Иллюзионистка-дьяволенок, или Держись, Вонгола!

Дело принимало дурной оборот, пускай с Торикабуто и удалось обезвредить, но Кикё и Блюбелл отлично держали позиции, тем временем Хибари боролся с иллюзией Генкиши, стараясь сохранять сосредоточенность и сильнее сжимая тонфа в хватке. Сил значительно поубавилось после битвы с Дейзи, а теперь и с будто одержимым чудиком. Чувствуя, как его сознание готовы едва не осязаемо разорвать на части, Кёя готов был зашипеть сквозь зубы, пока вдруг не заметил лежащий у его ног трезубец. Он никак не мог понять, почему атаки Генкиши срабатывали на нем, если он не верил в иллюзии, создаваемые медиумами, но было малость не до размышлений о жизни и ее сюрпризах. Сам не зная, что движило им, Кёя присел, перехватывая оружие Хроме, но вопреки ожиданиям атакуя им не Генкиши, а себя. Три тонких острия вспороли запястье, Хранитель Облака вновь перехватил тонфа, чувствуя, как боль и кровь из рассеченного запястья капля за каплей возвращают в реальность. Облегченно выдохнув и усмехнувшись, Хибари поднял проясняющийся взор на противника, иллюзии которого рассыпались перед ним в пепел. Но Генкиши сделал непоправимое: стремительно ринувшись вперед, он схватил Кёю за раненное запястье, получив удар тонфа под ребра. Однако, когда противник оказался отброшен в сторону, Хибари заметил, что на запястье не осталось и намека на полученную травму. Его словно ударили под дых. Судорожно схватив ртом воздух, юноша чуть не выронил тонфа, мир вокруг задрожал, будто бы началось землетрясение, а голова нещадно закружилась. «Неважно, как он это провернул, но это всего лишь бред», — внушал себе Кёя. Воспользовавшись замешательством врага, Генкиши сделал выпад вперед, извлекая клинок, чтобы расправиться с оппонентом раз и навсегда, но в этот миг неведомая сила отшвырнула Хибари в сторону, парируя удар с тихим смехом. — Ты… Не Расиэль, — поначалу обознавшись, Генкиши в удивлении распахнул глаза, узнавая Бельфегора. Излюбленные стилеты появились в руках принца, из-за его спины вышел Фран, готовый парировать любую иллюзию. — Замена пешек, и-ши-ши. Расиэль, заметив знакомую тень, на доли секунд отвлекся от созерцания картины корчащихся на земле Хранителей. Не в силах противостоять его мышам, Ямамото и Хроме катались на полу, безрезультатно закрывая уши ладонями. Не в силах выдержать этой муки, Хроме ослабла и потеряла сознание, яд летучих тварей проник слишком глубоко, конечности казались невыносимо тяжелыми, а звон заглушал даже мысли в голове. Ямамото все силился подняться, надеясь применить технику укрывающего дождя, но никак не мог дотянуться до рапиры. На пределе сил Такеши нечто выскочило перед ним с неистовым рыком, который сотряс коридор небывалой мощью. Расиэль хотел рассмеяться из-за столь глупых приемов, но неожиданно заметил, что мыши, парализованные ревом, плавно спикировали на пол, а он сам не мог и пальцем пошевелить. — Что за?! Взгляд метнулся к проходу, Занзас неторопливой походкой вышел из-за поворота, покручивая пушки. — Жалкий мусор, я рассчитывал на интересную битву, но Бестер отлично справился без моего вмешательства, — мужчина подошел ближе, глядя сверху вниз на постепенно приходящего в себя Хранителя Дождя. — Мы уступили вам кольца не для того, чтобы смотреть, как вы валяетесь в ногах у мусора. Бери ее и идите к Шоичи. Слова босса Варии донеслись как через слой ваты, и все же Ямамото поднялся так спешно, как только мог, поднимая на руки Хроме. Хибари оклемался после того, как несносный принц откинул его в стену, и, смерив того презрительным взглядом и мысленно пообещав себе вернуть этой занозе должок, приблизился к Такеши, минуя его и первым открывая дверь, ведущую к центру безопасности. Занзас проводил их долгим взглядом, парализующий эффект рыка Бестера скоро должен был сойти на «нет», быть может, мусор не разочарует его? — Знаешь, твой брат и тот способен продержаться дольше, — с откровенной скукой в голосе подметил вариец. Лица Расиэля было не увидеть, но расслабленная аура вокруг него сменилась напряженной.

