На своей стороне

Марка на таможне не оказалось, и Кир выкинул из памяти происшествие, уверенный, что шансов ещё раз пересечься с человеком практически нет. А если даже и есть, думать заранее на эту тему нет никакого смысла. Тем более, что они уже влетали в открытый шлюз станции, и Кира волновала совсем другая проблема: эти три дня — их надо вычесть из наказания или приплюсовать? С одной стороны, катание на сноуборде никак не было похоже на работу «служебным» киборгом, с другой — ему же приказали туда лететь! И зачеты скоро, у него реферат по истории не написан, а Андрей наверняка начнет вредничать и требовать, чтобы сдали все вовремя. Кир покрутил в голове варианты и решил свалить всю тяжесть решения на Димку — он его на планету забрал, вот пусть и думает теперь, как считать оставшийся срок. А лучше пусть скажет, чтобы зачёты сдвинули! — К каким «служебным»? — удивился Димка. — А… ну да. Ладно, будем считать, что ты всё осознал, больше не будешь, наказание я отменяю. — Мне к себе возвращаться? — вздохнул Кир, сообразив, что теперь точно откосить от учебы не получится. — Угу, — кивнул Димка. — И кстати, там на тебя Андрюха ругается, говорит, двойки сплошные. Через неделю проверю, и лучше бы тебе их исправить, Кир. Кир вздохнул гораздо громче и протяжнее, но Димка сделал вид, что душевные страдания киборга его не касаются. Пришлось брать гостинцы и бежать в роту. Киборги уже ждали в кают-компании, и Кир, влетев в комнату, сунул зайца обрадованному Антону, а коробки с пиццей — Рут. Плюхнулся на кресло, заложил руки за голову и вытянул ноги — всё-таки на станции лучше, вокруг все свои, можно расслабиться и никем не притворяться. А в город пусть Дэн летает, если ему так нравится под людей подстраиваться. — У нас всё спокойно, — доложила Рут, ловко распаковывая угощение. — Старшим группам историю Федерации добавили, тоже Андрюха читает, и ты сочинение по литре пропустил. Кир жалобно застонал, закрывая глаза. — Смирись, Кир, — заржал Курт. — Люди издевались, издеваются и будут издеваться над киборгами. — Кир, давай мы тебе поможем с сочинением, — предложил Дик. — И историю я тебе скину. Там интересно. Да и учиться — это важ… — Пончик лучше ешь! — недовольно скривился Кир. — Я уже начинаю понимать Даниэля — на войне легче! Дик бросился учиться с таким энтузиазмом, как будто всю свою недолгую жизнь только об этом и мечтал, даже найти его чаще можно было рядом с Андреем, чем в роте. И вечерние, совершенно легальные и заслуженные развлечения игнорировал. Рут вот тоже была не против поучиться, но как можно променять вечерние стрелялки на решение очередной задачи не понимала. А Курт просто упорно шёл к идее собственной планеты и, признав, что с угоном они погорячились, принялся активно вгрызаться в планетологию и смежные науки, почти забросив всё остальное. Но при этом как-то умудрялся выкрутиться и не нахватать двоек, а Кир со всего размаху долбился лбом в гранитную скалу гуманитарных наук, но диффузии не происходило — похоже, и голова, и скала были одинаковы по прочности и структуре. И мало им было просто истории, так еще одну добавили! Да ещё с Андреем — занудство редкостное, вот Джон с Кристиной интересно биологию вели, весело, а Андрей вечно умничал. Из всей роты повезло только Антону — он был в младшей группе, и Леночка их сильно не напрягала, больше играя, чем заставляя учиться. Но история Федерации оказалась не финальной проблемой — Димка осуществил свою угрозу, и через пару дней Маруся собрала их на первое занятие по домоводству. Кир даже не сразу поверил, что их, DEX’ов, действительно собрались учить суп варить. Нет, против Маруси он лично ничего не имел — она была своей, из первого завоза, да еще и офицером, но какая связь между ним, Киром, и салатом? Он вообще не