Анус Дранус. Сага о Нереварине.

Я сидел у Косадеса и дрочил. Люблю дрочить. Не, само собой ёбстись оно по-приятнее будет, однако есть в этом занятии что-то такое свободное, альтернативное, самобытное. Мужик, будь он мер, нед, человек, а, в особенности, зверолюдь, инстинктивно стремится совокупиться со всеми самками, обоссать каждое дерево и нацарапать своё имя на каждом камне. Теперь, когда имущество утверждается нотариально, а не ссаными кустами, тяга к двум последним «мужским» целям поутихла. Посадите мужика на необитаемый остров с самой прекрасной альтмеркой и самой страшной орчихой – он выебет обеих. Рано или поздно, но выебет. По крайней мере будут мысли. Мысли отличают нас от животных. Потому-то и приходится ломать звериное и тащить божественное. Принципы, самоуважение, лесбиянки. Про лесбиянок думал особенно живо, отчего, наконец, кончил. Охуенно лесбиянкам. Их даже никто не осуждает. А кому скажи, что ты говномес – отхерачат по первое число месяца Руки Дождя. Подтершись рубахой Кая, я посмотрел на часы. Поганый Омавель наверняка еще только проснулся. - Кхм. Кхм, рубахой то че не своей. -Кай? – оторопел я. Видимо так крепко задумался, что пропустил момент возвращения Кая из хлебной лавки. - Ну я же всё-таки мастер шпион, а не ты – стал оправдываться Косадес. – И вообще. Прерывать глупо, убегать тупо. К тому же у меня тоже встал. -Бля, какой вы все-таки больной урод – отбрасывая рубаху на сундук отозвался я. – Помню ваш «подарочек». - Ну кто же знал, что ты у нас с сексуальными предрассудками – Кай развел руками – империя давно отошла от всческих ярлыков. Гей, не гей, девочка, мальчик, какая в жопу разница. - В жопу-то может и никакой, а вот о душе забывать не стоит. – философски подметил я. - Эт ты в имперском культе нахватался? – усмехнулся Кай. Давай уже, тебя Раеса ждет. И Балин, между прочим, пришел. Ты же этого ждал? Встретил его две минуты назад на набережной. Шевелись, он обычно дома не задерживается. Я спохватился и выскочил от Кая. Надо было проверить, насладился ли Омавель супом в полной мере. Заглянув через то самое окошечко для проветривания, я убедился в достигнутой цели. Данмер распластался посреди комнаты и закатил накрашенные глаза. Подведенные губы слегка приоткрыты. Видимо сыт. Что ж, одной проблемой меньше. Следовало смотаться в Вивек, заскочить домой и наведаться к этой самой Раессе.   В укромном подвале на складе меня встретила пара жирных крыс. Как я мог не заметить их, убегая от ординаторов, ума ни приложу. Чуть не заблудился, пока искал нужную дверь. Ассассин похвалил меня и сказал, что сейчас со мной поговорит сама Мефала и кивнул на какой-то каменный ящик. Даэдра говорила дребезжащим голосом и вручила кольцо хаджита. Еще б трусы аргонианина дала. Хотя, судя по голосу, там просто сидела какая-то данмерка, которая только что избавилась от хлама и Омавеля одновременно. Лишний повод не связываться с этими людьми. Я подошел к Эно Хлаалу. Эно был чудаковатого вида данмер с осунувшимися чертами лица, но очень опрятной наружности. Мантия не помята ни в одном месте, волосы аккуратно уложены и как следует вымыты. Эльф стал залечивать мне про кучу правил, нарушив которые меня ждет анальная кара через повешенье. Я вежливо отказался, тем не менее, в ответ всё равно нахамили. А тот самый ассассин, что сплавил мне кольцо, еще и больно ущепнул за задницу, выталкивая из гильдии. Случайно или нарочно, я узнавать не стал. Себе дороже. С кислой миной я отправился в Форд Пестрой Бабочки, в Альд’Руне. Опять песок, опять пепел. Недавно мне рассказали про промерзлый остров на севере. На мой взгляд, мерзнуть под снегом куда лучше, чем плеваться песком и созерцать серые данмерские рожи. Раеса оказалась довольно молодой имперкой, что называется «с яйцами». Все-таки добровольная служба в легионе куда удачнее поголовного «долга» родине. Это автоматический отсев, который приводит к тому, что служат только нужные люди. Сильные, выносливые, которым по душе быть ходячим оружием. И мужчины и женщины. Спокойным тоном Раеса рассказала мне, как погиб целый отряд таких, кроме одного несчастного, подхватившего корпрус. Я слыхал про это, даже ушатал одного прокаженного прямо в Вивике, но был уверен, что страдают этим урюханные наркоманы, подхватывая неизвестно где. Если честно, ни к медицине, ни к армии никогда не тянулся. Тем не менее последующие минут двадцать я слушал про опухшего и спятившего легионера. Перед смертью тот бормотал послания Шестого Дома. Мнение Раесы было потрясающим. - Это, конечно, совсем некрасиво. Честно говоря, я и сама немного обеспокоена. – задумчиво, но по-военному четко завершила она свой рассказ -Что, блядь? Совсем некрасиво? Немного обеспокоена? Это же полный пиздец, насколько нужно проширять все свои нервы, чтобы живой полутруп, который пару дней назад был вполне адекватным человеком, НЕМНОГО обеспокоил. – завизжал я, чем