Гарри Wolf Эванс

В лимонах больше сахара, чем в клубнике. Факт. - Фу, Лорд, хватит пить оттуда! Глупый пес! – Я оттащил свою собаку от ведра с дождевой водой, черт, и открывай после этого балкон. Я провёл по его чёрной шерсти, а он преданно посмотрел мне в глаза, той ночью собака действительно осталась со мной… Я так и не вернулся домой к своим родственникам, слышал, дядя пропал, честно, не испытал ни грамма грусти, лишь такое тёплое, как какао во время зимы, счастье, ведь больше он никому боль не причинит. Так-то. Телефон я держал на удивление включённым, читал сообщения, что так любил писать мне Ян, я честно читал, но не ответил ни на одно. Нет, это не было каким-то наказанием, просто ему пора прекратить заботиться обо мне, ведь я не его сын, как бы мне этого не хотелось, честно… Так же мне писала Анис, а с ней и Эпи, они отсылали сов, наверное решили, что я умотал либо к Уизли, либо в Хогвартс, но не второе и не первое, просто дешёвый номер в отеле в центре города, а живу я пока что в Лондоне, неплохо даже. У меня есть собака и два сломанных ребра, трещина в руке, а так всё неплохо. Из писем, которые я тоже читал, я узнал много чего интересного, Эмма и Эпл поговорили по душам и решили остаться друзьями, развод оформили очень быстро, Эпи может когда угодно видеться с дочкой, всё было мирно. Их отношения зашли в тупик, и я был чертовски этому рад, не потому что хороший человек пострадал, это я всё же об Эмме. А о том, что Эпл наконец признался, что так и не разлюбил нашего общего знакомого копа с обалденной задницей. Честно говоря, я тогда от радости вместе со своей собакой напился. Что по поводу собаки, я оставил его себе, это мальчик, зовут его, с моей лёгкой руки, Лорд, с ним очень круто спать, он отличная грелка. С появлением его в моей жизни, я стал меньше падать, думаю, это хорошо, а ещё стал больше смеяться, он постоянно меня смешит, то ботинок украдёт и заставит бегать по всей комнате в попытке его отнять, то ещё что. Также он чертовски ласковый, умный, мирный, и он ни на кого не кидается, как делал Хлоп, стоило ко мне кому-либо подойти или взять в руку бутылку, но тогда-то он уже кидался на меня. Собака может со мной и выпить на пару, но обычно, когда я пью, а я это делаю, она просто закатывает глаза. Ну а что касается Хлопа, пока что он главный претендент моих слёз и пустых бутылок, пью из-за того, что его нет, пью из-за того, что все мои мантии для школы пахнут им, я постоянно плачу, потому что так мало успел ему сказать, так мало успел с ним сделать. И потому что я не перестаю скучать по нему и тому, как он мог стать человеком и просто меня обнять. В такие моменты свет мерцает, а я плачу… Лорд просто сидит рядом, он тоже не знает, что ему делать, прямо как человек. Так, забыли про грустное. Через две недели мне и моему новому компаньону ехать в Хогвартс, думаю, ребята и директор не будут против моего нового друга. Если нет Хлопика, то не заводить же мне жабу или сову, про кошек я даже и не думаю, они злые. Была в моей жизни одна белая кошечка, до сих пор раны не зажили. Я потёр шрам от когтей на левой коленке, ах, Маркиза, как же я был рад, когда ты сдохла под колёсами машины. Что ещё, снова читаю каждый день книги, блин, это лучшее, что я делал за всё лето, так же по вечерам я хожу к мексиканцам и ем у них гуакамоле, это похоже на рай. Гуляю по Косому переулку, ем мороженое, рассматриваю мётлы и понимаю, что они мне всё же не нравятся, а вот новые котлы мне понравились, также как и новые книги по разным зельям, честно, думаю стать зельеваром, но для этого нужен лучший балл у Снейпа, и сомневаюсь, что вообще получу хотя бы два… И это грустно. Как-то раз попробовал сливочное пиво снова, так обратно его в стакан и вернул, мой пес явно надо мной ржал, как конь. Ох, видел Малфоя, он что-то активно читал в каком-то потрёпанном свитке и даже не заметил меня, а я его заметил, и это было слегка… обидно, допустим. К новому году в Хоге я уже всё купил, мне сшили новую форму, и не из-за того, что я из неё вырос, нет, я и в старой себя неплохо чувствовал, дело всё же было в запахе… Я какой-то фетишист. Так же я поменял стрижку, мне надоело быть каким-то нечесаным мальчишкой, всё же я король. Помимо стрижки я всё же сумел привести себя в порядок, конечно, раны до сих пор не дозажили и некоторые даже после ванны начинали кровоточить, а