Малиновый виски

      Я проснулась от яркого солнца и запаха мокрой травы, что проникали в комнату из приоткрытого окна. Внутри танцевало непонятное счастье и заставляло изгибать губы в беспричинной улыбке. Хотя как же без неё? Она была, и имя этой причине — Северус. Укрытый темно-синим одеялом по плечо, мужчина всю ночь спал рядом со мной. И на душе от этого становилось непривычно легко. Его черные волосы, хаотично «разбросанные» по подушке, казались мне чем-то привычным и родным. Словно так оно и должно быть. Всегда. Я дотронулась до пряди смольных волос, а после лениво, даже не приподнимая голову с подушки, уткнулась в них носом.       — Ммм… — донесся до меня неразборчивый баритон мужчины, — привет…       — Привет, — пробормотала в ответ, все еще находясь в плену его волос.       Вдыхая запах трав вперемешку с ароматом его кожи, я ощутила, как осознание реальности стало потихоньку ускользать от меня прочь. С закрытыми глазами я танцевала по воспоминаниям прошлой ночи и проваливалась в небытие. Вдыхая сладкие моменты, стоны и прикосновения, я желала вернуться обратно. И вновь окунуться в его жаркие объятия, малиновое послевкусие виски и весь тот вечер.       В какой-то момент я поняла, что копна волос под моим носом завертелась, и в тот же момент я ощутила теплый поцелуй в шею. Не распахивая глаз, я почувствовала, как миллионы мурашек пробежались по моим оголенным плечам и убежали прочь по спине, навстречу к моим лодыжкам. Ощущая его теплую кожу, я обхватила шею любимого мужчины руками и, опустившись чуть ниже, теперь уткнулась ему в шею носом, медленно поцеловала. Тихое мурлыканье доносилось до меня словно из другого измерения, и я ощущала себя в этот момент невероятно счастливой и защищенной.       Наверное, так мы провалялись в кровати около часа, а может и больше, болтая о том о сём, совершенно не предавая значения вчерашнему разговору. Да и вообще всему, что случилось за последние пару дней.       Нащупав мою палочку где-то глубоко под подушкой, Северус без единого слова взмахнул ею, а мне оставалось лишь тихо лежать в догадках до тех пор, пока в чуть приоткрытую дверь медленно не влетели пара флакончиков. Поймав их в воздухе, он протянул один из сосудов мне.       — Что это? — я вскинула бровь.       — Противозачаточное. Если, конечно, ты не хочешь попытать удачу…       — Хм… и сколько пить?       — Глотка достаточно.       — А что у тебя? — спросив это, я не задумываясь приложила бутылек к губам и тут же пожалела. Невероятная горечь разлилась по всему рту, отчего моя голова заболела пуще прежнего.       — От похмелья. Оно и для тебя. Нужно же эту дрянь чем-то прикрыть. Да? — ухмыльнулся Северус.       — Ой… Если бы я знала, что это такая гадость, то согласилась бы попытать удачу! Давай его быстрее сюда, — я выхватила маленькую бутылочку из желтоватого стекла из его рук и, сделав пару глотков, впала в странную нирвану. Нежный мятный вкус блаженной негой разливался по всему моему телу, и от головной боли или послевкусия того отвратного зелья не осталось и следа.       Я плюхнулась на подушку и протянула обе склянки обратно брюнету. Забирая, он забавно что-то пробормотал на латыни, но я была околдована лишь его мимолетной улыбкой и даже не стала спрашивать о значении слов. Северус нежно поцеловал меня в мятные губы и тихо спросил:       — Уже лучше? Голова меньше болит?       — Да. Все ты знаешь…       Утро казалось по-настоящему волшебным и совершенно нереальным для меня. За все тринадцать лет моей беглой и скорбной жизни я не могла представить такого спокойного и расслабленного Северуса. Да еще и рядом со мной.       Позже мы начали обсуждать мир маглов, в который нас занесло, и их образ жизни. Оказывается, нас объединяла любовь к похожей музыке, книгам, кино и даже нелюбовь к опере. Хотя кто любит оперу? Так странно обсуждать с Северусом фильмы, которые и я, и он смотрели в кинотеатре, но в разное время, в разных местах и с разными людьми. Мировые события, что затрагивали множество стран. Новые технологии, а значит, и новые возможности. Потом мы все же вспомнили девяносто восьмой год, что повел нас по лабиринту горечи, и мы даже на какое-то время замолчали. Передо мной мелькали только те картинки в лесу и запах мокрой земли и травы. Интересно, а о чем думал он? И, словно услышав мой вопрос, а может Северус опять тихо наведался в мою голову, он изрек:       — Хотел тебе сказать… — лицо брюнета было предельно серьезным, — о том, зачем я принимаю эликсир молодости.       — Хм… и зачем?       — Из-за тебя, — Северус опустил глаза. — Просто хотел быть рядом. И я был. Почти всегда следил за тобой. Но ты не видела этого. Кроме того момента в метро.       — Черт, Северус. В том-то и дело, что я постоянно видела тебя в толпе и думала, что я чокнутая. Но ведь ты не только помолодел внешне, но и изменил черты лица.       — В этом и был смысл… — ухмыльнулся Снейп.       — Тебе нужно было более кардинально меняться. Превратился бы в азиата или хотя бы цвет волос сменил! На рыжий, например! Думал, что я тебя не узнаю?       — Ты и не узнала вначале.       — Я просто была не в себе тогда, — фыркнув, я закатила глаза и с сожалением поджала губы. — Но узнала я тебя сразу, правда… все еще продолжала считать себя ненормальной. Чокнутой, помешанной идиоткой.       — Да. Я реально думаю, что ты просто ненормальная, — мужчина тяжело вздохнул и нахмурил брови, — что влюбилась в меня…       Ничего не отвечая, я поцеловала его в губы самым горячим и нежным образом, которым только умела. Мне казалось, что это было лучше, чем тысячи попыток рассказать, за что я его полюбила много лет назад. Но увы, мистер Снейп все же потребовал от меня рассказа:       — Так почему? — меня сверлили его бездонные черные глаза.       — А разве чувства так просто объяснить?       — Ты попробуй, — пробормотал мужчина, словно пытаясь что-то выяснить, то, что было словно за гранью понимания для меня.       — Ладно, — по моим губам пробежала задорная хитринка. — Я видела тебя в деле. Это, хочу заметить, впечатляет, Северус. Странно, что вообще кто-то перед тобой мог устоять, — улыбаясь, я начала забираться на него сверху, скомкивая темно-синее одеяло и путаясь в нем. — Одни шампуни, что стоят на полках в ванной, чего только стоят! Знаешь, каждая девушка мечтает о эксклюзивной коллекции банных принадлежностей-й-й…       На последнем слове Северус повалил меня обратно на кровать, и я с визгом закончила последнее слово, прежде чем он прижал меня собой и закрыл рот сладким поцелуем.       — Так вот о каком «деле» ты говоришь… Я уж было подумал, что ты о прошлой ночи, — мужчина по-кошачьи ухмыльнулся. — Ладно. Сделаю я тебе набор шампуней, только позавтракаем сначала, хорошо?       — Хорошо, — смеялась я, стараясь отобрать себе обратно одеяло, которое он пытался забрать, вставая с кровати. В итоге мы оба упали на пол, закутанные в темно-синий плен, и остались там еще на какое-то время, целуя друг друга и не веря, что это происходит в реальности.       Солнце проникало сквозь кроны деревьев и растворяло теплоту на наших лицах, плечах и спинах. Вдалеке я слышала заливистое пенье птиц, что с нежностью окутывало меня спокойствием. В какой-то момент мне даже начало казаться, что моя жизнь всегда была такой мирной и доброй. Хотя, по сути, это было впервые. Ведь до этого я жила на темной стороне. Там, где в душе практически не бывало солнечного света, а уж и что там говорить о счастье. Такого слова даже не было в моем лексиконе очень долгое время. Увы.       А дальше, дальше потребность подкрепиться перевесила любые другие желания, и, надев на голое тело его большой черный свитер, я с оголенными ногами побежала вниз по лестнице навстречу кухне.       Ступая по шершавому и холодному полу, я ощущала фактуру древесины и где-то глубоко внутри молилась не посадить себе заносу. Но в то же время я чувствовала себя настоящей и живой, словно маленькая девочка, бегущая к рождественской елке рано утром. И стоит подметить, что сейчас для меня яичница с беконом равнялась рождественскому чуду. А там еще и сочные, ароматные сосисочки, бобы в томатной пасте, теплые тосты с хрустящей корочкой и свежие овощи. Пожалуй, так вкусно я не завтракала уже целую вечность. Хотя состав завтрака был вполне по-английски стандартным, но вот компания… Ох, моя сегодняшняя компания все меняла на корню.       — Линч что-то тебе тогда сказал? — спросила я, откусывая сосиску.       — Когда мне пришлось прижать его без помощи магии? — озадачился Снейп, отпивая чай, а я с набитым ртом лишь смогла кивнуть в ответ. — Нет. Он был немногословен. Хотя, может, я слишком надавил ему на горло локтем, не знаю… но мерзавец достаточно быстро превратился в свинку и был таков.       — Думаю, глупо предполагать, что он влюблен в меня… Да? Больше похоже на первую стадию отрицания глобальной проблемы. Он просто продолжает собирать информацию для Яксли.       — Полагаю, что да.       — И что теперь он знает? — спросила я, рассматривая его черные волосы, которые были вновь убраны в хвостик.       — Что я жив. Ну и дальше можно додумать… — Снейп тяжело вздохнул. — Что я забрал вполне живую и здоровую Имоджен с собой. А вот зачем я это сделал… у них может быть множество вариантов.       — Ты уверен, что он узнал тебя?       — К моему великому сожалению — да.       — Значит, Яксли скоро найдет меня… — я закрыла глаза и, отодвинув тарелку с остатками еды, уперлась лбом в теплый стол.       — Да, поэтому нам нужно продумать план.       Все еще чувствуя лбом жесткость деревянного стола, я услышала шум камина.       — Надеюсь, это Дамблдор, а не Яксли пришел меня убить… — в моем голосе промелькнули нотки истерики.       — Не переживай, Яксли сюда так просто не пройдет… — тихо отозвался Снейп.       Все еще дыша в стол, я тихо улыбнулась и сконцентрировалась на приятном тепле его руки, которую он положил мне на оголенное плечо, что небрежно виднелось из-под растянутого воротника.       Черт. Оголенное плечо. На мне лишь свитер Северуса…       — День добрый, — отозвался мягкий голос старца в дверном проеме. Я резво подняла голову, отстыковавшись ею от стола. В глазах все еще бродили темные пятна. — Рад вас видеть в хорошем настроении, — взгляд Дамблдора остановился на мне. — Хоть и помятом.       — Добрый, Альбус, — я смущенно улыбнулась. — Раз это вы, а не Яксли, который пришел меня убить, пожалуй, я пойду надену штаны.       И, сверля глазами пол, я бодро встала со стула, натягивая на оголённые ляжки свитер, а в руке все же крепко сжимала волшебную палочку.       — Я займу всего десять минут вашего драгоценного времени, — изрек Дамблдор, когда я вернулась за старый и потрепанный деревянный стол, одетая по полной программе. Возле окна я приметила стеклянную банку с пряниками и сразу же потянулась за сладостью, дабы скрасить предстоящий разговор. В ту же минуту галантный Северус подозвал ко мне пыхтящий чайник, и уже через мгновение я наслаждалась малиновым чаем и вкусным имбирным пряником.       — Могу предположить, что вы уже обговорили «П.Л.А.Н.» — произнеся последнее слово по буквам, я с подозрением вскинула бровь, а внутри все горело и тряслось, готовясь к худшему.       — Альбус предполагает несколько развитий событий. Но нам нужно учесть все возможные нюансы… — отстраненно изрек Северус.       — Дайте догадаюсь. Во всех вариантах я — приманка, — и от сказанных мною вслух слов болезненная горечь разлилась по всему телу, и даже пряник не смог скрасить мгновение.       — Имоджен, ты бежала тринадцать лет, думаю, тебе хочется уже все это закончить. Несмотря на страх… — задумчивый баритон Северуса отвлек меня от грустным мыслей и погрузил в пучину энтузиазма. Очень хотелось бы верить, что он не приведет меня к фиаско.       — Я в нетерпении. Слушаю ваш план… — скептически отозвалась я.       — Через несколько недель, — размеренно начал Альбус, — в конце августа, в Ноттинг-Хилл будет проходить карнавал. В последний день карнавала — а это будет последний понедельник августа, — мы и «организуем» встречу с Яксли.       — И как же, позвольте спросить, мы организуем это встречу? — я ухмыльнулась. — Альбус, вы случаем не позвонить Яксли хотите? Может, пока мы тут с Северусом… общались, вы успели раздобыть его контактные данные? Может, отправим ему письмо? С совой? Или привлечём местного почтальона, к примеру? Северус… а какой тут, кстати, ближайший населенный пункт?       Непроницаемое лицо брюнета совсем ни о чем не говорило мне, пока он не изрек: — Если мы привлечем местного почтальона, то, боюсь, письмо дойдет только к следующему карнавалу.       Звенящая тишина в одно мгновение пронзила помещение, и мне даже показалось, что я услышала, как за окном скрепят деревья, верхушки которых то и дело нагибались в разные стороны, соприкасаясь друг с другом от сильных порывов ветра. Но следующая секунда изменила все, потому как Северус тихо засмеялся. И мы с Альбусом поддались его задорному порыву и тоже не поскупились на смех.       — Не припомню, чтобы я видела, как ты улыбаешься. И уж тем более смеешься, — успокоив дыхание, заметила я.       — Не думаю, что такого рода диалоги понравились бы Темному.       — Верное замечание, Северус, — кивнул Дамблдор. — Давайте вернемся к делу.       — Давайте, Альбус, — хмыкнула я. — Так как мы должны связаться с Яксли?       — Когда ты покинешь дом Северуса, а я хочу заметить, что тут повсюду защитные чары, то он сможет найти тебя. Скорее всего, Корбан будет пользоваться поисковым заклинанием. Ну, или, может, наймет оборотня, чтобы вынюхивал тебя. Но это слишком сомнительная идея, думаю, он все же воспользуется ею только в крайнем случае. Так что до последнего понедельника августа тебе придется пожить вместе со Снейпом.       — Так, ладно. Хорошо. Предположим, мы пережили эти три недели вместе с Северусом и не убили друг друга. Наколдовали себе костюмы, чтобы слиться с толпой. Трансгрессировали туда. И человек, чье лицо снится мне в кошмарах, нашел меня. Что дальше?       — Яксли не дурак, он не будет тебя убивать в толпе. Он поведет тебя в ближайший переулок, потому как трансгрессировать на виду у всех он так же не сможет, — начал выстраивать логическую цепочку Снейп, пока Альбус многозначительно молчал. — Ему нужны ответы на вопросы, и он найдет тихое место, где вдоволь сможет с тобой «наболтаться», — Снейп глянул на старца, но тот все еще не желал вставить ни единого слова. — Мы сделаем так, чтобы он пришел именно в то место, в которое нужно нам. Многие магазины во время карнавала закрываются. Уверен, что мы найдем удачное место.       — Отлично… — тяжело процедила я сквозь зубы. — Но меня все еще интересует, а что же потом? Ты его убьешь, Северус? Или может вы, Альбус, позовёте дементоров? Что дальше? — мой взъерошенно-недовольный голос разнесся по кухне и, кажется, ударившись о стену рикошетом, вернулся ко мне головной болью.       — Ну… полагаю, что дементоры — это слишком радикальный способ и потенциально проблематичный… а вот предать его правосудию — реальный, — отозвался наконец-то Дамблдор.       — В смысле? — не поняла я.       — Мы позовем мракоборцев.       На это изречение Альбуса Снейп успел только вскинуть бровь. И, кажется, хотел уже выступить с протестом, как седовласый старец заявил:       — Я все уже почти продумал. Не беспокойся. Ты, Северус, сделаешь для нас оборотное зелье. Уверен, что у тебя есть заготовки под него. Я ведь не ошибаюсь?       — Есть, — сухо бросил зельевар, кажется, недовольный тем, что старик знает о нем очень много.       — Ну вот и славно. А ты, Имоджен, займешься костюмами. С нами будет еще пара мракоборцев, которые окажут мне маленькую услуги и представят его перед судом. У меня есть лазейки, не беспокойтесь об этом.       — А если Яксли будет не один? — мой голос, кажется, дрогнул от представленной картины.       — Скорее всего, так и будет, — кивнул Альбус. — И мы будем к этому готовы. Ты же еще помнишь, Имоджен, как пользоваться своей волшебной палочкой? — в ответ я отстраненно закивала. — Так что, думаю, с этим у нас не возникнет проблем. В конце концов, он не Волан-де-Морт.       На кухне вновь повисла тишина.       — Ну ладно, — поднимаясь со стула, начал Дамблдор. — Основы мы обсудили. Все детали сообщу в течение двух недель. С тебя, Северус, зелье. А с тебя, Имоджен… — старец оглядел меня с головы до… рук, которые крепко сжимали чашку с чаем, — контроль над эмоциями, к черту костюмы. Ими займусь я. И ни в коем случае не покидай пределы защитных чар Северуса. Иначе Яксли быстро тебя найдет. Сейчас он на свободе. И жаждет своего шанса.       — Альбус… а вы уверены, что удастся договориться о том, чтобы часть его памяти стерли? — растерянно начала я. — Может… мы не будем спрашивать ни у кого разрешения и сделаем это сами? Зачем лишняя морока?       — Никому не нужно, чтобы тебя обвинили в умышленном удалении воспоминаний и отправили на исправительные работы. Время и законы меняются. Сейчас очень сложно действовать так, как раньше.       — Время меняет не только законы, но и людей. Да, Альбус? — каким-то странным тоном спросил Снейп Альбуса, но это больше походило на утверждение.       — Конечно, — спокойно ответил старик. — Отдыхайте и набирайтесь решимости. Я еще пришлю вам инструкции… — последнее слово он уже крикнул из гостиной. А после шуршание, шипение и… тишина.       Кажется, мы снова остались одни.