ДОВЕРЬСЯ МНЕ...

Из их деревни к обозу присоединилось три повозки, и небольшой караван из семи подвод размеренно двинулся в сторону города. Дорога не отличалась разнообразием, везде их сопровождал одинаковый зимний пейзаж. Сильных холодов уже не было, днем солнце хорошо прогревало воздух, лишь по ночам прихватывал легкий морозец. Ночевали люди прямо в повозках, поставив их на обочину дороги, распряженные лошади стреноживались и привязывались каждая к своей повозке. Получив свою порцию овса, животные мирно дремали. Люди заворачивались в тулупы и, зарывшись в сено, спокойно спали. Иногда слышался веселый смех, – кто-то из селян распивал самогон, найдя еще один способ согреться. Поначалу спутники подозрительно косились на клетку с волком, но, отметив его неподвижность, успокоились. Кто-то расспрашивал Бинча о звере, а услышав его рассказ, изумленно обсуждал с приятелями. Вскоре весь обоз знал историю белого волка. И ни один человек не проявил ни капли сочувствия к зверю, не попытался покормить или напоить его, смотря с любопытным равнодушием. Дней через десять вдали показалась высокая крепостная стена, и народ радостно оживился, почувствовав приближение города. Заплатив на въезде небольшую пошлину в несколько монет, обоз беспрепятственно миновал ворота. Оказавшись в городе, люди разъехались кто куда, спеша каждый по своим делам. Бинч с приятелем свернули в сторону открывшейся ярмарки. Чем ближе они подъезжали к базарной площади, тем шире и оживленнее становилась улица. Повсюду мелькали яркие вывески торговых лавок, шныряли юркие разносчики и зазывалы, пустые и груженые телеги неторопливо двигались в разных направлениях. От обилия звуков и красок лошаденка Бинча нервно вздрагивала, но потом, привыкнув, послушно тащила телегу. Наконец, мощеная улица вывела их к огромной торговой площади. Здесь стоял настоящий гвалт: слышались громкие крики зазывал и торговцев, веселый смех, плач детей, конское ржание, какое-то мычание и блеяние, пронзительные крики птицы, где-то играла музыка… От обилия красок рябило в глазах, в воздухе витали разнообразные запахи. В общем, перед приятелями предстала настоящая городская ярмарка. Слегка освоившись, Бинч направил лошадь к видневшемуся недалеко возвышению, - там обычно проходили кулачные забавы, а рядом с помостом устраивались собачьи бои. Мужчина собирался сначала немного подзаработать на волке, сколько уж получится, а потом прошвырнуться по торговым рядам и посмотреть балаганные зрелища. Несмотря на запрет нового лорда, около помоста толпился народ, значит, собачьи битвы все-таки проводились. Приблизившись к возвышению, Бинч остановил лошадь, слез с телеги и протолкался сквозь толпу. Перед ним возникло круглое железное ограждение, внутри которого сцепились две мощные лохматые собаки. Толпа возбужденно гудела, подзуживая животных, и те, распаленные криками зрителей, остервенело рвали друг друга в клочья. Снег около них кое-где уже окрасился кровью, но разъяренные псы не замечали своих ран. Наконец, одна из собак, хитро извернувшись, умудрилась вцепиться другой в загривок и, придавив своим весом к земле, навалилась на соперника. В воздухе раздался хрусткий звук ломаемых позвонков, и, подергавшись какое-то время, поверженное животное затихло. Толпа взорвалась радостным воем и криками, кто-то ругался, очевидно, проиграв ставку. Люди взволнованно обсуждали прошедший бой. Дверь ограждения открыли, и хозяин победившей собаки гордо прошел внутрь. Подозвав своего пса, мужчина застегнул на шее животного широкий ремень, намотав край на руку. Два других человека выволокли из загона мертвую собаку, оставив на снегу кровавую дорожку. Хозяин победителя обвел выжидающим взглядом толпу и громко выкрикнул: - Есть еще