На своей стороне

Малый тренировочный зал оказался занят, и Кир недолго думая зашёл в соседний — маты там тоже были, а голопроектор им был не нужен. Андрей послушно скинул ботинки и расположился напротив киборга. Кир встал в стойку и начал объяснять: — Если нападает киборг — твоя задача бежать до ближайшей семёрки. А вот если человек, тут многое зависит от того, кто перед тобой. Ну, например, если Королёв — то тоже беги, а если Лена — можно попробовать оглушить. — Я не буду оглушать Елену Дмитриевну! — возмутился Андрей. — Женщин бить нельзя! — Да? — озадачился Кир. Последним сержантом в их части, занимающимся тренировкой личного состава, была как раз женщина, и её гендерная принадлежность не мешала ей укладывать новобранцев штабелями. — А почему? — Потому что они женщины! — понятно объяснил Андрей. — Ну ладно, — не стал спорить Кир. — Представь себе любого человека, твоя задача — ударить первым. Успел — победил, не успел — умер. Бить надо по болевым точкам. Например, под коленную чашечку… Кир показал, остановив ногу в паре сантиметров от колена человека. — … или лицо… нос… глаза… солнечное сплетение… трахея… под локтевой сустав… основание шеи… Кир методично перечислял все точки, параллельно нанося псевдоудары и поясняя: — Болевой шок… неподвижность… частичный паралич… так можно убить… По мере демонстрации, глаза у Андрея становились все больше, и он потихоньку пятился от киборга назад. — Кир, подожди, я всё равно не запомню, — жалобно попросил Андрей, почувствовав спиной стену. — И я не хочу никого убивать или это… парализовать. У меня не получится. — Почему не получится? У всех получается. — Кир вспомнил, какое на военную базу иногда приходило пополнение, и пояснил, почти не преувеличив: — Я участвовал в тренировках личного состава, а там и послабее тебя встречались. Все учатся. — Ты учил солдат драться? — Ну, можно и так сказать, — осторожно подтвердил Кир, решив не уточнять, что учил не он, а об него. — Ты не волнуйся, я знаю, как правильно. — А можно тогда как-то попроще? Просто ударить. — Э?.. — Кир честно попытался выполнить указание человека и найти в справочнике «просто удар». Такого понятия не было, и Кир плюнул на программу. — Ладно, вставай напротив и бей. — Куда? — Бей в голову. — Кир посмотрел на напряжённого ученика и уточнил: — В мою. — А если попаду? — испугался Андрей. — Куда попадёшь? — изумился Кир. — Бей давай. Последующие пятнадцать минут показали: человек может упасть, когда бьёт; запутывается в своих ногах и тоже падает; не может долго удержаться на одной ноге и опять падает; путает право и лево; может о чём-нибудь задуматься; зажмуривается и принципиально не смотрит на своего врага. — Андрей, — терпеливо, в сотый раз начал Кир. — Ты должен видеть, куда бьёшь. Всегда. Рука идёт вслед за взглядом. Зафиксируй взглядом цель и бей. Это же несложно, я стою неподвижно. — У меня не получится. — Андрей безвольно уронил руки. Он уже сомневался, что ему нужна эта пытка. А ещё немного волновался, что если он будет часто падать головой об пол, ценные научные мысли могут оттуда выскочить, и диссертацию написать так и не получится. — Зря мы всё это затеяли. — Ты вниз хочешь? Андрей замотал головой. — Тогда бей! Андрей широко распахнул глаза, напрягся и, собрав всю силу воли, ударил, целя Киру куда-то в лоб. Киборг едва уловимо подвинулся вперёд, подставляя под удар щёку. Кулак мягко ткнулся в лицо, но не успел Кир обрадоваться, как оказалось, что результаты эксперимента по поднятию самооценки начальника учебного центра превзошли все мыслимые и немыслимые ожидания. Андрей отскочил в сторону, зажмурился и затараторил: — Я тебя ударил, да? Там кровь, да? Я что-то сломал? Надо врача! Надо срочно врача! Господи, что же делать-то?! Кир испуганно провёл рукой по щеке и, ожидаемо не обнаружив крови, сверился с программой: повреждений тоже не было. — Андрей! Да нет никакой крови! Меня нельзя так просто поломать! — И, вспомнив, что Королёв говорил про запрет бить киборгов, сообразил, что человек боится наказания