Гарри Wolf Эванс

В Америке врачи развлекаются с мозгами своих пациентов кто во что горазд, именно поэтому у нас такая сильная школа нейрохирургии. Мисо-суп Мне нравится ходить по бутикам, торговым центрам, следить за различными скидками, нравится тратить деньги отцов, нравится при покупке какого-нибудь нового андройда или шмотки, на которую бы у меня просто не хватило денег, говорить с высоко поднятой головой: «Сладкое яблоко лишь одной принцессе сладко, ведь другим этот плод запретен». И все двери передо мной открыты, ведь все хотят угодить принцессе, чтоб она рассказала о том магазине, о его товарах, продавце только хорошее, ведь король тогда будет обязан взять тех людей под свою защиту от других группировок. Мне все это доставляет большое расслабление, некое чувство экстаза, когда люди так передо мной льстятся, готовы сделать все, чего бы я только не пожелал. Этот поход не стал исключением. Конечно, никто бы не понял, если б я стал вещать про принцессу Нью-Йорка, ведь в Лондоне, а мы оказались именно в нем, как именно, я так честно и не понял, но в Лондоне, своя группировка и свой король с принцессой, а она еще та сука. Видел, общался, помню, сука… Но не об этом. Мне понравилось все то, что я увидел. Честно, когда я увидел тот паб, то в голове сразу нарисовалась жуткая картина всего магического мира, в общем. Бедные дети в грязной рваной одежде бегают по улицам, у них на лицах черные пятна от чумы. Улицы красных фонарей, с деревянными клетками, в которых сидели куртизанки с вульгарным макияжем, а рядом мелькали богатые свиньи в синих и желтых чулках года так 1665. Всем людям все равно друг на друга, вспышка такой страшной болезни, как черная чума, и никто не может ничего сделать… вот именно как-то так и выглядит для меня мир магов, но сейчас лучше, намного. Для меня все еще старые времена, но какой-то светлый год, такой, в котором можно жить спокойно, ничего не боясь, как фильме «Бессмертные», ну, кроме концовки. Мне понравилась палочка… то, как тепло проникало во все тело, как помещение наполнялось теплым желтым и красным светом, словно в этой маленькой палочке был закат. Мне понравилось, как слышалось пение какой-то птицы, и вокруг становилось даже жарко, и казалось, что я мог вот сейчас полететь, если бы только захотел. Когда я сжал ее в руке, все плохое сразу ушло, все, что меня пугало, не давало идти вперед, лопнуло, как мыльный шарик. Я почувствовал себя впервые за одиннадцать лет полностью защищенным. Я еще никогда, не испытывал такого блаженства, без страха. Мне понравилось это чувство, что я могу и сам себя защитить! Пока мы покупали котлы, я застрял у лавки с разными травами, запах полыни дурманил и в то же время успокаивал. Но меня привлекла ваза с уже давно засохшими цветами, но не гербарий, просто они высохли, но не осыпались. Уже давно потерявшие свою красоту, но не запах, красные розы в вперемешку с белыми и лилии. Эта ваза была самой обычной, но вот только эти цветы обычными я бы не сумел назвать. - Красиво, не правда ли. – Это не было вопросом, скорее констатацией факта, цветы и вправду были красивы, даже после своей смерти. Хотел бы и я быть таким красивым, когда бы умру, иметь такую аккуратность, как потухшая красная роза. - Да… пусть они уже и не живы, но так же красивы, и точно так же манят, как огонь мотыльков. Пусть они и умрут от того огня, но не могут не полететь на него. Пусть и цветы уже мертвы, но даже у таких цветов все еще есть шипы. - Согласен. – Аккуратно сказал мужчина и взял лилию, я бы не стал ее брать, она слишком хрупкая, она и при жизни один из самых хрупких цветов, я бы, наверно, взял красную розу. - Лилия красива и очень слаба, цветок многих гербов, но на самом деле это самый слабый цветок, и живет мало. - Я коснулся умершего цветка в руке у мужчины, он стал восстанавливаться, возвращать свою старую красоту, снова стал живым. Белая лилия снова стала живой, можно поставить в воду и наслаждаться ее чистотой. Я бы испугался, если б так уже не делал много раз, мне всегда было очень жалко цветы, которые завяли, и когда я их касался, они становились снова прекрасны и живы. Именно поэтому у меня в комнате целая оранжерея, когда в цветочных выкидывали цветы в горшках, которые полностью завяли, я их забирал себе и восстанавливал, выхаживал, относился как к людям. – Так лучше, больше она не завянет, я обещаю, только поставь ее в воду. – Я так и не посмотрел на мужчину, и сразу пошел к Хагриду, а сзади меня охали и ахали, наверно, сейчас вся та ваза с цветами возвращается к изначальному виду, ну не мог я их так оставить. Поэтому, когда Хагрид сказал, что я маг, я не слишком удивился, всегда подозревал, что со мной что-то не так. Никто