Гарри Wolf Эванс

Как всякий человек, я хочу быть счастлив, но как всякий человек, бить им могу только на свой лад. Чувство и чувствительность. Я был чертовски пьян, не осознавал тот факт, что упал в бассейн, и едва там коньки не отбросил, если бы не чёртово благородство Малфоя, который не только вытащил меня из воды, но ещё и откачал. Потому что воды я наглотался знатно. В итоге мне всё казалось безумно забавным, а ведь я даже тех же таблеток, что и Гермиона, не принимал, просто не успел. К слову о подруге. Она стояла рядом с Пенси, и казалось, что таблетка, что я дал Грейнджер, перестала действовать даже не начав толком, ведь у подруги были чистый взгляд и весьма напуганный вид от того, насколько я был пьян. И пока я шёл в дом, едва ли не свисая с руки Малфоя, меня всего трясло от холода, а ноги путались и ощущались, как переваренная лапша. Но даже в таком состоянии, проходя мимо лучшей подруги, у которой была смазана помада, растрёпаны слегка волосы, да и вообще вид Паркинсон говорил сам за себя, заплетающимся хуже ног языком всё равно попытался говорить и при этом казаться чертовски умным. - Пенси, у тебя помада размазалась! – Я старался как мог говорить тише, чтобы никто не услышал, но, перепутав громкость, едва ли в лицо подруге не кричал, отчего та явно осталась не в восторге. И по злым глазам, которыми, к счастью, Паркинсон так и не научилась убивать, я ощущал, что завтра моя задница будет болеть хуже, чем если бы я ударился в бдсм. – А ещё у тебя чертовски холодная вода. – Я, как ребёнок, указал пальцем на бассейн, делая слишком резкий разворот назад, отчего вернулись старое головокружение с тошнотой. Но если раньше у меня как-то получалось бороться с комком в горле и как-то сдерживать тот, то при виде изумительного алого платья с чёрной вышивкой, во мне сработал старый инстинкт. И уже в следующую минуту на платье моей подруги красовалось всё, что было у меня в желудке, а было там очень много плохо переваренного желе из водки. - Поттер, ты издеваешься надо мной? Мне казалось, мы прошли через этот неловкий момент три года назад. – Шипела не хуже гадюки Пенси, в то время как моё тело неожиданно оторвалось от земли, а мой нос уткнулся в прохладную шею Малфоя, от которой пахло мятой и хвоёй. - Пэн, я куплю тебя платье в триста раз лучше. – Протараторил блондин, после чего принял самое лучшее решение ретироваться, пока меня хозяйка дома не решила умертвить в том самом несчастном бассейне, где я пытался распрощаться с жизнью уже во второй раз. Меня с особенной осторожностью поднимал наверх Малфой, неся у себя на руках, пока я прижимался к его груди, думая о том, как же прекрасно звучало его сердцебиение. – Так, Гарри, для тебя есть серьёзное задание. – Оторвав голову от тёплой груди Малфоя и заглянув в его глаза, я будто потерялся в них. – Пожалуйста, открой дверь, у меня руки заняты тобой. – Лишь через секунд тридцать до моего мозга дошло, что меня попросили не глазами хлопать, а открыть дверь. Драко внёс меня в спальню, где на кровати уже давно сладко посапывал Блейз, и я лишь кратко бросил на своего будущего мужа взгляд. Всё, чего мне пьяному хотелось, это максимально долго оставаться с Малфоем, смотреть на него, дышать им, и словно случайно касаться его сильного, но при этом такого мягкого тела. Меня поставили в центр спальни на мягкий ковёр, я стоял словно кукла, которая ожидала, когда же её кукловод начнёт дёргать её за ниточки, и мне это даже нравилось. - Ты вымок до нитки, как церковная мышь. – Малфой мягко улыбался, называя меня мокрой мышью. Его пальцы с особой нежностью касались моего тела в мокрой одежде и словно не решались на какие-то действия, а я тех лишь и ждал, затаив дыхание. – Сможешь сам раздеться? – Вопрос был чистым, без единого намека на какую-либо пошлость, лишь беспокойство за моё здоровье, учитывая, что я был весь мокрый и моё тело вздрагивало от холода. Мне безумно хотелось, чтобы за мной поухаживали, как обычно делал я, ведь лишь мои отцы переодевали меня, когда я был пьян, и то это было больше трёх лет назад. Малфой же, подняв на меня ещё раз свои туманные глаза, лишь слегка кивнул головой, начиная всё так же нежно раздевать меня. Одежда, пропитанная водой, тяжело падала к моим ногам, пиджак, рубашка, а за ними и брюки с нижним бельём. Я стоял абсолютно голый перед серыми глазами Малфоя. По моему телу стекали капли воды, проходя по груди, задевая соски, проскальзывая между линиями моих татуировок и останавливаясь на моих шрамах. Всё это время я следил за тем, как этот блондин рассматривал черты моего тела, словно до этого он никогда и не видел меня обнажённым. И то, как его взгляд скользил по мне, с каким желанием этот