Всадник. Молнии и Лёд

      — Брагдота, не суй ему пальцы в рот. То что он спит, еще не показатель, что он не отхватит тебе руку. — раздался голос Соф, пробившийся через шум падающей воды. — Твоя работа следить за его зрачками и сообщить мне, если ящер проснется.       «Да чтоб тебе самой так спать!» — чуть не выпалила лазутчица, но, обуздав эмоции, только сдержанно, немного дергано кивнула. За неделю, казавшуюся вечностью кошмара, Сида видела достаточно, чтобы возненавидеть всем сердцем свою нанимательницу. Чека постоянно держали в ледяной воде, закованным в цепи. отпилив когти на крыльях и лапах, чтобы он не мог отбиваться. Его травили и наблюдали, как отрава действует на измученного дракона, чтобы потом подсыпать нового зелья. И что самое кошмарное — Сиде приходилось активно в этом участвовать. Она, как помощница одной из главных отравителей, должна была готовить смеси из ядов и вводить дракону. Ее вынудили собственноручно убивать друга ее учителя. Ее друга.       Сегодня Софир выдумала новую причуду — погрузив скрилла сонным зельем в бессознательное состояние, чтобы не дергался и не вырывался, она раздирала чешую, чтобы добраться до «интересных мест». От отвращения, девочку чуть не стошнило. Дракон же еще живой! Зачем его вскрывать заживо?!       — Эй, Брагдота, как у тебя дела? Еще не просыпается?       От окрика девочка вздрогнула и обернулась. Еще несколько дней, и она попросту свихнется — чувство вины и страха не давали спать по ночам. При этом выбраться из пещер было не так-то и просто. Основная пещера, через которую приходил караван, был перекрыт, а в отдушинах можно легко застрять. Других выходов из-за постоянного сопровождения Софир найти не получилось.       — Вроде нет, но ему больно, — Сида с трудом пыталась не расплакаться и поглаживала скрилла по носу — глубже рука не пролезала через прутья. — Он дернулся.       — Интересно, а я и не заметила. Наверное, слишком хорошо тело зафиксировали. — Соф задрала голову, смотря на цепи. — Иди сюда, помоги очистить рану и зашить. Не хватало еще чтобы подопытный истек кровью или сдох от какой-нибудь заразы. Выбора не было. Приходилось подчиняться. Поднявшись на ноги и отряхнув юбку, Сида приковыляла к девушке. Та, вся в бордовых пятнах от свежей драконьей крови, вдевала в громадную иглу толстую нить.       — Уважаемая Софир, вы здесь? — в зал вошел солдат с арбалетом наперевес. Видимо, из привратной пещеры.       — Я занята! — рявкнула в ответ Софир, промахнувшись нитью мимо ушка и тихо из-за этого выругавшись. — Поговорим как закончу!       — Простите, но дело срочное. Ваш дракон стоит у ворот и с ней какая-то старушенция. Которая уже пару минут орет на уважаемого Снэбьёрна, и требует позвать какого-то Аскмо, ну или вас.       К удивлению Сиды, на лице Софир появилось удивление и страх, не азарт, когда она смотрела за агонией дракона или потрошила приведенного змеевика. Совсем не похоже на неё. Что-то точно случилось.       — Хорошо, сейчас подойду. Брагдота, зашей дракона, тут немного, — Соф, сорвав через голову окровавленный передник, швырнула его лазутчице и небрежно сунула иглу.       После этого, девушка направилась прочь из зала, оставив Сиду в компании охранников и спящего дракона.       Работы действительно оказалось немного — рана была неглубокой. Софир просто вырезала из дракона кусок студенистой массы размером с кулак. Он, оставленный в миске на мостках с внушительными скальпелями, просто дрожал от падающих капель. Зачем? Кому этот комок не пойми чего нужен? Неужели ради этого должен страдать Чек?       С трудом наложив швы — руки не слушались от холода и бушевавшей злости, не говоря уже об охраннике, согласившемся помочь стянуть куски мяса вместе для зашивания — Сида попыталась перевести дух. Кошмар должен прекратиться! Если стерва-экспериментаторша не сможет проводить опыты дальше, то у дракона будет передышка, пока не приедет новый? Впрочем, если и тут найдутся умники-садисты, то и им придется искать замену. Сида с трудом удержала безумную улыбку. Уж она-то позаботится обо всех них.       Унося инструменты и миску с треклятым студнем на стол, лазутчица незаметно для викингов спрятала два скальпеля под одеждой. Кожаные ножны, в каких ножи носили на заточку и хранили от влажности, уберегли от бритвенно-острого лезвия.       Раздобыв оружие, причем весьма удобное для маленькой девочки, Сида направилась к «жилищу» Софир — небольшому гроту, прикрытому дверью. Надо спрятать оружие и присмотреться, как правильно подобрать момент, чтобы выдать свое преступление за нападение убийцы. Мьельнир точно бы прикончил мучителя своего дракона.       Наконец, нужная дверь оказалась перед девочкой. Вцепившись в ручку, Сида резко дернула ее на себя.       — Софир вы не заняты? — дежурно спросила лазутчица, делая шаг вперед. Вдруг проблема у привратной пещеры разрешилась очень быстро, и потрошительница вернулась в свое логово?       К удивлению Сиды, Софир все же оказалась у себя, да еще и с гостьей. Теплый плащ, перевязанная рука, старческое лицо при полном отсутствии какой-либо дряхлости, два длинных ножа за поясом… Нет! Откуда?! Как сюда могла попасть травница с богами забытого острова на краю империи?!       — Ой, вы не одна? Простите… — Сида поспешно попятилась назад, согнувшись в нелепом поклоне. Другого способа прикрыть лицо не было. Лишь бы старуха ее не узнала…       — В следующий раз стучись, прежде чем войти! Да ладно, ты не сильно помешала, можешь остаться. — строгим тоном произнесла Софир и тут же обратилась к своей собеседнице. — Норн это…       -…Сида, — закончила за нее старушка. Узнала-таки! — Надо же, как тесен мир. Не потеряла мой подарок?       — Норн вы ее знаете? — Софир удивленно перевела взгляд на свою подопечную.       Кошмар! Как же выкрутиться? Как?!       — Простите, вы навер… — от страха в горле пересохло. — Наверное, ошиблись. Меня зовут Брагдота Эйнф…       — Дорогуша, я конечно старая, но на память пока не жалуюсь, — Покачала головой Норн, встав и приближаясь к Сиде. Всё! Пропала! — А уж тех, кого я беру под свое крыло, узнаю спустя и несколько лет.       Нетушки, сражаться, так до последнего! Помирать, так с музыкой.       — Что? Я… — Сида всхлипнула, из глаз полились слезы.- Я не понимаю. Почему вы называете меня Сидой? Я — Брагдота Эйнфарт, и вас вижу в первый раз… Что я не так сделала? За что мне это?!       — Сида, прекрати, — Норн сделала шаг к ней, но девочка отступила назад.       — Я не виновата. Нет я…       Зарыдав и закрыв лицо руками, Сида сквозь слезы увидела беспристрастное лицо Норн и ошарашенную Софир. Если госпожа и поверила в разыгранный спектакль, то вот травница — нисколько, и вряд ли она попала сюда без особого доверия потрошительницы.       Прости, Торхильд. Лезть в самое пекло врагов действительно было глупой затеей. Однако, Чеку хоть немного, но полегчает!       Выхватив оба скальпеля, Сида бросилась на Софир. Её надо первой забрать с собой. Больше она не будет мучить Чека никогда…       Тяжелая клюка с размаху ударила девочку в лоб. Выронив клинки, Сида рухнула на пол. В глазах пошли круги, и череп словно треснул. Все обрушилось в один момент, а всего-то надо было успеть пригнуться.       Нога в сапоге оттолкнула скальпели в сторону, подальше от девочки, а затем Норн перевернула ее на живот и больно выкрутила кисть, не давая пошевелиться.       — Это… Это что? — Софир еще не успела отойти от испуга.       — Знакомься, Сида — лазутчица и ученица Темного Мьельнира. Явилась сюда за его драконом.       — Что? Как… Как они нас нашли? Это невозможно! — Сида слабо улыбнулась, услышав страх в голосе потрошительницы. Одно только имя ее учителя напугало ее до судорог.       — Дорогая, тебя это волнует? Лучше понять как она сюда проникла, и не бегает ли по комплексу ее учитель?       — Вообще-то я сама ее пустила… но она же еще совсем девочка. Какая из нее лазу…       Сида от этих слов слабо захихикала. Нервы, боль, осознание скорой кончины почему-то делали происходящее крайне смешным.       — Молодая леди, и что мы смеемся? — Норн ослабила нажим на руку, и Сида смогла развернуть голову, чтобы увидеть Софир.       — Моя задача выполнена — мой отряд уже все знает. Расположение часовых, их время, план катакомб… Скоро все закончится, и только благодаря тебе.       — Скоро закончиться? Значит ее друзья еще не на объекте, — сделала вывод потрошительница, и Сида поняла, что оплошала еще раз.       Софир, присев перед девочкой, подняла ей голову за подбородок и коснулась острием подобранного скальпеля.       — Сколько людей в твоем отряде?       — Не скажу. Иначе что? Убьешь? Так меня это и так ждет, мы обе это знаем.       — Не горячись, Софир, — обратилась Норн к девушке, свободной рукой мягко отодвигая скальпель подальше от пленницы. — Я уверена, она нам еще поможет.       — Я не стану товаром на вашем торге! — взвыла Сида, задергавшись в захвате. Не хватало еще, чтобы Мьё попался или погиб из-за нее. — Моя роль незначительна! Я всего лишь пешка большой игры Мьельнира, одна из многих. Мастер моей потери просто не заметит…       — Вряд ли. Помниться он один раз уже вернулся за тобой. Наверняка вернется и второй. Все же, ты ему приходишься «племянницей».       — Предлагаешь использовать ее как заложницу? — спросила Софир. — Он же Темный Мьельнир, не думаю, что он пойдет на сделку. Даже ради ученицы.       — Вот и увидим, а пока не найдется еще одной комнаты? Не стоит Сиде больше крутиться в лаборатории.       — Возможно, спрошу у Снэбьёрна. К тому же, недавно я слышала, что одну из пещер на днях признали опасной из-за риска обрушения, но там вполне еще можно жить. Места достаточно, правда, холодно.       — Это ничего, — Норн ослабила захват и вынудила лазутчицу встать на ноги. — И позови Лед. Не стоит недооценивать Мьельнира, а она ведет себя слишком неосторожно, чтобы самой стать заложником. Ступай, я пригляжу за… Сидой.              