желающие лишиться своих денег? Кто рискнет выставить свою тявку против моего зверя? Толпа заволновалась, и тут вперед выступил Бинч: - У меня есть противник для твоего пса. Но бой будет проходить не здесь, а в моей клетке. - С чего бы это? – ухмыльнулся оппонент. - Твой зверек настолько впечатлителен, что его смущает вид крови? - Что-то типа того, - ответил Бинч. Развернувшись, он начал продвигаться к своей телеге, уверенный в том, что горожанин идет за ним. Заинтересованная толпа послушно расступалась, давая им дорогу. Оказавшись около своей повозки, мужчина остановился и ткнул пальцем в волка: - Вот мой зверек. Толпа изумленно ахнула, а хозяин пса рассмеялся: - Ты серьезно? И что прикажешь делать с этой дохлятиной? Да тот пес, которого только что унесли, был бодрее твоей зверюшки. Да мой Раус даже не поймет, что с этим телом надо делать. В толпе раздался издевательский смех, а Бинч, упрямо сжав зубы, ответил: - Если твой выиграет, можешь забрать волка себе, плюс десять золотых от меня. Если проиграет – десять золотых с тебя. Ну и ставки выигравшему. Горожанин присвистнул от удивления, услышав названную сумму, ведь на десять золотых можно было купить лошадь средней паршивости или неплохую корову. А Бинч почему-то был твердо уверен в победе белого, - он уже не раз убедился в его зверином упрямстве и силе воли. Задумчиво помолчав, хозяин собаки махнул рукой, соглашаясь: - Демоны с тобой, давай. Мне не нужен твой мертвый волк – я не собираю трупы животных, но я уверен в выигрыше, так что приготовься расстаться со своими деньгами, приятель. Толпа радостно загалдела, предвкушая необычное зрелище, а Бинч, усмехнувшись, пошел распрягать лошадь, чтобы испуганное животное не понесло телегу. Привязав кобылку к ближайшей коновязи, он вернулся к повозке и снял замок с клетки. Горожанин подвел своего пса, и Бинч, открыв дверь, быстро впустил туда собаку. Дверь вновь захлопнулась, и люди выжидающе уставились на животных. Некоторое время ничего не происходило. Пес, почуяв сильного хищника, ощетинился и грозно рычал, но нападать на неподвижное тело не спешил. Волк же не сразу уловил угрозу, пребывая в апатичном тумане. Наконец, сквозь пелену равнодушия пробился посторонний звук, и белый прислушался. Рычание пса заставило пробудиться звериный инстинкт самосохранения. Если с людьми волк не мог справиться и давно понял это, то угрозу со стороны другого зверя он не мог стерпеть просто так. Разлепив воспаленные глаза, белый поднял голову и, прищурившись, посмотрел на собаку. Яркое солнце причиняло боль, но он не обращал на нее внимания. Тесное пространство клетки не давало возможности для маневра, а нависший над ним противник нервировал и раздражал. Но волк не собирался так легко подставлять свое горло, уж с собакой он еще поборется за свою жизнь, пусть и бессмысленную. Он умрет, но не таким нелепым способом, став забавой в ярмарочном развлечении толпы. Преодолевая тупую боль в груди, белый с трудом поднялся на дрожащие лапы, стараясь не делать резких движений, чтобы не провоцировать противника. Расставив ноги для большей устойчивости, он слегка пригнулся, стараясь сосредоточиться и примеряясь к псу. Вот оно, отличие собаки от волка, – любой дикий зверь сразу бы кинулся на врага, не давая ему ни единого шанса на жизнь. А эта лохматая псина стояла и настороженно наблюдала за противником. Толпа азартно заулюлюкала, пытаясь посильнее раздразнить и растормошить животных. Бинч стоял недалеко от телеги и довольно ухмылялся. Да, он не ошибся в звереныше, гаденыш слишком цепляется за жизнь, чтобы так легко сдохнуть. И вполне возможно, у человека есть неплохие шансы заработать на его живучести. Волк приглушенно зарычал, и это послужило сигналом к нападению для