парень вздыхал, сжимая челюсть, наводила на мысли о том, что он едва ли сдерживался, чтобы не прикоснуться своими бледно розовыми губами к моей коже. И когда казалось, что Малфой приблизился к моему животу столь близко, что я ощущал его дыхание, пока он стоял на одном колене, этот блондин решил отстраниться от меня, вызывая тем самым во мне глубокое разочарование. – Ты весь продрог, я принесу тебе полотенце… И Малфой оставил меня совершенно одного посреди спальни, в которой всё так же сладко спал Блейз. Мне было невыносимо стыдно перед своим будущим мужем, но ни разу в моём теле и похожего ощущения не просыпалось от одного лишь взгляда Блейза. Малфой вернулся достаточно быстро, но уже без своей рубашки, в лунном свете молочно-мраморная кожа этого мальчишки казалась совершенной. Герой моих эротических снов прошёл вновь до меня, опуская огромное мягкое махровое полотенце мне на голову, начиная сушить мои волосы. - Ненавижу тебя. – Малфой вмиг остановился, его кончики пальцев заметно дрогнули, ведь всё это время я молча стоял и делал всё, что пожелает это парень. – Не переживай обо мне. – Стянув со своей головы полотенце, привстав на носочки, я стал сушить полотенцем волосы блондина. Ведь в действительности я не ненавидел его, и всё, о чём я мог думать, так это о мраморной коже этого волка, которому так же, как и мне, было холодно после недолгого купания в бассейне. – Не думай обо мне… Я ненавижу, когда меня любят. – Это заставляло меня вспоминать те длинные ночи, когда один отец купал моё бренное пьяное тело, а другой обтирал, натягивал на меня пижаму и укладывал в кровать. Я скучал по тем заботливым рукам отцов, скучал по их нравоучениям. – Из-за этого мне хочется быть слабым. – Я рассказывал Драко в прошлом году о положении дел в моей семье, о том чёртовом чае, которым я их напоил, и о том, как мне плохо без них. Я рассказывал многое, например о свой маленькой сестре, которая была как две капли воды похожа на меня, про своего любимого отца, от которого мне достались изумруды моих глаз. – Я даже начинаю думать, что неплохо быть слабым. Я думал, что хотя бы нравился тебе, когда мы встречались. – Мои руки замерли, хотелось уже поставить все необходимые точки, чтобы попытаться двинуться дальше, не обременяя ни себя, ни парня на моей кровати. – Помнишь, я сказал как-то раз после секса, что существую ради тебя. – Мне не было видно лица Малфоя из-за полотенца, и, честно говоря, я не хотел и вовсе видеть его красивого лица, ведь тогда я бы послал всё к чертям и был бы только с этим парнем. И тогда мой план побега включал в себя не только Сириуса и Ямайку, но также и Малфоя, ведь иногда мне и правда начинало казаться, что без него я не способен существовать. – А днём того же дня, когда мы ссорились, я кричал о том, что только я один и старался во всём тебе угодить. Тогда я любил тебя, но меня и моих чувств тебе было мало… прости, но теперь мне мало тебя и твоих чувств. Малфой убрал полотенце со своей головы, накидывая то мне на плечи и укутывая в него, после этого короткого действия, всё так же не смотря на меня, этот блондин молча решил уйти. Вместо того, чтобы отпустить его, я лишь схватил парня за руку, ведь я всё ещё был не готов отпустить того, для кого был готов умереть. Но при этом во мне плескалась другая часть меня, которая громко напоминала о том, что, если Малфой изменит мне, я сделаю ему ещё больнее. И правда в том, что этот блондин изменил мне… А я всё равно хватался за него, не желая даже на секунду отпускать, ведь Фред был прав, Малфой слишком хорош, чтобы быть без пары, и родители его ждать не будут и найдут ему идеальную супругу. - Я не смогу уйти, если ты не отпустишь руку. – Прошептали бледно-розовые губы моего неистового наваждения. Я мог и должен был списать мои действия и слова на то, что я был чертовски пьян и вообще не соображал, что делаю, а главное говорю, но, если бы это было так, то на утро я бы и не вспомнил и малой части того, что сделал. А я помнил всё до последней детали, слова и вздоха, помнил и не знал, что с этим делать. - Не уходи. – Малфой, совершенно не веря, поднял на меня свои глаза с сигаретным дымом в них, и аж всё внутри задрожало, встреться я снова с тем серым омутом. – Не смей уходить и бросать меня! – И тогда я лишь хотел подойти чуть ближе к Малфою, что-то ещё сказать, когда мои ноги в очередной раз стали заплетаться, и я полетел прямо на парня. - Я совсем забыл, что ты пьян. – Меня вновь подняли на руки и в пару шагов моё тело депортировали в постель. Аккуратно уложив меня в кровать, Драко подоткнул мне одеяло и просто без лишних слов хотел вновь уйти. - Я же сказал не уходить, тут холодно, ложись ко мне. – В тот