На своей стороне

Димка не обманул: три дня прошли в режиме «нам бы только ночь простоять да день продержаться, а там, глядишь, и отоспимся». С «отоспаться» было сложно: помимо основной работы у Кира появилась ещё и личная головная боль, и в первый день он пытался набрать необходимые шесть часов сна урывками, за столом, минут по пятнадцать-двадцать в перерывах, планируя потратить сэкономленное время на свою роту. Процессор обмануть удалось, хозяина — нет. Вечером, точнее уже ночью, Королёв, заметив сидящего за столом киборга, недвусмысленно приказал отправляться спать. Отговорки «я уже поспал» и «я ещё не устал» были признаны несолидными, и Киру пришлось тащиться выполнять приказ. Причём в каюту, остаться в офисе он не рискнул: свет и шум ему не мешали, а вот хрупкие человеческие организмы, лезущие не вовремя под руку, напрягали. В следующие дни Кир поступал умнее — свободное время на сон не расходовал, предпочитая сбегать в роту и убедиться, что всё нормально, все живы (и никого не убили) и вроде лично ему пока ничего не угрожает. Но несмотря на то, что рота в полном составе вела себя на редкость прилично, было как-то тревожно их надолго оставлять одних — если уж Кира поставили перед таким неприятным фактом, то он предпочёл бы, чтобы те, за кого он отвечает, были в поле зрения. А ещё лучше — на расстоянии удара… на всякий случай, чтобы не пришлось отвечать. Даже подумывал совсем перебраться в роту, но решил, что не стоит: во-первых, это надо было согласовывать со службой безопасности в лице её рыжего руководителя; во-вторых, в случае «чёрной» тревоги, означающей массовый срыв, жилые модули киборгов, в отличие от офицерских, блокировались, а Кир предпочитал в любой экстремальной ситуации иметь свободу действий; и в-третьих, офицерская каюта была комфортнее, там даже своя голоплатформа была. Утром четвёртого дня пришло сообщение, что транспортник, ради которого они в авральном режиме освобождали приёмное отделение, опаздывает на три дня. Весть о внеплановых выходных вызвала бурную радость, слегка омрачённую пониманием того, что любой сбой графика приведёт к тому, что следующий аврал будет куда более авралистым, чем предыдущий. Но это будет потом, а пока можно постараться выспаться про запас или заняться чем-то ещё, более полезным, но менее актуальным. Кир вспомнил про данное Питеру обещание и отправил сообщение, предлагая потренироваться после обеда. Получил подтверждение и в назначенное время пришёл в спортзал, прихватив с собой Курта с Антоном. Ребят, которые «тоже бы хотели», оказалось десять человек. Была даже девушка с усыпанным веснушками лицом — Киру она показалась знакомой, но где он её раньше видел, так и не вспомнил. Точно не на станции. Пришёл даже Андрей и встал в угол со страдальчески-снисходительным выражением на лице: с одной стороны, добровольный приход на повторную тренировку попахивал откровенным мазохизмом, с другой — он-то тут, в отличие от других, не в первый раз, старожил практически. Антон воспринял идею потренировать людей нормально — раз здесь Кир, значит всё безопасно. А Курт наградил командира коротким злым взглядом: он этими «тренировками» ещё в армии досыта наелся, и ладно бы люди приказали, так нет — киборг выслуживается. Кир взгляд заметил и интерпретировал верно: — Здесь не так. Бить киборгов нельзя. Просто учи людей. Это забавно. Поначалу Кир дёргался, пытаясь одновременно контролировать десять человек и двух киборгов, но постепенно группа разделилась на две кучки: совсем не умеющих, которую гордо возглавил Андрей, и тех, кто явно раньше чем-то подобным занимался — туда вошли Питер, девушка и ещё два парня из IT-отдела. Новичков Кир перепоручил Антону, предварительно выдав список упражнений, а оставшуюся четвёрку взял на себя с Куртом. Вышло неплохо, даже Курт под конец перестал изображать послушную машину и явно заинтересовался. Заглянувший в зал Королёв несколько удивился тому, что его персональный тренер внезапно стал общественным, но Кир пообещал, что через двадцать минут они закончат и он придёт в малый зал. Отдавать тренировку с хозяином подчинённым Кир не хотел — самому интересно. Тем более, что у него была идея. Когда замученная, но вполне довольная группа ушла с тренировки, Королёв как раз заканчивал разминаться. — Дим… — задумчиво протянул Кир, изучая согнувшегося пополам человека. — У тебя прогресса нет совсем. — Ага, — согласился Димка, пытаясь достать руками пол. Непокорные два сантиметра не хотели сдаваться, дразня несбыточной мечтой — растяжка всегда была больным местом бывшего копа. Сдался и пошевелил пальцами ног — ну, почти