Я в мире Наруто?!ЧАСТЬ 2.

— УХОДИ! — Нет! *Удар Ками, ну давай же! *Удар *Уход *Два удара *Прыжок Перекатившись и вскочив на ноги, я сильно затрепетала веками, с облегчением понимая, что слепота постепенно отступает, размытые пятна перед глазами становятся всё яснее. Оглянулась: слева — густой лес, справа — прозрачное озеро, впереди — горы страны Молнии. Если бы не звуки сражения, можно было бы расслабиться под щебет птиц и свежий воздух. Но сейчас ветер дул лишь назойливо, бив по лицу, заставляя собраться. *Удар *Лязг кунаев *Уход — Вы должны бороться! — крикнула я. — Как? — прохрипела Акеми, замахиваясь ногой. — Чана, мы вообще свои тела не чувствуем! — Попробуйте взять контроль над собой другим способом! Мои руки вцепились в её плечи, едва Сумо накинулась на меня — я подтянулась и перекинула её через плечо. Мама упала, но тут же вскочила, вопреки своей воле вступая в новый бой. — Сильная! — усмехнулся папа. Каждое их движение я предугадывала благодаря шарингану. Мы могли бы драться часами, но есть одно «но» — я живая и устаю, а воскрешённые — нет. Тело изнемогало от напряжения, не залеченное плечо пульсировало, руки сжимали кунай до мозолей. Терпи. — Стихия Огня: Техника Великого Огненного Шара! — Ханаваро выдохнул огромный шар пламени, в два раза превышающий меня по размеру. — Папа, ты издеваешься?! — выкрикнула я. — Стихия Воды: Водяной дракон! — из озера справа появился гигантский зверь, заслонивший меня от огня Учихи. Огонь и вода встретились с яростным шипением. Какая чакра! — я с ужасом отменила технику, едва огонь стих, — Он силён! Гордится бы таким папой, вот только его сила сейчас была не поводом для радости, а скорее страха. Мне будет трудно наложить на него печать, если вообще удасться продержаться до спасательного отряда. Не сказать, что родители были супер опытными шиноби, как Джирая-сама или Пятая, но война, тяжкие времена в стране Воды для Акеми, и напряжённая ситуация в клане Учиха для Ханаваро действительно закалили их характер и мастерство шиноби. В голове возник суицидальный, но единственный план: если удастся заглянуть в сознание родителей, показать им свои воспоминания — возможно, они воспротивятся контролю Кабуто. Но это будет очень рискованно для меня. Выбора, конечно, особо не было, но я должна была понимать, что с такими темпами и вправду вот-вот ослепну. — У тебя есть мангекё шаринган, папа? — Да! А что? Чёрт. Наш шаринган находиться на одном уровне, значит загнать его в гендзюцу не получиться. Пока я отбивала его очередную атаку, сзади вновь показалась Акеми, грубо схватив меня за шею и начав душить. Быстрая, вот же! — я пыталась отцепить крепкие пальцы, но потом решила действовать иначе, резко навалившись вниз. Под действием тяжести куноичи пошатнулась и мигом получила локтем в нос. На месте удара образовалась дыра, которая быстро затянулась и вернула женскому лицу привычный вид. Шатенка хотела было дёрнуться, оплетая меня ногами, но не успела, попав под действие техники. Хватило секунды, после которой Сумо оказалась обездвижена, находясь под гендзюцу. … — В…Водяные наручники, — из озера выползли щупальца, плотно оплетая руки и ноги Акеми. Теперь, если она захочет развеять иллюзию, то на это понадобится какое-то время. Глаза предательски сощурились, и я, отползая назад, выдохнула. Тот, кто вводит человека в искажённое пространство, может не только показать воспоминания, но и заглянуть в жизнь своей жертвы. И я успела узреть многое: всю её радость, смех, удивление и…страдания — это было так тяжело. Я столько лет хотела узнать о родителях, но не таким образом. Теперь, понимая, на сколько я была, хоть и не ожидаемым, но любимым ребенком, сердце раз за разом скручивало, вместо того, чтобы наполнится чем-то тёплым. На все эмоции и мысли не было времени, слишком большая роскошь. Без возможности переварить, прочувствовать чужие воспоминания, как следует, я встала, напоминая себе, что находилась на поле боя и сражаясь с теми, кто когда-то до последнего вздоха защищал меня.

Защищал абсолютно всегда.