момент меня совершенно ничего не волновало, ни спящей Блейз рядом со мной, ни то, что будет утром, лишь эта ночь, лунный свет и то, какой был Малфой красивый. - Утром ты возненавидишь меня. – Но я лишь достал руку из-под одеяла, протягивая ту блондину, понимая, что он не способен мне был отказать, особенно когда я пьян и так чертовки уязвим. Так что, полностью раздевшись, Малфой так же лёг прямо за моей спиной, не решаясь при этом обнять, но дыша прямо в мой загривок. Показалось, что на пару часов я буквально провалился в сон, но как быстро я в него впал, так же неожиданно из него и вышел в полудрёме. Было очень жарко и у меня затекла рука, на которой я всё то время спал. Так что, перевернувшись, я оказался нос к носу со своим эротическим кошмаром, который во сне выглядел краше любой спящей красавицы. Мои губы соприкасались с губами Малфоя, пока я глядел на него через полуопущенные ресницы, чётко уверенный в том, что это очередной мой сладкий кошмарный сон. Малфой, уловив касания чужих губ, раскрыв глаза, смотрел на меня, слегка отодвинув голову, но оставаясь максимум в паре сантиметров от моего лица. От неожиданного пробуждения глаза у блондина были почти чёрными, такими волнительно сексуальными, отчего я лишь глупо улыбался, глядя в глаза своей одержимости. Алкоголь до конца не выветрился, с тех пор как я смотрел на Драко глубокой ночью после случайного соприкосновения наших губ. Мои пальцы легли на макушку светлых волос, тут же в те зарывшись, притянув блондина обратно к своим губам, я мягко стал его целовать. Мой дикий принц из снов замер на мгновение, но уже в следующее он столь же мягко отвечал на мой полуночный поцелуй. Эта была та самая сладко-мягкая страсть, подобно сахарной вате на ярмарке в солнечный день под смех детей, никто не был настойчив в этом поцелуе, он шёл плавно, как вода по течению. Я млел и таял, отвечая с яркой влюблённостью на поцелуй, ощущая от такого простого действия, как заливались румянцем мои щёки и кончики ушей, когда сильная рука, что была на моей талии, притянула моё тело ещё ближе к Малфою. В этом поцелуе мне не приходилось скрывать нашу с Драко связь за нашей враждебностью и отвращением. Мне не приходилось ощущать угрызения совести, когда горячий язык волка проникал в мой маленький рот, начиная ласкать мой язык. И в тот тёмный миг я не боялся себя и своих тёмных желаний, а главное, чувств к Малфою, так же, как и он своих. И в тот момент всепоглощающе сладкого поцелуя, я был впервые таким свободным. И продолжая тот сладкий поцелуй в руках любимого человека, я провалился в сон, всё так же целуя его губы. *** По спальне распространялся свежий аромат алоэ, так же пахло на квартире у Анис каждую среду и пятницу, когда моя тётя устраивала день спа. И этот аромат нежно выводил меня из дрёмы. Хотелось открыть глаза и, как раньше, оказаться на перьевой кровати в доме у Анис, пока она бы по гостиной на пару с Ханной танцевала бы с маской на лице из каких-то водорослей с алоэ под музыку короля. Но, раскрыв глаза сегодня утром, я лишь увидел Блейза. Мой будущий муж был на полу без футболки, по его идеально смуглой коже стекали капли пота, и, честно говоря, безумно хотелось прижаться к телу Забини, пока он отжимался. Моя голова, а точнее похмелье хотело моей скоротечной смерти, и сегодня утром я даже против не был, и не только из-за головной боли. Воспоминания посыпались, как карты из разрушенного карточного домика, одно накладывалось на другое, создавая детальные картины прошедшего вечера. Запустив пятерню в запутанные после сна волосы, нехотя я перевёл глаза на пустое место на белоснежных простынях, не находя там спящего Дракона. - И чего ты такой бодрый с утра пораньше? – Со стороны будущего мужа послышался его бархатный смех, пока я, в свою очередь стараясь не тревожить и без того разбитую голову, медленно стал подниматься с кровати. И вновь дал себе обещание столько не пить, но мог сказать точно, что нарушу его слишком скоро, зная свой ужасный характер. - Доброе утро. – Блейз приятно потный прошёл до меня, от него пахло пряностями, но в особенности выделялся аромат корицы. Забини, как обычно по утрам, обнял меня, мягко прикасаясь губами к моей макушке, это действие словно было переполнено влюблённостью. – Хм, ты пахнешь мятой. – Отпуская моё тело, слегка удивленно проговорил итальянец, в то время как я ощутил весомый укол совести, ведь я знал, отчего пахну мятой. – Внизу есть кофе, бекон, а главное, Драко всё утро варит укрепляющее зелье, иди позавтракай и тебе станет лучше. – Меня в очередной раз укутали нежной любовью, поцеловав в лоб, в то время как я лишь обнял сильное тело Блейза. Мне бы хотелось думать лишь о смуглой коже