История Двалина и Дис. Приложение к фику "Привет! Меня зовут Наташа"

Да что же это с ней творится! Двалин друг, друг! Он даже младше нее… Но Дис прекрасно понимала, что обманывает себя, не желая признаваться в том, что сердце вновь трепещет. Как когда-то давным-давно. Да, Двалин друг, но это не мешает ему жадно смотреть на Дис, а ей самой пылать под его взглядом. Да и разница в возрасте с годами стерлась и сейчас принцесса чувствовала себя девчонкой рядом с ним. И так хотелось прижаться к широкой груди, почувствовать на плечах его руку, которая укроет от всего мира, защитит, спасет от любой беды. И хотелось быть беспомощной и слабой, чувствовать покровительство, доверяться. Справедливости ради, Дис никогда не чувствовала себя незащищенной — ее царственный брат никогда никому не позволил бы не то что обидеть ее — косо посмотреть. Но вот слабой Дис себя не чувствовала никогда. Торин, при всей мощи, был очень уязвим — правда, об этом никто, кроме самых близких, не знал. И не раз ей приходилось сидеть рядом, обнимать его, гладить по голове, утешая, делясь с ним силой. Сыновья? Дис усмехнулась, вспомнив их детство. С ними ей приходилось быть гораздо сильнее, чем она есть. Мальчишки росли без отца — да, у них был Торин, а потом и Двалин, но они все же были больше старшими друзьями. И в чем-то Дис приходилось заменять им отца — всегда через себя, всегда опустошаясь, ведь силы мужской в ней не было и быть не могло. Даже Райнар не мог дать ей этого, или просто не успел. А, может, она была слишком молода тогда и потому они чаще соперничали. Зато чувствовала сейчас, и так велика порой была эта жажда, что Дис едва сдерживала себя, чтобы пойти к Двалину самой. А почему бы и нет? Кровь жарким хмелем ударила в голову и вспотели ладони — да! Нужно только решиться. Схватившись за пылающее лицо, Дис заходила по комнате, пытаясь успокоиться. И усмехнулась нервно — ни дать, ни взять глупая девчонка. Подошла к зеркалу, всмотрелась придирчиво в отражение, поправила волосы… и отскочила прочь, словно застигнутая воровка, когда в дверь постучали. «Неужели сам пришел?» — первое, что подумалось, и Дис растерялась, не зная, что делать. Кинулась поправлять смятое покрывало, но голос Торина из-за двери привел ее в чувство: — Дис, ты у себя? Резко выдохнув, Дис снова глянула в зеркало — глаза блестят как в лихорадке, щеки горят. — Дис? — повторилось из-за двери. — Да! — почти крикнула. Еще вдох-выдох. — Иду! Она ужасно боялась выдать свои чувства — объясняться с братом принцесса была не готова. Но когда отворила дверь, словно столкнулась лицом к лицу с собственным отражением — глаза Торина точно так же блестели. Он сдерживал себя сейчас, он это умел, но в душе — Дис не могла ошибиться — ликовал. — Что случилось? — спросила принцесса, пропуская брата в покои. — Случилось? — Торин спешно отвел взгляд, и Дис почуяла недоброе. — Ничего. И обернулся, глядя сестре в глаза уже совершенно спокойно. — Мне нужно уехать. — Куда? — Не задавай вопросов, милая, — он подошел, взял ее руку и прижался губами. Улыбнулся мягко, но тут же стал серьезен: — Останешься здесь вместо меня, пока… Король замолчал, и Дис, чувствуя, как холодеет в груди, переспросила: — Пока что? Торин не ответил. Еще раз коснулся ее похолодевших пальцев и вышел. Дис опустилась на край кровати и тупо уставилась перед собой. Она помнила этот взгляд — точно так же горели глаза Трора перед походом на Морию. Но что мог задумать Торин? Она знала, что брат ничего не скажет — подступаться к нему с расспросами не имеет смысла. Но и оставаться в неведении Дис не могла: хватит уже с нее тайн, недомолвок и вороватых взглядов, она имеет право знать! Повинуясь порыву, Дис выскочила из комнаты. Ноги несли ее к двери в покои Двалина, но недавние чувства уже были забыты — сейчас Дис вела тревога. Она знала одно: старый друг ей не откажет. — Двалин! — она даже не удосужилась постучаться и, когда влетела в покои, гном едва не свалился с кровати, на которой сидел. Вскочил — в одних исподних штанах из небеленого льна, прикрыл голую грудь смятой рубахой и густо покраснел. — Дис, ты чего?.. — Что задумал Торин? — не дав ему опомниться, Дис шагнула вперед. Двалин смешался, отступил, но глаз не опустил. — Двалин, — голос принцессы стал жалобным, она подошла совсем близко, и у Двалина пересохло во рту. — Прошу, скажи мне, — она заглянула в его глаза и положила ладонь на грудь. Показалось, мир сейчас разверзнется под ногами. Двалин сглотнул. — Дис, я не могу… — выдавил хрипло и увидел в синих глазах знакомый с детства гнев. Принцесса повела головой, привычно сдерживая чувства, но почему-то сейчас сдерживаться было трудно как никогда. — А я могу? — вкрадчиво произнесла она. — Могу сидеть одна и ждать, не зная чего? Могу хоронить и оплакивать?! — Дис говорила тихо, но голос звенел. Подступили слезы. — Я ведь чувствую, Двалин, я знаю своего брата — что он задумал? Дис знала, что мужчины не выносят женских слез, но сейчас она не играла. В этот момент принцесса отчаянно нуждалась в нем, большом и сильном, нуждалась как никогда и ни в ком… — Двалин… — принцесса приникла к его груди, всхлипнула и, когда гном неловко обнял ее, дала слезам волю… Сейчас он сам был готов провалиться сквозь землю. Дис, мечта и боль его жизни, рыдала на его груди и что делать с ней, Двалин не знал. Только смотрел округлившимися глазами на ее вздрагивающую макушку, прижимал покрепче и ждал… А когда она успокоилась и подняла на него измученные глаза, был готов убить Торина, лишь бы не видеть этой муки. Дис не ошиблась, Двалин не смог ей отказать и все рассказал. Сколько раз за свою жизнь она умирала — и вот опять. Дис обессиленно опустилась на кровать, покачала головой и усмехнулась горько: — Я знала. Рано или поздно это должно было случиться — Эребор манил его все эти годы… — она закрыла лицо руками, но слез уже не было — только вздохнула тяжело. Подняла взгляд на Двалина: — Это безумие. Ты-то должен понимать, Двалин? Почему ты не скажешь ему, почему поддерживаешь? На щеках гнома заиграли желваки: — Он мой король, — сказал твердо. Поднял ее, заглянул в глаза, и Дис невольно затрепетала перед его силой. — И твой тоже, Дис.