не может выжить, упав с четвертого этажа, ладно, могут, но не когда ты прыгаешь со своим другом! Он умирает, а на тебе ни царапины. Мы обошли уйму магазинов, ноги отваливались, и после всего этого я все гадал, когда я вернусь, будет ли тот хорек на месте. Из головы ни как не выходили его глаза, эти маленькие орехового цвета глазки, его белая шерстка и маленький розовый носик. Те цветы мне кое о чем напомнили, надо будет к нему зайти, хоть раз. Джеймс снова будет злиться. А кто его спрашивать станет? И вообще, у меня уже полдня день рождения, а от него ни одного сообщения! Я снова достал телефон и проверил входящие, пусто, хотя нет, спам, много спама, и сообщение от Мионы, ну хоть кто-то меня поздравил по-человечески. - Гарри. – Я посмотрел на Хагрида, не сразу, конечно, отрываясь от сообщенья Ми. Интересно, сколько она его писала, по количеству текста - всю ночь. Снова утонул в своих мыслях, как это на меня похоже, отец всегда говорит, что я вечно о чем-то думаю, знал бы он только о чем… никогда, никого не слушаю, интересно, а о чем говорил великан? По его лицу видно, что о чем-то важном, но и я думал не о мультиках, так что все прощается. У меня вообще днюха, хочу и мечтаю, законом это не запрещено. – Я говорил, что надо бы тебе купить форму. - Я покивал головой, соглашаясь, мол, «да, мне нужна форма», и я все прекрасно слышал, я вообще сама внимательность. Мой айфон снова завибрировал, и я тут же посмотрел на экран своего сотового. Сегодня Ханна выложила новую фотку в Инстаграм и запостила мою, надо бы и ее лайкнуть. Ой, щеночек! «Нашла щенка, не смогла бросить, назвала Лиф, милашка!» Прелесть, надо откомментить. «Грей 345: Прелесть, имя класс. Хочу купить хорька, а то мой питон снова ушел в плаванье по трубам. Ты не могла бы вызвать сантехника? Люблю тебя, Ха». Такое неприятное чувство, что я что-то забыл. Я пихнул телефон обратно в карман и посмотрел на Хагрида. - Форма, так чего же мы ждем, вперед. - Так что я уверено обошел фонарный столб, в который чуть не впечатался, пошел дальше. Но тут Хагрид указал на большую вывеску на магазине, около которого мы и стояли, некоторое время, я смотрел на неё, три раза в голове прокрутил, прежде чем до меня дошло ее значение. «Мадам Малкин. Одежда на все случаи жизни». Не буду ничего говорить по этому поводу. Итак, молча я вошел в магазин, скинул толстовку, слишком жарко, а мне почему-то казалось, что в Лондоне холодно. Отдал свою вещь Хагриду, поправил очки, заплел волосы в хвост и оглядел ателье, миленько. Ничего так, скромно и очень уютно, пахнет пончиками и кофе, я бы не отказался, а то один наглый Ян съел мой завтрак. Я прошел внутрь, как меня снова окликнул Хагрид, он так и не вошел, стоял на улице, не очень-то он хорошо выглядел, лицо у него больно зеленого оттенка, я вам скажу. Он такой еще с банка. – Слушай Гарри… ты, эм, это, не против, если я заскочу в «Дырявый котел» и пропущу стаканчик? Ненавижу тележки в «Гринготтсе». – Я пожал плечами, не зачем было спрашивать, я его себе в няньки не нанимал, так что пусть идет. Я махнул ему рукой, великан все понял и пошел в свой паб, надеюсь, мне в него больше не надо будет идти, у меня от него руки до сих пор дрожат, а по телу бегают толпы мурашек. Вспомнил то угнетающее чувство, тот страх и боль в шраме. Честно, такого еще никогда не было, я, конечно, могу с легкой руки это скинуть на свою болезнь «акселерацию», но это никак не касалось ее, это было что-то другое. Я протер глаза, снова голова болит, черт. Помотав головой, я постарался откинуть свою болезнь, конечно, лучше мне бы не стало, но постараться-то можно. Я повертел головой в поисках продавца, но мадам Малкин появилась за моей спиной, как призрак в фильме ужасов, как из воздуха, блин, появилась жуткая тетка в розово-лиловом наряде, она напугала этим до чертиков! Блин! У меня сердце в пятки ушло от ее появления! - Едем учиться в Хогвартс? – Спросила, как отрезала, нет, пришел купить форму медсестрички, чтоб в новой школе эффектно появиться, это же я! А ради чего тут еще могут зайти одиннадцати лет мальчишки? Уж точно не ради формы медсестры. И что у меня за мысли в голове, и в какой я вообще степени гений, рассуждаю как ребенок, ей богу... – Ты пришел по адресу: у меня тут как раз еще один клиент к школе готовится. – Как будто мне есть хоть какое-то дело до этого. Она вежливо провела меня вглубь магазина, я по глупости оставил у Хагрита свою толстовку, надо было взять с собой, в глубине магазина было по прохладней, хочу свою толстовку. Но стоило мне увидеть этого еще одного клиента, как сердце пропустило удар, холод отошел на задний план. Это тот же самый мальчишка с серыми глазами, он так же красиво мне улыбнулся. Я