моего будущего мужа, его сильном теле, горячем дыхании, что опаляло моё тело, когда он говорил со мной. Но на мне был сильный аромат мяты, старое худи и трусы, и ничего из элементов одежды я сам на себя не надевал, а это обозначало лишь тот факт, что перед тем, как уйти, Малфой меня ещё и одел. Но как бы приятно я не пах, и какой бы манящей мне не казалась мраморная кожа блондина, мне следовало перестать о нём думать, желать его, ведь в моём обладании был самый горячий парень. - Да, наверное, я так и поступлю. – Проведя кончиками пальцев между грудных мышц Блейза, мягко оттолкнувшись, со слегка спутанными мыслями я не мог даже в глаза ему посмотреть после этой ночи. Хотя в той и не было ничего сверхпугающего, я не изменил Блейзу, лишь поцеловал раз Малфоя, но при этом чувствовал я себя отвратительно, в сотни раз хуже, чем после смерти Горация. Ведь пока я уверял себя в том, что не изменял, что это лишь пьяные выходки моего дурного мозга, я понимал, что в эмоциональном плане не просто изменил Блейзу, но сделал ему больно, пока он сладко спал рядом. Пока я шёл к двери держась за голову, в той так ярко вспыхивали детали поцелуя, от которого всё пересыхало во рту. Ощущение было такое, словно я и вовсе убил все шансы быть с Блейзом, полюбить его так, как мой итальянец того заслуживал. Из-за этого буквально выть хотелось и рвать волосы на себе, мне не следовало целовать Малфоя, даже если на какой-то миг мне и показалось, что то было лишь частью всех тех моих сводящих с ума эротических снов. - Ты в порядке, Гарри? – У самой двери, когда мои пальцы уже коснулись метала ручки, Блейз мягко взял моё запястье, отчего по телу растеклась сахарная вода, ведь я хотел любить своего будущего мужа. – Давай провожу тебя хотя бы до кухни, а то боюсь, ты упадёшь по дороге. - Не переживай, я не из хрусталя, не разобьюсь. – Несвойственно себе отцепив руку своего мужа, которой он меня поймал, я мягко поцеловал его ладонь, словно говоря «прости меня». - Какой ты страстный с самого утра. – Блейз лишь прикоснулся всё той же рукой к моему лицу. – Ладно, иди выпей зелье, сегодня приедут родители Пенси, а вечером мы с тобой и Пэн отправимся в Рим. Спускаясь по лестнице на первый этаж, я меньше всего хотел видеть Малфоя, но при этом желание встречи с ним переполняло меня. Каждый шаг, который уменьшал расстояние до молодого волка вызывал во мне трепет. Громкий смех доносился со стороны северной столовой, в которой были шикарные окна, что открывали вид на изумительную красоту сада семьи Паркинсон. Но меня вёл лишь аромат жжёного сахара и дикой мяты с мраморной кухни, на которой варил зелье Драко, пока рядом с ним были домовики. Дверь в кухню распахнулась, вновь выпуская смесь ароматов, вышла пожилая дама, что была прислугой в доме моей подруги, женщина несла поднос с кексами, от которых и шёл столь приторный аромат. Кивнув в знак приветствия даме, я проник в кухню, заставая Малфоя безумно увлечённым нарезанием ингредиентов. В то утро на сильном теле оборотня была самая обычная чёрная футболка, вроде бы ничего необычного, обычная магловская футболка, но эта вещь столь выделялась на столь светлом теле Малфоя, что аж по телу пробегали электрические разряды лёгкого возбуждения. - Привет, Поттер. – Я не был удивлён, что, даже не глядя на меня, парень тут же учувствовал моё присутствие, мы же оба волки. Я был даже уверен в том, что Малфой меня почувствовал ещё на лестнице, раз я его ощутил, как только вышел из спальни, этот сладострастный аромат дикой мяты. – Тебе не стоит разгуливать в приличном обществе в одном нижнем белье по дому. – Принц Слизерина даже не взглянул на меня, но при этом он прекрасно знал о моих дурных привычках, как ходить босиком или же не надевать брюк. – Не стой там, твой взгляд меня нервирует. Укрепляющее зелье в склянках прямо перед тобой. – Малфой вёл себя так, словно это и не он вовсе прошлым утром был готов на пять лет в Азкабана, лишь бы связать меня с собой. Но сегодня утром передо мной был всё тот же вечно холодный кусок льда, которому даже айсберг в океане мог позавидовать. Я сделал шаг к широкой стойке, подхватив пальцами флакончик с зельем. Мне хотелось то выпить, ведь голова чертовски раскалывалась, а во рту был знакомый привкус дохлой мыши. Боль меня мало волновала, ведь я привык с ней смиряться, поэтому я выпустил склянку из своих рук, и та с невозможным грохотом упала на пол, разнося осколки вокруг моих босых ног. - Чёрт, Поттер, а никак аккуратнее было нельзя? – Откинув нож в сторону, Малфой уверено прошёл ко мне, особо наверное и не думая, подхватил меня на руки, относя ближе к своему котлу, как можно дальше от осколков. – Тилли. – Негромко призвал