Сердцебиение

      В тот день в доме царила полнейшая тишина. Саске вышел из ванной, накинув полотенце на влажные волосы, от его разгорячённого тела шёл пар. Он только что вернулся с миссии, но, несмотря на голод и усталость, душ казался жизненно необходимым. Он уже спускался вниз по лестнице, чтобы приступить к удовлетворению и оставшихся потребностей, как его слух уловил шум открывающейся двери. Сакуру юноша увидел сразу же, как только его нога коснулась лестничной площадки первого этажа: на девушке были джинсы, свитер и обувь на высоком каблуке. Её лицо озарила привычная улыбка, словно зарезервированная только для него.       — Саске-кун! С возвращением! — расцвела девушка, её щеки раскраснелись от холода, а глаза сияли ярче, чем солнце, которое теперь редко показывалось на небе.       В Конохе шёл ноябрь. Было холодно, дождливо и мрачно, даже по меркам осени, но по какому-то странному стечению обстоятельств, казалось, что его жене нравится именно это время года.       — Как прошла твоя миссия? — радостно спросила Сакура, направляясь в кухню. — Ты уже обедал?       Он отрицательно покачал головой, в то время как девушка, повернулась к нему, чтобы поймать его как всегда бессловесный ответ.       — Тогда, я тебе что-нибудь приготовлю, — проговорив это, Сакура стянула с себя свитер, оставшись в белом трикотажном топе.       Саске прошёл за ней в кухню и, чуть помешкав, сел за стол. Прошло уже два месяца с тех пор, как они поженились, а он всё ещё не привык к её присутствию в своём доме — не потому, что он чувствовал какого-то рода дискомфорт — нет, просто потому, что Саске тяжёло давалось осознание факта, что воздухом старого поместья Учиха дышит вместе с ним кто-то ещё. Это чувство нельзя было назвать неприятным, скорее, несколько странным.       В комнате повисла тишина. Саске прокашлялся.       — Хорошо, — сказал он, заставив девушку обернуться; в её глазах читалось недоумение. — Моя миссия, — пояснил Саске. — Она прошла хорошо.       — Я рада это слышать, — ответила Сакура. — А у меня сегодня выходной. Я ходила по магазинам с Ино. Она так счастлива, потому что наконец-то начала встречаться с Шикамару! А за день до этого, вчера, ко мне в кабинет влетел Наруто — похвастался двумя сломанными рёбрами и сотрясением. Вот клянусь, он умудряется найти себе неприятностей на пятую точку независимо от того, в деревне ты или нет…       Сидя там, слушая болтовню Сакуры, Саске вдруг понял, почему тишина тесной палатки, взятой на миссию, казалась ему такой неправильной. Он, наконец, осознал, зачем как никогда прежде торопился домой.       Всё потому, что теперь у него действительно был дом.       Потому что кто-то, осознанно или нет, был в нем. Ждал его.       Потому что этот дом больше не был пропитан грустью и одиночеством, не казался таким невыносимо огромным. Теперь он был наполнен беспечной болтовнёй, ароматом женских духов и, главное, теплом; а Саске был в пугающей близости от того, чтобы стать от этого зависимым.