таю, как можно быть таким чертовски красивым, я себя чувствую на его фоне каким-то вурдалаком. Я подошел к нему, сел рядом, он читал какую-то книгу, а его белые ресницы касались его белой кожи. Вот это и называется королевская красота, голубая кровь. Такая светлая кожа, а волосы! Интересно, он красит, или они у него действительно такого платинового цвета? Вау! Он не похож ни на одного из моих знакомых. Джеймс бунтарь, с которым очень сложно найти общий язык. Лука и Ин странные парни, у которых не обычные, а какие-то марсианские тараканы в голове. А все остальные дети, еще, конечно, есть Ханна, но с ней можно поговорить только про медицину и моду, не самые интеллектуальные темы. А он. Чувство такое, словно с ним, я смогу поладить, поговорить и найти общий язык, он не выглядит дурачком, как все в нашем возрасте. 10 минут спустя… Знаете, как это бывает, когда вы чего-то очень хотите и вдруг это получаете. Но не все, так как планировалось. Вещь эта или человек не важно… иногда так бывает, что он разочаровывает нас. Именно это и случилось. Сначала мне показалось, круто будет, узнаю его получше, поговорим про магию, да вообще узнать что-то еще про магию от мага. Может, даже подружусь, я ведь редко сам проявляю в этом плане инициативу, зная, что со мной не так просто, и именно по этой причине я держусь особняком, мне так нравится. И вот, когда я его увидел, такого красивого, с недетской книгой, мне показалось, что он такой же, как я… я никогда так еще не ошибался. Так вот. Я ошибся, этот мальчишка, может и может вести интеллектуальные беседы, знать много о магии, но говорить с ним, это как посмотреть полностью Наруто, нереально, в общем. Он растягивает слова, все темы в мире может перевести на себя, на свою семью. Он рассказал мне, как он недоволен, что будет учиться с грязнокровными, кто это такие, я так и не понял. Грязными тварями, предателями крови, сквибами и всем этим отребьем, от его слов у меня под ложечкой щемило, и непроизвольно сжимались кулаки. Говорил так, словно он лучше всех остальных, утверждал, что директор Дамблдор маразматик, раз разрешает грязнокровкам осквернять магию своим присутствием в школе. От его реплик меня подташнивало, хотелось заткнуть уши или закричать, чтоб он заткнулся. Никогда еще не испытывал такого желания кому-то врезать! Даже Джеймса я так сильно побить не хотел! А ведь это Джеймс, мать его! – А ты знаешь, на каком будешь факультете? – Я только помотал головой и коротко ответил этому парню, он лениво со мной говорил и так же лениво листал книгу. - Нет… - С нотками рычания ответил, хотя уже еле сдерживался, чтоб не свалить отсюда и самому не сшить эту блядскую форму или не придти чуть позже… - Не волнуйся, никто заранее не знает, это уже там решают, но я знаю, что я буду в Слизерине. – А я точно знаю, что там я теперь точно не буду. Чтоб наверняка с такой сукой, как он, не столкнуться, да последняя шлюха в Нью-Йорке и то милей его будет в общении! Да, я бы лучше почитал пятьдесят оттенков серого, и то больше пользе было бы! – Вся моя семья была на Слизерине. А представь если определят в Пуффендуй, то я сразу уйду из школы. – Теперь я знаю, куда я хочу, чтоб он попал или я. Блин, как можно быть таким фриком? – А ты. – Лениво спросил он и посмотрел на меня, до этого он разглядывал свою книгу. Как только наши глаза встретились, он резко закрыл книгу и проявил больше интереса ко мне. - Знаешь. - Ну и ну, ты только посмотри на этого! - Перебил. Он меня перебил, моя гордость принцессы тронута до глубины души, даже Джеймс не настолько говнюк! Я в гневе, но я все же посмотрел туда, куда указал этот парень. За окном стоял Хагрид, он улыбался и показывал на два рожка мороженого, я тут же ему улыбнулся, моё спасение прибыло! Аллилуйя! - Это Хагрид. – Ответил для чего-то я, не знаю, зачем я до сих пор говорю с ним, мне просто надо заткнуться, уйти от него и молиться, что больше я его никогда не увижу. – Он работает в Хогвартсе. - Ааа - Протянул он. – Я о нем слышал, он там что-то вроде прислуги, да? – Я вдруг так захотел, чтоб он умер, что аж пугает. - Он лесник. – С каждой секундой я все больше и больше ненавидел этого парня и не хотел учиться рядом с таким, как он. - Да, точно. – Он скривился так, словно увидел говно прямо перед лицом, а до этого съел целый лимон. – Я слышал, он настоящий дикарь. Живет в хижине на территории школы и время от времени напивается, пытается творить чудеса, а кончается все тем, что вспыхивает его постель. – Достал, я встал и прописал ему звонкую пощечину, сложил руки на груди, выдвинул бедро и сказал. - А тебе какое дело, ты бы за собой последил. – Надо было видеть, как его лицо вытянулось. Но остановиться я не