Ser mi novio

Раньше, когда Кёнсу просыпался по утрам, он всегда думал, что сегодня что-то произойдет, что вот-вот что-то изменится в лучшую сторону. Из-за таких мыслей он пребывал в хорошем настроении час или два. Но когда парень снова отправлялся на работу, то все сразу становилось другим: Кёнсу мрачнел, с его лица сходила та счастливая улыбка, что была ранее, и он попросту переставал верить. Но, ложась ночью спать, все возвращалось на свои места. И Кёнсу думал, что не сегодня, значит завтра. И это было так глупо, на самом-то деле. Парень лишь пытался это игнорировать, пробуя почувствовать настоящий вкус жизни, который, как ему казалось, он еще не знал. Всё было так сложно и непонятно, но в то же время со стороны давно можно было увидеть то, чего не замечал сам парень. Поворачиваясь на другой бок, Кёнсу начинает немного просыпаться, вспоминая сны, которые он давно не видел. Сегодня, на удивление, спалось более спокойно, чем обычно это бывает. Вчерашний вечер для Кёнсу при пробуждении казался обычным странным сном, но когда он увидел лежащего внизу Чонина, то захотелось уткнуться в подушку. Хотя чем это поможет? Да и если так повспоминать слова перед сном и обо всем подумать… Работать на Чонина не будет таким уж плохим делом. Все равно Кёнсу придется искать работу. Кёнсу, наверное, сошел с ума, раз начинает так думать. Эй, очнись, тебе придется изображать гея… И что? Деньги важнее в нашем мире, чем ориентация. Придурок… Кёнсу смеется у себя в голове от такого диалога с самим собой. Куда уж страннее можно быть? — Думаю, работать на тебя будет не так уж и плохо, — почему-то вырывается у До. Он сразу же тихо бьет себя рукой по рту, в надежде, что Чонин пусть и не сладким сном, но спит. Прошло пару секунд. Кёнсу начинает спокойно дышать и поворачивается снова на другой бок. — Эй, я все слышал, — вроде тихо, но в то же время громко сказал Чонин, из-за чего сильно напугал Кёнсу, что тот даже чуть ли не свалился на самого Кима, но смог удержаться на кровати. Чонин не открывал глаза, пытаясь делать вид спящего человека. — Зачем ты притворялся спящим?! Напугал меня. Ким слегка улыбнулся, удивляя этим Кёнсу, который пристально смотрел на него уже с минуту. — Почему сразу притворялся? Я просто дремал, потому что очень сильно не хотел до конца просыпаться. — Чонин тихо вздыхает и через пару секунд все-таки открывает глаза. — Так что с работой? — он попытался сказать это безразличным тоном, но не получилось. — Я у тебя должен спрашивать, — озадачено проговорил Кёнсу. Ким поднимается в сидячее положение, зевая и потягиваясь, чтобы окончательно проснуться. — Ах, ну да. — Убирает с себя одеяло вбок и тянется вперед, разминая мышцы. — Думаю, следует создать контракт, где будет все прописано, и который, разумеется, тебе следует подписать. Чонин начинает что-то искать в рядом стоящей тумбочке и через пару минут, сидя на полу с ручкой в руках и с листком на какой-то книге, начинает что-то писать. Кёнсу невольно засматривается на профиль парня и чуть ли не оценивающе смотрит. Не сказать, что он был им очарован, но что-то внутри явно теплело. На красивых людей всегда было приятно смотреть. Стоп. Он что, пишет контракт от руки?!, резко осознал Кёнсу. Ким заканчивает писать и протягивает листок с ручкой гостю. Кёнсу смело берет в руки и смотрит на написанное. — Чего?! То есть, по-твоему, контракт должен состоять из пары слов? Что значит обязанности: быть верным парнем Ким Чонина и следовать его указаниям в случае серьезных ситуаций. Оплата будет происходить раз в месяц с определенной суммой, которую решит выдать босс? Что за чушь? — начал возмущаться Кёнсу. Кто вообще так делает документы? Явно только непрофессиональный