за нарушение правил: — Я никому не скажу, не бойся. — Точно нет? — жалобно поинтересовался Андрей, уловив главное. Приоткрыл один глаз и повернулся к киборгу. — Тебе больно, да? Я сильно ударил? — Нет, киборги не чувствуют боли. И ты хорошо ударил, правильно. Но надо чуть резче. Попробуешь ещё? Андрей уставился на Кира со священным ужасом в глазах. — Ну ладно, — смирился Кир. — Давай попробуем упражнения на координацию. Тебе её надо как-то починить. Встань так. Кир легко изобразил ласточку, расположив тело параллельно полу: это у него получалось без активации системы стабилизации, а значит, и люди так могут. Но либо этот человек был каким-то очень альтернативным подвидом Homo Sapiens, либо Кир переоценивал способности людей, но, судя по тому, как Андрей стоял, его ласточка только что перенесла долгий перелёт в грозовую ночь и была явно не очень здорова. Кир, оценив, как трясётся опорная нога, а все тело колышется, угрожая в любой момент завалиться на пол, сообщил: — Десять минут. Потом меняешь ногу. Андрей застонал, начиная понимать, что разумные киборги отличаются от неразумных собратьев редкостным садизмом. Конкретно этот киборг — точно! Кир на всякий случай встал рядом, готовясь поймать человека, если тот надумает рухнуть. Десять минут простоять не удалось, уже через три Кир, опасаясь за самочувствие ученика, скомандовал поменять ногу, а ещё через две ­— отдыхать. — Ну почему я не киборг! — прохрипел Андрей, валясь на пол. — Киборгом быть не очень, — утешил Кир, опускаясь рядом. — Ты можешь мне приказать, и я не смогу не выполнить. Это… противно. — Ты хочешь быть человеком? Кир посмотрел на ярко-бордовое лицо парня и мотнул головой: — Нет. Но я бы хотел быть там, где нет людей. *** Выходные закончились, не успев толком начаться. В следующей партии привезли почти триста киборгов, и разбудить их надо было за пять дней. Тем более, к станции летело ещё два транспортника, под завязку набитых транспортировочными модулями. Офис уже работал как круглосуточный конвейер непрерывного производства: люди уходили только поесть или поспать (а иногда не уходили, оставаясь спать в офисе), на их место приходили другие, принимая эстафету по приёму новеньких, и так по бесконечному кругу. В офис согнали всех, кто не был занят работой с предыдущей партией, даже пилотов, временно отменив полёты. Кир, уверенный, что его уже ничем здесь удивить нельзя, с искренним изумлением узнал, что под пилотами Королёв понимал не только человеческую девушку с зелёными волосами, но ещё и одного DEX`a и Mary. Но самое поразительное — киборги тоже считали себя пилотами, и люди совершенно не стремились разрушить их иллюзии. Отмахнувшись от посторонних мыслей, Кир попытался сосредоточиться на развёрнутом экране. Шли третьи сутки работы, и буквы окончательно перестали складываться в слова, размываясь невнятным текстом по вирт-окну. С приходом новой партии работа усложнилась: требовалось не только «разговорить» киборгов, но и, анализируя личные дела, понять, в какую роту определить, какую работу предложить, чем заинтересовать. И всё это на сухих строчках техкарт: использовался там-то, привлекался к тому-то, повреждения такие-то, степень износа такая-то. И мозг у Кира откровенно бастовал, требуя отдыха. Рыжий, в отличие от людей, спать ещё ни разу не уходил, и Кир, упрямясь, — он не хуже! — тоже. Полчаса назад Кир запустил программу короткого сна, но стало только хуже — десяти минут мозгу явно не хватило, зато он вспомнил, что такое отдых, и отказался работать окончательно. В армии, когда приходилось бодрствовать больше обычного, Кир мог спать даже на бегу, передав управление процессору, но сейчас это был однозначно не выход: никакая программа не разберётся, куда определить новенькую трёхлетку, последние полгода проведшую в зоне военных конфликтов. — Кирюх, посмотри-ка на меня, — заинтересовался неподвижно сидящим киборгом Димка и, оценив осоловелые голубые глаза повернувшегося блондина, скомандовал: — Кирилл, иди спать сейчас же, это приказ. Кира, ты там