видел смысла сначала ингредиенты резать, потом смешивать, а потом еще подвергать термической обработке. В чем логика — час готовить, чтобы потом за десять минут съесть? — Марусь! — Кир покосился на свою роту, которая тоже недоумённо крутила в руках сковородки, прикидывая с какой эффективностью те можно использовать в качестве оружия и не проще ли кулаком. — Слушай, ну готовить — это же ерунда! Скачал рецепт и по инструкции все сделал! Может, сделаем вид, что мы уже научились? — Кир! — Маруся отвернулась от интерактивной доски, на которой писала способы приготовления пищи, и сложила руки на груди. — Этому надо учиться! Тем более, что вы DEX`ы: у вас нет соответствующих программ, вы не настолько тонко различаете вкусы, у вас избыточное количество имплантов, вы сами не справитесь! — Ага, с голоду помрём, — саркастически согласился Кир, тоже складывая руки на груди. — И домоводство — это не только кулинария! Иначе бы у вас Карл вёл, а не я. Вот вы гораздо хуже Mary контролируете силу! Дадут тебе младенца — что ты с ним делать будешь? — Для чего дадут? — не понял Кир. — Приготовить? Маруся закатила глаза и развернулась к доске, собираясь продолжить объяснять боевым собратьям разницу между жарением и тушением. — Подожди, — заторопился Кир. — Спорим, по рецепту я приготовлю не хуже тебя? Маруся фыркнула, не оборачиваясь. — Ага! Проиграть боишься! — Давай, — вдруг согласилась Маруся. — Но если ты проиграешь — не мешаешь мне больше вести уроки и готовишь с нами вечером торт! — А если ты — то везешь мою роту гулять в астероидное поле! Вместо уроков! К дегустации решили привлечь людей, тем более, было время обеда и отловить жертву сложности не представило. Кир с гордостью посмотрел на собственное творение: омлет был вполне (точнее, почти) круглым, пышным, приличного жёлтого цвета, с легким оттенком красного. Маруся тоже посмотрела на тарелку, потом на Димку с Леночкой, вздохнула и аккуратно предупредила: — Мне кажется, это может угрожать вашему здоровью. Я бы не рекомендовала. Или совсем немножко. — Что?! — возмутился Кир. — Так нечестно! — Да ладно тебе, Маруська, — примирительно пробормотала Леночка, нацеливаясь вилкой на омлет. — Не обижай DEX`ов, они хорошие. Димка подозрительно посмотрел на тарелку, даже сбоку глянул, но решил, что довести данное блюдо до состояния ядовитого сложно, и зацепил вилкой большой кусок. Сунул в рот, пожевал и резко взмахнул рукой, пытаясь выбить вилку из рук Леночки, но не успел. Маруся, метнувшись в сторону, подхватила с подноса два стакана кефира и сунула их людям. Кир озадачился: если плачущая Леночка была явлением если не привычным, то хотя бы уже виденным, то плачущий Димка — это странно и может быть опасно. Но омлет был сделан чётко по рецепту: и яйца он взбивал, как нарисовано, и молоко тонкой струйкой лил. Соль и перец было велено класть по вкусу — он так и сделал, правда, соль на вкус ему не понравилась и её он класть не стал. А вот с перцем определиться не смог (он весь пах приятно) и посыпал из всех баночек, кинув из последней два небольших стручка. Но люди же не по этому поводу плачут? Кир оглянулся на группу поддержки, но его рота тоже не поняла в чём проблема. — Если бы ты был человеком — я бы заставил тебя это сожрать, — мрачно прохрипел Димка. — Королёв, не смей издеваться над детьми! — жалобно просипела в ответ Леночка, утирая катящиеся по щекам крупные слезы. — Им над нами можно, а нам — нет?! — Он не нарочно! — Ещё бы он нарочно! Кир нахмурился и, взяв вилку, отковырнул кусок омлета. Вкусовые рецепторы взвыли, а система равнодушно проинформировала, что употребление в пищу данного продукта бессмысленно: на нейтрализацию капсаицина уйдёт больше энергии, чем можно получить из блюда. А для людей этот алкалоид в данной концентрации