про то, как они болели, я вообще вспоминать не хотел лишний раз. Но внешний вид был с иголочки, я сделал из себя идеального короля со здоровой кожей и без единой ссадины. Чего только в наше время нельзя сделать, но от этого боль не ушла, а раны не пропали. А жаль. Так что жил спонтанно, весело, хотя приходилось под подушкой и держать пистолет, да, я купил пистолет, а у меня в рукавах ещё постоянно были сосуды с испарениями, которые разрушали имунную систему за секунду, стоило их вдохнуть раз, на случай гостей. Это был намёк на Дмитрия… Мужик вряд ли собирался сдаваться. Так вот, я читал книгу и пил чай, что ли, когда почувствовал что-то крайне странное, словно не мои эмоции, но, как водой, они протекали через меня и оставляли след, глубокую рану. Отложив книгу, я решил, что на сегодня хватит, и пошёл спать. Где-то посередине ночи я проснулся от адской боли, мой крик, наверное, был даже в Китае слышен. Весь в поту, я поднялся с кровати, сердце так билось у меня в груди, что казалось, оно хочет моей смерти. У меня шла кровь из носа, кружилась голова, а сам я трясся так, словно меня снова попытались изнасиловать. Тошнило, каждый дюйм моего тела болел, словно меня кидали по всей комнате, как тряпичную куклу, проверяя на прочность. Левое плечо чертовски болело, только подойдя на дрожащих от боли ногах к зеркалу, я увидел кровавое пятно на белой рубашке, я сел перед зеркалом и громко закричал, хватаясь за живот. Всё кружилось, пока странно знакомое чувство от ножевого ранения меня не парализовало. Никогда не забуду, как меня стошнило и как хотелось умереть, а ведь это была даже и не моя боль. Я забрал на себя лишь только половину всех ран. Все эти раны были не мои, тогда вопрос, чьи же… Всё же ясно, что близкого мне человека, раз я их тоже чувствовал. Если я делю эту боль с кем-то, то этот кто-то сейчас, в эту самую минуту… умирает. - Эпл. – Эта мысль плотно поселилась у меня в голове, я побежал к прикроватной тумбочке, Лорд бегал за мной с опущенными ушами и скулил, кажется, моя собака была напугана даже больше меня. Я достал из тумбочки мобильный телефон и, быстро убрав пароль, стал набирать номер Эпла, а точнее наш домашний номер, который я выучил ещё ребёнком, это первое, что я выучил наизусть. Когда прошло два гудка, я уже с силой сжимал раны на животе, от которых кружилась голова, телефонную трубку подняли, я почувствовал такую волну ярости и похоти, что головная боль махнула на меня рукой, перекрестилась и ушла прочь. - Ты наконец позвонил, мой дорогой Гарри. – Я помню этот голос из своих кошмаров, и я помню его с того вечера, когда мне пришлось подтверждать личность убийцы, помню, как он и тогда говорил с этой же интонацией моё имя. – Ты почувствовал нож? Я думал о тебе, когда вонзал его в эту сучку. – Эмма, больше никто из моего окружения не был на меня так сильно похож, чтобы возбудить этого больного ублюдка. Черт! Где, бля, Эпл, Ян, где они? – Если ты мне скажешь, где ты, я оставлю её, может, она даже и выживет, всё зависит от тебя, моя Аня. – Я не хотел говорить, не хотел снова в ту темноту, но черт! Почему я всегда делаю то, чего так сильно не хочу? - Лондон. – Я просто старался не показать ему своего страха. – Я в Лондоне, больной ты ублюдок, найди же меня, сукин сын, ты ещё не съел мою вторую почку, кусок говна. Давай поиграем. – Меня всего трясло от страха, я уже чувствовал текущую по ногам влагу, но продолжал говорить с этим человеком, пока так же шёл к карману куртки, где был мой недавно приобретённый сотовый телефон, ну как приобретённый, мне его выдали в полицейском участке, на тот случай, если я окажусь в опасности. Думаю, это тот самый случай… – Через две недели я уеду, и ты меня не найдешь, у тебя мало времени, я бы уже бежал искать способ найти меня. Потому что ты не один, кто хочет меня убить, представь, что тебя кто-то опередил, Дмитрий. - Ты мой, только мой! – Я слышал что, когда страшно, надо не думать о страхе, а бороться с ним, но я не могу, я чувствую, как водоросли окутывают мои голени, как холодная вода уже касается моих колен, и как с глаз капают горячие капли слёз. – Мой, только мой, я найду тебя, и мы снова будем вместе, ты, я, дом у озера… Снова, наш тайный уголок. – Я едва сдержал рвотный позыв от слова «тайный уголок» и «снова вместе». Я всё же сумел набрать номер ответственного за меня