человек. — Ну, разве в твои планы входят какие-то еще обязанности? Да и ради пару слов не хочется тратить картридж… Разве ты не из богатеньких?, подумал Кёнсу, но вслух сказать не решился. — И что еще за босс? У меня такое ощущение, что ты все это время врал насчет того, где ты работаешь. Уж слишком по-детски написано. — Уж извините. Не нравится — не заставляю. — Он выдирает из рук Кёнсу контракт и хочет уже смять его в руках, как неожиданный крик До пугает Кима и останавливает. — Совсем, что ли, дурак?! Кто так с документами обращается?! — Кёнсу вырывает листок с ручкой и злобно смотрит на Чонина, а тот лишь с ухмылкой ждет дальнейших действий До. Кёнсу цокает языком и переводит взгляд на лист. В парне все еще борются две стороны: одна голосует обеими руками, ногами, да чем угодно, за, другая — против. Но если смотреть чуть дальше настоящего и понимать, что жить на что-то нужно, то… Кёнсу моментально подписывает контракт, пока сторона за выигрывает, и отдает в руки Чонину, который в данный момент улыбался очень искренне. Парень снова засматривается на Кима, рассматривая каждую морщинку на глазах от такой улыбки, но, как только встречается со взглядом Чонина, вмиг отводит глаза в другую сторону, словно ничего и не было. Только Ким-то все заметил, от его зоркости ничего не скроется. — Добро пожаловать на работу, сэ-эр, — в шутку поприветствовал Кёнсу Чонин, на что первому захотелось только закатить глаза, а второму рассмеяться. Вот вам и гей-парочка, где один из них — непонимающий юмора, другой — вечный шутник. Ким встал с матраса и слегка потянулся, раскрывая нижнюю часть пресса. Ну явно понтуется… — Зарядку не забудь сделать, — не смог сдержаться Кёнсу. Чонин лишь метнул кратковременный ха-ха-смешно взгляд и вышел молча из комнаты, при этом больше ничего не сказав, оставив До наедине с собой, но долго ждать Кима не пришлось. Минуты через две Чонин зашел в комнату уже в официальном костюме, пытаясь правильно завязать галстук. Ким явно злился от того, что не получалось, но пока ничего не говорил по этому поводу. — Вечером съездим к тебе домой за вещами. — Ким на пару секунд отвлекся от галстука и посмотрел на Кёнсу, рассматривая его одежду, которую он не снимал со вчерашнего вечера (кроме штанов, конечно, которые, как он надеется, уже высохли). Чонин предлагал ему еще свою футболку, но тогда До показалось бы, что он совсем обнаглел. — Что-то мне подсказывает, что вся твоя одежда выглядит примерно одинаково, так что нужно еще зайти в какой-нибудь магазин после того, как заедем к тебе. Во-первых, Кёнсу удивляет, как Ким Чонин легко решает за него, во-вторых, откуда Кёнсу возьмет деньги? Если он только что устроился на работу, то это не значит, что у До моментально появляются денежные сбережения. — Насчет денег не парься, — словно читая мысли, договаривает Чонин. — Это будет за мой счет. Будем считать, что это то же самое, что если бы я предоставил тебе кабинет со всеми принадлежностями внутри. — Можно вопрос? Зачем мне ехать за вещами? Да еще и с тобой… Чонин снова поднимает свою левую бровь, раздражая этим самого Кёнсу. — Я думал, мне разъяснять не надо будет, что жить теперь ты будешь со мной. Это было и так понятно, нет? До просто вытаращивает свои и так большие глаза, удивляясь такому заявлению, и отрицательно мотает головой. Это явно не было понятно изначально… — Ну… теперь ты понял. Поэтому… поможешь мне с галстуком? — Чонин строит щенячьи глазки, пытаясь так внушить Кёнсу, что помощь своему парню — правильный выбор. — Ни за что! Не маленький уже, а я тебе не женушка… — В чем смысл проживания с тобой? — все не успокаивался Кёнсу Чонин расстроенно продолжает морочиться с галстуком, только теперь нервно ходит из