является и вовсе опасным. Маруся предлагала сначала попробовать самому, но Киру было жалко портить красивый блинчик и в результате, похоже, людям не понравилось. Ну, живы остались — уже хорошо, обидно только, что спор проиграл. — Учиться, — вынес вердикт Димка, допив второй стакан кефира, подсунутый заботливой Марусей. — А вечером ещё и историю проверю. — Не получится, — огрызнулся Кир. — Вечером я торт пеку! — Самостоятельно? — ужаснулась Леночка. С недавних пор на станции завелась традиция: если в роте случался День рождения, то на ужин рота получала торт. Киборгов было уже много, Дни рождения закономерно случались часто, иногда не по одному в день, так что торты пекла не только кулинарная рота под руководством Карла, но иногда и Маруся со своими ребятами приходила на помощь уставшим поварам. И когда Кир после ужина явился отрабатывать проигранный спор, на кухне уже вовсю трудились не только специально обученные киборги, но и ошивался притащившийся с Марусей Даниэль. Кир, сделав вид, что раздражающий лично его киборг является частью интерьера и ничем не отличается от симпатичной кастрюли справа от него, подошел к Марусе и изобразил готовность к непосильному труду по переработке обычных углеводов в праздничные. Механизм изготовления тортов и их производных интересовал Кира не больше, чем история возникновения Федерации и её конституция. Хотя нет, торты, в отличие от конституции, были калорийными, что ставило их, несомненно, на более высокую ступень пирамиды интересов Кира. Сегодня по плану был пирог «Лесная фея», и единственное, что Кира заинтересовало, так это слово «фея», да и то не сильно — мало ли, где какая флора водится и как она называется. Или это фауна? — Кир, делай как я… И я в курсе, что рукой ты взобьёшь быстрее, но лучше воспользоваться миксером. — Маруся выставила перед Киром плошку и форму с яйцами. Почему надо отдельно взбивать белки и отдельно желтки Кир даже спрашивать не стал — логики в приготовлении человеческой еды было не больше, чем в самих людях, и разбираться в ней было совершенно лень. Флегматично вдавил кнопку миксера, покосился на чистящего орехи Даниэля и повернулся к Марусе. — А мы с Королёвым на сноуборде катались, представляешь? Прикольно оказалось, весело. — Ты был в «Снеговичке»? — обрадовалась Маруся. — Мы тоже с Сережей были, нас Кира возила. Только мы на лыжах катались. А ты на чёрной горке был? Такая крутая, правда? — Мелочи, — самодовольно усмехнулся Кир. — Там левый отворот есть — вот там круто! Трамплины — это вещь! Хочешь, запись скину? Маруся кивнула, ловко вываливая в рассыпанную муку увесистую пачку замороженного масла. Хрясь! Даниэль слишком сильно сжал грецкий орех, и осколок скорлупы, отрикошетив от стола, впился Киру в руку. Недовольно отмахнувшись, Кир подтянул к себе сметану — её тоже надо было взбить с сахаром. — Здорово! — Нож в руках Маруси мелькал серебристой молнией, отщипывая от замороженного бруска масла тонкую стружку. Мука поднималась недовольным облаком, оседая на руках, но Маруся не обращала на неё никакого внимания. — Ух ты! Я так прыгать не рисковала! Надо Серёже показать — вдруг ещё полетим. — Посмотрел бы я, если бы вас туда каждые выходные таскали. — Даниэль бросил в миску очередной орех. — И это не местные горки — раз и съехал, там три часа приходилось со скоростью человека ползти. — А внизу море? — равнодушно поинтересовался Кир, наблюдая, как сметана поднимается густой пеной. — И пальмы? — Какое море? — снисходительно удивился Даниэль и, осознав, что ему придётся объяснять дикарям базовые принципы цивилизации, без особой надежды на успех протянул: — Это горы! Высокие! Там рестораны внизу и подъёмники. Хотя, конечно, если никаких гор не видел, то и местные холмики за горы сойдут. И на них