детектива, как мне известно, это должен быть друг Яна, так что мне не пришлось долго ждать его ответа. - Да. – Обеспокоено ответил голос Яна, я даже удивился и облегчено вздохнул, ведь его тела нет в нашем доме, и это не могло меня не обрадовать. - Если Эмма умрет, я сам тебя сожру! Ты меня слышишь, Дмитрий? Я не прощу тебе проникновение в мою квартиру в Нью-Йорке. Ян поймает тебя раньше, чем ты меня найдешь! И в этот раз ты умрешь! – Я крикнул, а не сказал это в трубку, точно зная, что Ян меня понял. Когда я повесил телефонную трубку с Яном, то надеялся лишь на то, что там нет Эпа, и что он спасёт Эмму, он обязан её спасти. - Снова твоё проклятье, я помню старое. – Продолжал со мной говорить Дмитрий, я слышал мерзкий звук, как будто он дрочил на меня. То есть я не слышал, я точно мог сказать, что он это делал, то, как он дышал, прерывисто говорил, прослушивались хлюпы и свисты. – Что я умру в лесу от клыков оборотня в полнолуние, когда у тебя будут красть счастье. - Я этого не говорил. – Дрожащим от страха голосом проговорил я этому ублюдку с другой стороны телефона, как же я всё же рад, что нас разделяет океан. - Ты всё ещё не вспомнил, да, как очаровательно, мой маленький, до сих пор не помнишь ничего. – Его голос стал моим наваждением, я уронил телефон на пол, зажал руками свои уши, но всё равно слышал исключительно голос Дмитрия, его не заглушал даже лай Лорда. – Значит, ты так и не вспомнил, как я убил всех тех детей, одного за другим, как поимел тебя на глазах того дерзкого щенка? Не вспомнил, как сдох в болоте! Зайка. - Аааа! Перестань, заткнись, закрой свой рот! – Вода подкатила к груди, я постарался убежать от неё, но ноги путались в водорослях и тине, я не мог нормально двигаться. Но видимо поскользнулся и упал в воду, в ней было плохо видно, но даже так, когда рядом много грязи и водорослей, я разобрал мёртвое тело Нины. Ткань, в которую она была укутана, порвалась, и руки безвольно висели в воде, её светлые волосы были в водорослях, а по лицу ползали какие-то насекомые. Я стал захлёбываться водой, мне нечем было дышать, вода была повсюду, и я не мог всплыть, к моей ноге был привязан какой-то мешок, который и тянул меня на дно. Тогда-то меня и схватили сильные руки незнакомого парня с длинными чёрными волосами. - Этого нет на самом деле, приди в себя, не поддавайся страху, ты не тонешь, тут нет воды, она всего лишь в твоей голове. – Но я не мог ему поверить, когда чувство было таким настоящим, пьянящим и душащим, это не могло быть простым воображением, это было правдой. – Слушай мой голос, малыш, давай, не оставляй меня, Гарри, давай, дыши ради меня. – Почему-то мне хотелось дышать ради этого человека, он смотрел на меня так, как никто до этого. Он гладил меня по волосам, называл по имени, обнял, когда я был в беде, он пришёл ко мне уже во второй раз на помощь. Пусть я и смотрел на него, может мне и становилось легче, даже так, мне становилось хорошо от его рук, но… Но было уже поздно, вода сдавила горло окончательно, огонь прекратил бить по лёгким, потому что воздуха в них не осталось. Я проснулся у себя на кровати, а у меня на шее был повязан мой красный шарф, дышалось легко, пусть и с трудом, а рядом на полу сидел незнакомец, его спина была сгорбленной, и он плакал. Это был всё тот же парень, странный он… В комнате было темно, и я не мог увидеть его лица, не мог понять, бояться ли мне его, но тело всё так болело, что я просто продолжал лежать на боку и смотреть на его спину. - Ты утонул. - Я не помню, я ничего не помню. – Это была моя правда, может утонул, а может придумал сам, я ничего не помнил, все говорят мне по-разному, но видимо всё же я не утонул, раз сейчас лежу тут, хотя может быть и так, что я в коме, а это всё лишь часть моего детского воображения. - Я заглянул в твои воспоминания, мне так жаль, Гарри, я должен был тебя оберегать. Лили, наверное, разочаровалась во мне. - Ты не виноват, никто в этом не был виноват. Кроме меня самого. Я пошёл к нему сам, я хотел помочь отцу, хотел найти преступника, и я его нашёл… – Я стал кашлять, горло ужасно саднило, а на языке был вкус болотной воды. – Но я недооценил его, что он просто возьмёт и кинет меня, как вещь, в багажник своего авто, а люди на ярмарке даже и не заметят этого. - Тебе было девять. - Только-только исполнилось, это было 20 ноября, я помню только тот