Сестры Плеяды

      Лес обхватил путников, снова принимая их в зеленые объятья. Свет нежными каскадами лучился сквозь прозрачную зелень. Хотелось дышать полной грудью и подпевать шелесту листьев, что Мэй и сделала. Сначала она пела очень тихо, как будто только для себя, но чем дальше они шли, тем увереннее и громче становилось пение. Йона с удовольствием слушала свою новую подругу и всей душой радовалась ее компании. Незаметно для себя стала подпевать, даже Нарен приободрился и зашагал более легкой поступью, а иногда и вовсе вприпрыжку, хвост его ходил из стороны в сторону, словно в такт зеленой музыке. Он вспоминал, как здорово они с Йоной проводили время. Хозяйка играла на фортепиано, разучивая новое или повторяя пройденное, а он с наслаждением слушал ее, расположившись рядом на диване, как заправский меломан.       Сам лес, казалось, искрился особым светом, словно излучая его изнутри. Можно было подумать, что он тоже с удовольствием слушает пение девушек. Рыжие белки прыгали рядом с ветки на ветку и не просто по своим лесным делам, а как будто сопровождая путников. По земле бежали пушистые бурундучки, поглядывая на гостей. Девочки с удивлением наблюдали за преображением. Продолжали петь, воодушевившись таким особым вниманием лесных жителей и самого Леса.       Пение их оборвалось, лишь когда они вышли на маленькую солнечную поляну, на которой было решено отдохнуть и пообедать. Первым делом Йона сложила угощение под ближайшее дерево, как учила когда-то ее бабушка, мысленно ругая себя за то, что не сделала этого, когда впервые отужинала в лесу. Но тогда голова была забита вопросами, а сама девушка напугана. В надежде, что Лес поймет ее и примет угощение сейчас, она прошептала слова благодарности и вернулась к друзьям. Обедали молча, иногда отрывисто смеясь, с удивлением и восторгом наблюдая за здешними обитателями. Те продолжали оживленно бегать вокруг гостей. Белочки и бурундучки приносили в лапках орехи и складывали в горку поодаль от путников. Было ли это ответное спасибо за оставленные угощения или, как пошутила Йона, они приняли рыжую Мэй за одну из своих, оставалось загадкой.       Закончив обед, девочки, не переставая благодарить мохнатых жителей, собрали дары и отправились дальше.       Совсем скоро лес начал редеть, а потом и вовсе его сменило пшеничное, словно налитое золотом поле. Впервые выйдя на открытое пространство, путники замерли от восхищения и восторга. Чистое, как родниковая вода, небо ореолом было объято семью солнцами. Семь звезд водили хоровод на его голубых просторах, словно золотые бусины, украшавшие невидимую диадему, они сияли кристально-прозрачным, но в тоже время приятным теплым светом. Любоваться этим зрелищем, казалось, можно бесконечно. Хотелось остаться здесь, на этом поле, и наблюдать за прекрасным танцем неземных светил. С большой неохотой, но все же пришлось двигаться дальше. Продолжая посматривать в небо, друзья продолжали путь.       С поля они вышли на широкую тропу и вскоре на горизонте увидели небольшой поселок, о котором говорил Барк. Чем ближе друзья приближались к селению, тем больше можно было разглядеть и приметить.       Поселок был небольшим, чуть больше пятнадцати домиков. Он мог бы быть уютным и, видимо, был таковым когда-то, но сейчас вид портили наспех сколоченные заборы и выросшая до самого пояса трава, так и норовящая загубить культурные растения, которые еще боролись за свое существование в огородах. На первый взгляд напоминало обычную земную деревню, тут и там пощипывали травку куры и гуси, за заборами лаяли собаки, но стоило приблизиться путникам ближе, дворовые шавки тут же замолкали, а некоторые и вовсе начинали скулить. Это немного смущало девушек, но их спутника Нарена — нисколько, он гордо, с невозмутимым видом вышагивал рядом. Люди, встречающие их на пути, так же с опаской, как и в рыбацком поселке, посматривали на пришельцев.       Корчма стояла через два дома от начала села. В ней было не многолюдно. Тусклый свет свечей выдавал скромный интерьер на деревенский лад. Простые деревянные столы и земляной пол, стены были украшены незамысловатыми узорами. Посетители, по большей части мужчины, тихо сидели за столами: кто-то, задумавшись, кто-то, тихо обсуждая трудовые будни. Только одна компания выделялась. Двое молодых парней околачивались возле стойки. На вид было не определить, сколько им лет, но выглядели они страшновато. Оба неопрятного вида. У того, кто стоял около самой стойки, не хватало одного зуба, но это его явно не смущало, он нагло ухмылялся, разглядывая посетителей, сложив в замок руки. Второй стоял чуть поодаль, опершись на край стола, и посматривал на своего приятеля, возможно, ожидая сигнала, когда тот решится на какое-нибудь безобразие.       