Граница

      С того дня прошло немного времени, но теперь в жизни тиашше Сенрана многое поменялось. Он стал чаще сталкиваться в коридорах с френийским генералом, причём жрецу казалось, что тот специально бродил где-то поблизости, чтобы якобы невзначай пройти мимо и поздороваться. Более того, этот наглый тип стал захаживать в комнаты ланийца, порой, буквально навязываясь на тот же ужин. Дошло даже до того, что Сенран как-то поймал себя на мысли, что держит в руках подушку и думает, куда бы её положить, чтобы стало «покрасивей». Тогда бета в раздражении откинул от себя этот элемент украшения интерьера, поразившись тому, что его вообще волнует то, что о нём подумает какой-то, по сути незнакомый мужчина. Раньше ничего такого жрец никогда не ощущал. Ему эти чувства были совершенно незнакомы. Нет, в свое время он мечтал, что заведёт семью, что его кто-то полюбит, несмотря на происхождение… но потом эти мысли ушли на задний план, когда Сенран принял своё предназначение.       Поведение Даннана Грея просто сбивало с толку: с одной стороны, столь повышенное к себе внимание было приятно, но с другой жрец банально опасался, что генерал над ним просто смеялся. И только последнее останавливало тиашше, который постоянно напоминал себе, что он — бета и жрец. Ему нельзя думать о подобном. Мысли о том, что другие жрецы часто жили в прекрасном браке со своими мужьями, он старательно от себя отгонял. Не по его части.       В этот раз генерал выловил Сенрана в зале кристалла, когда жрец стоял рядом с камнем, едва касаясь его кончиками пальцев. Кристалл, за пару минут до появления френийца, как-то подозрительно оживился, и к своему стыду, тиашше понял причину только после того, как услышал знакомый голос Грея позади себя. Сенран тихо вздохнул и укоризненно посмотрел на незваного гостя, обернувшись. Вот только самого Грея взгляд жреца нисколько не отвлекал от созерцания «сердца крепости». Тиашше уже давно понял, что генерал был непрошибаемым типом, который с упорством тарана шёл к поставленной цели. Только вот зачем ему ланийский жрец? Все, что Сенран знал о харзарах, он и так уже не раз рассказал внимательному слушателю.       — Доброго дня, генерал, — учтиво отозвался жрец, чуть склонив в приветствии голову. Покров он откинул ещё при входе в зал, поэтому и не дождался недовольного фырканья френийца по поводу своей «простыни». — Чем обязан Вашему приходу?       — Да вот, просто мимо проходил и подумал, почему бы не заглянуть сюда? — дежурно отшутился мужчина и, подойдя к Сенрану, аккуратно подцепил пальцами его ладонь и поднёс к своим губам, лишь обозначая лёгкий поцелуй согласно этикету.       Жрец же до сих пор не мог понять, почему Даннан это делал. Этот жест был ему совсем не знаком, и о его подоплёке ланиец мог только догадываться. Спрашивать же у дипломата фрейницев Сенран не хотел, потому что простой вопрос привел бы к очередной дискуссии на добрую половину дня.       Сегодня же тиашше не выдержал. Чуть нахмурившись, он прямо посмотрел в смеющиеся глаза Грея, который явно не понимал реакции жреца.       — Генерал… — начал Сенран, мягко забирая свою руку. — Я не понимаю смысла этих ваших действий. Зачем вы каждый раз пытаетесь целовать тыльную сторону моей ладони?       — Эм… — френиец, казалось, даже слегка опешил от такого вопроса. Мужчина легко выдержал испытывающий взгляд собеседника, но всё равно несколько замялся. — Видите ли… тиашше…       — Сенран.       — Да, Сенран. У нас принято подобным жестом приветствовать омег… тем самым мы выражаем своё почте…       — То есть, — резко перебил генерала жрец, не желая дослушивать до конца, и выцепив из всего сказанного только интересующую его информацию. — Вы считаете меня женщиной?       — Ну… как бы да, — осторожно ответил Даннан и невольно вздрогнул от ледяного взгляда тиашше. Что он снова сделал не так?       — Идёмте за мной, — наконец сказал Сенран и резко развернулся, выходя из зала кристалла, на ходу возвращая полог на положенное ему место. Грей, сбитый с толку такой реакцией и поведением собеседника, покорно проследовал за ним. Так что осознание того, что они пришли в тренировочный зал, стало неожиданностью.       Сенран уверенно подошёл к стойке с оружием, сразу выбрав меч с длинным узким и слегка изогнутым клинком. Воины, кому не посчастливилось проводить в это время тренировку, опешили и поспешили покинуть помещение. Даже охранники тиашше, вежливо поклонившись, удалились. Генерал, окинув взглядом относительно хрупкую фигуру жреца, вытащил из ножен свой меч, с которым старался не расставаться даже в постели. Мало ли что. Да и меч ланиец выбрал не тренировочный, а боевой. С удобной, удлинённой рукоятью. Вот и посмотрим, как он умеет с ним обращаться.       — Ну раз так… — усмехнулся Грей, вставая в классическую боевую стойку. — Потанцуем?..       Однако всё то, что произошло далее вскоре действительно начало напоминать своеобразный танец. Слабаком ланийский жрец не оказался: бета ловко уворачивался от чужих выпадов, парировал и нападал. И если сначала генерал воспринимал этот «бой» как шутку, то вскоре с удовольствием втянулся в поединок. Противником Сенран оказался хорошим, компенсирующим внешнюю субтильность ловкостью и даже грацией. «В лоб» он не шёл, предпочитая изматывать противника постепенно. И даже пресловутая тряпка на голове ему совершенно не мешала! Как он вообще не путался в своих длиннющих одеждах?! Загадка.       Кружили противники довольно долго, и тишину тренировочного зала изредка разбивал звук удара меча о меч, да тихие смешки Даннана, вскоре сменившиеся уважительным хмыканьем. Почему бы и да? Впрочем, выматываться обоим было не с руки, и френиец первым поднял руку, прося передышки, ведь никому ещё до этих пор не удалось пробить защиту другого, хотя под конец генерал бил уже в полную силу, понимая, что нет смысла щадить противника.       — Итак… вы всё ещё считаете меня женщиной, не способной постоять за себя? — неожиданно ехидно осведомился тиашше, откидывая с лица полог и выдыхая. Оказывается, жрецу тоже не были чужды простые эмоции.       — О нет, — рассмеялся Даннан, убирая свой меч обратно в ножны. Поединком он был доволен. Ничья — тоже очень хороший результат. — Вот уж кем Вы, Сенран не являетесь, так это кисейной барышней, которая не знает с какого конца браться за меч.       — Нас приучают к оружию с самого детства, — отозвался тиашше, возвращая свой меч на место. — И не имеет значения, какого пола ребёнок. Жизнь на Севере трудна и тяжела. Нам приходится всё получать с боем. И это не простая фигура речи…       — Ну да, наслышан, — кивнул генерал. — Вместо погремушек — кинжалы и пращи?       — Можно и так сказать, — вдруг рассмеялся Сенран. Всегда спокойный, сейчас он больше походил на живого человека: слегка уставший после тренировочного боя, с лёгким румянцем на обычно бледных щеках. Разумная физическая активность плохо никому не делала.       