день, ведь тогда я сбежал из больницы. – Я лёг на спину и подтянул на нос шарф, вдохнул запах травы, не такой сильный эффект как сигареты, но тоже очень приятно. – Это была очень грустная история, и я стал её частью, а также и концом. – Я снова провалился в сон, но прежде чем это случилось, меня поцеловали в лоб, с его носа на мой лоб упала слеза, мой незнакомец провёл рукой по моим волосам… Как я понял из ругательств этого человека, у меня был жар, и это не было удивительно, сколько же я не принимал лекарств, видимо, снова придётся начать это делать. Ненавижу горечь таблеток. *** Утро, похороны, чувствую себя не самым лучшим образом, Эпл на меня так смотрел, точно знаю, он винит меня. И я его понимаю. Я не мог должным образом уснуть, спать мне пришлось на диване, а это стало почти невозможно, ведь на обоях до сих пор была кровь Эммы, от этого сон точно не хотел идти. От осознания, что тут был Дмитрий, мне кричать хотелось. Я снова стал причиной чьей-то смерти. Эмма вошла в мою жизнь неожиданно, и я не любил её по многим причинам, но, чёрт меня дери, она не заслужила такой смерти, никто не заслужил… Я не сумел её спасти, я жалкий трус, который испугался, а она скончалась от сильной потери крови, её нашли уже мёртвой в ванной, она там заперлась, спасаясь от Дмитрия. А я позвонил так поздно… Если бы я понял раньше, что что-то не так, то она бы была жива. Этот вопрос мучил меня всё время. А его и след простыл, думаю, он сейчас старается пересечь океан, чтобы найти меня, а я лежу на диване, стараясь заснуть и не думать об очередной смерти по моей милости. Фак, интересно, а прежде, чем умру я, сколько ещё людей умрёт. Нет, я так больше не могу. Я откинул одеяло в сторону и пошёл на кухню, мне нужен кофе, я не могу уснуть, просто не могу. Не включая света, я бродил по своей квартире, рассматривал фотографии, сколько я себя помню, над нерабочим камином была старая фотография, на ней были все! Крис, Джеймс, Юнас, я, Эпл, Ян, Анис, Ханна, Диана, вся моя семья, даже Петунья с Дадли, мне было семь. Это был мой день рождения, на который заявился Джеймс, точнее надо говорить так, его привёл Ян в наручниках, ведь парень подрался и его арестовали, но так получилось, что он оказался на моём празднике. Это было только начало моей дружбы с Крисом и прощание с одиночеством… Было чудно, но половины людей на этом фото уже нет, если точно, то четверых, и я один из них… Того красивого, чистого мальчика, в которого многие, как оказалось, были влюблены, больше не было, только злой подросток с манией величия и огромной дырой на месте сердца. Мне в ногу уткнулся мокрый нос Лорда, он тихо поскулил, переключая на себя внимание. - Привет, мальчик, всё хорошо… Просто воспоминания. – Я забрался с ногами в старое кресло, укрылся пледом и сидел так до утра вместе с Лордом, читал новую книгу по зельям и травам, эта книга вышла мне в копеечку на блошином рынке вчера, не знаю, как там оказалась эта книга, но она теперь была моей всего за три доллара… Да-да, действительно в копейку. Я перелистывал страницы книги, вчитываясь в каждое слово, мне нравились все зелья или травы, которые тут были, они были такими… простыми, но ты узнавал о них с новой стороны, о которой даже и не подозревал. Например, ромашка, лимон и имбирь могут дать при варении сладкий вкус, но при этом это был бы сильнейший яд. Но больше всего мне нравился чай с говорящим названием «Забвение», этот чай стирал память о человеке, кровь которого была в нём просто напрочь. Он исчезал ото всюду, не только из памяти, но и с совместных фотографий. Просто, как и не было… - Привет. – Из спальни вышел Эпл, он выглядел расклеенным, за ним прошёл Ян, пусть они и спали в одной постели, но под разными одеялами, я чувствую, что им некомфортно друг с другом в этой квартире. Я отложил книгу на стол и постарался сделать всё, чтобы исчезнуть из этого мира, ну либо места, мне так не хотелось говорить… - Во сколько начнется церемония? – Я приехал вчера в ночь, так что ничего особо не знаю, поэтому пришлось всё же подать голос, Лорд лежал на моих ногах и лизал мои руки около своей морды. Собаке моя семья не очень обрадовалась, они боялись, что у меня может появиться аллергическая реакция, мне же было всё равно. У меня осталось только неделя до Хогвартса, честно, тут мне оставаться уже не хотелось, я, как никогда раньше, торопился