привлек внимание сразу нескольких стражников. Мне пару раз пнули в хер и объяснили, что обсуждение приказов – затея глупая, более того, наказуемая. Ненавижу армию. Потирая ушибленный пах, я в полной растерянности направился в Гнаар Мок. Идти пришлось пешком, по темноте. Как только вывернул на едва протоптанную тропу, тут же вспомнил, ни сахара ни алкашки я не взял. Твою то мать, а идти было не меньше часа. Да с моими-то легкими. Отплевывая песок, я, наконец, покинул территорию бурь. Дальше было идти спокойнее. Ночное небо Морровинда манило своей глубиной, свет сыроежек и светляков усиливал атмосферу таинственности и загадочности. Знаю я эту загадочность. На всякий случай, посильнее сжав лук, я прибавил шагу. Какая-то бретонка улыбнулась мне. Может она вампир или еще кто? А может просто ебанутая, нажралась грибов и пошла звезды смотреть. - Эй, эй! Сэра! Не хотите ли совершить весьма выгодную сделку! – одернул меня грубый женский голос. Меня догнала странного вида женщина-редгард. Зрачки на пол лица, потная, коротко стриженная и в странных блестящих сапогах. - Слушаю вас – напрягся я. - Не отведете ли честную женщину в Гнаар Мок, а я вам подарю удивительные сапоги. – прошептала чернокожая и уставилась на меня. -Идем, нам по пути, - легкомысленно согласился я. До Гнаар Мока вдвоем мы шли еще дольше, чем если бы я шел один. Редгардка бегала кругами, спотыкалась о камни, пинала камни, пыталась влезть на каждое дерево, в общем я не знаю, какая скума на такое способна. Любоваться пейзажами у меня теперь времени не было. Я то и дело бегал за торговкой, снимая с деревьев и вытаскивая из кустов. Стаскивая Пемени с очередного камня, я увидел небольшую хижину и крепкого норда, с татуировкой на лице. Мне он показался знакомым. Точно, Кай рассказывал про него. Мужик-норд, клинок. Кликуха – лошадиная пасть. Из города выгнали за любовь к необычным развлечениям. Тот разводил гуаров для понятно каких целей, а в городе особенно не разведешь – срут, воняют, пугают горожан. Я поздоровался с нордом. - А это мои гуарчики – улыбнулся здоровяк и погладил член через штаны. Тут я впервые обрадовался, что был не один, и, отделавшись «прости мужик, я спешу, Каю привет передам» побежал разбираться с торговкой. К счастью, путешествие, начинавшее напоминать пытку, подошло к концу. Мы вышли к болотине, в центре которой значилась табличка «Гнаар Мок. Осторожно, нетчи!» - Гони сапоги – обратился я пускающей слюни в воду Пемени. - Ну держи – и редгардка сняла с себя обувь. Через мгновение лицо её сделалось обыкновенным, зрачки сузились, рот занял своё обычное положение. - Что это еще за хрень? – удивился я. - Это не хрень. Это эксклюзив. Тут серьезная магия – затараторила торговка. Штырит так – только не откинься. Сапоги из кожи, пропитанной одним нехуевым зельем. Все, я по своим делам, ты по своим. Изыди – махнула мне на прощание редгардка и скрылась за одной из лачуг. Не долго думая, я натянул сапоги. Начиная от ног, волна адреналина залило моё тело. Хуй встал, в глазах потемнело, сердце того и гляди выскочит прямо изо рта. Всё тело налилось необычайной легкостью, я чувствовал себя выпущенной из лука стрелой. Только не видно нихуя. То ли испуганный, то ли обрадованный я бросился бежать. Хотелось просто бежать и никогда не останавливаться. Я рванул с места но тут же осознал, что лежу на земле. Теперь голова болела, но эта боль как-то выдернула мой разум в реальность. Сделав над собой усилие, я стянул сапоги. Энергия исчезла, как наваждение. Мда. Не надо мне такой магии. По крайней мере, сейчас я к ней точно не готов. Я пропотел как вьючный гуар с фермы Лошадиной Пасти. А после Альд’Рунских бурь всё чесалось и покалывало. Пора было помыться. А потом и пещеры со всякими Даготами. Гнаар Мок был бедной провинциальной деревушкой, в которой стояла местная баня. Это, конечно, не сауны Вивека, с фонтанами, но мне было не до роскоши. Мыться в реке я завязал после случая с дреугом. Вообще стал бояться воды, по правде говоря. Вот бочка, там водичка, видно дно, всё прекрасно. Выдали вполне себе душистое мыло слоад, легкая пенка от которого приятно щекотала подбородок. Кстати, о слоадах. Видал я одну книжонку, написанную каким-то ногастым некромантом на языке слоадов, как сказал мне продавец. Откуда этот наркоман выучил слодаский, кому он писал эту книгу и нахуя? – не ответили даже в библиотеке Храма. Слоады – жирные, страшные, мы из них мыло варим. Если слоад еще не мыло, то он скоро им станет и на книги у него точно времени нет, тем более некромантского содержания. Хуйня какая-то. Воняющая рыбой деревня, в которой мне предстояло искать пещеру с сумасшедшим Гандоном Герписом не могла не навести на мысль, что если наш Вивек и принимает какие-то законы да нововведения – то недалече как у себя, в Вивике. Я закрыл глаза и погрузился в мыльную пену. Еще пять минуточек и спать. Утро вечера пошли нахуй.