Игра по правилам и без

      Молния была в пустом боксе, настраиваясь на предстоящую гонку. Никто из друзей не мешал ей, понимая, как важно ей сейчас побыть одной, не отвлекаясь ни на что.       Прижав руку к своей любимой цифре «95», девушка шептала:       — Я — скорость! Я — скорость!       — Ух ты! — прозвучавший почти над самым ухом голос заставил Молнию вздрогнуть и буквально подпрыгнуть на месте.       — Чтоб тебя! — раздражённо бросила девушка, оборачиваясь и встречаясь взглядом с насмешливыми карими глазами Франческо.       — Ох, какие мы пугливые! И правильно делаешь, что боишься! Если ты скорость, то Франческо — моментальность, Франческо вжих — и победил!       — Ох, какие мы хвастливые! — в тон ему, передразнивая и дерзко глядя ему прямо в глаза, парировала Молния. — Ты уже морально готов на следующем этапе выступать в гоночном костюме моих цветов с цифрой «95»?       — Нет, это ты должна быть готова надеть мои цвета, а Франческо выступает под номером «1». И так будет всегда!       — Ну, это мы ещё посмотрим! А теперь выметайся отсюда, Бернулли! Не хватало ещё, чтобы кто-то нас здесь заметил!       — Какая ты грубая! — итальянец поморщился. — Но не переживай, я уйду! Нужна ты мне больно!       Девушка понимала, что она очень грубо разговаривала с Франческо и этим спровоцировала ответную агрессию, но все равно последние его слова больно резанули по её самолюбию.       «Ах вот значит как? Ну ничего, посмотрим, что ты запоёшь, когда я объеду тебя!» — подумала Молния, а вслух сказала:       — Убирайся! Буду ждать тебя на финише!       — Нет, дорогая, это я буду тебя ждать! — сказал парень, уходя и оставляя последнее слово за собой.       Уже приближаясь к финишу, Молния, казалось, выжимала из своего авто всё, что могла. Но этого оказалось недостаточно — Франческо все равно оказался впереди неё на несколько сантиметров.       От разочарования девушка готова была расплакаться, но позволить себе такой роскоши, особенно в данной ситуации, не могла. Она же — Молния Маккуин, известная гонщица и надежда целой страны! И чтобы поддержать и развеселить себя, она представила реакцию окружающих людей, если бы они увидели, как она вылезает из машины и начинает биться в истерике, кляня себя, на чём свет стоит.       — Оооо, я вижу, mia bella, ты совсем не расстроена и жаждешь примерить на себя цвета Франческо! — самодовольно изрёк итальянец, глядя в смеющиеся глаза Молнии.       — Нет, вовсе не жажду! Но на этот раз ты выиграл, значит, так тому и быть! Я то умею проигрывать достойно! А вот, что будешь делать ты, когда проиграешь?       — Я НЕ проиграю!       — Ну, посмотрим! А пока придумывай условия для следующего пари!       — Оу, я вижу ты рисковая! Это мне нравится! Хорошо, придумаю что-то интересное, специально для тебя! — Франческо был доволен, как кот, наевшийся сметаны. — Готовься исполнять все мои прихоти!       — Не сомневаюсь, что придумаешь какую-нибудь гадость! Извращенец чёртов! — Молния старалась держать себя в руках, но он так бесил её своими высказываниями и самим своим видом, что это было, ой как, трудно.       — Ой, не обольщайся на этот счёт, Маккуино! Мне нравятся женственные и мягкие девушки, а не такие занозы, как ты! — фыркнул Франческо.       И опять Молнии стало невыносимо обидно и хотя она пыталась убедить себя, что его мнение абсолютно ничегошеньки не значит для неё, но от этого легче не становилось.       Позже, уже находясь в отеле, в своём номере, Молния, готовясь ко сну, расчёсывала перед зеркалом свои красивые длинные волосы.       — Ему нравятся женственные и мягкие девушки! Вы только посмотрите! — проговорила она, обращаясь к своему отражению. — Подуууумаешь! А мне нравятся простые и заботливые парни, а не такие, как ты, макаронина самовлюблённая! Ну, ничего, я покажу тебе! Ты у меня ещё попляшешь!       Настраивая себя на боевой лад, девушка несколько раз прошлась по комнате, ещё раз взглянула на себя в зеркале и, довольная результатом, легла в постель, почти сразу уснула, уверенная в своей будущей победе.