***

Хроме, заслышав щелчок открываемой двери, пришла в себя. Впрочем, скорее она почувствовала нежелательные прикосновения и было допустила мысль о том, что тот недоделанный самопровозглашенный принц посмел прикоснуться к ней. Однако, увидев Такеши, ни капли не удивилась, только требовательно хлопнула его по плечу и спрыгнула на пол, чуть пошатнувшись и предупреждающе фыркнув, заведомом пресекая даже мысли о том, чтобы придержать ее за плечи. Хибари задержал на Такеши холодный нечитаемый взор и дернул плечом, выходя вперед. Помимо Шоичи внутри оказались Червелло, которым молодой человек сразу приказал уходить. — Покиньте базу, — перекинув одной из девушек флешку, Ириэ кивнул на дверь. — Я справлюсь. Думая, что получили важные данные, Червелло спорить не стали, скользнув к двери и захлопнув ту перед носом Хранителя Дождя. Не успел Ямамото сделать и пару шагов вслед за ними, как услышал голос Ириэ. — То, что вам нужно, находится здесь. Он протянул руку и отключил все камеры видеонаблюдения вместе с электричеством, поднимаясь из-за стола. Уже ожидая новую утомительную битву после столь самоуверенного выпада, Хранители Вонголы напряглись, но пламя на их оружии горело слабо и тускло, словно держалось из последних сил. Они и сами еле стояли на ногах, но никому бы гордость не позволила признать поражение без схватки. — Где Дечимо? — А? — медиум вопросительно приподняла бровь, в непонимании посмотрев на говорившего. Только тогда Ириэ заметил, что ребята выглядят слишком молодо, а значит не в курсе положения дел. Подняв руки перед собой, тем самым демонстрируя, что не собирается нападать, он неторопливо заговорил: — Девять лет назад Дечимо заслал меня шпионом на базу Мельфиоре для сбора данных, предвидев их нападение и желание собрать все магические атрибуты. Я старался пробиться в его доверенные лица, но, — молодой человек извлек свою коробочку и продемонстрировал кольцо, — это подделка. Возможно, Бьякуран рассчитал все на несколько ходов вперед, предугадав мое предательство, пускай я не рисковал и не высылал никакие данные, собирая их на отдельную флешку. И все же и фальшивые, и истинные Погребальные Венки почти все мертвы, кроме обратившегося в бегство Кикё, полагаю, Бьякуран скроется вместе с Юни. У Хроме заболела голова. Неужели Реборн знал обо всем и все равно заслал их сюда? Ириэ ведь мог совершенно беспрепятственно покинуть базу противника, передать им все данные и помочь лучше скоординировать нападение. К чему были неоправданные риски? Судя по мрачному лицу Кёи, тот подумал о том же самом, и только Ямамото облегченно вздохнул, пошатнувшись от усталости. Услышав, что Ириэ их друг, юноша растерял последнюю волю, удерживающую его на ногах. — Я отключил камеры, чтобы Бьякуран не знал, чем завершится противостояние Тсуны против Кикё с Блюбелл и не увидел подкрепление Варии, но нам нужно поторопиться. — Торопишься на свидание к Дечимо? — язвительно отозвалась Докуро, прикрывая за колючками не меньшую усталость. — Боюсь тебя разочаровать, десять лет назад он был не таким внушающим благоговение и трепет. Шоичи осекся, кашлянул в кулак и как можно более возмущенно отозвался: — Если Бьякуран решит сбежать, я знаю пути отхода! — Лучше скажи, когда мы сможем попасть домой, — вмешался Хибари, пропуск школьных занятий и невозможность следить за порядком в Намимори действовала ему на нервы, да и в этой реальности слишком много шума и проблем. — Реборн попросил меня временно заблокировать способности базуки для перемещения, чтобы вы спасли прежнюю Вонголу, после завершения спецоперации я верну ей недостающую деталь и вас отошлет обратно в свое время. У Хроме от закипающего негодования все краски с лица схлынули. Умом она понимала, что не вмешайся они в это сейчас, в будущем бы погибли, но сам факт того, как много от них утаили, злил до жути. Реборн скрыл все, чтобы Тсуна не сдал позиции? Чтобы не расслаблялся, думая, что выхода иного нет? Но почему ради этого воспитательного момента каждый из них должен был подвергнуться опасности? Не в силах высказать негодование вслух, девушка с силой впечатала трезубец в стену, едва не сломав пополам. И только сейчас вдруг осознала, что за все время, не смотря на почти иссякшие силы, иллюзия не спешила исчезать. Неужели это… постоянное физическое воплощение ее оружия?

