Милые привычки

      Вернувшись из тренировки, Итачи застал Саске за весьма интересным занятием - он мыл пол в прихожей. Младшенький махал тряпкой, демонстративно не замечая пришедшего старшего брата, явно дулся, стараясь постоянно быть к нему спиной. Точнее мило оттопыренной соблазнительной попкой обтянутой, короткими, старыми, ставшими давным-давно малыми ему и в таком положении, облегающими все что можно и все что нельзя - шортами.       Подобный подарок прямо с порога немного огорошил старшего Учиху, лишая дыхания, и он на одной только силе воли безвольной куклой пошагал к себе в комнату, радуясь тому, что не встретил никого из родителей. С головы моментально вылетело все, даже стандартное приветствие – оповещение, что он дома. Закрыв двери спальни, Итачи облегченно выдохнул и позволил эмоциям проявиться на своем лице. Перед глазами все еще стояла соблазнительная картина обтянутых «прелестей» его брата, не скрывающая абсолютно ничего. Особенно почему-то заводил вид натянутой ткани, что едва не лопалась прямо между красиво очерченными половинками его попки и то, как были затянуты яички, почти соприкасаясь с нереально стройными ногами.       Отдышавшись, и пообещав спалить к чертовой бабушке все старые вещи своего соблазнительного братца, Итачи пошел в душ смывать всю накопившуюся за день грязь. Возбуждение никуда не делось, в голове постоянно сплывали утренние сцены с участием псевдо-Саске и накладывались на увиденную только что картину. Организм еще помнил, каково это держать в руках живое, теплое, крепкое тело, поэтому настойчиво требовал разрядки, и никакое утомление от тренировки не смогло перекрыть животное желание обладать мальчишкой.       Тихо щелкнул выключатель, и ванная комната встретила его приятной прохладой кафельных стен. Разложив все имеющиеся в наличии кунаи, сюрикены и прочее малогабаритное холодное оружие в контейнер с специальными отделениями около умывальника, чтобы позднее почистить их, Итачи взглянул на себя в зеркало, краем сознания констатируя тот факт, что даже визуально смертельно устал.       По сути, за последний год прежними от него остались только глаза, а все остальное… Он резко стянул футболку и уставился на свой впалый живот разбитый на шесть кубиков пресса .… Да уж… Излишняя худоба всегда придавала ему какую-то пикантность, но ЭТО…. Еще немного и он точно превратиться в скелет обтянутый мышцами и кожей. А мешки под глазами? Он даже не мог вспомнить, в какой момент они у него появились! Усердно потянувшись и похрустев костями, он оставил это не аристократическое занятие.       Немного подумав, он закрыл дверь на засов, просто так на всякий случай. Потом закинул вещи в многострадальную стиральную машину. И только тогда наконец-то позволил себе забраться в ванную, смывая с себя дневной пот. Усталость заставила опуститься на дно ванной, а журчащая вода настроила на нужное настроение.       Откинув голову на бортик ванной, Итачи закрыл глаза, начав размазывать по телу едва пахнущий холодный гель, попутно возбуждая себя развратными картинками. Представляя на месте своих мозолистых рук руки брата, тем более что вряд ли они окажутся нежнее, чем его собственные, ведь тренировались они почти одинаковое количество часов, и никакая регенерация не спасала от въевшихся в ладони мозолей.       Ничего сверх оригинального для того, чтобы кончить, не потребовалось. Тело еще помнило утреннее ощущение теплой кожи под руками и губами, тепло рук на собственных ребрах и глаза…. Нет, не глаза Шисуи сегодня утром…. А глаза Саске, в один памятный момент, когда младшенький смотрел телевизор и…. возбудился…       Этот горящий голодным возбуждением взгляд преследовал Итачи днем и ночью, а беззащитное, красное лицо мелкого, когда он понял, что в комнате явно не один, приводило в полный восторг. Ну как, как можно в такого не влюбиться?       