***

      Сакура с нетерпением ждала первого совместного Рождества ещё с самого дня свадьбы. Она была хорошо осведомлена о том, как мало для юноши значат какие-либо праздники, учитывая тот факт, что он игнорировал даже собственный день рождения. Не было практически никаких дат или поводов, которые в календаре Учихи были бы отмечены «красным», но почему-то девушка была уверена в том, что ей удастся сделать Рождество одним из них. Дело было не только в том, насколько важен этот праздник для неё самой, но и в том, что возможностей продемонстрировать свою любовь жизнь с Саске преподносила розоволосой реже, чем она думала, а поэтому, она решила создавать такие возможности самостоятельно.       Боевой план был подготовлен еще в сентябре. Она приготовит ужин — его любимое блюдо — если, конечно, успеет выведать его к тому моменту, потому что он всегда съедает абсолютно всё, но не высказывает ни единой мысли относительно содержимого своей тарелки. Она красиво украсит дом, но определённо будет избегать даже малейшего сходства с тем, что она видела на его старых семейных фотографиях. Она не будет заставлять его есть шоколадное печенье вместе с ней, и совершенно точно не будет ждать от него подарка, в какой бы то ни было форме, однако, возможно, после всего он позволит ей посидеть рядом, когда будет просматривать свои свитки в гостиной. За то немногое время, что Саске провёл дома, Сакура успела заметить, что он часто читает, и она уже даже придумала, какую книгу купит ему в подарок.       Однако с приближением декабря, Саске согласился на миссию, и уже тогда Сакура догадалась, что к Рождеству он не вернётся. Слушая мужа, она старалась скрыть разочарование, и была уверена, что ей это удалось — в конце концов, Саске никогда не волновали такие пустяки.       Обычно канун Рождества для Сакуры проходил в больнице. Больше всего когда-то девушка любила удобно свернуться на своем диванчике с хорошей книгой и чашкой горячего какао в руках, наслаждаясь тонким запахом корицы, исходившим от ароматических свеч, и переливающимися огнями ёлочных гирлянд. Однако всё было не так просто как в детстве, и в больнице всегда были люди, которые спешили на праздники к семьям, поэтому, чтобы не лишать их этого шанса, Сакура всегда соглашалась поменяться сменами. А учитывая то, что взамен у неё будет целый мини-отпуск где-то в конце января, девушка особо долго и не думала. К тому же, всегда есть парочка стариков, готовых поболтать, да и в педиатрическом отделении дети всегда ждут сказку на ночь. В больнице никогда не было скучно, и Рождество не было исключением.       Так и в отсутствие Саске, девушка решила, что праздник пройдет по уже сложившейся традиции, не нарушая рутину. Но оказалось, что в этот раз её саму отправили домой, как только дежурная по этажу, милейшая дама с волосами, чуть тронутыми сединой и двумя чудесными внуками, в которых Сакура души не чаяла, разгадала намерения молодого врача.       — Иди, — несмотря на милую улыбку на губах, в глазах женщины сверкало упрямство. — Ты достаточно долго заботилась о нас. Пришла наша очередь. Теперь у тебя есть собственная семья, к которой нужно спешить.       Сакура почти сорвалась на то, чтобы начать отстаивать своё право остаться в больнице на ночь, но решила, что это было бы глупо. Уход Учихи может и расстроил её планы, но не означал, что девушка не может хорошо провести время, пусть даже и в одиночестве — ведь, опять же, когда Саске вообще по-настоящему был рядом? Поэтому Сакура пошла домой, украсила маленькую ёлочку, купленную по дороге, приготовила себе лёгкий ужин и сделала в точности то, о чём мечтала уже на протяжении трех лет, но редко находила время: свернувшись калачиком на диване, и попивая горячее какао, читала книгу.       Когда дело касалось Саске, сложно было строить какие-то планы, потому что тот никогда не оправдывал ожиданий. Даже если девушка продумывала всё с обеих сторон, ставя себя на его место, Саске всё равно удавалось удивить её. И вновь, Сакура поймала себя на мысли, что она должна была быть к этому готовой. Готовой к тому, что он не захочет отмечать Рождество, и ему будет плевать, что хочет она. Наверное, она сошла с ума, раз ожидала другого исхода. Он лишился своего клана, поэтому праздники стали для него пустым звуком. На секунду девушка задумалась, изменится ли его отношение, когда она подарит ему ребенка и настоящую семью, или же он так навсегда и останется холодным и отчуждённым, предпочитающим тренировки и долгие миссии уюту семейного очага. Но, как обычно, на вопросы, касающиеся Саске, у девушки не было ответа — она не знала и не хотела попусту надеяться.       Однако втайне, Сакура испытывала странное наслаждение от того, что она единственная, кто может дать ему это. Наруто всегда будет тем, кто спас Саске, тем, кому Учиха доверился, потому что Наруто понимал больше, чем она. Какаши всегда останется тем, к чьим советам Саске прислушивается и даже, порой, следует. А Сакура всегда будет той, чьи слова ничего не значат. Но она может сделать для него это — она даст ему семью. Из всех красивейших женщин мира — женщин, которые сделали бы всё, лишь бы он был с ними — Саске выбрал её, он попросил её, и она его не подведет. Однажды она пообещала ему, что сделает что угодно ради него, и она не собирается забирать свои слова и нарушать обещание, даже если это её убьет.       В итоге, праздник вполне удался. Сакура расслабилась и впервые с момента переезда почувствовала себя уютно в этом огромном доме, где прошло детство её мужа. Было тихо и спокойно и, по правде говоря, несмотря на то, что думали люди, Сакура привыкла быть одна. Их первое совместное Рождество в качестве мужа и жены лишь ещё раз напомнило ей то, что она уже итак знала: вместе с Саске или без него, она будет в порядке. Поэтому когда на следующий вечер Учиха вернулся домой, буквально валясь с ног от изнеможения, покрытый ранами и кровью, что окрашивала в багровый полы их дома — Сакура ухаживала за ним. Она обработала повреждения, омыла кожу и уложила его в постель. Она смотрела, как он спит, и убирала волосы с его лица. Утром, она проснулась раньше него и приготовила завтрак, сияя улыбкой, которая совершенно сбила его с толку. В конечном счёте, она поняла, что его тихое «Спасибо» пробудило в ней гораздо более яркие чувства, нежели те, что она испытывала еще ребёнком, просыпаясь в Рождественское утро и торопясь заглянуть под ёлку, чтобы посмотреть, какие же подарки оставил для неё Санта.