***

             Комната, о которой говорила Софир, действительно была обширной, но обшарпанный потолок с трещинами не выглядел гостеприимно. Простоит ли он достаточно, чтобы успеть выбраться из этих треклятых катакомб? Проводивший Сиду и Норн викинг бросил на пол крупную вязанку дров и ушел. Только после этого девочке было разрешено скинуть рядом несколько драных шкур — единственную защиту от леденящего холода.       Сняв, наконец, веревки с запястий, прикрытых раньше шкурами от взглядов непосвященных охранников, Сида стала подробно осматривать помещение — делать все равно было нечего — у Норн ключа не вытащишь и скоро должна была прийти Софир. Если она не найдет тут Сиду, то точно поднимет тревогу, а и без того низкие шансы спастись упадут до совсем невозможного уровня. Впрочем, грот оказался совершенно пуст, не считая несколько узких трещин, из которых свистел холод, несколько булыжников известняка из потолка и дверь. Прихватив пару камней, девочка вернулась к пожиткам.       — Все думаешь, как выбраться? — поинтересовалась Норн, расстилавшая на полу шкуры. — Бесполезно, Софир тут все осмотрела перед нашим появлением.       — Как будто она много знает о побегах. Это вам не драконов потрошить, — пробурчала в ответ Сида.       Впрочем, ждать прихода потрошительницы пришлось недолго.       Широкая дверь распахнулась, и в грот, пятясь, проникла Софир, втаскивая за голову белого дракона. Ту самую тварь, что раньше летала над островом. Сида вздрогнула — без хорошего оружия ей с таким монстром не справится. Тем более в присутствии Норн.       Дракон, наконец, вошел внутрь, постоянно фыркая и рыча — ему не нравилось помещение. Может, чувствует, что оно вот-вот обвалится.       — Всё, Лед! Будешь жить тут, — задрав голову, говорила Софир. — Иди, знакомься со своей новой соседкой. Можешь с ней поиграть, она против не будет, но сильно не кусай и не глотай. Откликается на кличку «Сида». Уверена, вы поладите, — потрошительница погладила монстра по щеке и направилась к выходу.       Сида вздрогнула при слове «глотай», но попыталась себя убедить, что Софир просто пытается ее напугать. Тем более, что она встретилась с олуховкой, жительницы острова, где приручают драконов, и лучшей ученицы Академии. Она найдет общий язык с драконом и свалит отсюда с его помощью! Главное, чтобы на это не ушли недели, тут так долго не протянуть.       Дракон, а точнее драконица, злобно фыркнула вслед Софир и направилась изучать пещеру, не обращая никакого внимания на маленькую девочку. Сида же, закутавшись в шкуры, стала наблюдать за новым сожителем. Рептилия была довольно большой, но все же ниже змеевика, с четырьмя лапами и парой крыльев. Белая чешуя покрывала все тело от острого кончика морды до хвоста, оканчивавшегося костяным трезубцем. С подобным драконом Олуху не приходилось сталкиваться.       Ящер, осознав, что выхода из помещения нет, громко и недовольно заревел. Эхо многократно отразилось от стен. Показалось, что потолок рухнет, но резкий оклик Норн заставил дракона замолчать. Недовольно зафыркав рыкнув, драконица сделала еще один круг по пещере, принюхиваясь к углам, а затем подошла к двери. Все это время Норн, как и Сида внимательно следили за сожительницей. Обнюхав дерево, ящер провел лапой по дереву, которое заскрипело когда по ней провели когтями.       — Лед, прекрати! Лежи смирно.       Чуть опустив голову от окрика, драконица отошла в дальний угол пещеры и там улеглась, свернувшись калачиком и больше не шевелясь. Это чуть успокоило девочку и позволило сосредоточиться на продумывании плана побега.       Дождавшись обеда — тут все-таки кормили — Сида припрятала кусок жареной рыбы. Подкупить дракона таким «подношением» вряд ли удастся, но вот привлечь внимание к себе — вполне.       Белая рептилия после еды лежала в самом дальнем от костра углу и явно скучала — крылья несимметрично распластались, хвост свернулся набок, глаза смотрели куда-то вдаль сквозь опустевшую корзину для рыбы. Заметив приближение девочки, драконица напряглась. Она тут же сложила крылья к бокам, но голову не стала поворачивать. Впрочем, Сида и не собиралась выходить из ее зоны видимости — пугать или нервировать дракона, с которым ты хочешь подружиться, было бы очень плохой идеей.       — Э-эй, — присев на корточки неподалеку от дракона, Сида тихо позвала драконицу, не сразу вспомнив ее имя. — Ле-ед?       Рептилия немного повернула голову, чтобы получше разглядеть гостью. Взгляд стал более осмысленным. Девочка достала рыбу.       — Будешь? Она вкусная, — прокомментировала Сида, протягивая кусок вперед. Дракон был еще в паре метров. Дотянутся до еды он не смог бы, но при этом не отхватил бы и руку девочке.       Драконица зашевелила носом, но особо не тянулась к лакомству. Видимо, размышляла, стоит ли брать угощение. Сиде пришлось подползти поближе и довольно долго ждать, пока ящерица не примет решение. Наконец, Лед медленно поднялась на лапы и сделала шаг к ребенку. Олуховке стало очень не по себе рядом с возвышающимся монстром, но она держалась, когда большая морда опустилась к ней. Ледяное дыхание из ноздрей обдало лицо Сиде, и девочка поспешила уткнуться в еще теплый рукав. Через пару мгновений длинный мокрый язык слизнул из ладоней подношение.       Сида осторожно подняла глаза на дракона — он задумчиво ворочал куском рыбы во рту. Возможно, не мог определиться, насколько вкусная она. Разведчица, пока ящер отвлекся, привстала и осторожно коснулась его чешуи на основании шеи.       Рука вместо приятного тепла точно натолкнулась на ледяную глыбу.       — Ай! Она холодная! — вскрикнула Сида, прижимая ладонь к себе. Слюна покрыла пальцы тонкой корочкой льда. Такое шло вразрез любым познаниям о драконах как огнедышащих созданиях.       — Это же морозник. Они все такие, — сообщила Норн, и девочка тут же к ней развернулась.       — Как же вы на них летаете? Тут же все, что угодно можно отмороз… — Сида осеклась, чувствуя, как дыхание ящера позади заметно изменилось. Ровное и спокойное, оно превратилось в утробное урчание. Заскрипела чешуя. Ею явно провели по каменному полу. С замиранием сердца, девочка медленно обернулась. Драконица, чуть раскрыв крылья, прижилась к земле, готовая прыгнуть. Хвост раскачивался из стороны в сторону, чиркая иногда по камням.       Все случилось в одно мгновение.       Драконица скакнула вперед, и Сида с визгом кувыркнулась в сторону — рефлексы, вбитые Мьельниром, не пропали зря. Лапы, готовые вцепиться в человека, прошли мимо, и когти только царапнули пол. Зарычав — или заурчав, разобрать было сложно — Лед вновь кинулась на девочку.       Погоня продолжалась недолго — неготовую к такой реакции Сиду драконица быстро загнала в угол. Свалив девочку взмахом лапы на землю, Лед вцепилась зубами в сапоги и потащила визжащую добычу в свою часть грота. Все попытки отбрыкаться проваливались из-за крепких челюстей.       — Лед, не порань её! — раздался голос Норн. — И ты еще не объяснила правил игры!       План выбираться с драконом с треском провалился! С этой тварью не договориться. Спасаться придется более традиционным методом!              