мог, он слишком сильно задел мои чувства, Хагрид пусть и не выглядит на пять звезд, зато он очень хороший и добрый великан, так что я не понимаю, что за околесицу несет этот парень! - Легко осуждать других, но начни с себя. У тебя ужасные манеры, характер, и речь твоя отвратительна. - Он приоткрыл свой рот, явно желая что-то мне высказать, но я не собирался прекращать свой гневный монолог. Хочу, чтоб до него дошло, что я имею виду. Я наклонился к нему и закрыл его рот. - Мог бы и промолчать. Но нет, тебе просто надо было высказаться, да. Ребенок. - На этом слове его глаза заблестели злостью и обидой от моих слов, что, не нравится, когда тебя так же, как и ты всех, ставят на место? - Так только дети малые поступают. Прежде чем говорить что-то, надо трижды подумать. И пораскинуть мозгами, если оные у тебя есть. – Но прежде, чем этот парень сумел что-то ответить, мне протянули мою форму, я взял ее и не стал дожидаться ответа этого парня, просто ушел. Чувство, что я поступил правильно переполняло меня, такого я давно не чувствовал, точнее даже будет сказать никогда. Когда я вышел и подошел к Хагриду, он протянул мне рожок с мороженым, я взял его и слизнул немного, облизнулся. Вкуснятина, шоколадное! Великолепно, моё любимое. Мороженое было невероятно вкусным, я облизывал его как ненормальный, хотелось растянуть сладкое удовольствие! Хагрид снова оставил меня не на долго, сказал, что на минутку, это случилось, когда мне в очередной раз пришла открытка с днем рождения. Он попросил посидеть меня на скамейке, но это меня не расстроило, я просто ел мороженое, напевал какую-то песню, могу поклясться, что это была «She Loves You». Я достал из кармана толстовки, которую мне вернул Хагрид, телефон и сделал селфи, открыл контакты и выбрал номер. Это был номер Эпи, я стал быстро набирать сообщение папе. «Я тут ем мороженое. Так что перекуси тоже чего-то вкусного и не забудь перенести вечеринку. Я в полном порядке. Люблю», смайлик в конце и фотка, как я ем мороженое, рот и нос все в мороженом, мило. Через минуту пришёл ответ от Эпла. «Как раз делаю тоже самое, у меня ванильное и крем-брюле. Прости, съел последние, заставлю купить Яна еще. Я уже перенес праздник, люблю тебя, Гарри. Мне так стыдно, что я тебе ничего не сказал. Прости, прости, прости, с меня сегодня лапша с помидорами, оки?» Я доедал мороженое и переписывался с Эпи, он рассказал о том, что как только я ушел, то Ян пообещал заколотить окно, через которое я все время сбегаю, говорил о том, что я совсем от рук отбился, что по мне тюрьма плачет. Но через час успокоился и просто убрался в моей комнате, полил мои цветы и оставил на кровати подарок. Так что в комнате по приходу меня ждали сюрприз и моя любимая еда. Вскоре появился Хагрид и поставил мне на колени небольшую коробку с дырками, на которую я подозрительно посмотрел. И что в ней? Бомба? Не думаю, все же не на столько я плохой, чтоб меня подрывать прямо на улице. Я положил обратно в карман телефон и полез к коробке, любопытство меня когда-нибудь погубит. Я все-таки открыл коробку, меня там ждало не просто маленькое удивление, а самое что ни на есть настоящее чудо, в коробке спал малыш. Тот самый белый хорек, который мне так понравился! Он скрутился маленьким комочком и спал, я погладил по его белой шерсти, он потерся носиком о мою ладонь, прелесть. До дома я и сам сумел добраться на такси, сказав Хагриду, что не ребенок, и каждый второй в этом городе меня знает, мне нечего боятся. Маленького хорька я не сумел выпустить из рук, такой теплый комочек в моих руках аккуратно сидел, почти мурчал и так предано смотрел в глаза. Такого я точно не мог ждать от моего откормленного друга, Джеймс только и хотел, что от меня сбежать, но что-то мне подсказывало, что вот это маленькое пушистое существо так не поступит. - Ну и как мне тебя назвать? – Малыш поморгал, казалось, что бы я не сказал, он будет не против. Я закусил губу, до этого у меня был только один домашний зверек, и тот изо дня в день пытается свалить от меня. Его не останавливает даже туалет и законы физики, да и имя я ему дал с горяча, а потом менять было как-то глупо, поэтому оставил как было. Ладно, начнем с самого простого, я кивнул сам себе и стал предлагать вслух. – Банально, знаю, но может Пушок? - Он все прекрасно понял, что я сказал, но как мне известно, животные могут понимать нашу речь, но не настолько же буквально! Он помотал головой, ладно, это странно и невероятно, но это так необыкновенно. И вообще это же не обычный хорек, он из магического мира, так что грех придираться. – Ты меня понимаешь? – Сердце замерло, маленькая когтистая лапка сжала мой палец, а белая голова покивала… вау… никогда никому не