Драко семейного эльфа семьи Паркинсон, и та с глухим хлопком явила свои огромные по-детски голубые глаза. Домовиха едва ли не сложившись в поклоне перед Драконом. – Убери осколки и принеси мистеру Поттеру штаны и обувь, пока он не поранился. – Блондин вновь даже и бровью не водил в мою сторону, казалось, интерес у блондина вызывало лишь зелье и домовиха, что, не выходя из поклона, снова растворилась в воздухе. - Ты ушёл. – Малфой замер, так и не донеся руку до ножа, к которому уже тянулся. Было неправильно по отношению к Блейзу начинать этот разговор, но в то же время казалось, что между нами за долгое время появилось какое-то взаимопонимание, однако утром я уже проснулся без Малфоя. – Я сказал тебе не уходить, но ты ушёл. – Блондин так и не смотрел на меня, даже когда с тихим хлопком вновь вернулась домовиха. – Я помню, что мы не были идеальной парой, но я ни к кому не испытывал подобного. И я просто не могу понять, как ты можешь быть в порядке, когда я не рядом с тобой? - Не заканчивай мысль, Поттер, ты сам сказал, что уже выбрал Блейза, и он мой друг, я не могу поступить с ним так. – И вот снова эта речь, что с кем-то Малфой не мог поступать подобным образом, но ему с такой легкостью удавалось поступать жестоко со мной, словно и не меня он хотел вспомнить. - Ты прав, я был пьян, и это была ошибка, большая жирная ошибка. – Развернувшись на носках, я собирался уйти, ведь запах мяты давил на меня с невероятной силой, едва не сводя сума, и казалось, проведи я в этом аромате лишнюю минуту, и я бы опустился до обычной дешёвой шлюхи. И как на зло у меня в голове прозвенели с грохотом слова одного бармена, которого звали Барри или как-то так: «Если под королём ты имеешь в виду потенциальную порно-звезду. Что, хочешь убежать, как и обычно это делаешь, когда не знаешь, что ответить, ваше высочество». Тот Барри, которого я вспомнил, вроде даже и не так звали, он был братом Лекси, девочки из подала, но отчего-то слова того парня частенько всплывали у меня в памяти, ведь он был так чертовски прав. Я уверено пошёл на выход, не желая и лишнего мгновения проводить с Малфоем, однако блондин перехватил меня за талию, оторвав от пола, за пару секунд я оказался сидящим на стойке. - Стёкла, ты чуть не наступил. – И снова дым в его глазах, мне не следовало в них заглядывать, ведь так всё становилось слишком очевидным, я был чертовски потерян для общества. У него были невероятно красивые глаза, такие, в каких я всегда терялся. И в тот раз, кажется, я потерялся без памяти и навсегда, у меня не было ни карты, ни компаса, и я совершенно не знал, куда мне деваться. – Наверное, ты не имел в виду тех слов, которые собирался мне сказать. Потому что я почти уверен, ты бы сумел поклясться мне в вечной любви. Но я не уверен всё ещё в себе, что, если со мной ты не будешь счастлив так, как можешь, и будешь счастлив с Блейзом. Он влюблён в тебя, а я лишь одержим. – Это было самым честным из всего, что когда-либо мне говорил этот мальчишка, и в то же время это были слова уже совершенно точно не мальчишки. Прикусив нижнюю губу в тысячный раз и мягко положив свои руки на лицо этого совершенного мужчины, я хотел больше всего на свете поцеловать его. - Доброе утро, дети. – Малфой, втянув воздух, быстро отступил от меня на пару шагов, потупив свой взгляд в пол, после чего перевёл глаза на тех, кто вошёл. Теми, кто испортил такой волнительный момент моей жизни, оказалась леди Паркинсон со своим достаточно молодым любовником, ведь отец Пенси бросил их и сбежал со служанкой, когда моей подруге было восемь. – Ты же Гарри Поттер? – На вопрос матери Пенси, которая буквально прожигала нас с Малфоем тёплым огнём, я лишь кивнул. – Будущий муж нашего Драко. – Я снова кивнул, прежде чем понял, что имя моего будущего мужа так и не прозвучало, а на лице у миловидной женщины взорвался прямо-таки фейерверк приятных эмоций. - Фу. – Меня всего передернуло, словно мы заговорили о целой лавке тухлой рыбы, которая источала самый омерзительный букет запахов. – Нет, мой будущей муж Блейз. – И лишь после десяти секунд, как я грубо отозвался о малой возможности стать супругом Малфоя, я понял, как грубо это прозвучало. Показалось, мои слова и вовсе его не задели, но глаза с потрохами выдавали Малфоя, ведь они стали такими тёмными и пустыми одновременно. - Оу, но моя дорогая Пенси точно писала, что вы так влюблены, и сейчас мне казалось… – Столь виновато начала леди Паркинсон, но было уже поздно, я уже не мог перестать смотреть на пустеющие глаза Малфоя. «Если мы будем любить друг друга, мир будет гораздо лучше,» - подкинули идею мои тараканы, но, когда я было хотел протянуть руку к блондину, тот лишь холодно