина слепо потянулась к ней и накрыла ладонью ей лицо.       — Ничего не говори. Ты разрушишь момент.       Шериф молча улыбнулась в ответ. Взяла в рот два пальца, перепачканные собственной влагой, и нежно облизала, лаская кончиком языка.       Реджина, не ожидавшая ничего подобного, прерывисто выдохнула и посмотрела на неё.       — Ммм… — промычала Свон. — Уже выдохлась?       От такого эротичного зрелища Реджина слегка приоткрыла рот, внезапно почувствовав, что не так уж сильно она и устала.       Эмма вынула пальцы Королевы и по очереди поцеловала кончики.       — На самом деле это офигеть как паршиво, — беспечно продолжала она. — А то я как раз собиралась спросить, готова ли ты ко второму раунду.       Губы женщины растянулись в развратной и в то же время коварной улыбке. Склонившись к уху Эммы, она слегка прикусила мочку, прежде чем вкрадчиво выдохнуть:       — О, мисс Свон, ты даже не представляешь, на что я способна.       Она даже ахнуть не успела, когда Эмма, перевернувшись, снова набросилась на неё.