***

             Сида проснулась точно посреди ночи, как и научилась. Вокруг все еще спали — рокот храпа драконицы — уже пару дней эта бестия резвиться, гоняясь и охотясь за девочкой по всей пещере — сотрясал пещеру, дыхание Норн было сложнее расслышать, но все же возможно. Выбравшись из-под одеяла, Сида сняла сапоги, достала из-под стельки отмычку, там же лежала и плоская пластинка — «упор». Раз дракон ведет себя неадекватно, придется выбираться старым добрым способом «в лоб».       Прокравшись к двери, замирая от каждого звука, девочка опустилась на колени и стала всматриваться в замок — железная коробочка, покрытая изморозью, с крупным отверстием для ключа. Учитывая размеры, это должен быть штифтовой замок. Осталось надеется, что пружины не замерзли.       Сняв перчатки, Сида всунула в скважину отмычку и упор. Закрыв глаза и аккуратно ведя проволоку, девочка старалась почувствовать замерзавшими пальцами движение штифтов под касанием отмычки. Один, два… три. Всего три штифта! Какая удача!       Стараясь согреть немеющие пальцы дыханием, Сида лихорадочно пыталась приподнять проклятые цилиндры в пазы на нужную высоту. Сердце стучало от возбуждения — вот, до выхода из проклятого морозильника рукой подать. Дальше видно будет, как выбираться. Скорее всего, через трещины на верхних уровнях — там есть бойницы и окошки для наблюдений. Без шубы есть шанс через них пролезть, но вначале надо выбраться отсюда…       Со спины повеяло холодом, но Сида не обратила на это внимание, пока не стало слишком поздно. Громадная тень возникла на двери. В темном пятне легко угадывались голова, крылья и тело дракона. Лед подкралась, когда Сида сосредоточилась на замке…       Когда девочка обернулась, то успела увидеть только блестящую в свете догорающего костра чешую и разинутую пасть с рядом длинных клыков. Эта пасть в один момент накрыла лазутчицу по плечи, погрузив во тьму. Цепочка зубов вцепилась полукругом по лопаткам и груди. Сида закричала — зажатыми драконицей руками нельзя было даже пошевелить — но челюсти вжали ее лицо в липкий, мокрый язык, заглушая звуки.       Урча от удовольствия и злорадства, ледяной монстр поднял маленькую девочку над землей и, резко развернувшись, куда-то потащил. Сида не переставала визжать, но активно шевелиться боялась — дракону ничего не стоило проткнуть ее клыками в попытке удержать.       Наконец, драконица бросила добычу на пол. Ослепшая от налипшей на лицо драконьей слюны, Сида попыталась прочистить глаза, но вдруг массивная туша рухнула на нее сверху, почти полностью погребя под собой. Оказавшиеся снаружи голову и плечи, драконесса прикрыла лапами и прижала сверху шеей, положив голову на пол. Лазутчица попыталась выползти, но драконица плотно держала ее своей массой. Проклятая перестраховщица — вчерашние попытки удержать пленницу просто придавив ее шеей и придержав лапой провалились. На Олухе драконы куда более изобретательны в догоняшках.Девочка закричала от страха, но монстр, недовольно зарычав — рык показался Сиде необычайно громким — толкнула ее лапой под себя, едва не порвав когтями, и продолжила лежать. Холод пронизывал насквозь, окружая со всех сторон — от пола и от ящера.       Сида забилась в плену, пытаясь сделать хоть что-то для своего спасения — участь оказаться к утру раздавленным кусочком промороженного мяса ее никак не устраивала — но драконицу это нисколько не заботило. По грохотавшему в ушах размеренному урчанию казалось, что ей это даже нравились тщетные дерганья человека под собой.       Руки без перчаток мгновенно онемели, точно их отрубили, лицо закололо от остывавшей слизи. Воздуха не хватало — дракон специально или случайно сильно сжал девочке грудь — и Сида начала задыхаться, не в силах вдохнуть. Движения становились вялыми, а в глазах шли кровавые круги.       Внезапно, ящер приподнялся, точно передумал расплющивать свою игрушку. Дышать стало свободнее — холодный воздух приятно обжигал горло. Даже такое чувство было лучше, чем лежать под монстром.       -…А теперь тащи ее к костру, негодница. Нежно! — голос Норн звучал со звоном. Девочка еще не окончательно пришла в себя.       Недовольно зарычав — еще бы, тут же такую милую игру прервали — Лед наклонилась к Сиде. Холодный воздух часто зашелестел по спине девочки. Дракон примеривался, за что бы ему уцепиться. Наконец, она решила перетащить свою пленницу поперек живота. Сида никак не сопротивлялась и не помогала, когда челюсти пытались протиснуться под ней.       — Молодец, а теперь пошла вон, — Норн махнула на драконицу клюкой, и та, в очередной раз выразив свое недовольство рыком и ударом хвостом по полу, развернулась и затопала в свой уголок. Предупреждает, что игра еще не закончена? Сида задрожала. Скорей бы уж Мьельнир прилетел и спас её!       — Не бойся, здесь она тебя трогать не будет. Держись поближе, — посоветовала Норн, накидывая продрогшей девочке на плечи шкуру. Сида молчала. — И как же вы уживаетесь с драконами на Олухе, если эта оторва тобой вертит как хочет? Не хочешь говорить? А когда мы встретились такой общительной была, и оладушки тебе мои нравились.       — Кто вы? — Сида бросила усталый взгляд на старушку. Сейчас провалилась очередная попытка выбраться из плена, а новой не предвиделось.       — Я Норн, целительница. Мы же с тобой…       — Я видела как вы зарезали пятерых человек без особых сложностей. Целительницы так не поступают. Кто вы на самом деле? — старушка опешила. — Я прекрасно помню те дни. Их просто невозможно забыть.       — Ты когда-нибудь слышала о Валькирии Штормбрега? — наконец произнесла Норн. С подобным титулом Сида встретилась впервые и честно помотала головой. — Наверное, в такую даль, как ваш Олух, слухи о нас не долетали. Валькирия Штормбрега — так меня называли, когда… — целительница прервалась, словно вспомнила что-то нехорошее, но почти сразу продолжила. — Когда я была всадницей, и была по моложе.       — Всадницей? И где же ваш дракон?       — Он погиб, — с расстановкой произнесла Норн.       Сида замолчала и лишь после долгой паузы задала еще вопрос:       — А Ледяной Клинок… Он вам… кто?       — Он мой ученик. Да, мы давно не общались, и ему приходится работать с Империей…       — Работать?! — воскликнула Сида, что даже Лед вздрогнула. — Да он чуть не убил нас! Из-за него Чека сейчас тут потрошит ваша…       — У нас не было выбора! Наш остров захвачен, и мне, Ледяному Клинку и многим простым беженцам пришлось его покинуть. Империя согласилась приютить нас на своем острове, но не по доброте душевной. Ледяного Клинка обязали служить Императору, и он старается, чтобы защитить тех, за кого в ответе.       — Но почему вы не вернете свой остров? Вы просто спрятались как крысы!       — Нас слишком мало для сражения. В одиночку мы не справимся.       — А Империя? Раз вы так с ней породнились…       — Гронадар вряд ли нам поможет — он скорее всего и не собирался делиться с нами армией. Узнав через нас о новой силе на Архипелаге, он связался с ней. Все же несколько белых всадников с отдаленным островом лучше, чем всего один Ледяной Клинок вместе с толпой стариков и детей без острова.       — У Гронадара это в порядке вещей, — пробормотала Сида. — Вначале он предает одного всадника, и получает другого. Теперь он предает другого всадника и получает десяток. Сколько он получит, когда предаст их?       — А если два преданых всадника вместе помешают императору? — с прищуром предложила Норн.       — Вряд ли Мьельнир согласится на такое — вы мучили его дракона. Такого он не простит. Как только явится, лично возглавит штурм, и ни вы, ни ваша потрошительница, ни вот эта тварь его не остановят, — с жаром выпалила Сида, глядя прямо на Норн, но целительница только пожала плечами.       — Штурм? Да брось. Если бы вас на острове было много, то Темный не посылал бы ребенка на разведку. Отряд ты придумала, а пришла сюда по собственному желанию.       — Не я виновата, что вытащила короткую соломинку! — Сида повернулась боком к огню и посильнее закуталась в шкуры. Норн вздохнула и покачала головой.       — Ясно. Ты снова ушла в самоволку? — ответа целительнице не требовалось, и так было понятно. Сида была зла на нее, на себя, на всё. — Но раз так сложилось, не хотела бы ты извлечь выгоду из положения? Вашим без помощи изнутри не пройти в эти катакомбы. И в этом мы можем помочь. От тебя нужно только сказать, как связаться с ними.       — Ага, а еще за ручку провести к их логову. Мол, здрасте, ребятки, а посмотрите, кого я к вам привела.       — Достаточно будет только указать место, где мы можем оставить письмо которое точно найдут. — тихим мягким голосом произнесла Норн.       — Да скиньте где угодно в лесу— наши наблюдатели засели у каждого выхода, — Сида прикинула, что если ей удастся предупредить Торхильда, что она еще жива, то, возможно, ее и спасут. Надо только аккуратно подкорректировать письмо, а для этого нужен доступ к нему. Главное, чтобы его смогли правильно расшифровать, — А если вам еще надо, чтобы его прочитали, то его напишу я. Мы не ведем переговоров с врагом, а сдачу принимаем сугубо лично.              

***

             Уважаемый Темный Мьельнир.       Доводим до вашего сведения, что ваша ученица Сида была раскрыта и сейчас находится у нас в плену. Пока с ней обращаются хорошо.       Ожидаем вас для личной встречи и передачи скрилла за символическую услугу. Ничего невозможного или противного вашей чести требовать не будем.       Приходите к входу катакомбам один (карту прилагаем на обороте). Оружие на ваше усмотрение. Мы подадим сигнал из бойницы, когда число патрулей будет уменьшено. Уверены, вам не составит труда добраться до места встречи.       Если не придете, то мы убьем Сиду. Ее голову вышвырнем за ворота.       Если вы согласны с условиями и готовы к встрече, то подожгите лес к югу от главных ворот. С вашими драконами это не составит труда.       

Софир Кемсон.

             

После возвращения дракона вашу ученицу мы вернем утром отдельно.

             — И стало быть как эта… дурочка попала к ним в плен?! — я с трудом сдерживался от того, чтобы начать рвать и метать все вокруг. В особенности, лист бумаги, сжатый в руках. Мало того, что Чек в руках врага, так теперь Сида решила составить ему компанию!       Сидящий передо мной на хвосте Пламени Торхильд пытался сжаться в комочек, а его драконица прикрыть крыльями своего опального всадника. В полумраке черный змеевик почти полностью растворился, только рыжие пятнышки местами выделялись.       — Ну, это… Она пошла на разведку и… это её… — мальчик попытался раздвинуть заслонявшие его крылья, но получалось у него не очень — Пламя очень испугалась за всадника.       — Перестань трястись! — сорвался я. Вялость ученика меня взбесила. Все его чувства к Сиде объяснимы, но излишняя привязанность мешала мыслить. — Всем и так понятно, что если она решила что-то сделать, ее никто не остановит. О чем она думала, чтобы соваться куда не просили?       — Она хотела обследовать внутренние пещеры и составить их карту. Мы… наткнулись на обоз, и Сида прикинулась обычной девочкой, выброшенной на остров при кораблекрушении. Её забрали с собой в подземелье, а обратно с обозом она не вышла. И через несколько дней белый всадник сбросил в лесу это письмо. Я… Я не знал, что делать. Пересмотрел письмо, чтобы найти хоть какие-нибудь подсказки, но их нет — почерк Сиды узнаваем, а второй, на подписи и приписке, явно не её. Я думаю, её заставили написать письмо и следили при этом…       — Сейчас успокойся. Мы решим эту проблему, а пока попробуй предугадать по второму почерку, с кем мы имеем дело. Возможно, это и есть та самая «Софир». Нарисуй ее эмоциональный портрет, — я вернул мальчику письмо и отошел подальше, в густую сень деревьев, окружавших лагерь. Оттуда открывался вид на далекие скалы над лабораторией империи. Над пиками алела заря.       — Белый всадник, значит? — сказал я сам себе, смотря на встающее за облаками солнце. Быстрый подвижный зверь, засевший в подземелье и пуляющий на расстоянии ядом. Это весомая проблема, не считая орды патрулей и постов.       — Что думаешь? — тихо поинтересовалась Астрид, встав рядом и почти сразу чуть наклонила ко мне голову. — Может, возьмем их в лоб, как в прошлый раз?       — Нет, не выйдет, — покачал я головой и привалившись к рыжему стволу сосны. — Там никто и подумать не мог, что мы найдем их логово, а тут нас уже ждут сразу с двумя заложниками. Если попытаемся прорваться, то их наверняка убьют при первой же тревоге. Я не хочу рисковать обоими. Тем более с белой бестией вряд ли удастся справиться на ходу — это грозный и неизвестный противник.       — А что это за «портрет по почерку»? Стражи реально такое проворачивают?       — Вовсе нет — это я придумал только что. Надо занять Торхильда, пока он не стал паниковать. Он слишком много на себя берет.       — А кто такая эта Софир Кемсон? — Астрид незаметно покосилась на мальчика. Он сверлил взглядом листок, яростно пытаясь разрешить загадку наставника.       Я задумался, вспоминая все известные фамилии империи. Схожая была на далеком востоке. На днях там был Осколок, пока Сигрид не вернула его обратно в состав империи.       — Интриганы, отравители. В общем, те еще… Сиде действительно угрожает опасность. Только Торхильду не говори — он совсем голову потеряет, а он нам еще нужен.       — Порой мне кажется, что вся ваша империя только из этих «еще» и состоит. Эти предают, те хитрят.       — Кто такая Софир — не столь сильно важно. Тут интереснее, зачем ей помогать. Это я не могу узнать по письму. Может, при личной встрече получится.       — Либо она и тебя убьет.       — Этот риск я считаю оправданным. Нам успели подстроить ловушку, в которую мы угодили со всего маху. Придется играть по их правилам.       Возвращаясь обратно к Торхильду и Иккингу, занятым попытками выбраться из лап Беззубика, я обратился к обоим:       — Зажгите лес. Мы принимаем их условия.              