так весело кататься… — Горы я видел! — отрезал Кир. — Только там плазмомёт вместо лыж выдавали. На нём кататься неудобно. — Кир, хватит мучить сметану, — вмешалась Маруся, опасаясь за целостность начинки для торта и вверенного ей DEX`а. — Лей её в чернику и дай вон ту форму, с застёжкой. Кир утрамбовал тесто в форму, залил начинку и сунул пирог в духовку, выставив таймер — ничего сложного в этих тортах и пирогах нет. И рецепт понятней, чем с омлетом — никто не требует сыпать «по вкусу» и жарить «до готовности». Надо было изначально на спор торт печь. — Мы ещё в паб ходили. — Кир уселся за стол, отхлебнул кофе и посмотрел на Марусю. — Нам огромную сковородку с мясом принесли, ещё овощи жареные и пиво. Вкусно. Я вот вспомнил задание одно: не получилось к точке сбора выйти, пришлось кругом, лишняя неделя времени, а продукты закончились. Ну как кончились — у людей полбанки тушёнки на день, а киборг сам как-нибудь. А зверьё там пуганное и в пищу не очень годилось, ядовитое слегка. Калорийность смешная. Ещё и стычки были, а боевой режим, он знаешь, как энергию жрёт? Мне всю неделю интересно было от чего сдохну: пристрелят или энергия раньше закончится. И руку мне неудачно зацепило, нервы задело, а энергии на регенерацию нет. Или чиниться, или дальше ползти. Я чего вспомнил-то — сижу в пабе и думаю: скукотища, верните меня обратно! Мясо какое-то, пиво, то ли дело на войне: мордой в лужу упал, вот тебе и вода! А если не повезёт, то и еда! — А тебе главное пожрать? — вскинулся Даниэль. — Всё остальное неважно? — Пожрать — оно всегда главное! — веско обронил Карл, закончивший со своим тортом и подошедший к их столу. — А вкусно пожрать ещё главнее! У нас вот на базе киборгов бюджеткой кормили, ну, если не на задании. На меня повар вечно орал — думал, я по тупости то сахар в ведро просыплю, то тушёнку уроню. Так что, желающие могут и на войну, а я лучше тут. Даниэль, не нашедшей поддержки в лице их шеф-повара, обиженно схватил очередной орех и замолчал. Кир тоже молчал, вполне удовлетворённый недовольным сопением гражданского киборга, — развивать тему и объяснять этому убогому, как ему повезло, смысла нет. Затянувшуюся паузу прервал тихий звяк таймера, оповестивший о готовности пирога. — Кир, доставай, давай тарелку и ещё пудру прихвати, — засуетилась Маруся. — И выкладывай его на тарелку. Прихватку возьми, куда ты голой рукой полез! Кир, получивший сразу уйму команд, немного подвис, обдумывая, а потом приступил к выполнению. Пакетик с сахарной пудрой пришлось взять в зубы, так как руки оказались заняты: в одной большая тарелка, а в другой — неудобная варежка и ухваченная за бортик форма. Сунул тарелку на стол и ловко расстегнул защёлку на форме. То, что донышко у формы окажется совершенно не прикреплено к стенкам, он как-то не ожидал. Нет, металлический кругляш он поймать успел, и пирог тоже, но подлая выпечка, ударившись об руку, развалилась на две части и, скользнув по комбинезону черничной шапкой, с громким плюхом приземлилась на пол. Туда же спланировал, сопровождаемый коротким и ёмким словом, открытый пакетик с пудрой, красиво посыпав развалины пирога, пол и самого Кира. — Ты не обжёгся? — испугалась Маруся. — Покажи руку! — И это DEX? — насмешливо спросил Даниэль, обращаясь в основном к стенке. — А бластер он не терял? И рота у него такая же криворукая. Только с плюшевыми мишками и играть! Врёте вы все про войну… Кир медленно развернулся. И пока он разворачивался, с лица стекало всё человеческое — как будто оставалось на месте, а Кир выворачивался из ненужной мимики и эмоций. На Даниэля равнодушно смотрел киборг в боевом режиме. — Даниэль! В роту! Бегом! — звонко скомандовала Маруся, преграждая Киру дорогу и упираясь ему в грудь руками. — Кир, прекрати! Он просто дурак! Не