Девушки подошли к корчмарю, но не успели задать вопрос. Их опередила девчушка лет десяти в оборванном льняном платьице, которая бесшумно проскользнула мимо, когда они заходили в помещение. Она протянула в ладошке монетку, и лавочник без вопросов потянулся под стойку, вытаскивая небольшой мешочек, с которого сыпалась мучная пыль. — Что, Василина, папка опять тебя послал, сам идти не хочет? — ехидно улыбаясь, спросил беззубый.       Девчушка, робко оглядываясь, потянула ручонку обратно, зажимая монетку в кулачок. Но парень был быстрее, он ударил с тыльной стороны ладони и налету поймал монету.       — Отдай, — робко запротестовала девочка, глаза ее быстро наполнялись слезами. Она переминалась с ноги на ногу, теребя себя за косу, умоляюще глядя на обидчика, но тот и не думал уступать.       Йона и Мэй переглянулись, посмотрели на корчмаря, и, поняв, что тот не собирается вмешиваться, Йона выступила вперед, встав между девочкой и грабителем ее единственной монетки.       — Отдай, — потребовала девушка, — нехорошо обижать маленьких.       — А ты еще кто такая? — с вызовом спросил беззубый и потянулся пятерней, чтобы оттолкнуть девушку.       Йона захватила его ладонь, выкручивая пальцы, тот вскрикнул и стал оседать на колени, чтобы избежать переломов. Его друг тут же подскочил на ноги и сделал шаг в их сторону, как на его пути выросла мохнатая скала в виде Нарена. Последний ощерился, показывая внушительные зубы. Посетители замерли, наблюдая, боясь или не желая вмешиваться.       — Отдай монету и извинись, — еще раз потребовала Йона, всем своим видом давая понять, что это последняя просьба. Тот не понял намека и продолжал нагло улыбаться.       Йона еще сильнее заломила пальцы, послышался характерный хруст, парень пронзительно заверещал. В этот момент дверь в корчму с шумом распахнулась, и внутрь влетел светловолосый парень. Встал в дверях, с любопытством оценивая обстановку.       — Что за шум, а драки нет? — весело спросил он, ситуация его явно забавляла.       Девушкам сразу бросилась в глаза его одежда, она была из тех же мест, как и гардероб Мэй и Йоны. Юноша, видимо, это тоже заметил.       — О! Наши в городе! — воскликнул он. И тут же укоризненно посмотрел на беззубого, тот продолжал корчиться от боли, стоя на коленях. — Эх, ребята, я же просил больше не учинять проказ, ну что ж, придется объяснить доходчивее. Отличный захват, кстати, — похвалил он Йону.       Светловолосый все еще смотрел на девушку, а его кулак уже летел в сторону парня, которого задерживал Нарен. С пол-оборота он впечатал прямо в нос с такой силой, что того прокатило между столами. Парень догнал его, схватил за ногу и потащил к выходу. Заметив оживление в лице беззубого, он подлетел к последнему, осторожно подвинув Йону, та выпустила руку и отошла, предоставив разборку светловолосому. Парень с разбегу припечатал вора об пол, а когда поднял того за волосы, на полу остался лежать еще один зуб.       — Одним больше, одним меньше, — пожал плечами защитник, — тебе ведь уже все равно или нет? Я тебя предупреждал? Предупреждал или нет, чтобы больше не приставал к людям?       — Да, — выдавил из себя беззубый, на лбу у него уже вздувалась огромная шишка, а рот был наполнен кровью.       — Так зачем дело стало? — потянув мужика за волосы, парень заглянул ему в глаза, но тот только жалобно моргал. — А, вечно одно и то же, — он с силой толкнул обидчика к ногам девчушки. Тот, стоя на карачках и низко опустив голову, протянул девочке отнятую монету. — А что нужно сказать?       — Извини меня, Василина, — сквозь слезы невнятно выдавил воришка, вид у него был жалкий.       — А теперь брысь отсюда, и больше чтобы я вас не видел! — скомандовал парень.       Беззубый поспешил убраться из корчмы, прихватив уже успевшего прийти в себя приятеля. Как только за ними закрылась дверь, жизнь в корчме вошла в привычное русло.       — Ну, вот так и живем, — отряхивая джинсы, поправляя футболку и довольно улыбаясь, произнес светловолосый. — Передавай привет папке, Василина, — он весело подмигнул девчушке, — я приду позже.       Та робко улыбнулась, не отрывая глаз от своих спасителей, притянула к себе мешочек, оставив на стойке монету, и поспешила прочь. В дверях натолкнулась на Нарена, его голова оказалась на уровне ее лица. Василина благодарно чмокнула его в черный мокрый нос и выскользнула наружу. Нарен от неожиданности удивленно поднял уши, а потом расплылся в улыбке, высунув фиолетовый язык.       — Ну что, девушки, выпьете со мной? Я угощаю, — предложил парень. — Вижу, мы с вами из одних краев, может, поделитесь историей? Кстати, я Эл, — он протянул руку.       — Я Йона, — девушка протянула ладонь в ответ, и тот сгреб ее в крепкое рукопожатие. — А это мои друзья, Мэй и Нарен.       Мэй нерешительно вытянула руку, парень обхватил ее двумя ладонями и энергично затряс, а затем протянулся к Нарену, тот немного лениво подал лапу.       — Рад знакомству, — сказал Эл псу.       — Я тоже, — мысленно ответил тот, на парня это произвело огромное впечатление, он резко выпрямился и заулыбался еще шире. — Блин, ты классный, я тебя уже люблю!       — Ой, нет, оставь эти чувства при себе, — ответил пес, немного задрав нос.       — По правде сказать, нам надо найти Борама, — ответила Йона, с надеждой заглядывая в фиалковые глаза юноши. Он был чуть выше и старше девушки, утонченного, но крепкого телосложения.       Парень вскинул изящные брови.       — Любопытно, а что вам от него надо?       — Помощь, — робко вставила Мэй.       — Ему сейчас самому нужна помощь, — ответил Эл.       — Нас послал к нему Барк, его брат из рыбатского села, — сказала Йона.       — Да, о нем Василина рассказывала, — согласно закивал парень, поправляя пятерней длинную челку.       — Василина? Эта девчушка, которая только что купила муку? — удивилась Мэй.       — Да, это она, дочь Борама, я живу у них с того момента, как попал сюда.       — О, какое интересное совпадение.       — Да, любопытное, но давайте продолжим наш разговор в другом месте, — светловолосый открыл дверь и пригласил выйти наружу.       Увлекая друзей за собой, он привел их на просторный двор дома с покосившейся крышей. По двору ходило несколько кур в поисках зерен и червячков. Вдоль одной из стен стояла скамья, на которой и решили продолжить разговор.       Йона заметила, как из маленького окошка на них бросает любопытные взгляда Василина, она по-деловому суетилась на кухне.       — Скажу сразу, Борам не в силах помочь сейчас ни вам, ни даже себе, он болен. Серьезно болен, а толкового лекаря здесь нет, но я знаю, где его можно найти. Говорят, дальше на юг, в горах, есть не то монастырь, не то храм, жрицы, вроде как, искусные целители, надеюсь они могут помочь. Я собираюсь отвезти его туда, у него осталась пара кобыл, телегу я уже отремонтировал.       Девушки и пес с уважением смотрели на нового знакомого.       — Эл, давно ты здесь?       — Не знаю, может, пару месяцев. Я плохо помню, Борам нашел меня в бессознательном состоянии и выходил. А потом набежали какие-то дикие животные, как я понял, таких тут раньше не водилось. Мужики уничтожили их, но вот Борама укусило одно из них, и с этого дня он тает на глазах. Медлить нельзя, — он грустно покачал головой, своим тревожным мыслям. — Ну, а вы как давно здесь и куда направляетесь?       — Мэй тут больше недели. А я с Нареном всего четвертый день.       — Так вы не сестры?       — Нет, — покачала головой Мэй.       — А есть что-то неуловимо общее между вами.       Девушки одновременно пожали плечами.       — Барк дал нам карту этого мира и направил нас сначала к своему брату, а далее в деревню Рейнвейн, к некой женщине по имени Бранвин, та может знать, как нам вернуться обратно.       — О, вернуться, я бы пошел с вами, но…       — Мы поможем тебе, — выпалила Мэй.       И Йона согласно закивала.       — Конечно, у нас тоже есть долг перед этой семьей.       Эл был рад услышать о помощи и вообще встретить людей с родной планеты. Он радостно взглянул на девушек.       — Ну что ж, отлично, — сказал он, вставая.       Личико Василины высунулось из-за двери.       — Я подогрела ужин, прошу всех за стол.       — Ой! — спохватилась Йона. — У нас же гостинцы от вашего дяди Барка!       Йона и Мэй поспешно принялись разбирать седельные сумки со спины Нарена. Василине и Элу оставалось только с любопытством наблюдать за процессом.       Когда же с этим было покончено, Василина усадила гостей за стол и принялась угощать их скромным, но вкусным ужином. Девушки не переставали восхищаться умением маленькой хозяйки. Та совсем зарделась от похвалы. А когда гости принялись за чай, собрала тарелку и кружку на поднос и скрылась на чердаке, вероятно, кормить отца.       Друзья с болью на душе и в то же время с большим восхищением деловитостью и собранностью девчушки взглядом проводили ее наверх.       — Значит, завтра с рассветом выдвигаемся, ждать нельзя, — помолчав, сказал Эл и решительно посмотрел на девушек.       Те так же решительно кивнули.