***

             — Есть сигнал! — прошептал Торхильд, но я и так заметил мечущийся огонек в трещине между скалами. — Если через пять минут в патруле появится меньше четырех человек, то нас не обманули.       — Тогда на взлет, — заявил я, поднимаясь и заряжая арбалет. Меня терзало волнение перед вылетом. Довериться человеку внутри пещер, который угрожает Сиде. Все это странно, но выбора нам не оставили.       Ночь выдалась безлунной — тучи заволокли небо прочной пеленой, и весь пейзаж превратился в черно-белую картину. За исключением десятков ярко-желтых огней, сверкавших среди леса. Противник прочесывал лес после нашего «сигнала». Однако, большинство солдат кружили вокруг пепелища. Ни к нашему лагерю, ни к черному ходу в катакомбы они не приближались.       Сам потайной выход тайной лаборатории выглядел совсем невзрачно. Просто скалы, продырявленные несколькими пещерами. Скорее всего, раньше через них текли полноводные ручьи — балка между пещерами и кряжем, на котором расположился я с Торхильдом, походила на русло реки, занесенного валунами. Несколько полузасыпанных цепочек следов вели от крупного центрального прохода, что подтверждало указание в письме.       Кивнув, я начал спускаться с каменного кряжа. На далеком расстоянии даже черный плащ превращал меня в смутное пятно. Благо, среди россыпей темнеющих камней, не засыпанных полностью снегом, я выглядел как очередной валун. Снег шелестел под ногами, но ветер, гулявший среди скал, заглушал мои звуки.       Чтобы не выдать себя следами, пришлось дать большой круг и выйти к самому краю пещер. Счистив с сапогов налипший снег, я направился в темноту, скользя практически вдоль стены. Здесь, возле резкого поворота, был отмечен наблюдательный пост и ворота, а на контрасте со снегом меня легко заметили бы.       Ветер уныло гудел впереди, свистя через бойницы поста. Несколько викингов сидели в каменном мешке без какого-либо источника света. А рядом расположились ворота по привычному дизайну — железо, шипы…       «В верхней части стены отсутствует каменный блок для вентиляции. Вы должны пробраться там. Решетки нет, как и прочих ловушек, но оно узкое» — гласило письмо. Увидеть пробоину было сложно, но по гулу, идущему через нее мне удалось сориентироваться.       Прокравшись по самой стене тоннеля, я подобрался к воротам. Охраны рядом с ними не было. Либо не хотели привлекать собой внимание — ход же позиционировался как тайный, и если бы не карта в письме, то возможно я бы его и не нашел — либо просто сидят в тепле караулки. Их можно понять.       Холод железа пронизывал пальцы даже через перчатки, но я упрямо поднимался, стараясь не звенеть. Наблюдатели очень вяло подходили к своим обязанностям, если вообще находились на посту.       Застыв на верхнем шипе, я наконец увидел цель — провал темнел под самым сводом пещеры. Пришлось долго согревать замерзшие руки прежде чем начать взбираться по стыкам между камнями. Казалось, я потратил на это целую вечность. Надеюсь, Софир не сильно обидится на моё опоздание.       Отсутствующий блок был весьма узким. Это объясняет, почему его не заложили — ни один нормальный человек тут не пролез бы. Чтобы пробраться через щель, пришлось снять с себя и арбалет, и меч, и сумки, но я все равно едва не застрял из-за довольно толстого слоя зимней одежды. Несколько раз приходилось замирать, вслушиваясь в отголоски разговоров наблюдателей — было бы совсем плохо, обнаружь они меня застрявшим под потолком.       Однако, бывших Стражей не бывает — моих навыков хватило, чтобы пробраться и даже протащить с собой пожитки. Конечно, напяливать их на себя одной рукой практически на весу оказалось нетривиальной задачей.       На другой стороне спускаться было сложнее — вместо добротных, длинных железок приходилось опираться на крохотные заклепки — но мне и это удалось. Растворившись в темноте, я направился дальше по тоннелям. Коридоры, постоянные повороты, редкие звуки… Запоминать каждый из них было проблематично. Однако, точка встречи все же появилась передо мной. И почему Софир не могла придумать прохода попроще?       Два факела трепыхались от сквозняка — их отсветы плясали на стене поворота. В записке описывалось именно это место, вот только оно больше подходило для засады, нежели для разговора. Или же кто-то всерьез меня опасается.       Я поднял с земли камешек — в тоннеле их валялись целые россыпи — и подкрался к самому краю поворота. Два факела ослепят меня на пару мгновений, но есть способ выиграть их для выстрела. Размахнувшись, я аккуратно забросил камень в тоннель. Едва он стукнулся о противоположную стенку, я мигом высунулся из-за угла.       Два ярких факела размазали силуэт противника, но я быстро вычленил в сиянии круглый щит, плечи, арбалет и голову. Прицел мигом уткнулся девушке в грудь, пока та отвлеклась на звук и с заметным запозданием повернула оружие.       — Госпожа Софир? — уточнил я.       — Темный Мьельнир? — ответила она. Даже будучи под прицелом ее голос не дрогнул. Смелая или наученная? — Раз уж мы разобрались поняли кто из нас кто, может, опустим оружие? Вы ведь помните — у нас ваша девчонка и драко…       — Помню-помню, только не похоже, что вы очень сильно на нее надеетесь, — я медленно опустил арбалет, убедившись, что и Софир делает то же. — Иначе бы не вооружились до зубов.       — О вас ходит множество слухов, — холодно ответила девушка.       — Как будто о вашей семейке мало! — я специально держался с улыбкой, наблюдая, как Софир все сильнее и сильнее теряет инициативу. Она явно готовилась к какому-нибудь совершенно мрачному и немногословному типу. Несмотря на мое не самое лучшее состояние, я должен был действовать нетипично, и в итоге оказался совершенно доволен результатом. — Может, поделитесь секретом, отчего вдруг наследница дома Кемсонов, знаменитого своими ядами и кошмарным отношением к драконам, вдруг решила добровольно отдать предателю Империи его скрилла? Это ведь такой редкий дракон, почти все его внутренности можно пустить на что-то очень смертоносное, так почему, госпожа Софир?       — Это… Это личное! — бросила девушка. Надо еще чуть-чуть надавить, и она расколется. — И если вы все еще хотите спасти…       — Как будто я этого не сделаю без вас. Пока новость о вашей бесславной кончине доберется до палачей, я успею найти их и вытащить своего человека, после чего он без особых проблем проведет меня до Чека и к выходу. Не верите? Вокруг меня ходит достаточно слухов. Хотите проверить парочку из них? — глаза девушки забегали. В них вспыхнул гнев. Она растеряна, в какой-то мере напугана. Я прижал её.       — Блефуете. Если бы вы это могли, то убили бы сразу, — девушка повысила голос, пытаясь хоть как-то поправить свое положение.       — А как же удовлетворить любопытство? Не каждый день встретишь доброго Кемсона, готового в открытую пойти против самой Империи.       — Грр! Империя меня предала, и я хочу им насолить настолько сильно, чтобы они меня запомнили надолго. Вы и ваша рептилия — наиболее простой и действенный способ! И больше никаких вопросов! — рявкнула девушка.       — Большего мне и не надо, — улыбнулся я и в легком поклоне протянул руку. Бурная реакция Софир, ее очень правдоподобные эмоции, переполненные страхом нервы — все это подтвердило мои догадки о реальной помощи, а значит меня вряд ли ведут в засаду. — Как предпочтете вести: указывая путь впереди или ведя за руку?       Вздрогнув, девушка пошла впереди. Глубоко вдохнув, я заскользил следом.       Лаборатория оказалась на удивление близко. Крупные двери, окованные железом и утыканные остриями. Самое то для содержания дракона.       — Подождите тут, — Софир развернулась ко мне. — Я проверю все ли спокойно. Только прошу держать себя в руках, что бы вы ни увидели за этими или следующими дверями. Предупрежу сразу. Ваш дракон находиться в весьма плачевном состоянии, так что попробуйте держать себя в руках. Поймите, весьма сложно, будучи лучшим отравителем, удерживать тестового дракона в здоровом состоянии.       Глубоко вдохнув, я улыбнулся и плавно показал рукой на дверь, приглашая войти. «Держите себя в руках». Это она вовремя сообщила. Желание придушить ее за то, что она мучила Чека, возрастало с каждым моментом, и держать широкую улыбку было сложно.       Наконец, дверь снова приоткрылась, и Софир поманила меня за собой. Быстро она. Неужели никакой охраны нет и в помине? Похоже, Кемсонам реально надо помешать империи.       В зале было довольно тепло — в каминах, расположенных вдоль стен, тлели угли. За ними уже долго никто не следил. На столах лежали различные органы, слишком крупные для обычных животных или людей, и склянки с отравой. Если хоть что-то из Чека вытащили и положили сюда, на всеобщее обозрение, я скормлю Софир Архимеду — он помоложе скрилла, глядишь, и такую отраву переварит.       — Скрилла держат здесь, — девушка встала перед дверью, перекрыв проход. — Но там на часах стоят двое. Один должен быть на верхнем этаже. Его я возьму на себя. Ты зайдешь следом и разберешься со вторым, он на нижнем уровне.       Я только кивнул. Надеюсь, она не ошиблась в количестве врагов.       — Кто там? — раздался грубый голос из-за двери. Ответ Софир оказался заглушен шумом водопада.       После долгих минут, через щель раздался вскрик.Приоткрыв дверь, я проскользнул внутрь. Две большие чаши возле входа мягким рассеянным светом вырывали из полумрака большую пещеру. Столы с инструментами, ящики, возле которых стоял викинг с молотом и смотрел вверх, на платформу со стрелометом.       -…Визар, что там у тебя? — крикнул молотобоец, после чего получил болт в висок.       Больше врагов не было, и я бросился к единственному сокровищу в зале — к Чеку, лежавшему посреди озера под водопадом.       К дракону вели деревянные мостки, рядом с которыми угадывались очертания толстой цепи, тянущейся из воды к одной из лебедок. Чек, опутанный цепями, выглядел кошмарно — чешуя во многих местах потрескалась, сам скрилл осунулся, точно постарел. На мое появление он повел себя очень вяло.       — Потерпи, Чек, скоро все кончится, — пообещал я, срывая зажимы на наморднике — продолговатой конструкции из решеток, не дававшей дракону сильно открывать пасть. Наконец, холодные железки поддались, и я стащил, хоть и с трудом, проклятый намордник. Булькнув, он исчез под водой, а я кинулся к дракону.       — Знатно тебя потрепали, но мы идем домой. Скоро все закончится, и мы снова будет сидеть в нашем домике, трепать учеников за всякие шалости и отдыхать. Чек, ты меня слышишь?       Дракон угрожающе рычал и пытался отползти назад, но цепи мешали шевелиться. Рычал на меня.       — Спокойно, Чек, это же я. Ты меня не узнаешь?       Я осторожно стал подвигаться к дракону, протянув вперед руку. Что же они с ним сделали, если он даже меня не узнает?       Внезапно скрилл, перестав пятиться — цепи уже не позволяли отступать — бросился вперед, вцепившись мне в руку. Острые зубы проломили наруч и вошли в предплечье. Закричав от боли, я упал на колени. Дракон тяжело дышал, сверля меня немигающим взглядом — о чем-то думал.       Медленно выпустив мою руку, Чек подался вперед, виновато опустив голову. Я обнял дракона. Всё же признал, пусть и таким… способом.       — Тише, малыш, — вытря слезы рукавом, я стал гладить дракона по голове, не обращая внимания на рану и кровь, пропитывавшую шубу. — Сейчас мы пойдем домой. Ты снова увидишь Торхильда, Сиду, Беззубика…       Первая цепь, болтавшаяся на верхнем уровне, с грохотом раскрутилась и упала в воду. Теперь Чек, освободивший крылья, постарался прикрыть меня. Только сейчас я заметил, что когти скрилла были срезаны под корень. Обрубили, чтобы не мог отбиваться. Глубокое дыхание не глушило во мне ненависть к Софир. Хотелось прибить ее здесь и сейчас, но мы еще так и не выбрались из катакомб, и Сиду я не мог потерять.       Сама Кемсон появилась стреломета, едва раскрутилась вторая цепь.       — Я вам не мешаю? — издевка в голосе звенела громче шума водопада. — Может, вытащим твоего друга? Не смотри на меня так! Лучше вставай к рычагам у стены. Нужно выдвинуть твою ящерку из ванны.       Мне оставалось только кивнуть — я нуждался в помощи Софир, как никогда.       — Спокойно, Чек, — я погладил дракона по голове. — Мы скоро выберемся, а ее… С ней мы поквитаемся позднее. Я сейчас вернусь.       Софир уже ждала меня у барабанов лебедок. Она указала на раненую руку — красно-бурое пятно сильно разрослось.       — Ты так кровью не истечешь? Может, тебя перевязать?       — Чека бы кто перевязал!       — Говорила же, что делала что могла! И вообще, не о тебе забочусь! Если ты тут сдохнешь, то твоя ящерица попытается меня убить, и даже если ей это не удастся, то меня повяжут как изменницу. И все одно — вашей девчонке будет не легче.       В словах отравительницы была доля истины — если мне приходится держать себя в руках, чтобы не свернуть ее изящную шейку, то Чек при всей своей разумности действительно попытается поквитаться со своим мучителем. И если ему удастся, то плохо будет всем.       -…мог бы уже и заметить, что глаз мы ему не выкалывали, барабанных перепонок не протыкали, — продолжала девушка, накладывая бинт на цепочку узких ранок, перечеркнувших пунктиром разветвления алых молний. — Даже зубы на месте, органы тем более. Костей ему мы не ломали. Подумаешь, когти срезали! Они отрастают! Будь благодарен — предыдущий попавший сюда скрилл уже через день был разобран на органы и замаринован в меду. Хочешь, можем вернутся в ту лабораторию, я продемонстрирую?       — Ой, как я вам благодарен, что вы всего лишь травили его, — качнул я головой, отчего Софир помедлила перед тем, как наложить еще полосу бинта. — И мне нужен список.       — Список?       — Той дряни, которой вы его пичкали.       — Пусть пьет больше жидкости… Всё, вставай. Я закончила.       Наконец, нам удалось добраться до рычагов. Платформа не спеша поползла из-под струи воды к берегу, пока под водой не остался только хвост. Дракон, чувствуя свободу, зашевелился, звеня цепями.       — Перед тем, как его освободить… — Софир остановилась перед мостками. Я, предчувствуя какую-нибудь подлость, развернулся к ней. — Я лечу с вами.       — Ты охренела? — менять условия сделки на ходу — это уже верх наглости.       — А ты думаешь, я могу тут оставаться? — девушка показала рукой на трупы.       — Это уже твои проблемы. И Чек тебя не повезет. По крайней мере, снаружи.       — Проблемы общие. Еще не забыл что на кону? Если меня обнаружат, то казнят, а палачам Сиды будет как-то все равно, убили вы меня лично или косвенно. Да и как будешь снимать кандалы? — в руках Софир звякнула связка ключей.       — Она охренела! — всплеснул я руками и направился к дракону. Девушка так и осталась у края водоема. Подобравшись к скриллу, я приобнял его рукой и наклонился к ушным отверстиям. — Так, вот ту стерву нам пока нельзя есть. Иначе мы отсюда не выберемся, и Сиду они убьют. Ты ведь помнишь Сиду? Такую маленькую занозу, которая любит тебе чесать живот?       Чек угрожающе зарычал.       — Что? И ее съесть хочешь? Нет, это будет лишним — я тут ради нее с тобой изгаляюсь с этой девкой, а ты все мои труды хочешь по ветру спустить?       Дракон фыркнул, отворачиваясь.       — Так, я все прекрасно понимаю — вон та девка тебя тут обижала, но давай договоримся так — сейчас мы ей подыграем, а при следующей встрече обязательно съедим. Давай, это лучшее предложение из возможных.       Очень нехотя, качая головой, взвешивая все «за» и «против», Чек все же утвердительно кивнул.       — Вот и договорились. Только без глупостей. Я сам очень не хочу сорваться и выпотрошить ее, так что, пожалуйста, не провоцируй, — выпрямившись, я обратился к Софир, все также стоявшей у первых мостков. — Бросай ключи, он согласен.       Поймав тяжелую связку — Софир на удивление хорошо кинула — я раскрыл кандалы, серьезно помучившись над замерзшими петлями. Чек робко покачался из стороны в сторону, точно заново привыкая ходить, и шагнул к первому мостку прочь от платформы. Доски, приготовленные для человека, протяжно заскрипели и треснули.       Проваливаясь в воду, Чек с воем бросился вперед, обрушив следующий мосток и рухнув в озеро. Крыльями помогая себе, скрилл выплыл к краю водоема и взобрался на берег. Софир уже успела вооружиться копьем, спрятавшись за ящиками. Чек, стоя на задних лапах и расправив громадные крылья, злобно зарычал на отравительницу. И зачем эта идиотка схватилась за оружие?!       Бросившись по уцелевшим доскам, я выхватил арбалет и в мгновение ока оказался между соперниками.       — Дура, брось копьё! Сейчас же! Ты словно нарочно сдохнуть хочешь! — велел я, и после колебаний Софир рассталась с оружием. — Теперь выводи нас. Мы и так много времени потратили.       Девушка уверенно шла по тоннелям, освещая путь факелом. Несмотря на все повороты и раздвоения, она без тени сомнения выбирала правильный. По крайней мере такой, где не было и следов патрулей.       — Там находится один из постов. Там же лебедка для открытия ворот. Я пойду одна, меня не заподозрят, а вы оба… даже не вздумайте меня бросить.       — Да-да, иначе Сида то, вы ей сё. Иди уже! — Едва Софир растворилась в темноте, я шепотом обратился к Чеку. — Когда Сида вернется, шею сверну.       В ответ на низкий утробный рык, я добавил:       — Ладно, сначала ты её съешь, потом выплюнешь, я ей сверну шею, и ты ее снова съешь, чтобы все были довольны.       Скрилл замотал головой, высунув язык.       — Да ты просто никогда так не пробовал. Может, тебе еще понравится. Тихо, ты слышал?       До нас с Чеком докатился чей-то вскрик. Потом загремели ворота. Дракон, чуя свободу, уже шагнул вперед, но я схватил его за лапу.       — Спокойно. Я понимаю, тебе не терпится отсюда сбежать, как и мне, но прошу — подожди еще чуть-чуть.       Чек опустил голову пониже и немигающе стал смотреть в глаза.       — Загипнотизировать у тебя не получится. Ты этому так и не научился…       Договорить мне не дали — Софир вернулась довольно быстро. Похоже, договориться с охраной ей удалось с трудом — на это указывали многочисленные пятна крови на одежде. Впрочем, подобного я от девушки не ожидал. Кемсоны известны своими интригами, а не боевой подготовкой среди дочерей.       Девушка довела нас до самого выхода. Белый снег, покрывавший долину, немного слепил после темных катакомб.       — Отсюда уже можно взлететь, — уверенно заявила девушка. И откуда отравительница только может знать, какого размера площадка нужна для взлета дракона? Впрочем, мои предположения начинали все чаще и чаще подтверждаться.       — Не уверен, что Чек в состоянии поднять двоих. Из-за вас он сильно ослаб.       — Придется поднапрячься! Я вас вытащила, а теперь вытащите меня и сегодня же увидите свою девчонку! — Софир сделала шаг к дракону, но Чек оскалился и щелкнул зубами.       Обойдя дракона сбоку, девушка попыталась схватиться за спинной шип, но скрилл поднялся на задние лапы, не давая ей дотянуться. Подпрыгнув, Софир схватилась за шип на затылке дракона, и Чек легким мотанием головы скинул ее в сугроб, вновь щелкнув зубами.       — Ты-то чего стоишь? Как будто уже в безопасности! — зашипела девушка на меня. Похоже, я слишком широко улыбался, глядя на этот цирк.       — У Чека есть одна ма-аленькая особенность — есть всего один человек, которого он пустит на себя впереди меня. И новость для тебя — это не ты.       Подняв руку, я попросил дракона опуститься и, погладив чешую на шее, легко расположился на плечах скрилла.       — Я сяду сзади, — потребовала Софир, отряхнувшись от снега.       — Отказываюсь, — равнодушно ответил я. Никто еще, кому я не доверю, не зайдет мне за спину, а отравительница, при всех ее недостатках, тем более.       — У нас твоя ученица, и ты должен…       — Да ты ведешь себя так, словно вы ее давно уже скормили своей драной белой бестии. Чего тебе бояться, если я уже и так долго ведусь на наличие заложника? Мог же пристрелить как последнюю тварь еще при встрече. Так что полезай вперед — мне же нужно проконтролировать, что ты не спрыгнешь на скалы, или Чек не поджарит тебя разрядом. Тут уж я не успею тебя спасти от его мести.       Софир, долго борясь с чем-то внутри себя — может, страхом, может, гордостью — нехотя согласилась. Приняв мою помощь, девушка взгромоздилась впереди. Она пыталась усесться удобнее, но холодная скользкая чешуя и отсутствие шипов, кроме затылочных, мешали удержаться. Скрилл был для нее непривычен, но не сам факт полета на драконе.       — Он меня ими обязательно проткнет, — Софир указала на шипы перед ней.       — Он не станет. Боится, что меня заденет, — я быстро обнял девушку за живот, чтобы при старте она не свалилась, и, хлопнув дракона по шее, произнес. — Поехали, только не спеша.       Зарычав, и слегка покачавшись вверх-вниз, точно проверяя себя, Чек оттолкнулся лапами и подбросил себя взмахом могучих крыльев. Софир, несмотря на то, что от рывка съехала на меня, держалась довольно спокойно — ни паники, ни вырываний, ни криков. Для нее это далеко не первый полет. Мои опасения принимали все более реальный облик.       Чек держался хорошо — после длительного заключения и постоянных доз яда, дракон каждым взмахом бросал себя не только вперед, но и в стороны. Разогнавшись, скрилл расправил крылья и стал мягко планировать, подставляясь под струи ветра.       — Как ощущения? — поинтересовался я, хлопнув Чека по шее.       — Прекрасные! — ответила вдруг Софир. Лица я ее не видел, но голос звучал радостно. Она точно забыла, что летит на громадном монстре, который готов ее на клочки порвать. — Но сильно качает. Он не может лететь ровнее? — Я не с тобой разговариваю! — отрезал я. Девушка осеклась и замолчала.       Наконец, внизу сверкнул огонек. Костер разожгли в глубокой каменной долине — кроме как с воздуха его не увидеть. Позвав Чека, я указал ему на площадку. Скрилл с радостью — устал небось тащить меня и свою обидчицу — начал спускаться по спирали вниз. Олуховские всадники, кроме Торхильда, поддерживавшего огонь, и их драконы понемногу приближались из темноты. Пока мы приземлимся, они уже будут готовы нас встретить.       Посадка оказалась достаточно мягкой — Чек свалился на крупный сугроб, наваленный нашими товарищами. Софир, чуть не вырвавшись у меня из рук, едва не нанизала себя на шипы. Это было бы самым нелепым просчетом за сегодняшний день.       Несмотря на явный интерес к Чеку, девушка тут же поспешила спрыгнуть на твердую землю. Возможно, опасалась электрического разряда в пятую точку.       — Громгильда, свет! — велела Астрид, и ее злобный змеевик выпустил себе под ноги поток искр. Они прожгли сугроб и запалили открывшийся сухостой. Дергающееся, вялое пламя осветило поляну. Нас встречали почти всем составом, только Торхильд сидел у костра.       — Мьельнир, кто это? — в руках хмурой воительницы была секира. Вопрос был прямой, но мне не хотелось, чтобы после ответа началась мясорубка. Впрочем, Иккинг — парень толковый, удержит жену от ошибки.       — Это…       — Софир Кемсон единственная дочь и наследница семьи Кемсон, — Софир повысила голос, не дав мне закончить. — Я пришла говорить с Иккингом Хедоком Третьим по прозвищу Кровожадный от лица жителей острова Штормбрег.       — Ха! Говорить она пришла, — засмеялась девушка, пряча свою растерянность, и указала на имперку секирой. — Давайте свяжем ее и допросим.       — Заткнись! Я разговариваю с сыном вождя, а не с… — вот так хамить Астрид — прямой путь в могилу. Эта Софир, похоже, смерти ищет с тех пор, как мы освободили Чека.       — Да что ты о себе возомнила! — взбеленилась девушка, перекидывая секиру в правую руку и замахиваясь. От ее броска никто не мог скрыться. — Да я тебя…       — Астрид, хватит! — оборвал девушку Иккинг, схватив ее за руку. Астрид, прожигая его злобным взглядом, все же послушалась и медленно опустила оружие. Я даже облегченно выдохнул — нужно просто дотерпеть, пока эта стерва не скажет чего хочет. Всадник вышел вперед, прикрыв собой девушку, и обратился к Софир. — Прошу простить мою жену…       — Да что вы с ней церемонитесь? У нее в плену Сида и она пытала Чека. Как по мне кроме хорошего удара по голове она ничего не заслужила, — заскрежетала зубами Астрид. Она не отступится, пока добьется своего.       — Астрид, прекрати! Выслушай ее, — вмешаться пришлось и мне. Надеюсь, это не сильно помешает переговорам. Сигрид рассказывала, что в них важна каждая мелочь, а ненависть всадницы ко всему имперскому может завести нас в тупик.       Воительница все же замолкла, одарив еще и меня злым взглядом, но после выдохнула. Скорее всего заметила, что я разделяю ее мнение, но мне приходится подыгрывать отравительнице.       — Софир, пройдемте к костру. Там вы изложите, в чем цель вашего визита, — Иккинг указал рукой на разведенный недалеко костер.       — Конечно, — Софир с истинно королевским пренебрежением кивнула и направилась следом за молодым человеком.       Достав арбалет, я спрыгнул в снег — после того, что девушка нашинковала целый пост, нельзя было пускать все на самотёк. Чек, сливавшийся в полумраке, разросшемся, едва сухостой догорел, встал позади меня, ткнувшись лбом в спину.       — Да, я сейчас тоже ни капельки ей не готов довериться, — пробормотал я, провожая взглядом Иккинга и Софир. Астрид же сделала ко мне шаг.       — Надеюсь, у тебя есть веское оправдание, почему эта стерва сейчас здесь.       — Меня вынудили, но объясню все потом, а сейчас лучше побудь рядом с Иккингом. Я не доверяю этой Софир — она что-то недоговаривает, а еще может быть опаснее, чем кажется.       Астрид понимающе кивнула и, перехватив секиру, быстро поравнялась с мужем.       — Пойдем, Чек, приляжем где-нибудь. Отдохнешь, наконец-то, — погладив скрилла на щеке, я направился в сторону от костра — если я встану со спины от Софир, у меня больше шансов ее пристрелить, когда она бросится на Иккинга. Да и от волнения она может что-нибудь напутать, так проще поймать ее на лжи.       — Итак, с каким предложением вы к нам пришли? — расслышал я тихий голос Иккинга. Он сел, чуть подавшись вперед. Показывал заинтересованность. Астрид, сидевшая рядом, была все такой же хмурой.       Чек выбрал место сам, распластавшись на снегу. С меня же дракон потребовал сесть рядом с головой и положить на нее руку. Бедняга, настрадался, а на Олухе сейчас не отдохнешь как следует.       — Союз с империей? — пока устраивался и отвлекался на общение с драконом, пропустил ответ Софир. Довольно странно слышать от нее что-то, связанное с сотрудничеством. Пользуясь заложником, она уже нарушила наше соглашение, где не было указаний, что ее надо забирать на беседу с Иккингом. — Вы уверены, что можете говорить от лица императора Гронадара?       — Нет. Я предлагаю вам союз не с империей, а как раз против нее. И предлагаю я его от лица беженцев с острова Штормбрег.       — Штормбрег? Никогда о таком не слышал, — Иккинг посмотрел на Астрид, та лишь пожала плечами. Никаких островов с такими названиями и мне не приходилось встречать. Я взглянул на Чека, но и он только помотал головой, оставив на снегу полукруглую бороздку. — Да и чем нам могут помочь простые беженцы? И главное, почему за них говорит член одной из самых известных семей империи?       Прекрасный вопрос — без вразумительного ответа весь клубочек лжи Софир просто развяжется.       — Штормбрег — это большой остров на севере от империи. Право же говорить от лица его жителей я получила непосредственно от старейшины острова. Она передала его мне, поскольку не может явиться к неизвестным всадникам без соответствующей охраны.       — Боитесь? — с довольной улыбкой произнесла Астрид. Не стоило ей лезть со своими шпильками в разговор.       — Не доверяем, — согласилась Софир. Невозмутима. Этого и стоит ожидать от семейки интриганов.       — Как и мы вам, — подтвердил Иккинг. — Чем вы можете доказать чистоту ваших намерений?       — Думаю, за меня может говорить то, что я пошла против Империи и помогла вам вытащить скрилла. Мьельнир подтвердит, что вырываться нам пришлось с боем, идя против воинов империи, — Софир провела рукой по шубе. Как для нее удачно сложилось, что по пути оказались неподкупные охранники.       — Ха! Но при этом вы держите в плену нашу подругу. Хорошенькое понятие спасения, — Астрид сложила руки на груди. Меня передернуло — воительница вела себя слишком прямолинейно. Никто бы не вышел с нами «просто поговорить» без хоть какой-либо страховки. Между пленником и вооруженными телохранителями имперка выбрала самый простой вариант. Или просто единственный доступный?       — Страховка, — подтвердила мои слова Софир. — Да и никто не просил вас отправлять ребенка на такое опасное задание. Должна признать, она молодец, почти справилась с заданием, но все же попалась. Почему я думаю, что это была твоя идея?       — Да что ты о себе возомнила? — девушка вскочила с места. Еще немного и она бы бросилась на Софир. Отравительница положила руку на рукоять меч, висевшего на боку. Я поднял арбалет — вот только не ясно, в кого стрелять. Астрид могла все испортить, но Софир без проблем убьет обоих, оправдывая себя, что защищалась. И Сида умрет.       — Астрид, иди пройдись! — строго велел Иккинг. Воительница, бросив на отравительницу злобный взгляд, прошла мимо нее прямо в мою сторону. Она не бросилась со спины на Софир, не попыталась ее разрубить, и я с облегчением опустил арбалет на колени.       — Простите ее. Много всего произошло, — Иккинг вновь привлек внимание имперки к себе. — Итак, какие условия договора вы предлагаете?       Астрид, подходя ко мне, воткнула топор глубоко в снег и плюхнулась рядом. Девушку просто трясло от злости. Я положил ей руку на плечо:       — Выдохни. Это надо просто перетерпеть. Я понимаю, что после похищения Иккинга, ты будешь бросаться на всех имперцев, но сейчас нельзя давать волю эмоциям.       — Да как она смеет? — прошипела всадница. — И Иккинг… хорош муж — его жену смешивают с грязью, а он молчит.       — Это политика, тут свои правила. Сигрид бы рассказала подробнее, а от себя могу добавить только, что туда соваться не стоит без подготовки.       — И как только твоя принцесса-то со всем этим справляется? — Астрид все еще сидела подавленной, но ее руки уже не тянулись к секире. — Она не похожа на воина, но все равно способна указывать другим вождям их место.       — Чудом…       — А что ты имел в виду, когда сказал, что эта Софир Хренвам не та, за кого себя выдает?       — Я вот сопоставил пару мыслишек. Ледяной Клинок. Мы так и не знаем, кто это, но уверены в том, что он работает без других всадников — их ведь сейчас направили на Ореховец. Здесь же Торхильд видел белую бестию.       — Может, еще всадник?       — Вряд ли. Скорее, Ледяной Клинок следил, чтобы Чек не вырвался с корабля, а потом, чтобы не сбежал до того, как его закуют в цепи. Поэтому белая бестия тут и находилась с самой нашей последней встречи. Добавь к этому, что Софир неплохо сражается — она очень быстро вырезала наблюдательный пост. Там вряд ли было меньше двух-трех человек. По опыту знаю.       — Но разве они похожи? Ты точно хорошо помнишь?       — Пока я с ней общался в тоннелях, хорошо смог рассмотреть — рост у них одинаковый, да и телосложение схожее. Налепить ей маску на личико и укутать в белую шубу, то точно будет один в один.       — Не думаю, что Ледяной Клинок пришел бы сюда без дракона.       — Это не довод — и мне приходилось действовать без Чека, — я погладил притихшего скрилла. — Кстати, о драконах. Эта Софир вполне сносно с ними управляется. И без особых проблем может на них летать.       — Ну, ты Сигрид тоже учил летать. Может, и у него есть своя «ученица»?       — Не учил, а катал. Это две разные вещи. Софир очень уверенно держалась на Чеке. Ей точно одиночные полеты не в новинку. Всадница, хороший воин, хозяйка белой твари — это Ледяной Клинок.       — А как она получила своего дракона? Он не местный.       — Путей много — она могла наладить контакт с другими белыми всадниками во время какой-нибудь экспедиции своей семейки. Кемсоны не брезгуют пускать корабли вдаль ради какой-нибудь отравы или чего поинтереснее, а приручить, могла, накачав какой-нибудь дрянью. Мало ли у них дурмана в закромах?       Астрид явно воспрянула духом. Похоже, теперь она точно попытается убить отравительницу. Я попытался вслушаться в разговор Иккинга с Софир — за разговором с подругой и так много пропустил.       -…только после возвращения Штормбега, — безапелляционно и твердо заявила имперка.       — Боюсь, так не пойдет — никто не может гарантировать, что вы выполните свои обязательства. Откуда мы можем быть уверены в успехе вашей миссии по освобождению острова? — Иккинг развел руками, а Софир придвинулась чуть ближе.       — Тогда в качестве доказательства наших намерений, мы условимся, что Ледяной Клинок не встанет на вашем пути. Более того, в случае чего он окажет вам всю возможную помощь.       — Если мы ее прикончим, то Ледяной Клинок нам точно мешать не будет! — крикнула Астрид. Я ее тут же одернул:       — Не стоит ей сейчас угрожать. Давай, мы убьем ее после возвращения Сиды? Чек уже застолбил себе, что съест ее, а я — что придушу. У тебя еще есть богатый выбор, что с ней сделать.       — Тогда я лично буду толкать ее Чеку в глотку. Он заслужил скромную месть, — скрилл довольно заурчал. Ему, небось, не терпится уже.       -…И вы можете быть уверены в этом потому что? — Иккинг очень дипломатично повел себя, сделав вид, что не слышал слов жены. Хорошо, хоть он еще может сохранять самообладание сегодня.       — Потому что, этот воин один из беженцев с Штормбрега. Империя вынудила его сотрудничать в обмен на безопасность его людей, но теперь Гронадар заключил соглашение с его врагами, и Ледяному Клинку ничего не мешает обратить оружие против империи.       — Похоже, твоя теория накрылась, — заявила Астрид, скрестив руки на груди.       — Ничего не мешает все свалить на тех, до кого мы не можем сейчас добраться, — флегматично заметил я.       Иккинг, закончив разговор с Софир, вежливо кивнул девушке и направился к нам.       — Астрид, ну кто тебя за язык тянет все время? — спросил всадник, садясь рядом с женой.       — А вот ты… — девушка стала распаляться. Пришлось резко перебить обоих, пока скандал не перешел в рукопашную.       — Давайте ближе к делу — чем быстрее Сида вернется, тем лучше для нас всех.       — О Сиде… — Иккинг замялся. Я чуть на него не набросился. Что с ней? Казнили? Убили охранники? Дракон слопал, пока ждал хозяйку? — Они хотят, чтобы мы приняли одно соглашение. И шантажируют Сидой. Если вкратце, то шторбреговцы хотят отвоевать свой остров, и им нужна наша помощь в этом.       — Обойдутся — у нас у самих под боком целый флот, не говоря о том, что кроме всадников почти никого и нет. Дробить единственную силу нельзя. И да, мне очень жаль Сиду — она хорошая всадница, но ради нее нам не стоит влезать в подобные авантюры, — заявила Астрид, отвернувшись от меня.       — В тебе говорит обида и ревность, — брякнул я, не подумав.       — А ты думаешь только о Сиде сейчас.       — Так, успокойтесь оба, — на этот раз Иккингу пришлось нас разнимать. — Да, от нас потребовали помощи, но ни один из нас не знает, когда конкретно они начнут поход. Скорее всего, мы успеем справится с флотом до того, как нас попросят помочь.       — А сколько всадников они потребовали?       — Не сказали. Конечно, вряд ли мы им сможем предоставить много, но они будут рады любой помощи — у них же только один всадник. В договоре довольно много дыр, которые мы можем использовать себе на пользу, и я считаю, что мы должны согласиться.       — Я поддерживаю. Астрид?       — Я против. Они без проблем предадут нас или сделают какую-нибудь пакость. Чек, чего молчишь?       — Он знает, что если мы согласимся, то он быстрее встретится с Софир, а у него на нее большие планы, — я почесал скрилла, который довольно заурчал и облизнулся.       — Пусть будет так. Мы согласимся на их условия, — Иккинг поднялся и отряхнул снег со штанов.       — Торхильд, отойди от нее! — крикнула Астрид, вскакивая на ноги. Я, поглощенный разговором, даже не заметил, как ученик подобрался в девушке.       Софир испуганно обернулась, но тут же приняла степенный вид. Мальчик быстро отковылял в сторону. Надо будет уточнить, что он успел выведать. Погладив Чека по голове, я направился вместе с остальными всадниками к Софир.       — Мы согласны на союз, — заявил Иккинг. — К сожалению, у нас при себе нет бумаги чтобы…       — Ничего! — поспешно сообщила Софир. — Слова Темного Мьельнира и сына вождя вполне хватит.       — Хорошо. Раз так все получилось, вы теперь отпустите Сиду, — потребовал я, выйдя вперед.       — Конечно, — быстро кивнула девушка. — Кто из вас подбросит меня до места, которое я укажу?       — Чек еще слишком слаб, и мне бы не хотелось снова его нагружать.       «Тем более, он может подумать, что это как раз „вторая встреча“, которую он так ждет» — но этих слов я не говорил. Зачем портить сюрприз в будущем?       — К моей Громгильде она не подойдет, — заявила Астрид, вставая между Софир и голубым змеевиком.       — Тогда остается подвести ее нам с Беззубиком. Как ты, брат, согласен?       Софир чуть не подпрыгнула от радости, но фурия не разделяла ее настроя. Черный дракон прижался к земле и оскалился, едва отравительница подошла ближе.       — Что ты, брат? Мы теперь на одной стороне, — слова Иккинга не подействовали.       — Беззубик легко распознает гадин, — ухмыльнулась Астрид. Ей доставляло это невыразимое удовольствие.       — Возможно, ваш дракон чует на мне запах морозника, — отравительница была явно разочарована. Еще бы, ей не дали полапать ночную фурию. — Мне что, пешком идти?       — Раз выбора нет, — вздохнул я — вот сейчас могут возникнуть проблемы, — тогда придется Че…       — Давайте мы с Пламенем ее повезем! — подал голос Торхильд. Парень стойко выдержал взгляды всех присутствующих, включая драконов. Переглянувшись с Иккингом, я увидел, как он кивнул. Надеюсь, он понимает, что делает — Софир ничего не помешает взять новых заложников.       — Хорошо, Торхильд. Пусть повезет Пламя. Уважаемая Софир, вы не против?       — С моей стороны возражений нет, — кивнула девушка. Мне показалось, она испытала облегчение, что ей выпало лететь с мальчиком.       — Тогда летим. Астрид, Мьельнир к нашему возращению будьте готовы сразу покинуть остров, — приказал Иккинг, прежде, чем Беззубик унес его в небо.       Архимед, внимательно слушавший разговор и отчетливо разбиравший имя своей всадницы, устремился следом за фурией. Пламя чуть замешкалась — Софир потребовалось больше времени, чтобы разместиться за резным седлом-троном.       Набрав высоту, змеевик поравнялся с другими драконами и растворился в темноте.       Чек, подобравшийся сзади, свалил меня в снег и лег сверху. Я не сопротивлялся — Чеку надо было расслабиться. Возможно, это поможет ему сохранить рассудок после пыток в катакомбах.       Астрид, взглянув на нас, только покачала головой и стала собирать немногочисленные пожитки.              