собаки. Сорвавшись с места, огромный пес бросился на белого, пытаясь подмять его под себя, но тот увернулся. Теснота клетки и его небольшой рост играли волку на руку, позволяя уворачиваться и избегать нападения. У большой неповоротливой собаки, наоборот, было мало места для маневров. Белый старался отрешиться от своей боли и неприятной рези в глазах – не время сейчас для этого. Он постарался полностью сосредоточиться на противнике, успевая уклониться от его атак. Сам нападать он пока не спешил. Пес, подзадориваемый криками толпы, распаленный предыдущим боем и разозленный на юркого противника, остервенело бросался на волка, постепенно теряя над собой контроль. Наконец, животные сшиблись в прямом столкновении, пытаясь достать до горла друг другу. Белый лишь слегка промахнулся, вцепившись собаке в место, где должна быть ключица, а псина смогла дотянуться волку только до плеча. Толпа радостно взвыла, дождавшись, наконец, интересного зрелища. - Что здесь происходит?! – перекрыл гомон толпы громкий властный голос, и ощущение мощной силы тяжелой плитой повисло в воздухе. Людская масса замерла, как единый организм, животные в клетке расцепились, и собака, поджав хвост и скуля, в ужасе забилась в угол. Над площадью воцарилась гробовая тишина, замолчали даже животные и дети. Волк, стоя на дрожащих ногах, чувствовал, как неведомая сила просто пригибает его к полу, заставляя подчиниться сильнейшему. Не желая мириться с чужим влиянием, он упрямо поднял голову, и глухое рычание вырвалось из больной груди. Светлый взгляд скрестился с темно-синим, и белый почувствовал, что проигрывает. В глазах человека промелькнуло уважение и изумление, внимательный взгляд незнакомца впился в волка, казалось, прожигая насквозь. Внезапно ощущение давления резко пропало, и белый едва удержался на ногах от неожиданности, а по толпе пронесся слитный вздох облегчения. Люди, испуганно озираясь, спешили поскорее покинуть место происшествия, и вскоре у помоста остались лишь Бинч и хозяин собаки. - Я так понимаю, это ваши звери, - спокойным тоном произнес незнакомец, и незадачливая парочка осмелилась поднять взгляд. Тонкое, но мужественное благородное лицо со смуглой кожей, аккуратный прямой нос, немного полноватые губы и внимательный взгляд темно-синих глаз, - вот, что предстало перед ними. Иссиня-черные волосы спускались ниже лопаток, блестящим шелковым плащом укрывая человека. Дорогая одежда, великолепный белоснежный жеребец и отряд охраны за спиной – все это говорило о том, что перед людьми находится далеко не простой горожанин. Первым опомнился хозяин собаки. Низко поклонившись, он пролепетал: - Милорд, мы приносим свои извинения… - Вы знаете о том, что я ввел запрет на любые уличные бои как среди людей, так и среди животных? – дождавшись неуверенного кивка, всадник продолжил: - Тогда для вас не будет неожиданностью наказание за нарушение. Повернувшись к охране, незнакомец коротко приказал: - Штраф в размере десяти золотых с каждого. Зверей изъять. Горожанин счел нужным замолчать и безропотно подчиниться. Бинч, молча слушавший этот разговор, понял, что перед ним находится новый хозяин этих земель. Поэтому, задушив на корню негодование и жадность, последовал примеру товарища по несчастью, предпочтя не спорить. Лишь проводил злобным взглядом нескольких охранников, направляющихся к телеге. Люди лорда запрягли одну из своих лошадей в повозку селянина и, собрав штраф с провинившихся, повели подводу с площади. - Милорд, а моя телега? – в отчаянии воскликнул Бинч и едва успел вскинуть руку, поймав летящий в него золотой. - Купишь себе новую, - последовал равнодушный ответ, и кавалькада всадников в сопровождении тихих шепотков и опасливых взглядов неспешно двинулась прочь.