***

— Бьякуран сбежал, — оповестил Реборн, когда во главе с Ириэ Шоичи Хранители переступили порог обители босса Мельфиоре. Хроме демонстративно шумно вздохнула и в сердцах чертыхнулась, приложив ладонь ко лбу. — Все усилия коту под хвост! Гокудера сидел на полу, привалившись к стене и прикрыв глаза, если обычно он больше всех сыпал эмоциональными высказывания, чем олицетворял внутреннее состояние каждого присутствующего, то теперь даже у него не оказалось сил на какие-либо комментарии. Вария, судя по стихнувшему внизу шуму, закончила добивать остатки элитных отрядов и ушла прочь, исполнив обещание, данное Реборну. — Наша цель была не убить его, а выиграть эту битву при помощи колец, — ободряюще произнес Шоичи. — Конечно, в будущем он может вернуться и доставить проблем, его ненормальная помешанность на Аркобалено Неба не исчезнет после поражения, но теперь ход событий изменится и в нашем времени и Реборн, и Дечимо будут целы и при кольцах. — Разве Тсунаеши уже не разрушил их? — поинтересовался Рёхей. — Да, но вы вернетесь в тот момент, когда этого не происходило, со знанием о дальнейших событиях, а потому каждый из вас поступит иначе, что скажется на будущем. Так что если Бьякуран вернется, мы сможем противостоять. По крайней мере, если будем усердно отслеживать его, создать новый мощный отряд и уж тем более базу в одиночку ему не удастся, — заключил Шоичи, после его слов настрой присутствующих немного улучшился. За этой бесконечной и отягощающей битвой, полной напряжения, провалов, маленьких побед и разочарований, страха за себя и за товарищей, они вымотались так, что уже забыли о том, что в планы действительно не входило лишать босса Мельфиоре жизни. Честно говоря, идя сюда и понимая серьезность ситуации, каждый в глубине души надеялся, что до убийств не дойдет. А когда вопрос стал ребром: ты или тебя, — все смешалось в единый клубок хаоса. Хаоса, от которого нельзя было сбежать. Кто-то был не в силах повернуть назад из верности, кто-то не желал разочаровать товарищей, кто-то — не хотел проиграть самому себе или показать врагу, что в нем есть хоть капля страха. Мир каждого сегодня перевернулся с ног на голову, такое не переосмыслить за пару минут. При мысли о том, что им нужно добраться до убежища, всех малость замутило. И только Ириэ с Реборном, отсидевшись в стороне в качестве наблюдателей, чувствовали себя просто прекрасно. Какая же несправедливость! Чья-то ладонь опустилась на плечо, не в силах по привычке отсчитать того, кто посмел нарушить без предупреждения ее личное пространство, иллюзионистка просто подняла голову, готовясь испепелить нарушителя спокойствия взглядом, но прежде, чем ей удалось это сделать, Кёя произнес негромкое: — Спасибо. Докуро рассеянно моргнула и коснулась подушечками пальцев виска, опустив задумчивый и долгий взор в пол, затем на Хранителя Облака и обратно. Кажется, мир не шатался. Видя ее искреннее непонимание, парень не поленился разъяснить смысл сказанного, пока его не поняли превратно: — Ты подставилась под удар, предупреждая меня об опасности. Градус удивления ниже, конечно, не стал, но теперь медиум была уверена, что у нее не начались глюки и она не свихнулась от всего произошедшего. — Мы товарищи, — вдруг с небывалым спокойствием произнесла Хроме. — И обещали Реборну, что наши всклоки не приведут к катастрофе. Краем глаза она вдруг уловила капли запекшейся крови на чужой рубашке и, не задумываясь, резко ухватила Хибари за запястье. Ей не померещилось, три довольно глубоких и узких царапины, рассекшие руку поперек на равноудаленном друг от друга расстоянии, виднелись на бледной коже. — Ты что, пытался себя прочь из жизни моим оружием сопроводить? Кёя, который на мгновение ощутил, как сердце пропустило удар, от следующей фразы Наги вернулся в суровую реальность и выдернул руку из хватки, щелкнув Хранительницу Тумана по лбу и заслышав в ответ возмущенное «ай». — Уйми свою ненормальную фантазию, травоядное, я пытался рассеять иллюзию. Гокудера нашел в себе силы поднять голову, чтобы подтрунить над обоими: — Эй, и после всего у вас хватает сил собачиться друг с другом?!

***

До убежища Хранители добрались с божьей помощью, которой стали люди Дисциплинарного комитета. Стоило им покинуть поле брани, как они подсуетились и вернулись к базе врага на машинах, припарковавшись поодаль и ожидая, чем же завершится эта битва. Поэтому когда побитая Вонгола в полном сборе вышла из полуразрушенного здания, их перехватили у дороги, подъезжая ближе и помогая рассесться. Киоко и Хару вместе с Ламбо и И-Пин успели известись от нервов — минуты тянулись подобно вечностью, за почти полдня отсутствия они несколько раз похоронили друзей. Пока Ириэ возвращал базуке положенные ей детали, остальные трапезничали. Когда все подготовления оказались завершены, Хранители спустились в зал, прежде служащий для тренировок, и приготовились вернуться домой. Больше всего каждому хотелось сейчас упасть на кровать лицом в подушку, свернуться калачиком, забыть о ноющей боли в мышцах и заснуть на несколько дней, забыв все случившееся как ночной кошмар. — До встречи в настоящем, ребята, — напутствовал Шоичи. Повалил розовый дым, окутывая собравшихся плотной и непроглядной завесой. Стоило ему рассеяться, как перед Ириэ предстали взрослые Хранители, как по команде обернувшиеся в одну сторону, словно были в курсе всего случившегося в их отсутствие. Живой и невредимый Десятый босс Вонголы отмахнулся от остатков дымовой завесы и оглянул присутствующих, что смотрели на него с безмерным уважением, во взоре некоторых можно было различить плохо скрытую тоску, и только Гокудера был готов почти плакать от счастья. — Джудайме! Ваш план все-таки сработал!