***

             Три дракона, заложив круг, поочередно спускались. Утреннее солнце должно было подсветить их силуэты в небе. Большая вероятность, что нас могут выследить по ним. Стоит поторапливаться с отлетом.       Архимед вернулся не пустым. На его спине легко угадывались очертания маленькой идиотки, рискнувшей проникнуть в катакомбы. Однако… я был настолько рад, что не собирался ее наказывать. Наверняка, она уже получила достаточно опыта и поняла, почему приказы не стоит нарушать.       Первым на землю спустился Иккинг. Астрид мигом оказалась рядом с ним. Пока ждала его, вся измоталась — боялась, что Софир с ним что-нибудь сделает, пока он только под защитой Беззубика и калеки-Торхильда. Я не стал мешать паре выяснять отношения и стал ждать приземления Архимеда, прикидывая, как же все-таки наказать нерадивую ученицу. Она нарушила прямой приказ из-за собственной «хотелки», однако, это позволило нам без особых проблем вытащить Чека. Двойственная ситуация…       Сида слезла следующей — она осунулась, сгорбилась. На красном от мороза лице застыла гримаса страха. Неужели Софир так жестоко с ней обращалась? Ничего, отравительница еще получит своё. Я направился к ней, может, удастся ее успокоить, но прежде, чем мне удалось сделать хоть шаг, к девочке приблизился Чек. Скрилл возвышался над всадницей и ее драконом, опираясь на травмированные крылья. Сида, вместо того, чтобы радостной броситься к другу, стояла как вкопанная, опустив голову и вздрагивая.       Архимед подался вперед, собираясь закрыть собой всадницу, но Чек щелкнул зубами, и змеевик отскочил назад, прикрывшись крыльями. После такого я сам замер — что на Чека нашло? Такое с ним впервые.       Скрилл, отпугнув защитника девочки, опустил к ней голову и зарычал. Похоже, он не шутил, что хочет и ее вместе с Софир сожрать. Сида сжалась и что-то тихо залепетала, но грозный рык заставил девочку зажмуриться.       — Чек, не на… — начал было я говорить, но скрилл резко меня перебил и вновь вернулся к своей жертве.       Всадница старалась не шевелиться, когда дракон опустил над ней голову. Чуть качнувшись, она пролепетала что-то невразумительное — я был слишком далеко, чтобы разобрать.       Чек коснулся лица девочки кончиком языка. Это была не дегустация. Он целенаправленно возил языком от подбородка до скул, совершенно сбив с толку как маленькую лазутчицу, так и меня. Едва девочка расшевелилась, осознав, что не стала обедом, Чек прижал ее крылом к себе и заурчал.       Сида обняла дракона и заплакала.       — Что на них нашло?       — Вот и мне интересно… — пробормотал так и не спешившийся Торхильд.       — Что? Тебя она даже не обняла?       Мальчик кивнул и после паузы добавил:       — Сразу к Архимеду бросилась. Как и обычно.       — Не расстраивайся, — буркнул я, не отрывая взгляда от Чека с Сидой. Они продолжали обниматься, причем теперь всадница выглядела гораздо лучше, чем до встречи с драконом.       — Да! — мальчик стал расстегивать куртку, пока не выудил из-под нее небольшую бутыль и не передал мне. Внутри матового стекла виднелась белесая мазь. Где Торхильд ее раздобыл? — Сказали, это поможет Чеку от судорог, и еще Софир просила передать, чтобы ты давал Чеку… Может, не надо сразу выбрасывать! Вдруг они не врут? — мне пришлось опустить бутылку, которой я только-только размахнулся, и ученик продолжил. — И давать Чеку настойку вероники по вечерам. Сказала, это выведет яды. Может… — мальчик запнулся, — Софир не такая и злая?       — У нас тут нет добра и зла. Есть только те, кто хотят нас прикончить, и те, кому это сейчас не выгодно. И я рассказывал тебе о замедленных ядах.       — Боюсь, отсутствие Чека на вас очень плохо повлияло.       — Не могу не согласиться.       — По прибытии на Олух вы были дружелюбнее.       — Спорное утверждение, — я направился к скриллу. Нам пора улетать.       Наконец, Чек отпустил Сиду, которая тут же оказалась передо мной. Девочка тут же стушевалась:       — П… Простите, я ослушалась. Я… я… я так больше не буду…       — Глупышка, неужели ты думаешь, что я отправил бы тебя, не зная, что ты обязательно попытаешься проникнуть внутрь?       — А? — лазутчица тут же встрепенулась. — Мьё, ты это все подстроил? Ты слишком жестокий! Знаешь, как я там настрадалась? — взглянув на Торхильда, Сида добавила. — Можно, я не буду рассказывать?       — Я думаю, время для этого еще не пришло, — я обнял ученицу и прошептал ей на ухо. — Но, но Олухе составишь полный отчет с глазу на глаз по часам…       — Мьё!       — И обними, наконец, Торхильда. Пока ты бедокурила по катакомбам, он все это время переживал и винил себя в произошедшем. Теперь иди и успокой его.       Внезапно Чек резко фыркнул и оскалился, глядя в сторону скал. Это могло означать только одно — время вышло.       — Ребята, у нас гости! — заявил я, забираясь на скрилла. — Живо по драконам и в небо!       Олуховцам не пришлось говорить дважды, и мы очень скоро летели нестройной группой в сторону Олуха.              