на новые занятия, всё что угодно, только бы не тут. - В девять мы все должны быть в церкви. А после пойдем на кладбище, похороны в десять, после будет поминальная служба. – Эпл говорил это всё как какой-то робот, он не смотрел на меня, и я знал причину его такого отношения ко мне, и я ни разу его не мог за это винить. Но как бы мне было всё же больно тоже от такого взгляда. Я протёр рукой по ногам и всё же встал с постели, хочу одеться, честно, просто хочу уйти. Я сидел на последнем ряду в церкви, было столько людей, и я не знал, что мне делать, что говорить, или же вообще надо мне было говорить, ведь это я… Я причина смерти Эммы. Меня всё это угнетало, потому что через год-два, если повезёт, все так же будут сидеть на моих похоронах, говорить, каким я был хорошими человеком. Но разница только в том, что Эмма действительно была хорошей, а про меня же всем придётся врать. Я не был хорошим, я был плохим, и думаю, большая часть людей после моей смерти вздохнут с облегчением. Я точно вздохну. Потому что тем людям не посчастливилось узнать меня настоящего. Я опустил глаза себе на руки, прямо сейчас я крутил кольцо на безымянном пальце, оно грело меня, но лучше не становилось, казалось только хуже. Говорят, что жизнь как зебра, чёрно-белая полоска, но, видимо, у меня только черные… Где, блять, лучик света, я спрашиваю. Я устал сидеть и слушать, как все плакали, когда из меня даже слезинки не выдавить, вот такой я чёрствый сукин сын, ненавижу церкви, мне тут тошно. Я поднялся со своего места и пошёл нахуй отсюда, это не моё - ходить в чёрном костюме, делать грустный вид и говорить о человеке только хорошее, я не умею быть настолько подлым. Я выпустил Лорда на улицу, он свободной птицей побежал к кустам отлить, прекрасно его понимаю, а сам я зашёл за угол и закурил сигаретку, тёплый дым марихуаны заполнил мои легкие и рот, выпустив дым через нос, я ощутил себя хоть на долю легче. Да, так определенно лучше, вот тут моё место… - Ты обязательно должен был накуриться, даже на её похоронах? Я не понимаю тебя, а ещё Джеймс, как он мог любить такое дно, как ты. – Я перевёл глаза на Маю, в чём-то она была права, я не должен был закуривать, хотя нет, должен был. Ведь я плохой. Я просто не должен был тут находиться, я не был милым и хорошим с Эммой, и думаю, она ненавидела меня за то, что умерла по моей милости. Из-за моих ошибок. Так что да, тут меня быть не должно, но я всё равно был, это же я. – Ты отвратительный, все говорят, что ты умираешь, что ты крутой, сильный и борешься с болезнью в одиночку. А я лишь вижу жалкого парня, который натянул на себя маску, и сам не знает, какой он на самом деле. - Отнюдь, я знаю, что у меня за маска. – Я затянулся ещё один раз и выпустил в розовое небо утреннего рассвета дым очередного моего косяка, за которым я прячу настолько сильную боль внутри себя, что не передать словами. – Но вот какая она у тебя? Как дела с новым бойфрендом? - Он мне не парень, мы просто переспали, а ты откуда всё знаешь, тебя же здесь нет. – Я усмехнулся такой святой наивности, интересно, а я хоть когда-нибудь был таким милым и очаровательным, как Мая, или же всегда был своей маской. - Милая Мая, я король, я знаю всё. – Я повернулся к ней лицом, до этого я стоял боком, стряхнув пепел со своей сигареты, я с искренним интересом спросил у девушки. – Тебе же он понравился, сильный, добрый, чертовски обаятельный, душа компании, а улыбка, ммм, какая улыбка, как у кота. Так ещё он сейчас правит, Лука - чудо. - Но он тоже принадлежит тебе. – Я только в голос рассмеялся, в этом мире мне ничего не принадлежит, кроме моих болезней и лжи правительства. - Он не вещь, чтобы принадлежать мне, пока ты так думаешь, он не откроется тебе полностью, для него ты так и останешься девушкой, с которой очень приятно проводить время. – Её розовые губки надулись, а глаза покраснели, кажется, я в очередной раз довёл леди до слёз, что же обо мне думает мама, зная, какой я плохой, даже стало как-то стыдно за себя. Не такого она хотела сына. - Почему ты не сказал? – Она смахнула слезинку, которая едва только успела соскользнуть. – Почему не злишься, зачем ты вообще так ко мне относишься, Гарри, я ведь у тебя парня увела, уже второго! – Лу и я можем быть кем угодно, но точно не парнями, он, блять, меня ненавидит, я так думаю. – А ты мне помогаешь, отсылаешь