говорил, считал что это странно, но я всегда мечтал, чтоб меня понимали животные, может это все из-за магии, или потому, что у меня никогда не было друзей в детстве. Как это возможно? Как он может меня понимать? Как… - Но как? - Он пожал плечами, нет, он серьезно сейчас это сделал. Я сидел с открытым ртом, никогда бы не подумал, что буду говорить с хорьком, и он будет мне в какой-то степени отвечать. Такси продолжало ехать, до дома было еще не близко, а я надеялся, что именно этот таксист меня не знает, ну или просто не признал. Чувство было странным, не могу точно сказать какое, не то счастье, не то восторг, я улыбнулся, за долгое время я захотел повести себя как маленький. Закричать от счастья, бегать, прыгать, плакать и всем хвастаться. Я придвинулся к его мордочке и заглянул в его ореховые глаза. – Я Гарри. – Язык немного путался, еле сумел сказать собственно имя, теперь я понимаю, что чувствовал Икинг, когда встретил Беззубика на том озере. - Можно я стану твоим хозя… не то, другом? – Он неожиданно встал на задние лапки и своим носиком коснулся моего, я задержал дыхание, как бывает при первом поцелуе в фильмах. Его носик был теплым и сухим, от него приятно пахло сладостями, от чего хотелось смеяться, а мне все говорили, что хорьки вонючки. – Я буду считать это за да. – Он потерся головкой о мою ладонь, такая шелковистая, мягкая шерстка, маленькие лапки, глазки бусинки, хвостик и милый носик, прелесть, и теперь этот комочек счастья мой... странно, но хочется улыбаться, просто уткнуться носом в его шерсть и вдыхать сладкий запах, обнять и целовать, странное чувство, правда. – Хлопик. Как хлопья снега зимой. Ты будешь Хлопик. Расплатившись с таксистом, я снова провернул свой излюбленный трюк с пожарной лестницей и стал по ней таскать все свои вещи, что сегодня купил. В итоге все это заняло у меня не один час, а целых полтора, никогда не думал, что наступит день, когда я бы захотел сжечь все свои книги, но вот он и наступил, когда раз сто по лестнице туда и обратно поднялся. А потом пришлось обойти здание, вспомнить новый пароль от входной двери, а это было сложно, когда я его не знаю! Пришлось три с половиной минуты подбирать нужную комбинацию, и кто придумал каждый месяц менять пароль от двери? Да я знаю кто, Ян! Но раз в этом месяце это был Ян, то пароль был очевидный, дата свадьбы Эпи с Яном 16.05.02, все просто, когда это он, а вот Эпи бывает не предсказуемым, над его паролем обычно по полчаса думать надо. Как обычно, лифт не работал, а когда эта рухлядь и работала, я, конечно, пользовался лестницей, а когда он мне был действительно нужен, то он не работал, все как всегда, ничего странного или нового. Я поднялся на родной пятый этаж, достал ключи из кармана, пахло уткой по-пекински и моей любимой лапшой с помидорами. За весь день я нормально так и не поел, а потом все спрашивают, как я могу быть таким худеньким, а просто не ем, вот и весь секрет... Я вошел в квартиру, скинул свои кеды, и почему свет выключен? Странно, мне казалось Эпи будет на кухне. Меня из прихожей внесли в квартиру, а точней подхватили на руки и занесли, сначала я напрягся, испугался и подумал, как бы так извернуться, чтоб добежать до оружия. Но потом Ханна включила свет, и я увидел довольную рожу Яна, да меня чуть Кондратий не хватил, и как это понимать? Ну и шутки у него, ему не хватает того, что он меня каждые выходные на целых три часа с шлюхами запирает, ну, чтоб я рано не начал делать нехорошие дела и не стал таким же как эти девушки. Повторите, кто ему дал права быть моим родителем? Отец крепко обнял меня, словно не видел несколько лет, и поцеловал в макушку, все равно приятно, пусть и напугал изначально. Я ответно обнял его за шею и прикрыл глаза, все-таки каким бы взрослым я не был, но все равно так люблю, когда Ян вот просто так меня обнимает, это бывает редко, но зато так искренне. - Я боялся, что ты не вернешься. - Иногда, например вот в такие моменты, я честно ненавижу себя за ложь. Я уткнулся в шею отца, от него, как обычно, пахло мятой его геля для душа, он не любил пользоваться духами. Я правда не хочу причинять ему боль или хоть как-то ранить его, просто я очень хочу узнать тот мир, в котором жили мои мама с папой, родные. Я люблю отцов, но этого мне не достаточно, да, я эгоист, но я хочу почувствовать то же, что и они, хочу так же, как и они, колдовать и, может, так же влюбиться, кто же знает. Просто эта школа с ее учителями-гомофобами, которые притворяются, будто ничего не увидели, словно и не видят вообще, какая моя парта и вообще жизнь в дерьме. Как меня поливают говном изо дня в день, как зажимают в коридорах, как поджигают мой шкафчик и вечно избивают, называя «убийцей». И