***

             Беда пришла откуда не ждали. В тот день генерал изъявил желание сопровождать свой отряд при патрулировании местности. Даннан часто составлял компанию воинам крепости в патруле, выбирая время и состав наугад, так что везению противников стоило позавидовать: защитники «Вороньей Скалы» никак не ожидали, что харзары совершат набег количеством почти втрое превышающим обычный отряд френийцев. Будто бы так и сидели в засаде, выжидая.       Казалось бы, вот он и конец, и это учитывая опыт и сноровку воинов, да и самого генерала: ведь обратно до крепости они бы точно не успели банально добежать — их просто подло добили бы в спину. На войне ведь все средства всегда были хороши. Но, когда загнанные воины встали кругом, готовясь принимать свой последний бой, северный ветер принёс отголосок чего-то, слабо напоминавшего песню, и земля под ногами ощутимо дрогнула, напугав в первую очередь воинственных кочевников, которые вдруг бросились врассыпную, наплевав на своё построение. И спустя мгновение Грей понял почему.       В своей жизни он часто видел дома земляных червей. На юге это были тощие хилые создания, которых можно было убить одним ударом меча, и напоминали они больше змей-переростков, но их северные собратья поражали своими размерами и силой! Земляных червя было два. Огромные, обхватом более сорока – сорока пяти дюймов на первый взгляд, покрытые черной жёсткой шерстью, эти зверюги имели также по паре глаз на будто бы специально «обрубленной» клыкастой морде. Они выпрыгивали из земли как дельфины из воды, умудряясь подминать под себя паникующего противника, и виртуозно не задевать воинов под руководством генерала, не мешая им тем самым тоже вступить в бой.       Как ни странно, но появление этих существ словно бы добавило смелости воинам «Вороньей Скалы», и они, выдав боевые кличи, каждый на свой лад, подключились к драке. Даннан, отбивая выпад противника, случайно поймал взгляд одного из земляных червей, с удивлением отмечая, что они были разного цвета: один — антрацитового, а второй — изумрудного. Причём, путём нехитрых наблюдений и попутного парирования выпадов, Грей понял, что у второго червя глаза были такими же, только цвета глаз по порядку расположения были противоположными. Выходило, что ими управлял, какой-то сильный маг. И кто это был, у генерала почему-то не вызвало сомнений.              Отряд вернулся в крепость поздним вечером. Убитых не было, только раненые, да и лошадей осталась только половина: при всей своей виртуозности, несколько особо глупых паникующих кобыл черви придавили. Собственно, земляные существа ненавязчиво «провожали» людей почти до самой крепости, издали выпрыгивая на поверхность, и также проворно исчезая под слоями мха и жёсткой и каменистой северной земли.       Генерал, выцепив одного из своих смышлёных ребят, оставшихся в этот день в крепости, скинул на него заботы по устройству раненых, а сам отправился ставить точку в открытом пока что вопросе. Мужчина легко перепрыгивал через две ступеньки, поднимаясь вверх, плюнув на собственную усталость, которую ещё перекрывал адреналин последнего боя, и буквально ворвался в покои тиашше.       Сам Сенран находился в кровати с какой-то книгой в руках. На столике рядом Даннан заметил кружку, судя по всему — из-под молока. Гостя маг Земли встретил слегка недоуменным взглядом, но разговор начинать не спешил. Сам Грей закрыл за собой дверь комнаты и сделал пару шагов, не сводя глаз со жреца.       — Я знаю, что это был ты.       Тиашше промолчал на эти слова, только аккуратно заложил страницу белым пером, служившим закладкой, и отложил книгу в сторону, никак не отреагировав на слова френийца. Сенран был удивительно хладнокровен и будто бы вообще не понял, что ему сейчас сказали.       — Генерал, Вам не кажется, что это невежливо, вот так врываться в чужие покои без элементарного предупредительного стука в дверь.       — Это ведь был ты. Верно?       — Уже поздно, генерал. Вы устали.       Даннан хмыкнул в ответ, потёр лицо ладонями и кивнул, разворачиваясь и выходя вон. Ответ ему уже был не нужен, он всё понял по зелёным глазам ланийского жреца.