стороны в сторону. — А в чем смысл работать моим парнем, но жить непонятно где? — Это же так идеально отвечать вопросом на вопрос… — Такой прекрасный сарказм, дорогой, — говорит Чонин и, остановившись напротив Кёнсу, подмигивает ему, когда тот смотрит на него. До просто всего передергивает, а его лицо выдает непонятную для Кима эмоцию, но это даже забавляет Чонина. Он думает, что же еще сказать такое милое, чтобы получить тот же ответ от Кёнсу, но в голову ничего не лезет, и Ким просто забивает на это, продолжая завязывать галстук, который вот-вот поддастся влиянию. — В общем, я думаю, нам часто придется ездить с тобой куда-то и появляться на публике, поэтому ты просто обязан жить со мной. К тому же это поможет нам сблизиться, чтобы мы хоть немного были похожи на парочку. Кёнсу снова передергивает где-то внутри, когда Чонин говорит слово парочка, но виду не подает. Ким начинает злиться из-за этого чертового галстука, который не хочет завязываться (пусть дело и не в галстуке). Парень истоптал уже весь ковер за последние пять минут, пытаясь вспомнить, как проделать трюк с этой тряпкой. Только жаль в голову с утра не приходят мысли о такой великой вещи, как Интернет. — Кёнсу-у, — протяжно пытается Чонин уговорить парня помочь ему, — может ты- — Не проси меня об это ни за что на свете! — До вытягивает руку, чтобы Чонин больше не повторялся, встает и идет к выходу, в надежде добраться до кухни, которую он еще не видел, чтобы наконец-то перекусить. — Лучше вычти мне из зарплаты сумму, которую посчитаешь нужной, если завязывание галстуков входит в мои обязанности. Чонин состроил рожицу обиженного ребенка, но Кёнсу этого просто не видел, а если бы и увидел, то ему было бы все равно. Это же Кёнсу. Наверное, нет ничего, на что ему было бы не наплевать. Кроме работы, конечно же. Это единственное, о чем переживает Кёнсу больше всего. Когда у него есть работа, на душе так спокойно, из-за чего До может неожиданно заулыбаться, что, на самом-то деле, редкость для него. До быстро находит кухню, потому что она была единственной комнатой, в которую можно войти, выйдя из комнаты Чонина. Кухня была такой же холодной, как и спальня, только чуть ярче, но это не придавало никакого уюта. Кёнсу думает, что даже полноценная семья, заселившаяся сюда, не сможет принести тепло в эту квартиру. Кёнсу подходит к холодильнику и собирается уже его открыть, но что-то его останавливает, и он слышит голос Чонина из другой комнаты. — Я смотрю, ты уже как хозяин в этой квартире, — засмеялся Ким, все еще, как кажется Кёнсу, продолжая завязывать галстук, и это уже становится не смешно… — Я теперь здесь живу, к слову, — в ответ кричит сам Кёнсу, открыв дверь холодильника. Еды было мало, но на один раз хватит точно. — Так бы сразу мне сказал, — уже где-то ближе сказал Чонин, а в его голосе чувствовалась улыбка, Кёнсу это сразу заметил. — Дорогой, я ушёл на работу, жди меня вечером, — и входная дверь сразу захлопнулась. Кёнсу выдохнул, наконец-то чувствуя некую свободу. Но мысли не давали покоя. Что скажут его родители, когда узнают, что Кёнсу теперь работает геем? И что вообще скажут на то, что он, черт бы побрал, живёт с геем, который явно подкатывает к нему? Мама явно не одобрит такой образ жизни, что уж говорить про его отца… До решает впервые забить на эти мысли, которые делают только хуже, и просто наконец-то расслабиться, посмотрев какой-нибудь сериал. Кёнсу берет почти все продукты из холодильника и идёт в комнату. Зайдя туда, его взгляд падает на диван, где лежит мятый галстук, Кёнсу не может сдержать смешок и прыскает в руку. — Если бы попросил третий раз, я бы сжалился над тобой, — с улыбкой на губах говорит Кёнсу Чонину, которого здесь нет.