деньги, сделал именно Луку наследным принцем, а не Ина, для чего тебе всё это? – Я и сам не знаю, почему так поступаю, Ин был бы куда лучшим принцем, чем Лука, но я сделал именно его правителем. А деньги и забота, ну, тут всё просто, потому что именно так поступил бы Джеймс, не встреть он меня. - Потому что я такой. Лука заслуживает самого лучшего, Ин станет кем захочет, в этом я уверен, а тебе просто необходимо иметь хоть какой-то фонд, и он не для тебя, я забочусь не о тебе, это всё для Лиама. – Я снова затянулся и, выпустив дым через нос, честно признался хотя бы раз, и то неплохо. – Сейчас я лишь сукин сын с деньгами и властью, но согласись, у меня отменная маска. – Я снова затянулся, подошёл ещё ближе к Мае, она всегда была такой худенькой, маленькой и красивой, теперь я вижу то же, что видел Джеймс в ней. – Не становись такой, как я. – Я откинул хабарик на землю возле церкви, придавил его носком своего кроссовка и посмотрел на маленькие руки девушки, даже мои больше. – Таких, как я, забывают быстро, а ты станешь такой, как Эмма, хорошей мамой и человеком. А сейчас иди и оплачь мою маму, она пусть и не была ею долго, и честно мне не нравилась, но она этого достойна. – Мая кивнула и молча пошла к двери в церковь, когда я не удержался и крикнул ей в след. Я почувствовал себя слабым, но всё же не самым плохим. – Знаешь, Мая, при других обстоятельствах, я бы хотел стать тебе другом. Пожалуйста, утешь Эпла, помоги ему, я не могу, никогда не мог, единственное, что умею я, утешать себя, а не других. *** Я ушёл в голубую фею, больше мне некуда было идти, хотя нет, было, конечно же, ведь в Нью-Йорке не один только бар. Но я не мог пойти в другой, мне нравилось это место с его музыкой, алкоголем и барменом, который вроде бы неплохо ко мне относился. Как только я вошёл, посетители стали постепенно уходить, плохая репутация, что же я могу сказать. Когда я пью, я ещё более невыносимый, чем когда не пью. За барной стойкой сегодня был Барри, милый парень, но в душе не ебу, почему он всегда на меня так зло смотрит. - Кровавую Мэри, водки больше, чем сока. - Ещё даже десяти нет, тебе не кажется, что это слегка рановато? – Мне иногда кажется, что барменов надо нанимать немых, а то эти тупые вопросы, они никогда не меняются, и чего он вообще жалуется, я же ему зарплату делаю. - А тебе не кажется, что это не твоё собачье дело? – Парень молча смешал мне мой заказ, поставил его, кинул очередной свой ненавидящий взгляд в моё тельце, повторюсь, если бы взглядом можно было убивать, то сегодня были бы мои похороны. – Слушай, я устал, говори уже, что ты хочешь мне сказать на протяжении этих трёх лет, мне надоело терпеть твои взгляды. - О, так всё же наша королевна замечала меня на протяжении этих трёх лет. – И что это за беспочвенные наезды в мой адрес? Да, может я игнорировал его, но при том, при всём я ни черта этому Барри не сделал. Кажется… - Слушай, Барри, либо ты говоришь, либо я ухожу, это не единственный на свете бар. – Парень сложил руки на груди, теперь он был смутно мне знаком, вот не люблю это смутно, оно всегда приводит меня к какой-то жопе. - Барри? Серьезно? Ты знаешь меня уже три года, но при этом так и не запомнил моё имя. - Ну прости, но на том бейджике написано «Барри». – Я отпил алкоголя и потянулся за своим допингом, я слишком мало выкурил, чтобы терпеть непонятно откуда взявшуюся истеричку, которая хочет меня убить, видимо, сегодня. И я не шучу, я чувствую эту всепоглощающую ненависть ко мне. - Я Шейн, старший брат Лекси Брук. - Не знаю таких, прости. – Блеск зажигалки, теплый огонёк на другом конце сигареты, и горячий дым у меня в груди, лёгкое покалывание в теле, и всё снова не кажется уже таким плохим. - Жалкий наркоман. - Я бы не стал забываться, всё же я король. – Я выпустил серый дым из своих губ и снова сделал пару глотков томатного сока с водкой. На меня же продолжали смотреть тёмно-голубые глаза не-Барри, да, я даже и не попытаюсь запомнить его имени. - Если под королём ты имеешь в виду потенциальную порно-звезду. – Я аж от такого заявления подавился дымом сигареты, да что они все заладили! И как такое вообще может быть, да, ну переспал я с парой-тройкой людей. Но чтобы меня так называть, это же слишком! – Что, правда глаза колет? – Я закусил нижнюю губу, да он меня вообще не знает, знал бы - никогда такого не сказал, а он