Always

POV Jungkook Этот глупый хён! Почему он всё ещё не воспринимает меня всерьёз? Обращается как с ребёнком: отогреть, напоить чаем и спать уложить. Шикарно. Но… хён не оттолкнул меня. Могу ли я воспринимать это, как разрешение? Приглашение? Хён, я люблю тебя, хочу тебя обнимать, целовать, доставлять удовольствие, видеть смущение на твоём лице. Я хочу тебя. Твоя кожа такая вкусная. Я, буквально, слышал биение твоего сердца, почувствовал твои возбуждённые выдохи в мою макушку. Ты был не против, я же знаю. Тогда почему? Почему ты оттолкнул меня? Тебе нужно время? Я тебе противен? Хён ответь… Мне это не нравится… End POV Jungkook Чонгук проходит на кухню под пристальный взгляд старшего и садится за стол.  — Ну и? Рассказывай. — Хосок скрестил руки на груди и ожидал. Только чего, макне не понимал.  — Что рассказывать?  — Какого фига ты шляешься не пойми где, да ещё и пьёшь?  — А разве не ты — причина?  — Я, конечно, твой хён, отвечаю за тебя, но знаешь… это уже не в какие рамки! Почувствовал себя взрослым?! Говоришь, что ты не ребёнок?! Да ты одним своим поведением доказываешь обратное! — Хосок начал злиться непонятно на что, повышать голос, хотя раньше подобного не случалось. А Чонгук и сам начинает закипать. Он резко подскакивает из-за стола, проливая содержимое кружки немного на стол, хватает хёна за плечи и шепчет в самые губы:  — Я слишком сильно люблю тебя. Чем я тебя не устраиваю? Я недостаточно красив? Не такой, как Юнги?  — Чонгукки, прекрати! — Хосок пытается младшего оттолкнуть, а тот мажет влажными губами по груди хёна, временами задевая соски язычком.  — Разве ты не хочешь этого? — в ответ лишь отрицательное мотание головой и сдавленное мычание. — Почему же ты не надел толстовку обратно? — И тут Хосок замирает. Действительно, почему? Алкоголь с новой силой ударяет в мозг макне и он, схватив старшего за запястье, тащит Хосока в гостиную. Всё происходит так быстро, а в голове у Чонгука только желание. Желание выебать хёна. Он срывает с себя одежду, оставаясь в одних боксёрах, нависает над Хоби, расставив обе руки с двух сторон от головы старшего, и хищно облизывается. Как маньяк. У Хосока паника, страх в глазах и вообще «какого, блять, хуя?!» Он боится того, что будет дальше, ведь секса у него не было почти год, а макне уже полностью голый и, кажется, не собирается тратить время на растяжку. Чонгук стягивает шорты и боксёры со старшего, припадает к трясущимся губам и входит на всю длину. Он вбивается своим большим членом в нерастянутого Хосока, руками впивается в бока до кровоподтёков, которые уже завтра превратятся в синяки. Хосок под ним мечется первое время, плачет, кричит, но вскоре затихает, понимая, что он сейчас до Чонгука не достучится, смирясь и мечтая скорее потерять сознание. Младший ещё минуты две долбит дырочку хёна, кончает с низким стоном и выходит обессиленно, падая рядом с Хосоком. В комнате темно, поэтому Чонгук не видит кровь, стекающую с бёдер Хоби вперемешку со спермой, и засыпает. Хосок тихо выползает из-под макне, заботливо накрывает его одеялом и уходит на подкошенных ногах за салфетками. Это был их первый секс и… Последний?