Грешник

      Эсмеральда сидела в своей комнатушке, которая находилась во Дворе чудес, и почесывала Джали за рожками. Судья дал ей на раздумье целую неделю. Да она бы уже в тот же момент согласилась! Эсмеральда вспомнила все, что вытворял с ее телом судья этой ночью и утром, и вспыхнула. И как он мог подумать, что она откажется? Она бы за ним на край света пошла.       Эсмеральда сходила в Собор, где архидьякон с радостью согласился провести над ней обряд крещения. Крестным отцом стал Квазимодо, с которого Эсмеральда взяла слово, что он ни слова не скажет судье о ее переходе в католичество. Она хотела потомить его так же, как он сейчас томил ее, дав ей на раздумье такое долгое время, как неделя.       Она ждала с замиранием сердца, когда этот огромный для нее срок подойдет к концу, чтобы дать Клоду ответ. Наконец этот день наступил. Она вышла на площадь, где собралась толпа, и увидела, что судья уже стоит там со своим обычным высокомерным видом.       Она начала танцевать. В какой-то момент она оказалась рядом с Фролло и громко засмеялась:       — Эй, судья Фролло! Твой нос слишком длинный, может быть, тебе его немного укоротить? — И с этими словами она со смехом дернула Клода за нос.       В толпе раздался взрыв хохота. Фролло скрыл вспыхнувшую в нем радость за гримасой ярости.       — Капитан! — взревел он, — немедленно арестуйте эту цыганку!       Эсмеральда устроила целое представление: она бегала от солдат, уворачивалась от них, а некоторых даже побила. Затерявшись в толпе, она проникла в Собор Парижской Богоматери, где ее и нашел Феб, пытавшийся с ней познакомиться. И в этот момент в Собор вошел Клод. Эсмеральда умоляюще глянула ему в глаза, и он все понял.       — Капитан! Арестуйте ее! — рявкнул он*.       — Не могу, ваша честь, она попросила убежища! — самозабвенно начал врать Феб.       — Так вытащите ее на улицу и… — Клод даже не сомневался, что защищать Эсмеральду сейчас кинется архидьякон, который уже спешил к ним.       — Не беспокойтесь, дитя мое, — сказал он Эсмеральде, и в его голосе послышалась сталь. — Судья Фролло давно понял, что значит святость церкви!       Фролло со злобным видом повернулся и пошел на выход, махнув солдатам, но сам спрятался за колонну. Пока архидьякон выводил капитана, которого еще сзади бодала своими маленькими позолоченными рожками коза, Клод подошел к Эсмеральде со спины и обхватил ее руками.       — Так значит, мой нос слишком длинный? — с усмешкой сказал он, зарываясь своим носом в ее волосы. У Эсмеральды захватило дух.       — У тебя прекрасный нос! — промурлыкала она, прижимаясь к судье. — Знаешь, как говорят в народе? Если у мужчины длинный нос, то и мужское достоинство у него тоже большое. И мне кажется, что в твоем случае эта примета работает!       Она обернулась, поцеловала его, и судья застонал от удовольствия.       — Судья Фролло, что вы делаете?! Немедленно отпустите это невинное дитя! — возмущению архидьякона не было предела. — Вы кощунствуете в церкви!       — Святой отец, прошу вас! — Эсмеральда умоляла взглядом архидьякона. — Пожените нас!       — Дитя мое, ты абсолютно в этом уверена? — архидьякон отвел ее в сторонку, а Клод с возмущением фыркнул, но ничего делать не стал, доверившись Эсмеральде. — Это же судья Фролло, человек довольно жестокий, и боюсь, порочный.       — Святой отец, вы ведь его совсем не знаете. Возможно, он что-то и сделал в прошлом, но с тех пор прошло много лет, люди ведь могут поменяться, — с жаром сказала Эсмеральда. — Прошу вас! Я люблю этого человека.       — Ну, раз ты так хочешь… Кто будет вашим свидетелем?       Клод уже позвал Квазимодо, который с замиранием сердца следил за всем этим представлением.       — Вот наш свидетель, святой отец! — с улыбкой сказал судья.       Архидьякон неохотно провел обряд, он пребывал в полной уверенности, что Эсмеральда попала в собственность к зверю, каким он знал судью двадцать лет назад. После этого они поднялись на колокольню к Квазимодо.       — Я сейчас пойду и отошлю стражу от дверей, но ты сразу не выходи, дождись, когда начнет смеркаться — сказал Клод, лаская лицо Эсмеральды рукой. — Квазимодо тебя выведет потихоньку из Собора. Я буду ждать дома, радость моя.       Судья наклонился и коснулся своими губами ее рта, но она не дала ему прервать этот поцелуй. Они не могли друг от друга оторваться по меньшей мере минут пять, пока начинающий терять разум Клод, прерывисто дыша, не отстранил ее от себя со словами:       — Хватит, а то я не выдержу и возьму тебя прямо здесь.       Фролло принял свое официальное, брезгливо-высокомерное выражение лица, спустился с колокольни и вышел из Собора. К судье подошел капитан де Шатопер.       — Что прикажете, судья?       — Уберите солдат от Собора. Пускай займутся своим обычным делом, я не могу держать городскую стражу здесь ради какой-то цыганки. Напугали ее, и ладно, пускай денька три в соборе посидит, покуда не осмелеет. Ей будет полезно приобщиться к Господу, — надменно ответил Клод, сел на коня и уехал домой.       Эсмеральда осталась с Квазимодо. Она обернулась к нему и тихо засмеялась.       — Выходит, я теперь твоя приемная мать! — сказала она.       — Можно я не буду называть тебя мамой. Эсмеральдой мне тебя звать как-то привычнее, — хихикнул горбун. — К тому же, я — твой крестный отец.       Когда на улице стемнело, Квазимодо вывел Эсмеральду из Собора. Он хотел проводить ее прямо до дома судьи, но Эсмеральда отказалась.       — Не беспокойся об этом, мой друг, я сама доберусь.       Она пошла к дому Фролло. Эсмеральда уже почти пришла, когда ее схватили за локоть. Это был капитан де Шатопер.       — Зачем ты здесь, Эсмеральда? Ты специально суешься в пасть к волку? Это же дом судьи Фролло! — прошептал он. — Тебе не кажется, что после того, что ты устроила на площади, тебе от Фролло надо держаться так далеко, как только можно?       — Да пусти же ты меня, Феб! Я знаю, что делаю. У меня здесь неподалеку одно важное дело! — вырвалась Эсмеральда.       — Давай хоть я тебя провожу.       — Нет! Это плохо скажется на моей репутации, я потом к своим не смогу вернуться. Феб, пожалуйста, иди, куда шел, — она нырнула в переулок, пробежала кругом, и вошла в дом Фролло с черного хода.       Клод сидел в кресле перед камином и пытался читать, впрочем, безуспешно. Слишком он был поглощен мыслями о том, что скоро увидит Эсмеральду. Она тихо вошла, скользнув к нему на колени, и Клод прижал ее к себе, прильнув к ее губам. С трудом оторвавшись от нее, он прошептал:       — Я ждал тебя раньше. Тебя что-то задержало?       — Кто-то. Возле твоего дома меня поймал твой капитан. Я еле отвязалась. Кажется, он ко мне неровно дышит.       — Я уже ревную.       Эсмеральда тихо засмеялась.       — Было бы из-за чего. Клод, я люблю тебя так сильно, что не могу выразить это словами.       — Радость моя… — судья, уже плохо владея собой, ласкал ее шейку, после чего им стало вообще не до разговоров.