надо, Кир! Кир проследил взглядом над макушкой Маруси за выскочившим киборгом, а потом уставился на саму Марусю. — Передай Королёву, что готовить я не умею! И не буду! Не нравится — пусть прошивку меняет! Развернулся и выскочил из кухни, оставив поваров убирать последствия своего творчества. Злости хватило на четыре коридора — Кир притормозил перед шлюзом в техсектор и врезал по бронированной двери. Слизнул с разбитого кулака кровь, смешанную с черничной начинкой, и выругался. Мало того, что Даниэль его бесил одним фактом своего существования, так ещё и любой наезд на роту выбивал землю из-под ног, отключая мозг. И ведь он бы сейчас его покалечил, если бы Маруся не вмешалась. Такого бы ему Димка точно не простил. Ну вот почему остальные могут нормально, а он какой-то… совсем поломанный. Кир пободал лбом холодную дверь, разгоняя остатки красного марева перед глазами. Ещё и Марусю напугал, а Маруська — она хорошая. На неё даже Королёв не орёт никогда — объяснять объясняет, но голоса не повышает. И вообще, как-то так сложилось, что Марусю с Илюхой — единственных с другими прошивками — принято было оберегать, зная, что они слабее и ответить не смогут. Ну, если попробовать обидеть — точно прилетит, и Кир первый влезет защищать. А сейчас чуть не оттолкнул! И ещё этот пирог дурацкий… Постоял ещё немного и поплёлся обратно. С пола разлетевшийся пирог уже убрали, сложив печальные останки в миску, — похоже, Маруся пока была не готова накормить ими утилизатор. Сама Маруся замешивала новую порцию теста и топчущемуся на пороге Киру улыбнулась вполне доброжелательно. — Давай я порублю, — виновато предложил Кир. — У меня быстрее получится. — Лучше сделай мне кофе, — попросила Маруся, не переставая орудовать ножом. — Капучино. Кир вернулся с двумя чашками, сел и отломил кусок пострадавшего пирога. Маруся возмущаться «что с пола» не стала, села напротив и тоже отломила кусочек — там, где больше начинки осталось. — Не злись на него, он просто переживает, что вы круче. Чувствует себя ущербным, что не воевал. Мне вот тоже иногда стыдно бывает, что я вот так — сразу на базу. Знаешь, я ведь даже первую выбраковку не помню, сразу Лену и базу. Я и не боялась никогда, только думать сразу не получалось — хочется что-то своё, но процессор приказывает, и я просто подчинялась, хотя никто не угрожал. А как вы там выжили — это же просто ужас. — Нашла чего стыдиться, — опешил Кир. — Повезло тебе, радуйся. Я, может быть, тоже бы так хотел — сразу на базу. — Тебе бы скучно было, — улыбнулась Маруся. — Трудно. Как Серёже. — Ты тоже считаешь, что DEX`ы для войны сделаны, да? — Нет. Вы все разные. Вот Даньке на войну нельзя, он не понимает, но там не сможет. Он слишком … мягкий. И Дэну, наверное, хорошо на базе было, спокойно. А вот ты или Сашка — вам надо, чтобы внутри всё звенело от напряжения, чтоб обязательно вот драться и победить. Иначе вы не можете. — И? — Кир посмотрел на торт и отломал кусок побольше — а ничего, вкусно получилось. — Нас с Сашкой надо на войну? Мы тут не сможем? — Нет, конечно. — Маруся протянула Киру очередную миску со сметаной и миксер. — Просто Сашка уже нашёл от чего у него звенит, а ты ещё нет. Ты придумаешь, не переживай. — А от чего у тебя звенит? — Корабли. — Маруся поставила локти на стол и уткнулась подбородком в сложенные кулаки. — Они такие большие и слушаются. Это такое ощущение потрясающее, что я даже объяснить не могу. Знаешь, я очень хочу попробовать управлять истребителем. Как думаешь, там вот, дальше, будет такая возможность? Кир посмотрел на сложенные кулачки Маруси — совсем маленькие, он бы легко обхватил сверху — и отчётливо понял, что очень не хочет, чтобы когда-нибудь им потребовалось посадить их единственную Mary за штурвал настоящего истребителя.