просто бармен, имени которого никто никогда не запомнит, потому что он даже не тот бейджик носит. – Ты сейчас, наверное, подумал, да кто он такой, он меня не знает. Но так получилось, что знаю, я наблюдал за тобой три года. – Сталкер, лучше ничего со мной просто и не могло случиться. Я допил свой коктейль, не буду я тут сидеть и выяснять отношения с каким-то не-Барри, у меня там ещё и другие есть дела. – Что, хочешь убежать, как и обычно это делаешь, когда не знаешь, что ответить, ваше высочество. - Слушай, делай и дальше свои коктейли, а меня не трогай. – Я не то что хотел убежать, как он сказал, просто что-то в этом парне мне люто не нравилось, и может где-то очень-очень глубоко я был с ним согласен, но я бы никогда это ему не сказал. - Я помню каждое омерзительное, порочное, самоненавистное действие, которое ты совершил. – Мне как-то вообще неуютно стало после его слов, может быть, так оно и было, чего я только не делал в этом баре, но тыкать меня в это носом не стоит, я и сам это прекрасно понимаю, может, не всё помню, но понимаю. – Ты был выбран принцем, а вёл себя как обычная шлюха. Ты думаешь, что ты такой невинный, хороший, а все вокруг тебя плохие, ты сам виноват в том, что тебя изнасиловали Ин и Лука, ты сам виноват в том, как с тобой всё время обращался Джеймс, ты заслужил всё, что с тобой произошло. – Воу… - А тебе-то какое дело? – Я прекрасно понимаю, если бы мне что-то подобное Мая высказала, Ян там, ну или Анис, но никак не этот не пойми из какой ямы выползший парень, строящий тут из себя не пойми что. – Ты не был другом мне или моим друзьям, ты всего лишь тот, кто выпивку подаёт. Так и делай то, что умеешь, а я буду делать то, что умею я. - Наркотики, неуважение, секс, алкоголь, вот что ты умеешь. Ты заставляешь людей вокруг себя страдать, втягиваешь их в свои неприятности, и в конечном итоге умирают все, кроме тебя. – Парень достал бутылку текилы, налил рюмку и одним глотком осушил её. – А ты продолжаешь приходить в бар и пить, хотя тебе только тринадцать, мне интересно, что станет с твоей печенью в двадцать? – Он налил себе ещё одну стопку, а я, как маленький, стоял и трепал край своего пиджака, чувствовал себя как школьник, которого отчитывает учитель. – А твоя семья ещё не перестала ждать, когда ты станешь исправляться в лучшую сторону? Они ещё не сказали тебе, как сильно разочаровались в их умном мальчике? - Повторю. Тебе какое дело, что я делаю, и что думает моя семья? – Он налил ещё одну стопку, но только вместо того, чтобы выпить самому, пододвинул её мне, а я чертовски хотел сейчас напиться. Я потянулся к жёлтой жидкости, когда парень снова сказал. - Не пей. – Но я всего лишь наклонил голову в бок и сделал всё наоборот, я выпил стопку, перевернул её и поставил обратно на стол, всё, шоу окончено, я домой. – Однажды ты спросил у меня, знаю, что тогда ты был так пьян и думал, что я другой человек, но… ты спросил, разочарован ли я в тебе. Я тогда не ответил, но готов ответить сейчас… Мне больно это признавать, потому что я старался ненавидеть тебя, но в какой-то момент мне стало тебя жаль, и сейчас, наблюдая, как ты снова пьёшь с самого утра, даже я в тебе разочарован. - А мне вот нет никакого дела, разочарован ли ты во мне. – Но отчего-то я продолжал стоять на месте, словно опровергал собственные слова этим. - В тот день, когда ты говорил королевскую речь, я понял, что ты можешь быть королём, если изменишься, но ты снова такой, каким и был всегда. – Я хотел уйти, хотел честно, но ноги словно к полу приросли, и я всё ждал, что он скажет дальше. – Эгоистичным куском дерьма. И я задался вопросом, почему ты не сдох в том подвале, а умерла моя сестра, тело которой до сих пор не нашли, даже спустя три года. - Так ты один из них, родителей пропавших детей, которые меня ненавидят за то, что я выжил, а их дети нет, за то, что я не помню, что же со мной такого ужасного сделали в том подвале. И это фигово. – Я всё же развернулся и направился к выходу из бара, этот разговор всё же подошёл к своему концу. - Ты хоть старался вспомнить?! - Нет, потому что я не хочу помнить, что там было. – Я повернулся к не-Барри и, разведя руки в разные стороны, спросил у него. – Вот сейчас честно, ты бы хотел помнить, как из тебя вырезали орган и съели его, хотел бы ты помнить, как его и тебе скормили? – Он промолчал, я лишь кивнул. – Вот