God, Save Our Souls

После нашего разговора «по душам», мы с Каем почти не то, что не разговаривали, даже толком не виделись. Я сначала мучительно долго пыталась вспомнить, что он мне говорил, но получалась какая-то каша, обрывки фраз, совершенно друг с другом не связанные. Смотря на брата, нельзя было сказать, что вчера на нем не было лица. Наоборот, на следующий день, он уже с улыбкой, шутками и потоком нескончаемой энергии помогал по дому и пропадал в университете, помогая доктору Картеру в его научной работе, чтобы потом беспроблемно уехать на пару дней. Поэтому я бросила всякие попытки восстановить тот вечер в памяти, сославшись на то, что если сегодня ему лучше, значит, это и не было особенно важно. Я же эти два дня до уезда родителей помогала маме упаковать все необходимые вещи, а остальное время, с утра до вечера мы с Зальцманом репетировали мое выступление и прорабатывали возможные вопросы, на которые я должна буду отвечать. Не сказать, что я была любимицей школьных учителей. Наоборот, я последнее время много ленилась и, тем самым, у многих из них выбыла из «круга посвященных», ну знаете, тех, кто посещает дополнительные факультативы «для избранных» и почти на «ты» с учителем. Да и к тому же их предметы меня не особо интересовали, чтобы так отчаянно стремится им угодить, как это делали многие. Единственное, что меня действительно увлекало, так это литература, в частности из-за молодого, красивого и харизматичного преподавателя. Аларик, устроившись в нашу школу и начав преподавать у нас в классе, сначала не заинтересовал меня. Но как только он обратил на меня внимание и по-настоящему, в отличие от его коллег, захотел услышать мое мнение относительно поступка Джен Эйр по отношению к мистеру Рочестеру, я посмотрела на него с другой стороны и вскоре увидела в нем профессионала своего дела. Он не был чопорным или придирчивым, у него не было любимчиков, как у остальных. Со всеми в классе он смог найти общий язык и тем самым расположил к себе даже самых отъявленных прогульщиков. Я хочу сказать, он всегда мне нравился, но что-то странное произошло в тот вечер, когда мы занимались с ним последний день перед конференцией. Была пятница, поэтому к шести вечера занятия почти у всех классов подошли к концу. Мы усердно занимались, но мне было легко общаться с ним: в перерывах между подготовкой мы шутили, рассказывали друг другу истории из жизни. Когда получалось так, что мы на какое-то время замолкали, в кабинете возникала какая-то приятная тишина, нарушаемая только тиканьем часов на его руке. Я действительно хорошо подготовилась, но меня не покидало чувство, что, увидев десятки людей перед собой, которые со всей серьезностью будут относиться к моей речи и ждать чего-то внятного и адекватного, я облажаюсь, все забуду и не смогу выдавить из себя ни тезиса. На душе от всех этих мыслей как-будто гудел жужжащий улей, не дающий найти себе места. От одной мысли провала, ладони потели, а коленки начинали жить своей жизнью, трясясь как в лихорадке. - Мистер Зальцман, у меня ничего не получится, я полная бездарность, я все забуду, подведу школу, за это вас лишат премии, а, возможно, и уволят, и от позора вам придется переехать в другой город, давайте вместо этого мы откажемся от выступления, ну, или вы сами, как преподаватель выступите?- я нервно тараторила, не делая паузы между своими словами, «выливая» свои безумные предложения на Аларика. - Альва, мы не зря готовились, все будет хорошо, ты просто слишком много паникуешь, - он взял мою влажную, лежащую на столе руку, в свою ладонь. – Ты придешь домой, - большим пальцем он начал поглаживать тыльную сторону ладони, чем вызвал у меня удивление происходящему, граничащее с шоком, поскольку это больше походило на бред сумасшедшего, фантазиями моего переутомленного мозга, чем на реальность. -Поешь…Примешь душ, - он произнес это с паузами и посмотрел в мои растерянные глаза, продолжая свои действия. Его взгляд был серьезным, и мягким в тоже время. Удивительно, но при всем притом, что он нравился мне не только как преподаватель и наставник, мне было неловко и даже немного неприятно, хотя он не сделал ничего предосудительного. Ощущения, возникшие от этого момента, были пресные, оставляющие какое-то неприятное послевкусие. В любой другой момент я бы растаяла, но толи от перенапряжения из-за занятий, толи из-за Кевина, я не хотела, чтобы еще и мистер Зальцман упал в моих глазах как мужчина. Я сидела и прокручивала