отвернулся, возвращаясь к своему котлу, где всё так же бурлило зелье. - Гарри прав, вы лишь ошиблись, Леди, между мной и Поттером никогда и ничего не было, он лишь парень моего друга. – Схватив со стойки другой флакон с чёртовым укрепляющим зельем, а второй рукой одежду с рук домовихи, что, как оказалось, была свидетельницей всех событий, я двинулся прочь из кухни. А ведь я правда подумал, что у нас есть шанс на чёртов счастливый финал. Но, увы, этому никогда не бывать, поэтому мне лишь стоит выбрать костюм получше и у алтаря вовремя сказать «согласен». *** Сидя на софе в номере самого шикарного магического отеля в Риме, я не мог насладиться последними минутами в шикарном месте. Находясь возле огромного камина, наверное, самого красивого, которого мне только приходилось видеть. Со смехом и мягким румянцем на загоревшей коже в него шагнула Гермиона, выпуская из своих пальцев ладонь Пенси. За эти шесть дней девушки перешли от ненависти к старой дружбе, а от дружбы сразу же в постель, начиная в той свои отношения. И тогда становилось ясно, что эти две бестии должны были сойтись намного раньше, без этой драмы с промежуточными отношениями с другими партнёрами. Учитывая как обе поглядывали через полуопущенные ресницы друг на друга, и они словно растворялись в собственном мире. Усердно затягивая мятный американо со льдом через трубочку, глядя на то, как в неистово ярком изумрудном огне растворилась уже Пенси вслед за Гермионой, я лишь ощущал переполняющее моё тело беспокойство, которое не могло остаться не замеченным тем, кто собирался войти со мной в брак. Я не мог сказать, что наши отношения с Блейзом наконец сдвинулись с той мёртвой точки, на которой мы стояли и в сочельник, казалось, что мы погрязли в тине, из которой было не выбраться, и ни у одного из нас не хватало смелости сказать об этом. Мы так и не сумели дойти с Блейзом до постели, и я не считал, что всё прямо обязано сводиться к сексу, но он же важен, это человеческое тепло, когда ты растворяешься в своём партнёре и наступает всепоглощающая эйфория. Другими словами, между нами не было страсти, но была вездесущая нежность, она проявлялась в мелочах. То, как Блейз мог нежно обнять меня со спины, когда я скучал или уставал, то, как он всегда интересовался моим мнением, то, как целовал мою руку. Я обожал эти маленькие моменты с Блейзом, особенно как сейчас, когда он присел возле меня на корточки, мягко улыбаясь и смотря прямо мне в глаза. Итальянец протягивал к моему лицу руки, с обожанием проводя кончиками пальцев по моему лицу, после чего просто убирая волосы мне за уши. Иногда я очень хотел хоть раз взглянуть на себя глазами своего будущего мужа, чтобы просто понять, что же такого он видит во мне, раз его лицо становится таким необыкновенно красивым. - Хочешь сбежим? – Мне хотелось, и Блейз это видел, даже малейшее изменение в моём настроении, он так легко улавливал его, между нами была столь сильная связь, что иногда мне становилось больно. – Не грусти, нам не обязательно идти в дом Малфоя. - Он все каникулы лежал с жутким жаром волчьей лихорадки, его жаль, не приедем, он поймёт причину, ты обидишь его, ты же его лучший друг. – Каждое моё слово, каждый отведённый взгляд кричали о том, что все шесть дней каникул большую часть я только и мог, что думать о Малфое и винить себя. Ведь я был виной тому, что Малфой оказался в ледяной воде, а после и спал без одежды, и не удивительно, что с ослабленными организмом к блондину прилипла дурацкая волчья лихорадка. - Гарри, в том, что Драко заболел, не было твоей вины, такое могло случиться с каждым, и ты прав, я бы тоже не хотел ещё больше его обижать, он правда мне друг. – Как это банально, казалось мне, что из-за недоступности моей неразделённой влюбленности, я предпочёл лучшего друга Малфоя, словно шпильку ему в душу подкинул. – Нам следует уходить, скоро начнётся уборка номера, родной. – Блейз со всей своей нежностью мягко щёлкнул меня по кончику носа в тот момент, когда я всосал в себя остатки сладко-горького мятного американо со льдом, и если вы подумали, что так я пытаюсь ощутить вкус недоступного оборотня, то вы будете правы. – Прошу вашу руку. – Игривая улыбка скользнула по лицу моего будущего супруга, в чьих глазах таял молочный шоколад. - Сердце, разум, а главное, шикарное тело, я прав. – Отставив свой пустой прозрачный стаканчик из старбакса, я всё же взялся за раскрытую ладонь истинного джентльмена. Блейз уверенно дёрнул меня с софы. - Разумеется, мистер Поттер-Забини. – Моих губ коснулся нежный лёгкий поцелуй с привкусом земляники, это лёгкое мгновение было как касание прохладного бриза жарким днём. Блейз всегда похожим образом касался моих губ, и каждый