вечно прятаться за спиной Джеймса я тоже не хочу, мне не нравится, когда он тушит об меня сигареты, я ненавижу его за то, каким я становлюсь рядом с ним, мне хочется быть другим. Хочется быть таким, каким меня видел Крис, хочется быть ребенком, хоть не много, наконец, завести друзей, а не людей, что притворяются оными, а за моей спиной говорят про меня гадости. Может, там будет так же, а может и нет, я же этого не знаю, поэтому и хочу туда попасть… там никто не будет знать меня как убийцу или бедного мальчика, жертву, хочу быть просто Гарри, и там есть мизерный шанс на такую жизнь. - Не дождешься, я никуда не денусь. – Тошно… После этого спектакля «хорошего и послушного мальчика», который так упорно хвастался своим новым хорьком, любыми способами пытаясь отгородиться от темы с отъездом. Этот вечер был из лжи, какой же я лицемер, только и могу, что лгать, и когда же ты снимешь эту маску? Сколько ты еще намерен лгать тем кто о тебе волнуется, сколько ты еще намерен терпеть все это говно, может скажешь и больше не будет этой лжи?! И у кого я спрашиваю? Мне точно надо лечиться… ближе к часу Хана с Диан ушли, сказали, что завтра обязательно придут на барбекю, которое устраивает Ян. Как я узнал, пригласили весь дом и весь мой класс, писаю кипятком от счастья, пойду, напишу об этом в своем дневнике. Это был сарказм, я не веду такой глупой вещи как дневник, я не сопливая девчонка и не герой сериала. Я просто вошел в комнату и без признаков жизни упал на кровать, через минут десять все-таки стал двигаться как черепаха, которая перевернуться никак не может. Я повернул голову на бок и смотрел на большего белого медведя, и почему, когда таскал все свои вещи к школе, не заметил его, он же огромный? Я все-таки собрался с силами и сел на кровати, потискал медведя, мне нравится, я сел к нему в лапы и обнял, будешь мишка Билл, что, здорово, он такой огромный, что может и за человека сойти. На нем была ведьмина шляпа и мантия, прикольно! Возьму его с собой в Хогвартс. А это не будет смахивать на девчачий штучки? Хотя какое мне дело, он такой мягкий… Не заметил, как уснул, снился снова какой-то бред. Кто-то очень требовательно мне названивал, так что дальше спать я бы не сумел, покопался в кармане и достал телефон, на экране расползались буквы и складывались в слово Лукиан. Че? Протерев глаза, я сумел нормально прочитать слово, и оно было «Лука», так мне намного больше нравится. Снова зевнув, я все же приложил телефон к уху, но не понял, почему он до сих пор звонит. Забыл ответить, пришлось встать на ноги, чтоб не уснуть снова, и хоть чуток понять, о чем пойдет разговор. - Алло. - Быстро в «Голубую фею», Джеймса подстрелили! – Вот так и надо меня будить, сонливости как не было, я побежал к окну, когда вспомнил про обувь и верхнюю куртку, схватил свои кеды и ветровку из шкафа. Снова побежал к окну, на нем сидел хорек и внимательно на меня смотрел, даже как-то неприятно стало, словно осуждал, что ли… Блин, на это нет времени, парни, наверно, мне позвонили потому, что не смогли дозвониться до Ханы, черт. Я схватил на руки мелкого, он сразу стал сопротивляться, словно хотел что-то сказать, даже мой отец так не сопротивлялся, чтоб я ходил по ночным клубам, а он ведь коп и мой отец. Я посадил хорька на кровать, но это его никак не остановило, он ухватился своими лапками и зубами за мой рукав ветровки и потянул на кровать, а еще собак умными называют... - Мне надо идти… мой друг ранен. – Он помотал головой, черт! Но у меня на это нет совсем времени! Его нет! Я подхватил тушку мелкого засранца и побежал к окну, нет у меня времени спорить с хорьком. Быстро открыл проём, вылез, спустился по лестнице, закинул хорька в свой капюшон, чтоб не мешался, и побежал к Хане. Я открыл заднюю дверь, отключил сигнализацию и побежал к подруге в комнату, она спокойно спала, а на тумбочке был ее телефон на беззвучном режиме. Сорок семь пропущенных звонков! Фак! - Хана, вставай. – Она только что-то простонала и отвернулась от меня, это обычно значило, чтоб я шел лесом. Но не в этот раз. – Хан! Джеймс ранен! - Она подскочила с кровати, схватила джинсы со стула, майку, быстро оделась, залезла под кровать и достала из-под неё все необходимое, посмотрела на меня. - Куда едем? - В Фею. – Мы быстро вышли из кафе, закрыли дверь и побежали до нужного места, клуб был всего в трех кварталах, и бежать было не так долго. Я пару раз чуть не налетел на машину, врезался в нищего, быстро извинился, кинул ему пару баксов и побежал дальше, дыхание жутко сбилось, лицо, как и легкие, горело, но остановиться я не мог… Мы завернули, проталкиваясь сквозь толпу педиков в Голубую фею, и побежали дальше, я чертовски сильно отстал от