Дата моей смерти

Взгляд в темноту - Дым очертаний... В серую мглу Воспоминаний Он приведёт. Сквозь твои будни Время придёт, Ты их забудешь. Голова до невозможности тяжёлая. Вроде бы я уже проснулась, но сознание всё ещё блуждает в расплывчатой зоне между сном и явью, пытаясь нащупать границу. Строфы из сна до сих пор пульсируют в висках, но ухватить их истинный смысл никак не удаётся — слова ускользают, как вода сквозь пальцы. Наверное, сказался вчерашний кошмар. За мной приходил Смерть, приснится же такое… Как же хорошо, что всё закончилось. Впервые в жизни я чувствую себя такой счастливой только оттого, что проснулась дома, в собственной кровати. Оникс тоже проснулся и внимательно наблюдает за мной. Сейчас он кажется удивительно близким и родным. И что за ерунду я вчера себе напридумывала? Глупость какая... В комнату заходит бабушка и интересуется моими планами на день. Недолго думая, я сообщаю, что собираюсь с друзьями на пляж, в соседний посёлок. Она молча кивает и спускается вниз — готовить завтрак. Я сладко потягиваюсь и, скинув одеяло, опускаю ноги на пол. Но в тот же миг земля уходит из-под ног — мой взгляд падает на тумбочку, где всё это время лежал тёмно-синий блокнот. «Дневник сумасшедшего», — проносится в голове. Да, так я и буду его называть. Потому что ни один нормальный человек не должен видеть тот бред, что я туда понаписала. Еще чего доброго в психушку сдадут после такого чтива.  Вчерашний день медленно всплывает из глубин сознания, словно утопленник, схвативший за горло ледяной рукой. Кислорода катастрофически не хватает. Я распахиваю окно настежь и почти наполовину высовываюсь наружу. Воздух отдаёт утренней свежестью и прохладой, мне становится немного легче. Умывшись и наскоро позавтракав, я натягиваю привычную чёрную футболку и шорты. Быстро причёсываюсь и, сдёрнув бинт с локтя, замираю. Крови нет. На коже образовался розоватый, гладкий рубец — такой, какие остаются на старых ранах. Что ж, теперь подобные мелочи меня не удивляют. Не стоит себя накручивать, мало ли что мне вчера приснилось. Я выхожу во двор, беру свой велосипед и еду к друзьям. Транспорта много, но в целом поездке ничего не мешало, доехала я быстро. Охранники на въезде открыли мне шлагбаум, и я наконец увидела знакомый домик своего друга детства. Дом был двухэтажный, персикового цвета. Когда-то я жила в доме напротив, но из-за финансовых трудностей мы переехали, и его продали. Я невольно посмотрела на осколок своей памяти. С виду там ничего не изменилось: всё тот же розовый фасад, балкон с изящной чёрной ковкой и пологая красная крыша. Но, присмотревшись, замечаю, как по стенам и перилам балкона расползлись дикие заросли травы. Быстро же умирает место, о котором все забыли. Грустить по старому дому не хотелось, я решила наконец наведаться к другу. Калитка оказалась заперта. Но меня такой пустяк не остановит. Разбежавшись, я схватилась руками за верх ворот и перепрыгнула через них. Всё бы ничего, но моя фирменная везучесть и тут не подвела. Приземление оказалось твёрдым до невозможности, я свалилась ровно на велосипед Яна. С оглушительным грохотом я упала на локти, велосипед прилетел сверху. Эффектное появление, ничего не скажешь. Я постучала в дверь, реакции не последовало. Замечательно, его ещё и дома нет! Лучше ситуации не придумаешь. Я развернулась, чтобы уйти, но поняла, что тем же способом вылезать не очень умная мысль. Вдруг я услышала стук в окне справа от меня, источник звука обнаружился сразу и дружелюбно открыл мне окно с воплем: — Здарова, Кирыч! Как же я по тебе соскучился! Голос у него хрипловатый спросонья, но энергии — хоть отбавляй. — Эй, Обезьян, сколько раз я тебя просила меня так не называть? — с хохотом возмутилась я, влезая в окно и обнимая лучшего друга. — Чего это у тебя дверь закрыта? — А, да родаки уехали в магазин, думали что я буду дрыхнуть до обеда, — ухмыльнулся Ян. — Не каждый день меня барышни с визитами навещают. Тем более, такие красивые!  — Считай, что трудности с проникновением к тебе в гости я простила! И извини, что не предупредила, зато какой сюрприз. — Сюрприз так себе, если честно. Я чуть инфаркт не получил, когда услышал грохот, но видеть тебя всё равно чертовски приятно. Проходи, чудище. — Ладно, хорош нежностей, — отстраняюсь я. — Ты меня кормить собираешься или мне с голоду помирать? Ян картинно хватается за сердце. — Ах, значит, не просто повидаться пришла, а с корыстными целями. Ну-ну. Я-то думал, ты меня кормить будешь. К готовке он относился с тем же трепетом, что и я. То есть никак. Поэтому удивляться было нечему. — Давно промывание желудка не делали? — ехидно уточняю я, подперев бок и прищурившись. — Последний раз, когда я готовила тебе завтрак, трапеза закончилась приездом скорой. Ян поднимает руки вверх, признавая капитуляцию. — Окей, твоя взяла. — Он кивает в сторону лестницы. — Иди хоть вещи брось, моя комната в твоём полном распоряжении! С ним всегда легко найти общий язык. Это особенно ценно, учитывая мою язвительность и «любовь» к окружающим людям. Немного о Яне: ему девятнадцать лет, смуглый блондин с карими глазами. Худощавого телосложения, но достаточно высокий. Геймер, обожает лето и солнце, но, как и я, бодрствует в основном по ночам. Патологически аккуратен, обожает порядок во всём. У него есть своя музыкальная группа, где он играет на барабанах. Вредными привычками не обладает. В общем, мечта любой девушки. Естественно, кроме меня — мы же лучшие друзья. Его фамилия Кинг, за что в нашей компании он получил кличку Принц. Я вприпрыжку поднимаюсь на второй этаж. Среди множества комнат сразу обнаружилась знакомая дверь. Открываю её и тут же вдыхаю любимый аромат его одеколона — у Яна отменный вкус в вопросах парфюмерии. В комнате, как всегда, пахнет лавандовым стиральным порошком, а все вещи лежат строго на своих местах. Не то что мой привычный хаос, с которым все уже устали бороться. Я ненадолго задерживаюсь у полок с дисками, по привычке пытаясь найти что-нибудь новенькое. Но учитывая любовь Яна к играм, занятие это бесполезное. Бросив рюкзак рядом с его идеально заправленной кроватью, я кручусь у зеркала, поправляю растрёпанную причёску и бегу на кухню спасать лучшего друга от готовки. — Ян, я уже говорила, что ты великий повар? — спрашиваю я с набитым ртом, доедая последний кусочек горячего сэндвича с сыром, колбасой и помидором. — Ты всегда так говоришь, но мне всё равно приятно, — ответил он. — Должен же кто-то заботиться о моей малышке. — Обезьян, прекращай со мной разговаривать как с ребёнком! — ворчу я, но без настоящей злости. — Тоже мне, взрослый нашёлся! — Кирхен, прекращай возмущаться. Ты у нас о-о-очень взрослая. Особенно когда поедаешь сэндвичи, — протягивает он, и не успеваю я опомниться, как его большой палец мягко касается моей щеки, стирая каплю майонеза. Движение выходит таким естественным и быстрым, что я даже не успеваю отшатнуться или съязвить в ответ. Нашу идиллию прервал щелчок ключа в замке. Мы с Яном переглянулись, и я тихо шмыгнула наверх, в его комнату.