раз у меня дух захватывало, словно каждый поцелуй был первым, отчего и столь волнительным. Но когда его руки разомкнулись, и мне самостоятельно пришлось войти в камин, всё, о чём я мог думать, была мята на кончике моего языка. – Увидимся на той стороне, муженёк. – От этого ласкательного слова меня внутри всего сжало в один маленький атом, ведь как бы красив не был Блейз, очень глубоко в себе я уже знал, что никогда не буду влюблён, как бы сильно при этом я его не любил. Всё сомкнулось, когда меня охватил огонь, выдыхая, не поднимая своего взора, я медленно вышел в холодный зал мэнора Малфоев. До того момента я уже бывал в этом огромном холодном мэноре, в котором могли водиться и возможно даже водились приведения, но в последний раз, когда я бывал в стенах этого места, я был возлюбленным Драко. Пройдя немного в зал, который был вообще-то малой гостиной, где обычно встречали гостей хозяева мэнора, я поднял свои глаза, наталкиваясь на мягкие блекло-голубые глаза молодой женщины. Каждый раз, когда мне приходилось смотреть на Нарциссу Малфой, мне казалось, что время было не властно над этой леди, ведь она была столь молода и красива, что моментами дух захватывало. В гостиной была вся чета Малфоев, Пенси вела светскую беседу с Малфоем-старшем, Гермиона стояла по левую руку от своей девушки и внимательно слушала отца Драко. Сам же сын семейства стоял, словно статуя, возле камина за моей спиной, я почувствовал его запах как только вышел из камина, но из-за чёртовой гордости не стал смотреть на бывшего парня, чувствуя невероятное смущение. Всё то время, пока я был в отношениях с Малфоем, его мать проявляла ко мне неподдельную симпатию, называя меня самым драгоценным камнем в короне их семьи, говоря что их сын будет со мной невероятно счастлив. Но наши отношения и трёх месяцев нормально не продержались, по большей части из-за меня и моих безумных тараканов. Мне казалось, что после моего разрыва с Драко, Нарцисса перестанет быть со мной милой, или же возможно возненавидит меня за всё неудобство, которое я лишь и доставляю её любимому сыну. Однако леди Малфой раскрыла свои объятья, подзывая меня подойти. Выдохнув беспокойство, не раздумывая и лишней секунды, я подбежал к матери Малфоя, и под удивлённые взгляды всех присутствующих обнял хрупкие плечи Нарциссы. От неё, как и раньше, приятно пахло ванилью и апельсинами, отчего сама по себе на моих губах появилась улыбка, ведь мне безумно симпатизировало отношение леди Малфой, то, как она мягко похлопывала меня по спине. - Мой милый Гарри. – Произнесла на французском Нарцисса, обводя мои щёки своими мягкими руками, отчего даже сердце начинало трепетать. За спиной раздался треск огня, это говорило о том, что Блейз теперь тоже в мэноре. – Рим пошёл тебе на пользу, ты стал ещё красивее со своего дня рождения. – В это мгновение я видел в Нарциссе Малфой свою несостоявшуюся мать, возможно, Лили была такой же любящей как Нарцисса. – Я так скучала, дорогой. - Я тоже скучал, Нарцисса, у меня для вас есть небольшой подарок. – Он действительно был совершенно небольшим, но стоило мне на ветрине антикварной лавки увидеть вуаль, что из серебра переливалась в глубокий акварельно-голубой цвет, такой похожий на цвет глаз матери Малфоя, я сразу понял, что эта вещица была создана, чтобы оказаться на плечах Нарциссы. Быстро достав продолговатую молочно-белую коробочку с голубой лентой, которая могла вместить в себе лишь волшебную палочку, я протянул подарок. Нарцисса, мягко улыбаясь, взяла свой подарок, явно не ожидая ничего большого, но отчего-то я был уверен, что мать Драко обрадовалась бы и булавке, если бы в коробке оказалась оная. Лёгким движением открыв коробочку и убрав бумагу, которая защищала хрупкую, почти невесомую вуаль, Нарцисса восхитилась. - Боже, Гарри, она прекрасна, соткана из гривы единорога и шерсти, это такая редкость, спасибо, милый, буду носить с удовольствием. – И не думая о приличиях, Нарцисса, протягивая мне пустую коробочку, изящно накинула на свои плечи вуаль, которая так идеально подчеркивала акварельно-голубые глаза леди Малфой. - Нарцисса, вам очень идет. – Проговорил Блейз, по-собственнически положив руку ко мне на талию и мягко притягивая к себе, словно напоминая Нарциссе, что я больше не парень её сына, и она не должна быть мила со мной. - Благодарю, Блейз. Как дела у твоей матери? А то Эрида не ответила на последние два письма. – И вновь началась светская болтовня, которая вызывала во мне лишь скуку, но каждый раз, когда я слышал имя матери Блейза, у меня бежал нехороший мороз по коже. Ведь как только Эрида узнала о нашей свадьбе с её сыном, она стала задаривать самыми разными подарками меня, и зачастую