подруги, она, наверно, была уже в клубе, в то время как мне было еще бежать полквартала! Я оттолкнул какую-то девушку, она что-то не очень лестное крикнула мне в спину, расталкивая пьяных и обкуренных подростков, которые так и норовили меня то облапать, то затащить к ним танцевать. Я трижды кого-то ударил, мне оттоптали ноги, но я сумел дойти до лестницы, которая вела на второй этаж. Винс сразу меня пропустил в VIP -зону, я поднялся по лестнице, открыл дверь и застыл в дверях… Воздуха чертовски не хватало, сто лет так не бегал. Руки дрожали, а легкие хотели взорваться, так же как и сердце, я тяжело дышал, продолжая стоять в дверях и наблюдать за происходящим в красной комнате. Я смотрел на то, как на небольшом диване лежала девушка с широко раздвинутыми ногами, по ее загорелой коже катились капли пота, а фиолетовые волосы были повсюду. Джеймс сжимал ее грудь пятого размера и ритмично продолжал ее трахать, я не сразу сумел отвести глаза, только когда почувствовал, что на моем плече какое-то движение. Я тихо закрыл дверь, поднял голову и пошел вниз. У барной стойки стоял Лука, на него облокотился бледный Ин, а рядом стояла Хана и на кого-то орала, выпивая уже неизвестно какую стопку. Я сел рядом с Ханой, она похлопала меня по спине, Ин махнул, видно, что на большее парень сейчас не был способен, а Лука мне кивнул, он обычно так меня приветствует. Я подозвал Луи, мне нужна стопка текилы, он с широкой улыбкой плавно ко мне подошел, игриво наклонился ко мне и на ухо спросил. - Чего же желает моя принцесса? - Кастрации короля, но будет только стопку текилы, и вызови мне такси. – Парень кивнул и дал мне мой заказ, я хотел было осушить стопку, но Хлопик выбил ее у меня из руки, и та упала, а вся жидкость разлилась, я перевел взгляд на моего хорька и спросил его. – И как это называется? – Он не стал ничего говорить, было бы странно, если бы вдруг стал. Он подтянул тряпку, все смотрели на то, как мой хорек стал вытирать барную стойку, поднял пустую стопку. Мило, он заботится, чтоб я не пил, вот только от этого мне никакой пользы. – Я буду на улице. – Я резко, даже для себя, поднялся и пошел на выход, мне нужен свежий воздух и надо поспать, мне на плечо приземлился мой хорек и спрятался в капюшон, мило, теперь у меня есть защитник от алкоголя. Я сел на ступеньки и закурил, надо отдохнуть. Хлопик, конечно, стал тут же пыхтеть на то, что я закурил, но отнимать не стал, ну хоть что-то хорошо. До приезда такси я все в голове прокручивал ту сцену, как Джеймс трахал ту девушку, и вот не знаю, расстроило это или наоборот возбудило меня, потому что сцена была очень жаркой, но и в тоже время отвратительной. Как ни крути, но я не понял, зато скурил три сигареты, а когда потянулся за четвертой, Хлопик ее сломал, что-то мне подсказало, что на этом мой лимит сигарет исчерпан. В такси я почти спал, когда приехал, то быстро забрался на свой пятый этаж и упал на кровать, тут же заснуть не удалось, ноги гудели, блин, а все эта сука Джеймс. Но когда на мне устроился Хлопик, сон тут же пришел, я и не заметил, как уже спал. Утро - зло… Ноги до сих пор болят, я еле сумел заставить себя встать с кровати, и только потому, что Ян пообещал поднять меня и вымыть. Меня это как-то напрягло, так что я сразу встал, дошел до ванны, повалялся в ней с часок, как-то сумел взбодриться с ней, как, я так и не понял, наверно это была магия, иначе я не понимаю, как сумел привести себя в порядок. Синяков под глазами не было, одеться не в мешковатую одежду, а в очень даже приличную, даже выйти из спальни, найти свои хлопья и залить их молоком. Хорек последовал за мной, такое чувство, что я завел себе сталкера. Эпл, появился первым, они с Яном бегали туда обратно, так же с ним были дядя и тетя, которые, как я узнал, приехали сегодня утром, как мило с их стороны приехать на мою вечеринку, так еще и урода Дадли привезти с собой… - Доброе утро, солнышко. Воу, это что, хорек? - А ну да, я же им вчера его так и не показал, даже не сказал, такое чувство странное, а да, это как с тем черным котом, которого я в четыре привел, он у нас даже год прожил, а потом его Ян сбил, вот так и умер мой первый домашний зверек… - Ага, вчера купил, правда милый? – Эпл нерешительно кивнул. – Я назвал его Хлопик. – На свое имя хорек тут же отвлекся от банана и посмотрел на Эпла, он вытер лапки об салфетку. Лицо папы при этом очень вытянулось, он стоял и моргал, когда мелкий подошел к нему и протянул лапу, а что я, у меня хлопья стынут. И вообще я не знаю, как такое получается! – Он умный, не волнуйся, он дрессированный. – Губы Эпла стали буквой «о», и он покивал, наконец, пожал лапку моего хорька, взял его на руки и стал гладить и тискать, ему