Что бы выбить ненужные мысли, он в последний раз окатил себя с головы до пят еле теплой водой и выключил душ. А потом принялся сосредоточено выкручивать волосы, выдавливая с них воду, и зачаровано смотря на тонкие, прозрачные струйки, стекающие к локтям по запястьям и с тихим звуком разбивающиеся о дно ванной. Это зрелище всегда завораживало его, впрочем, так же как проявление огня и ветра…       Сушить волосы летом всегда было лень, к тому же, не нужно было никуда спешить, поэтому он просто хорошо вытер их махровым полотенцем и оставил распущенными. Ему нравилось то легкое ощущение колкой прохлады, которое они создавали, пока не высохнут. Натянув на себя черные футболку и шорты, Итачи завалился на кровать, взяв с тумбочки свиток с одной заковыристой техникой клана. Ничего секретного в ней не было, но менее сложной она от этого не становилась и требовала определенной концентрации.       До ужина его никто не беспокоил, но вот после…. Стоило ему зайти к себе и привести в порядок измятую кровать, в комнату почти беззвучно поскреблись, а в приоткрытую дверь просунулась заинтересованная мордашка младшего брата.       Поняв, что за эти несколько часов Саске явно себе что-то надумал и просто так выставить его с комнаты не выйдет. Мысленно пожелав Шисуи крепкого здоровья, а также того, что бы его благополучно отымели все Акацки полным составом, Итачи оперся бедром на подоконник, делая рукой приглашающий знак войти.       Пытаясь сосредоточиться и смотреть брату в глаза, а не на выпирающие сквозь футболку соски, старший Учиха сгреб мысли в кучку. Цепляя на лицо безразличную маску, он мысленно дал себе установку ничему не удивляться, ведь зная фантазию Саске, у того уже имелась своя версия увиденного, и явно не одна.       - Ты что-то хотел? – Голос Итачи получился до того бесстрастным, что в пору было бы хвалить самого себя.       - Да. – В Саске явно поубавилось пыла после такого безликого вопроса, но он бы не был собой, если бы отступил. Мелкий закрыл за собой дверь и забрался с ногами на только что расправленную кровать. Чем заставил Итачи наплевать на вежливость и отвернуться к окну, чтобы развидеть длиннющие стройные голые ноги, подтянутые к подбородку и шорты. Чертовы облегающие шорты, которые абсолютно ничего не скрывали. – Гм… Я… То что я видел в лесу, это важно для тебя?       - А ты как думаешь? – Продолжать обсуждать эту ситуацию было нужно, но совсем не хотелось, просто потому, что она была абсолютно пустяковой и неважной. Они с Шисуи дурачились, впрочем, как и всегда. Саске не должен был это увидеть, но увидел, и как объяснить теперь малышу, что это было, Итачи даже представить себе не мог.       Да, можно было бы смолчать как всегда, или припугнуть чем-нибудь. Но было одно очень важное "но". Завтра все должно измениться. Завтра уже не будет просто Саске или просто Итачи. Они либо будут вместе, либо…. Об этом варианте думать не хотелось….       - Мне кажется, важно. – Разговор явно не клеился, Саске пытался его начать, а Итачи не желал его продолжать. В эту игру можно было играть до бесконечности, оба брата это уже проходили...       - Саске, ты же сам все видел. Можно спросить, чего ты хочешь от меня? – Итачи пошел в ва-банк, пытаясь переложить всю неловкость вопросов на младшего. Вряд ли он смутиться, но осторожнее в своих словах станет точно.       - Чего хочу?! – Громкость за спиной становилась сильнее по нарастающей. – Нет! Не пойми меня не правильно. Мне уже почти пятнадцать и я знаю, что такое… отношения…. Разные типы отношений, если уже быть вообще откровенным. Но застукать собственного брата с его другом.…Почти братом! Да вы же целовались! И он был в МОЕМ обличии! Это как-то… как-то…. А как это Итачи? Я даже не знаю, что мне чувствовать! Я в растерянности!       Саске высказался и похоже, что и вправду не понимал, что думать, его дыхание стало тяжёлым и прерывистым, как будто он пробежал кросс на скорость вокруг деревни или…       Итачи попытался отогнать от себя пошлые мысли, но подсознание не хотело останавливаться, и это уже было не смешно. Эта жуткая одержимость даже такими мелочами, как тяжёлое дыхание, связанными с Саске…. Вообще всем, что хоть немного было бы с ним связано… Пугала… И возбуждала до галлюцинаций. До пошлых картин перед открытыми глазами, как какая-то изощренная пытка, гендзюцю в чистом виде.       