они несли в себе сексуальный подтекст. Так сказать, чтобы наша сексуальная жизнь с Блейзом играла самыми возможными красками, в этот раз она мне прислала шикарный чёрно-золотой кляп из драконьей кожи, и эта вещь стоила как квартира в Куинсе. Чтобы я мог, как было написано в послании от Эриды, в любой момент заткнуть её прелестному сыночку рот. - О, да, матушка вся в свадебных делах, она всё пытается в письмах убедить Гарри немного сдвинуть первую свадебную церемонию. – И это Блейз сейчас очень мягко и культурно выразился, меня заваливало письмами как от Эриды, так и от Деймона с его миловидным супругом, которые мягко просили меня перенести свадьбу или же вскоре меня бы ждали пытки огнём. И я надеялся, что последнее из писем Деймона было лишь красивым набором слов, и меня в действительности бы никто пытать не стал. - Вот оно что, и на сколько же месяцев Эрида хочет отсрочить свадьбу? – Холодно и совершенно безэмоционально влился в разговор Люциус с идеальной осанкой, подходя к своей супруге со спины, и отчего-то меня обдало холодом от взгляда Малфоя-старшего. - Не отсрочить, матушка хочет всё ускорить, ведь она едва ли сама не влюблена в Гарри, и ради романтизма хочет провести церемонию в день влюблённых. – Мне же не хотелось уже в следующем месяце вступать в брак, каким бы сладким и приятным тот бы не оказался. Казалось, согласись я ускорить процесс, то потеряю власть над происходящим и стану лишь красивой марионеткой своего же брака, где каждый, как ему удобно, может дёргать меня за ниточки. - Но четырнадцатое февраля чуть больше, чем через месяц, это уже не слишком? – Слишком громко и волнительно выразил свое негодование Малфой, отчего у меня неприятно стало сосать под ложечкой, ведь я вовсе и не хотел вступать в брак уже в следующем месяце, это было глупо и совсем по-детски. - Я бы мог взять в мужья Гарри хоть завтра, так что мне кажется, что даже четырнадцатое слишком далёкая дата. – И совершенно забывая о манерах и этике, Блейз поцеловал меня в шею, отчего холодный огонь промелькнул в стальных глазах Малфоя-младшего. - Но что же думает будущей мистер Поттер-Забини, я надеюсь вы, мистер Поттер, не станете полностью отказываться от своей чудной фамилии. – И выходные в доме Малфоев в момент стали куда интереснее, чем хотелось бы. К нам в гостиную в лёгком костюме из льна на голое тело вошёл сам повелитель зла в лице сияющего от улыбки Тома. И только трое в комнате знали, кем являлся обаятельный молодой человек, что босыми ногами прошёл до Люциуса Малфоя. Подмечая, как дергался глаз старшего Малфоя, я мог лишь сказать о том, что блондин очевидно не ожидал появления своего Лорда. – Ох, простите, я же совсем позабыл о манерах. – Слегка толкнув плечом своего верного слугу, Том подошёл ко мне, мягко подхватывая мою ладонь своей. Удивительно горячие губы Тёмного Лорда коснулись моей руки, а глаза блеснули пламенем, и всё же между мной и этим социопатом совершенно ненормальная связь. – Если так вышло, и вы, Гарри, помните меня, я был на празднике в честь вашего дня рождения, я Том. - Вас было очень сложно забыть. – С совершенным спокойствием проговорил я, ведь ожидать появления дьявола стало у меня чем-то естественным, особенно после того, как самую светлую часть души я отнял у него. - Мне очень льстят ваши слова, Гарри. – А меня слегка передергивало от поцелуя, что обжигающе оставался на моей руке, но я не смел обтереть руку о штанину своих джинс, ведь так бы показал свое неуважение, и оно могло бы привести Тома в ярость, а этого мне не хотелось, учитывая, сколько людей нас окружало. – Но что же вы, Гарри, всем столь любопытно, чего бы хотели вы? Оставить свою свадебную церемонию на той же дате, или же поддаться соблазну своего жениха и выйти за него чуть раньше, в феврале? – Этот вопрос бил в любом случае, ведь не ответить я не мог, сочли бы меня грубым и просто избегающим этого вопроса, и тем самым я бы давал толстый намек на то, что свадьбы и вовсе не хотел. Но скажи я да, и тогда свадьба бы моментально переметнулась на столь ранний срок, и это бы безусловно осчастливило Забини, но могло глубоко ранить Малфоя, и это если не брать в расчёт, что я сам не знал, чего на самом деле хотел. - Конечно же я буду счастлив перенести дату, мне ничего это не стоит. – Но правда была в том, что под удивительно яркой и вежливой улыбкой Тома скрывался оскал, и казалось, что он выиграл, загнав меня в чёртов угол, от которого мои внутренности прожигали словно раскалённой кочергой. - Том, помнится, вы хотели выпить со мной виски. – Голос Драко отозвался глухим эхом по всей гостиной, отчего я и его родители кинули на него леденящий ужасом взгляд. – Думаю, сейчас самое время.