явно нравится Хлоп, вон как улыбается. - Милый - это мало, такой хорошенький, просто пупсик, где купил? – Я с набитым ртом что-то попытался сказать, но попытка не удалась, поэтому сначала пришлось прожевать свои шарики, и только тогда сказал. -В одном зоо на Манхеттене, вчера там гулял. – Эпи снова покивал, обмануть его было куда легче, чем когда я буду это делать с Яном, он же и по базе пробить может… Уже не хочу… Эпл продолжил тискать малыша, он уже мурчал как кот от рук папы, предатель, я же насыпал себе еще хлопьев. - Не наедайся, Ян готовит тебе хот-доги и бургеры, он встал ради этого в пять утра. – Я отставил тарелку, показывая, что больше есть не собираюсь, раз в пять аж встал, то можно и потерпеть, хотя честно, стряпня у Яна не первого разряда… до сих пор помню ту лазанью, и как проверял на прочность наш туалет, и в школе, и дома… Мне спускаться было нельзя, еще ближайшие два часа, поэтому включил на телике в гостиной «Настоящую кровь», ел мороженое и смотрел со своим хорьком сериалы, что может быть лучше? Но после трех серий мне стало очень скучно, я стал переписываться с Леди и Мионой. Леди:- А ты что? Ну хоть наорал на него, для приличия? Миона:- Ты о чем, Вэй не такой, я ведь права? Хотя было бы очень неплохо, если б ты показал этому Джейму, что тоже не из сахара. – Ага, а потом так и вижу, как он меня по стенке размазывает за неповиновение. Вэйл:- Как-то жить хочется. Мне все равно, кого он там трахает, главное, чтоб этим кем-то не был я. – Я, как обычно, саркастично отвечал на сообщения, Хлопик спал на подушке рядом, а на заднем плане Соки снова с кем-то трахалась. Я набирал очередное сообщение Ми, она снова намекала, чтоб я начал встречаться с Джеймсом, как она говорила: «Любовь и ненависть близки, ближе чем кажется. Вот ты ненавидишь человека, а потом его целуешь», как мне на плечо легла рука, только один человек может бесшумно передвигаться настолько, чтоб и я его не услышал. - Кто тебя пустил? – Джеймс сел рядом со мной на диван, отнял мой телефон, отвратительная привычка, он стал читать переписку с девочками, как обычно говнюк, он и в Африке таким будет. - Дверь была открыта, а так твой отец. Какая умная девочка, ну так что? Ты хочешь меня. – Он явно не так понял мою переписку, а чего еще стоило от него ожидать в общем-то. - Нет. Тебя я как раз не хочу, хотя нет, кое-что все же от тебя я хочу, чтоб ты отстал от меня. – Но он только ухмыльнулся, мне не нравится вот такая его усмешка, совсем не нравится. Он придвинулся ко мне, по телу побежали мурашки, и стал срабатывать инстинкт самосохранения, когда он придвигался, я отстранялся, даже Хлопика на пол скинул. - Правда? А мне вчера, когда ты ел меня глазами, казалось иначе. - Я ел девушку, у неё такие формы. – Джеймс навис надо мной и дышал мне прямо в губы, от чего кровь кипела, и что он делает, по его мнению? Мой отец может в любую секунду войти, да он же его на клочки за меня порвет! Ян как никто другой блюдет мою невинность, которой уже давно от меня и не пахнет, но все равно. - Лжец. Ты знаешь, что бывает с плохими мальчиками. – Он накрыл мои губы своими, он точно неправильно понял сообщение Мионы… Его властный язык раздвинул мои податливые губы, я не смог сдержаться и закрыл глаза, его рука проскользнула мне под майку, я обнял его за шею. Сегодня Джеймс вел себя совершенно иначе, его касания были нежными, приятными, от них перехватывало дыхание, и не только от них. Пальцами я путался в его густых волосах и дышал носом, пока он играл с моими губами, его язык прошелся по моему небу и зубам, он оторвался от меня, чтоб с новой силой впиться своими губами в мои. Я сделал короткий вздох, прежде чем его губы снова оказались на моих. Мне надоело строить из себя невинного барашка, так что я так же страстно стал отвечать на его поцелуй, он не был тут одним, кто любил пошалить. Своими руками я уже забрался под его ремень на джинсах, он кусал мои губы и гладил пах, как послышался стук дверей. Он нехотя от меня все же отстранился и в самые губы простонал. – Мы продолжим… В комнату вошла Хана, она похабно так улыбалась или довольно, никогда не мог различить эти ее две улыбочки, она сказала, что меня уже зовут. Что очень не обрадовало Джеймса, пока мы спускались, Ханна сказала, что именно нашего короля попросили меня позвать, но прошло пять минут, потом десять, а мы так и не спустились. Ханна сразу догадалась почему, поэтому и вызвалась сходить нас поторопить, ну кто бы сомневался, что она догадается, она всегда говорила, что между нами двумя искры так и летят в разные стороны... А у меня на губах, остался сильный вкус чего-то острого, думаю, перца, но от этого и было так необыкновенно жарко и тесно в джинсах…