***

             Олух нас встретил не очень радостно.       В гавани кипела жизнь — люди вручную и с помощью драконов грузили многочисленные драккары скарбом. Среди старых посудин, уцелевших после весенней бойни, виднелись и новые корабли. Скорее всего, их мастерили прямо из бревен пустовавших домов.       — Да что тут за вашу мать происходит? — уместила общее непонимание в одну фразу Сида и тут же уточнила конкретным вопросом. — Куда они все собираются?       Узнать это можно было только у самого вождя.       Возле Большого Зала никого не было — практически все жители занимались погрузкой. Беззубик, навалившись на дверь, распахнул обе створки, разогнав полумрак пещеры. Вокруг очага стояло только трое — Стоик, его брат из Ореховца и вездесущий Плевака. Заметив второго вождя, я сразу передумал входить в зал, но положение Олуха выглядело критическим, и мне надо было присутствовать на военном совете.       Стоик, увидев в дверях Иккинга, мгновенно растолкал всех присутствовавших и обнял сына.       — Что тут происходит? — обеспокоенно спросил Иккинг отца, когда его наконец, отпустили.       — Империя покончила с Ореховцом и сейчас направляется к нам, — хмуро заявил викинг, опустив голову. — Не меньше четырех десятков крупных кораблей. Наши лоханки им не ровня, и числом мы сильно уступаем.       — И поэтому мы эвакуируем Олух? Но куда?       — На север. Там раньше встанет лед, и скует их корабли, тогда мы получим передышку и сможем уйти еще дальше. Если…       — Если что? — вспылил Иккинг.       — Если успеем убраться отсюда!       — Этот старый хрыч ждал вас, не хотел уходить, — заявил Плевака. — А империя приближается быстро.       Дело принимало крайне неприятный оборот. Когда прибудет флот, погибнут все. Горстка викингов не остановит армаду кораблей даже с помощью драконов. Нужно сделать хоть что-то!       — Я постараюсь выиграть достаточно времени, чтобы вы могли уйти подальше, — сообщил я. — Но мне потребуется помощь.       Замолкли все. Брат Стоика даже поперхнулся.       — Да как ты вообще это сделаешь? — кашляя, спросил приезжий викинг.       — Сорок кораблей — весьма большой флот, и управлять им сложно. Каждому кораблю потребуется значительное место для маневра. Этим мы и воспользуемся, громя судно одно за другим, пока имперцы не перестроятся. Рискованно, но при должной сноровке, нам удастся затопить несколько кораблей. Потом они сбросят скорость, чтобы не врезаться друг в друга. Не говоря о том, что какие-либо корабли нам удастся отвести от общего строя. Мне нужны для этого несколько учеников…       — Что?! — рассвирепел вождь Ореховца, ударив обеими руками о стол. — Да он просто поведет всех в мясорубку! Самому небось не важно, сколько наших поляжет…       — Да будь такая возможность, я бы один вышел на бой, — крикнул я. Нервы совсем сдавали за последний месяц, — но ни я, ни мой дракон не могут сражаться, а опыт крушить корабли с воздуха у меня есть. Все, мать его, полгода я делился им с учениками, готовил всадников для этого дня! Вот для этого, когда империя вновь вспомнит о этом, чтоб его, островке! Я знаю, на что способен каждый ученик. Знаю, что они могут забросить гранату из пике прямо в трюм и не дать подстрелить себя из арбалета! Большего нам и не надо!       — Да ты с ума сошел! Невозможно справится с такой мощью! Я еще не напомнил о белых всадниках!       — Их возьмут на себя старшие. Астрид вместе с остальными учителями уже имеет опыт сражаться с ними. Если не убьют, то хотя бы отвлекут. А что предлагаете вы? Сразиться с ними всеми на воде, когда флот Олуха едва отойдет от острова?!       Предводитель морской крепости положил руку на топор, висевший за поясом. Я, в свою очередь, напрягся и приготовился выхватывать метательный нож. У викинга кончились аргументы — либо мы с высоким риском ударим вдали от острова, либо гарантированно погибнем все рядом с ним.       Стоик долго размышлял, пока я с его братом сверлили друг друга злыми взглядами.       — Созывай учеников. Бери столько, сколько надо, — заявил наконец, вождь Олуха, прервав долго молчание. — Всем остальным… на корабли. Заканчиваем погрузку и уходим.              

***

             Юные всадники стояли по тройкам, как были приучены на занятиях. Драконы ждали их снаружи арены Академии. Самому старшему едва исполнилось шестнадцать, а младшему — двенадцать. И эти дети должны будут идти на жестокий риск, чтобы корабли Олуха успели покинуть остров и уйти достаточно далеко, чтобы их не догнали.       — Впереди — враг, — начал я. Слова выходили четко, но давались мне с трудом. — Он идет, чтобы уничтожить всех на Олухе. Сегодня вы должны показать всё, чему учились. Бой будет страшным. Это далеко не тренировки на острове. Да, для многих сражение будет слишком тяжелым — никто не будет вас винить, если вы останетесь и продолжите помогать флоту собираться, тащить силком в бой тоже не будем, а потому… Добровольцы, шаг вперед!       Позади осталось только четверо. Четверо всадников считали себя недостаточно подготовленными. Благоразумие или трусость? Сложно ответить. Я же не винил их — меня самого терзали сомнения о состоянии остальных двадцати шести юных олуховцец. Мне бы еще год или хотя бы полгода, чтобы приготовить ребят к схватке за свой остров… Однако, наше время истекло.       — Летим налегке — драконы не должны измотаться до боя. Берите как можно больше гранат и дротиков. У вас полчаса на сборы. Собираемся у кузницы. Марш!       Дети послушно разлетелись, пользуясь выделенным временем, оставив меня на арене одного. Судьба не оставила мне выбора. Надо радоваться уже тому, что нам посчастливилось прибыть к собранным кораблям, а не к пепелищу. Опустив решетку, я напоследок прошептал, направляясь прочь из Академии:       — Да помогут нам боги…              

***

             Дорогая Сигрид.       Благодаря твоим усилиям, мы выручили Иккинга и спасли Чека. Он ранен, но держится на крыле. Возможно, длительный отдых сможет подправить его здоровье.       Несмотря на наш успех, это мое последнее письмо. Императорский флот повернул от разрушенного Ореховца к обескровленному и слабому Олуху. Вождь Стоик уводит своих людей на север. Мне и другим всадникам выпала задача сковать имперцев, чтобы олуховцы могли сбежать как можно дальше. Этот план оказался обречен на неудачу.       Разгромив передовой дозор флота без каких-либо помех, мы вышли к головным кораблям, где нас встретили белые всадники. Завидев вдали пожар от горевших разведчиков, они поднялись к облакам и напали сверху. Им удалось прорваться через заслон учителей и зажать учеников между собой и стрелометами имперцев. Противник уступал нам в числе, но сильно обгонял по подготовке. Их крылатые монстры дышали холодом.       В этом бою мы потеряли пятерых хороших всадников. Среди них Торхильд — дротик пробил Пламя насквозь, когда она пыталась оторваться от преследовавшего их монстра — и Сморкала. Как старший, он набросился на самого крупного противника, но не справился. Я почти уверен, это только начало наших потерь. Мне нужно было больше времени для подготовки новых всадников, и я не справился даже с этим.       Мне пришлось смотреть за этой бойней издалека — Чек все еще не готов к бою. Осознав, что схватку нам не выиграть, я велел отходить. Нас не преследовали. Ныне меня терзают сомнения, правильно ли я поступил? Правильно ли я распорядился? Возможно, усилив натиск, нам удалось бы сломить белых и лишить корабли поддержки?       Теперь наш флот движется на север, и я с ними. Шансов уцелеть у нас ничтожно мало — империя все еще у нас на хвосте, из защитников у нас только дети, подавленные поражением — потому не хочу терзать тебя надеждами и вынуждать ждать меня. Надеюсь, ты меня поймешь.       

Прощай.

      

Твой Темный всадник.

                    Свернув письмо в тугую трубочку, я вложил его в кожаный тубус, привязанный к лапе Сэнди. Ощущая смещение баланса, дракончик недовольно зафыркал и задергал лапкой, порождая в нетвердом свете огарка фантасмагоричные тени.       — Не дергайся, это ненадолго. У Сигрид тебе все равно живется лучше — как-никак дворец, а не наши трущобы, — взяв жуть на руки, я вышел из-под навеса на корму самого крупного судна Олуховской и выпустил дракона в воздух.       Сэнди, затрепетав крылышками, резво направился вдаль от корабля. Надеюсь, хотя бы с ним все будет в порядке. Проводив жуть усталым взглядом, я вернулся под навес, где кроме меня располагались Чек и Сида с Архимедом. Стеклянные глаза девочки дырявили пол. Я сел рядом с ней, и Сида положила мне на плечо голову — слишком устала даже для того, чтобы плакать.       Караван продолжал путь на север, к вечным льдам.