Поток подавленности и горя прервал папа — он схватил кунай, лежащий на земле. Я сделала то же, готовясь к близкому бою. Учиха искусно владел холодным оружием, и я, будучи на пределе сил, могла лишь отбиваться, но никак не дать отпор. Так, пару раз мужчина оказался проворнее, ударив плоской стороной лезвия по животу и рукам, но меня защитила броня, так что удавалось отделываться лишь синяками. — Какие у тебя слабые стороны? — спросила я, блокируя очередной удар. — Раньше был ближний бой, — фыркнул шатен, — но я это исправил. Кто же знал, что оттачивание моих навыков кому-то сыграет на руку...Может эффект неожиданности? — С шаринганом? — аналогично шикнула я, — Техника теневого клонирования! Техника воды: Водяная тюрьма-усиление! — Это не поможет, Чана! Ты только зря потратишь энергию! — Зато выиграю время, — тихо пробормотала я, увидев, как он одним махом разрушил барьер. — Вперёд! Теневые клоны метнулись на врага, а я рванула навстречу приближающимся шиноби с блокирующими печатями. — Спасибо! — выхватив несколько, я побежала к обездвиженной матери и сходу наложила липкую бумагу с красной рамкой на лоб и грудь. — Есть! Переключив внимание на отца, который расправлялся с моими теневыми, я достала из сумки последний кунай и встала в боевую стойку. Часть клонов, которым я приказала держаться в стороне, взяли тело матери и скрылись. — Дитя, а ты точно знаешь, что такое «эффект неожиданности»? — осторожно спросил отец, будто боясь меня обидеть. — Знаю. Но мне ничего не остаётся, кроме как импровизировать, — ответила я, нервно оглядывая его высокую фигуру. — Я пыталась применить мангекё, но ты сильнее. С запечатывающими техниками тоже туго, придётся думать дальше. Я увернулась, заблокировала удар, но при третьем столкновении клинков отец схватил мою свободную руку. Вывернув кисть, он повернул меня спиной и ударил по коленям. Я упала, пытаясь использовать подмену тела, но резкое движение сзади заставило меня потянуть руки назад, пытаясь ослабить хватку. Ханаваро схватил меня за растрёпанные волосы. Я была в полном шоке — от самой себя и от ситуации. Чёрт возьми, я попалась так же, как когда-то Сакура на экзамене чунина — так просто и... глупо! Но выхода не было. Если я хочу выкрутиться, придётся сделать то же, что когда-то смекнула Харуно. *Взмах *Удар Отбил. Чёрт, он отбил кунай! — я ошарашено посмотрела в сторону, куда отлетело оружие. Моё последние оружие. — Мне правда очень жаль… — впервые голос отца дрогнул, и тут же в воздухе раздался резкий свист. Нет! Техника режущего потока! — пальцы сложились в печать концентрации, и на кончиках возникла мощная струя воды. Я направила её за спину, за секунду до того, как металл едва не прорезал висок, с усилием бросив поток влево. Вскочив, я дрожащими руками продолжала удерживать струю, направляя её прямиком на отца. И вот, когда его разрезало на две части, случилось то, что заставило меня без сил рухнуть на землю. Слева и справа от Учихи появились потрёпанная Инкуна и… воскрешённый Итачи. Мои глаза чуть не вылезли из орбит — двое бывших Акацуки, не произнеся ни слова, мгновенно запечатали части тела, не дав им соединиться вновь. То, что когда-то было сосудом для души Ханаваро, рассыпалось в прах. Оглянувшись, я увидела, что почти все Судзуки и Учихи были добиты, или же полностью запечатаны. — Итачи, — испуганно посмотрела я на воскрешённого, — Почему ты не под контролем? — Я встретил Наруто незадолго до этого и с помощью своего ворона сумел вывести себя из-под власти Кабуто… Но теперь мне точно пора. Время на исходе… — Ты не останешься? — встала я, подойдя ближе. — Может, теперь, с Саске... — Нет, — отрезал брат. — Я уже сказал: доверяю это дело тебе и ему. Я многое испортил, действуя в одиночку. — Почти, — вставила Инкуна, посмотрев на друга с нечитаемым выражением. — Чана, не могла бы ты оставить меня с ним? За семь лет я ни разу не видела их вместе и могла только догадываться, какие отношения связывают Итачи и Инкуну. Семья? Товарищи? Собратья по несчастью? Связь между ними казалась прочной, словно металлическая верёвка, и вместе с тем — невидимой, как утренний туман. Разглядеть чуть больше, или уловить хотя бы ещё одно краткое движение со стороны, не удалось, — ведь Учиха чётко дал понять, что у него почти не осталось отведённого времени. Больше не говоря ни слова, я ушла, оставив отступников за своей спиной. Они заговорили тогда, когда их речь стала вне зоны досягаемости для моих ушей. Не знаю, о чём шла речь, но двое обменялись чем-то действительно важным, тем, что заставило Итачи удивлённо вздёрнуть вверх брови, а затем, робко улыбнувшись, исчезнуть в неизвестном направлении, чтобы закончить последнее дело, держащее его на этой земле.

***

Из нашей первоначальной команды, что отправилась за Наруто и Би, в живых остались только я и Неджи. Оставив джинчурики в палатке командира, я почти рухнула в объятия Сакуры, едва добравшись до медпункта. Подруга была в ужасе: — Чана, на тебе места живого нет! И что с твоими волосами?! Сил спорить или объяснять не было вовсе — хотелось лишь хорошего сна и, если возможно, стереть этот день из памяти навсегда. Освежённые лица родных усиливали боль в теле, а слёзы, казалось, иссякли ещё на поле боя, оставляя меня лишь с пустотой в груди. Когда в палату вошла Инкуна, и Сакура, узнав её, едва не бросилась на Акацуки, я из последних сил ухватилась за край медицинского халата и тихо прошептала: «Не надо», прежде чем прикрыть свинцовые веки. Не помню, как им удалось найти общий язык и довести меня до моей палатки. Но я отчётливо почувствовала спиной плечо сестры, которая вскоре уснула рядом со мной, накинув на нас плед.