именно, что нет. - Но это всё равно не оправдание твоим поступкам. Я видел твою семью, она не заслужила такое наказание, как ты. Иногда, когда мне совсем фигово, я думаю, что лучше бы вообще никто не выжил из того подвала. – Я не стал ничего ему отвечать, просто ушёл. Медленно я шёл по городу, солнце било в лицо, было тепло, даже жарко, когда я остановился у знакомой мне двери в мир магии, я уже был весь мокрый от пота и ненавидел всё вокруг себя. - И в результате я пришёл сюда. – Я потянул на себя старую ручку двери, которую потянешь, и она рассыплется, но нет, она приятно поддалась и впустила меня в паб, на меня даже никто не посмотрел. Я прошёл к самому крайнему столику, сел за него, Лорд беззвучно подошёл к моим ногам и лёг рядом, я и забыл, что всё это время моя собака ходила за мной хвостом. - Что-нибудь будешь, Гарри? – К столику подошла молодая официантка, с которой мне повезло подружиться, я поднял на неё глаза и, как обычно, улыбнувшись, сказал. - Какао с молоком и корицей, пожалуйста. – Она кивнула и быстро убежала, но на её место ко мне уверено подсел парень, которого я точно не хотел бы сегодня видеть. Видимо, вселенная решила меня наказать. - Привет, Поттер, ужасно выглядишь. - Зато ты цветёшь и пахнешь. – Я старался не обращать внимание на мелкого засранца, который потягивал со мной за одним столом сливочное пиво. – Слушай, ты же профи в приготовлении зелий, верно? – Сам не понял, как эти слова слетели у меня с языка, я никогда бы и не подумал такое спросить, но вот я тут сижу и как раз таки это и спрашиваю… Докатился. - Чего не отнять, того не отнять. – Согласился со мной итальянец, снова отпивая своего отвратительно-сладкого напитка, ко мне подошла Джема, поставила чашку с горячим шоколадом и, не говоря ни единого слова, ушла, оставляя меня один на один с Забини. - Я слышал, что если смешать сушеные листья полыни и гречишного меда с цветками чабреца, во всё это добавить толчёные листья перечной мяты, то получится чай «Забвения». – Надо было видеть лицо итальянца, он явно не ожидал, что какой-то грязнокровка, как я, может знать такую глубокую магию, да, читать я умею. - Да, но также в чай надо добавить каплю крови того, кого они забудут, и когда я говорю забудут, этого человека полностью сотрут из их памяти, он даже с их совместных портретов исчезнет. Ото всюду… – Блейз сделал ещё один глоток своего напитка, посмотрел на меня и с каким-то лживым беспокойством сказал мне. – Этот чай под запретом, Поттер, его приготовление грозит отнятием палочки на год. Если хочешь что-то стереть, то воспользуйся лучше обливейтом. - Спасибо. – Я отпил своего напитка и посмотрел на моего мальчика, он лежал под столом и дремал. - За что? – Я отпил ещё немного своего какао, оно тепло согрело моё горло, наверное, моё молчание очень глупо, надо что-то сказать, но я лишь смотрел на собаку около своих ног. Забини сузил глаза и внимательно меня осмотрел, после понюхал своё пиво, что выглядело слегка забавно. - Ко всему прочему, этот чай сотрёт даже чувства тех людей, оно разрушает все чувства, воспоминания, мысли о человеке, чью кровь они выпили. – Я снова поднял глаза на парня, он отодвинул свой напиток и всё так же внимательно посмотрел на меня. - А что станет с ними, что-то заменит те воспоминания? – Забини закусил нижнюю губу и, придвинувшись ко мне, аккуратно спросил. - Тебе же просто интересно и всё, да, Поттер? - Конечно, Забини. – Блейз взял мою кружку, сделал пару глотков, после посмотрел на меня, надул свои губки и всё же дал ответ. - Мозг подстроится под пропавшие воспоминания, чтобы не образовались дыры. – Я опустил руки к полу и погладил собаку за ухом, он радостно замахал хвостом, такой ласковый и нежный, все, кто встречаются мне на пути, такие. И не-Барри был прав, я эгоист, и сегодня я сделаю самое эгоистичное в своей жизни… - Я могу попросить тебя об одолжении, ты бы не взял мою собаку на пару дней? Я на платформе его заберу. – Я посмотрел на моего не-друга, который снова нюхал наши напитки, вот же, он подумал с минуту, но всё равно кивнул, странный он, хочет меня ненавидеть, пытался отдать на растерзание своим куклам, но в конце концов даже помогает мне. Честно говоря, он страннее меня. - Всегда выгодно иметь героя в должниках. – Вот теперь это больше на него похоже. - А я уж удивился, чего это ты так быстро согласился.