как? Живая? — Как огурчик, я же только пришла, — отрапортовала сидящая за соседним столом пилот. — Прикольно начинать рабочий день в три часа ночи. — Тогда смени Кирюху, — попросил Димка, у которого рабочий день тоже начался в три ночи, правда, это была прошлая ночь, и, удивлено проводив взглядом упавшего на ближайший матрас киборга, поинтересовался: — А чего не в каюту-то? Но процессор вопроса не распознал, а Кир уже спал. Димка устало вздохнул и опять уставился на сидящую напротив шестёрку. — Так парень, ты меня достал, сорок минут c тобой вожусь! Я уже сутки на ногах, и сил у меня на тебя больше нет. Иди в третью роту, твоя каюта номер пятьдесят четыре. До девяти утра спишь, потом за тобой ротный придёт. Выходить из каюты до девяти утра запрещено. DEX, проводи этого… тоже DEX`a в третью роту. Статус «С». Семёрка тут же встала за спиной новенького киборга, отрабатывая протокол: статус «С» получали «молчуны» с высокими результатами сканирования — самая высокая степень опасности. Димка тоже поднялся и потянулся. — Так, народ, я тоже пойду, посплю немного. Если что, вызывайте… Эй, DEX! Который шестёрка… надо вам номера сразу присваивать, а то дурдом какой-то… ты есть хочешь? Замерший на выходе киборг посмотрел равнодушным взглядом на нового хозяина и подтвердил: — Энергодефицит составляет шестьдесят два процента. — Не хило. Дэн, надо бы поменять порядок, кормить их сначала, что ли, а то я забываю. — Димка подошёл к чайному столику и вытащил из шкафа две банки сгущёнки. — Лови, DEX. Серёга, давай ты проводишь, и заскочите в столовку, выдай кормосмеси хотя бы. Темноволосый пилот кивнул и поднялся со стула. Димка, делегировав заботу о новеньком, тут же потерял к нему интерес, зато заинтересовался спящим в двух метрах от него киборгом. Кир лежал на животе, подтянув под себя руки, и мелко вздрагивал. — Кир, ты чего? — Димка ухватил парня за плечо и попытался повернуть. — Шёл бы ты спать в каю… Взрыв был совсем рядом, комья глины вперемешку с чем-то липким ударили в спину, заставляя плотнее вжиматься в землю. Кир вскочил, моментально отклонившись от красного луча, беззвучно располосовавшего воздух рядом, и зарычал, чувствуя, как привычный азарт ударил в горло. Выстрелы и крики сливались воедино, заставляя кружиться на месте, уворачиваясь от безумной плазмы. Кир споткнулся о торчащий из земли узловатый корень и чуть не упал, но в последний момент удержался и рванулся в сторону, понимая, что не успевает: лучей вокруг было нереально много, они пересекались под разными углами, наполняя воздух противным гулом. Он отступал, шаря по боку, но оружия не было. Кир развернулся и побежал, чувствуя, как земля под ногами стала мягкой, а потом и топкой. Ноги проваливаясь почти по колено, но Кир рвался вперёд, с трудом выдираясь из вязкого плена, не оборачиваясь, затылком ощущая приближающуюся стену огня. Когда болото закончилось, он не заметил, только понял, что под ногами камень. И не только под ногами. Кир с размаху упёрся в скалу и развернулся, уже понимая, что охотники загнали дичь, и выхода нет. Те, кто шёл по его следу, были совсем рядом — Кир уже видел злые зрачки прицелов — а за спиной был шершавый камень, толкающий его в поясницу, выталкивающий прямо в руки охотников. Кто-то схватил его за плечо, и Кир, не глядя, выбросил руку назад, хватая врага за горло. А в следующий момент мир взорвался, ударив в глаза белым хирургическим светом. — Убери руку, псих, — задушено прохрипел Димка, чувствуя, как стальные пальцы сдавливают горло, перекрывая доступ кислороду. — Быстро. Кир разжал пальцы, не понимая, что произошло. Чужой лес сменился залитой ярким светом комнатой, а рядом, в каком-то полуметре, стоя на коленях и уперевшись руками в матрас, натужно кашлял хозяин. Не было скалы, никто не стрелял, только лицо рыжего, стоящего за спиной человека, было совершенно неподвижным, что могло означать только одно: Дэн перешёл в боевой режим и готов к броску. Кир ужом вывернулся из-под нависшего над ним хозяина и бросился к выходу из офиса.