достал, пальцы может и другие, но всё равно его. — Тогда, может, по-другому попробуем? — Это как? — Димка выпрямился и с подозрением уставился на киборга — садиться на шпагат или гнуться с помощью грубой механической силы ему совершенно не улыбалось. Что получится согнуться, он не сомневался, опасался, что разогнуться уже не удастся. — Контактный бой. — Всю жизнь мечтал, чтобы меня киборг убил! — Димка сообразил, что Кир имел в виду вовсе не растяжку. — Прикольно придумал. — Ты — контактный, а я — нет, — уточнил Кир. — Всю жизнь мечтал киборга убить! Димка для убедительности покрутил пальцем у виска. Тренировки он рассматривал как способ поддержания себя в тонусе и к совершенству не сильно стремился — не та профессия уже, научному сотруднику вроде как не ногами махать положено, а головой думать. И в спортзал ходил исключительно, чтобы спина окончательно не приняла форму кресла. — Достань сначала, — ухмыльнулся Кир, но, оценив уровень скепсиса в голосе человека, продолжил уже серьёзно: — Не волнуйся, я увернусь. Просто ты тратишь кучу ресурсов, чтобы вовремя остановиться, и удар получается смазанным. Ты до конца не держишь стойку, и восемьдесят процентов на то, что если придётся бить по-настоящему, ты не удержишь тело правильно. У тебя плохо отработан конечный удар. Давай попробуем? — И какая вероятность, что увернёшься? — Девяносто восемь процентов, — признался Кир. — Два процента на непредвиденные обстоятельства: например, если на меня внезапно нападёт кто-то ещё и мне придётся уворачиваться от нескольких человек. Димка, не успев возгордиться, что его способности оценивают аж в два процента, только неопределённо хмыкнул. — Ну давай, так же интереснее! — Хорошо… — неуверенно согласился Димка, вставая в стойку. Кир обрадованно прыгнул навстречу. Поначалу Димка осторожничал, бил вполсилы, убеждаясь, что киборг действительно уклоняется, потом осмелел, а затем и вовсе увлёкся, чувствуя только подогреваемый боем азарт — достать крутящегося как волчок Кира было нереально, но очень хотелось хотя бы зацепить. И Димка выкладывался по полной, удерживая максимальный темп и меняя в последний момент траекторию удара, но кулак неизменно пробивал воздух, а Кир возникал рядом, как собственный фантом, неспешно комментируя ошибки. Программа неторопливо обрабатывала движения человека, предсказывая по косвенным признакам, что ещё тот придумает, и Киру было весело в последнюю секунду сместиться чуть в сторону, чувствуя, как резким потоком воздуха обдувает лицо. И забавно наблюдать, как человек сердито фыркает, искренне надеясь его достать. Но чего-то всё равно не хватало. Внезапно пришедшая в голову мысль, как и положено любой внезапной мысли, была гениальной и требовала мгновенной реализации. Кир присел, предугадывая летящий в голову кулак и параллельно отключая все программы и подпрограммы боевого режима. Димка, умом понимая, что руку киборг уже засек, резко извернулся, бросая корпус вниз и разворачиваясь. Рука упёрлась в пол одновременно с взлетевшей в воздух ногой, и пятка, со всей силы, на которую только был способен человек, с хрустом вошла в корпус киборга. Точнее, должна была в корпус, но секундой раньше там оказалась голова. Кир отлетел в сторону, а Димка от неожиданности — по ощущениям он только что врезал со всей дури босой ногой по бетонной стене — упал. Но тут же вскочил, чувствуя, как заполошно ударилось в ребра, а потом ухнуло вниз сердце: Королёв последствия удара в голову представлял и понимал, что таким он бы человека покалечил. А если быть совсем честным — мог и убить. — Кир! — Димка рванул к лежащему на полу киборгу, не замечая, как ногу прострелило острой болью. — Да? — Кир постарался сфокусировать взгляд на человеке. Получалось не очень: мешались бегущие строки диагностической программы, да ещё в голове шумело. А в левом ухе немного звенело и хлюпало. Если бы был запущен боевой режим, то киборг бы даже не упал, продолжая бой. Если бы человек приказал встать — то он бы уже стоял. Но хозяин вместо этого упал рядом на колени и рявкнул так, что тихий звон в ухе сменился гулким набатом: — Лежи! Не двигайся! Сколько пальцев видишь?! — Пять, — проинформировал Кир, глядя на растопыренную около носа пятерню, но потом сообразил, что вторая рука хозяина тоже частично находится в поле зрения, и честно исправил оплошность: — То есть девять. Димка, не став выяснять, куда делся десятый палец, вскочил и, прихрамывая, бросился к выходу — коммуникатор валялся в ботинке, брошенном в предбаннике. — Крис! Срочно Джона в спортзал!.. Да, травма!.. Быстро, я сказал! И, прихромав обратно, опустился