Порой зарождалось чувство, что это мелкий испытывает на нем одну из семейных техник, ведь ТАК тянуть к человеку не должно. Это как минимум не правильно, да и не реально, более того Итачи никогда о таком не слышал. Даже их родители не были так связаны, он спрашивал. Книги читал разные, дошёл даже до того что прочел нашумевший роман Джираи. Но ни где, ни в одном источнике, ни в одном свитке, ни в одной книге не описывалось то, что чувствовал он.       - Воспринимай всё, как шутку. – Все мысли пролетели за один миг, и Итачи смог сохранить бесстрастность голоса. – Нелепую тренировку, призванную смутить одного из нас. Доказать, кто хуже справиться с миссией, если… если будет не стандартная ситуация.… Сможем ли мы пересилить себя и сделать все как нужно… Кто бы, кто бы, кто бы не был нашим объектом…. Просто Шисуи выбрал неудачный пример, как раз тогда, когда рядом был ты.       Итачи выдал эту версию, а потом в ужасе понял, ЧТО он сказал. Одна мысль о том, что Саске будет целоваться с кем попало, бросила его на дно отчаянья.       - Не думай, что сможешь повторить что-то подобное со своими друзьями. – Он попытался исправиться. – Во первых, ты еще не дорос до таких миссий, а во вторых, на тренировках ты должен хотя бы доверять своему напарнику настолько, чтобы потом смог смотреть ему в глаза. Для этого нужно иметь крепкие нервы и стальные, но гибкие принципы. Это сложно объяснить людям твоего возраста. Позже поймешь… Не пытайся это сделать сейчас.       - Значит, тренировка…, – Ломающийся голос звучал задумчиво, и это стало напрягать, хотелось обернуться, чтобы посмотреть на Саске. Плотная белая тюль давала всего лишь очертание малыша, жалкое отражения на стекле, а нужны были глаза. Но Итачи в который раз смог сдержаться, за что и был вознагражден рассеянным полушепотом за спиной. – То есть, ради миссии ты сможешь поцеловать кого угодно? Даже отца или мать?       - Да. – Голос прозвучал твердо и бесстрастно, но только богам было известно, чего это стоило для Итачи. Такое представить было трудно, не говоря уже об исполнении. Нет, прав был Шисуи, фантазия Саске это просто нечто! – Только не путай, пожалуйста, технику и реальность.       - То есть меня настоящего ты поцеловать не сможешь? – Вот, кажется, невинный и даже логичный вопрос, но как, скажите на милость, на него отвечать. Врать не хотелось…. А зачем, собственно говоря, врать?       Итачи медленно обернулся и деланно тяжело вздохнул, смотря на Саске взглядом, а-ля: «Ну вот что мне с ним делать?». Благо, такое выражение было отрепетированно не раз, и Саске знал, что оно означает. Так, теперь нужно смотреть в глаза, а в голос добавить нотки веселья, главное не переборщить, иначе мелкий подумает, что я слетел с катушек. – Почему это не могу? Могу, конечно же.       Эффект от этих обычных слов был бесценен. Хотя краснеющий Саске всегда был бесценен, и не краснеющий, кстати, тоже.       - Ты… Ты… – Казалось, что малыш задыхается. Но глупо было бы надеяться, что он не подберет слов. – Да ты просто издеваешься! Скажи, вы с Шисуи специально ту сценку подстроили, что бы позлить меня?       - Не все вертится вокруг тебя. – Голос зазвучал с ленцой, и для Саске это было уже слишком. Мелкий сорвался на ноги, как будто бы, перед тем как сесть, слопал пружину. Пару секунд он просто стоял напротив и смотрел в глаза весь напряжённый и подобранный, как будто действительно сможет напасть. Но в нем опять чего-то не хватило, и он стал пятиться к выходу спиной, а опустил глаза только когда закрывал дверь.        -Тебе не хватает ненависти. – Совет Итачи поглотила тишина комнаты, а за дверьми послышались торопливо удаляющиеся шаги. Но это не могло обмануть старшего Учиху, мелкий еще сегодня вернется, ведь он не любит когда последнее слово остается не за ним.