на пол, бросив рядом коммуникатор. Киборг лежал в той же позе и на первый взгляд повреждений было немного: висок не проломлен, кости не торчат, кровь во все стороны не хлещет, только разбитое ухо начало наливаться ярко-фиолетовым, да тонкая красная струйка стекала на шею. Но Димка курс первой помощи помнил хорошо и как быстро развивается кровоизлияние в мозг — тоже. Одна надежда на импланты. Из симптомов в голове всплыло только нарушение координации, тошнота и разный размер зрачков. Глаза у Кира были вполне нормальные, вроде одинаковые, а предлагать киборгу встать, чтобы проверить, как тот двигается, Димка не рискнул — сейчас врачи прибегут и всё сделают, что надо. Кир внимательно следил за хозяином, пытаясь сообразить, чего тот так испугался. Страх явно ощущался, да и детектор подтверждал подскочивший уровень адреналина, и Кир ещё раз просканировал ногу человека. Травма была несерьёзная — связки потянул, ударил, даже вывиха нет, — но у человека сканер отсутствует, может, он думает, что там серьёзно всё поломалось? И Кир, помня, что напуганный хозяин — опасный хозяин, рискнул: — Дим, кость не сломалась… Целая… Так, немного ушиблась только… — И совсем жалобно добавил: — Ну заживёт же, а? Не страшно? — Конечно, заживёт! — Димка взял Кира за руку и легонько сжал. — Обязательно. Ты не бойся, на меня смотри, самое главное — не отключайся. Киборг преданно уставился на хозяина — приказ выполнил. И Димка ободряюще улыбнулся, старательно пряча бушующие внутри эмоции: страх за парня, злость на себя, идиота взрослого, и желание придушить идиота мелкого — проценты он посчитал, паршивец! Ну ничего, пусть только поправится — потом придушит. Самое главное, чтобы обошлось. — Ну что тут у вас? — Джон влетел в зал и тут же направился к лежащему на полу Киру. — Травма головы. Расфокусированный взгляд, — чётко доложил Димка, отодвигаясь в сторону. И, вспомнив про «ушибленную» кость, добавил: — Спутанное сознание. Джон, запросив данные диагностики у Кира, приказал: — Не фильтруй. Зрачки на луч света среагировали вполне стандартно. — Ну? — Димка с надеждой уставился на врача. — Что с ним? — На подробную диагностику надо. Пока: травматичный разрыв барабанной перепонки, кровоизлияние в область ушного нерва, сломана ушная раковина, подозрение на сотрясение мозга. Жить будет. Чем ты его так? — Ногой… Джон, активирующий носилки, остановился и внимательно посмотрел на Димку. — Не ожидал от тебя. — Сам не ожидал, — покаялся Димка, полностью признавая вину. — Знаешь, Дим, если ты хочешь, чтобы мы с Крис продолжали у тебя работать, лучше откажись от таких методов, — отрезал Джон с непривычными металлическими нотками в голосе. — Если тебе так нужен манекен для битья, найди себе мешок какой-нибудь. — Что? — задохнулся опешивший от такого абсурдного обвинения Димка. — Я не приказывал стоять! Да он сказал, что я в жизни не попаду! Проценты посчитал! Я думал, раз киборг — то и правда успеет! У вас же скорость на порядок выше! — Димка посмотрел на испуганного Кира, вспомнил, что взрослый в этой комнате — он, и смутился: — Извини, ты прав, я виноват… — Если киборг не захочет, то не попадёшь! — Джон тоже осёкся и перевёл взгляд на лежавшего на полу киборга. — Ки-и-ир? Два голоса слились в один, и Кир съёжился, жалея, что бедному киборгу в пустом спортзале спрятаться некуда. — Чего?.. Я только программу отключил, думал успею… И отвлёкся… Желание придушить глупого киборга одержало сокрушительную и безоговорочную победу над сочувствием, и Димка ласково поинтересовался: — Кир, ты дурак? Рыжий был прав: когда Королёв орёт, это действительно не страшно. Кир съёжился ещё сильнее, мечтая провалиться на ярус ниже. — С сотрясением мозга я погорячился, — согласился с человеком Джон. — Отсутствует объект сотрясения. Сам на носилки лечь сможешь, система стабилизации в норме? Головой не мотай на всякий случай. Кир начал потихоньку подниматься, не глядя на хозяина, готовый в любой момент рухнуть обратно: он обоснованно подозревал, что лежащего киборга Королёв добивать не станет, а вот бодро бегающего — может. — С ногой что? — Джон развернул висящие в метре над полом носилки к выходу. — Ерунда, пройдёт, — отмахнулся Димка. — А не пройдёт — так отвалится, — подтвердил Джон. — Сам дойдёшь до медотсека или тоже носилки прислать? Представив, какой ажиотаж (и хорошо, если смех, а не панику) вызовет транспортировка его тушки на носилках, Димка подтвердил, что он сам дойдёт. — И кстати, поздравляю, Дим: ты сломал боевого киборга голыми руками… то есть ногами! Это сильно! — Очень смешно, — скривился Димка вслед выходящему киборгу.