это снова и снова в мыслях, что, наверняка, не могло не отразиться на моем лице. Едва наклонив голову, он внимательно посмотрел на меня и продолжил. - Затем ляжешь спать, чтобы хорошо выспаться, - последняя фраза была словно оторвана от общего контекста, и дело было вовсе не в словах. Она была сказана быстро, словно брошена, если бы ему надо было бы срочно уходить. Одновременно со своими словами, он отпустил мою руку и, пожелав завтра удачи, сказал, что занятие окончено. «Что вообще творится с моей жизнью? Откуда столько безграничного внимания к моей персоне? Как будто на лбу появилась надпись “Бутылка откупорена, налетайте” или может у меня грудь появилась?...Фу, Аларик, ну, зачем ты все испортил?» «А может, ничего и не было? Может я сама себя убедила?» У меня уже голова раскалывалась на две части от постоянного самокопания, сидя на сидении школьного автобуса возле окна, я не могла расслабиться и просто рассматривать уже давно привычные пейзажи. Время было уже около 7 вечера, поэтому я пребывала в автобусе в гордом одиночестве. Ахмед, наш постоянный водитель уже совершил последний рейс на сегодня, доставив всех школьников по домам, но мистер Зальцман уговорил его довести меня, после того как я слишком громко и резко отказалась от того, чтобы он сам меня довез. Наверное, я его здорово расстроила своей реакцией, не маньяк же он, в самом деле. Уже ближе к дому, я успела уснуть и, когда автобус остановился, стукнулась головой о переднее сидение. На улице было прохладно, как-то даже слишком для нашей широты. Я сунула руки в рукава куртки, пытаясь не заледенеть, пока иду до дома. Все покрылось изморозью, и ботинки скользили, едва не опрокинув меня лицом на землю, до конца дополняя день провалов. Свет не горел по всему дому, синего Челленджера Кая не было. «Отлично, присмотрел за ребенком! Опять куда-то свалил. Еще и поесть, наверное, ничего не приготовил» Внутри накопилось столько тягучей тоски и безразличия ко всему, что это даже злило. Возможно, все банально из-за переутомления. Хотелось просто прийти и наслаждаться благами самой младшей в семье, чтобы Кай спросил, как у меня дела, накормил, развлек своими рассказами из универа. Но нет! Он где-то шатался, и это бесило. «Поужинав» овсяными печеньками с молоком, я отправилась к себе в комнату, чтобы принять душ и с какой-нибудь книжкой зарыться в подушках с одеялом. Я давно переросла страхи перед темнотой и полтергейстами, поэтому двигалась в коридоре по памяти, даже не включая свет. Как вдруг открывающаяся дверь комнаты брата чуть не впечаталась мне в лицо. Сердце ушло в пятки. В голове пронеслись мыслей от: «Это грабители» до «это бабушка Снеррир, рассказами о бродящем по дому духе которой меня пугали братья». Я сразу же отреклась от мыслей, что больше не боюсь призраков. Не заметив мое присутствие, брат налетел на меня чуть не сбив с ног. - Почему так долго, я уже было хотел за тобой ехать, - с каменным лицом и такой же интонацией спрашивал меня брат. - Как же ты меня напугал! Я думала ты не дома! А где машина? – выпалила я. «Не испугался, да даже не удивился…гаденыш» - Где мне еще быть? Меня вообще-то оставили за тобой присматривать, - Кай закатил глаза, сделав вид, что это самое ужасное, что могло с ним случится. - Мы в подвале сидим, - облокотился о стену и устало потирал глаза. - Хороша нянька! На ужин забил, меня бросил и вообще кто это мы? – я скрестила руки, отчитывая Кая. Мне в какой-то степени нравились наши перепалки, я заряжалась некой особой энергией, даже сейчас, я была рада видеть его и усталость куда-то улетучилась. И, похоже, его это тоже забавляло. - На кухне, это такая комната, возле гостиной, есть большой бежевый шкаф, - Кай показывал руками размеры холодильника, улыбаясь. - Внутри которого всегда поддерживается низкая температура, чтобы сохранять еду долгое время. Я засмеялась и начала колотить его руками, в надежде выбить из него этот дурацкий высокомерный тон. - Если бы ты была не настолько маленькой, глупой и беспомощной девочкой, ты бы догадалась туда заглянуть, - защищаясь от моих избиений, продолжил он. Как же я люблю подобные моменты. Мы, дерущиеся в коридоре, валяющиеся в кровати, обедающие в столовой и помогающие друг другу в передрягах. В такие моменты я чувствую себя такой счастливой. У меня есть большая, местами не дружная, но такая родная для меня семья. Кай, наверное, самый близкий для меня человек. (Джо, конечно же, была бы на первом месте, если бы не динамила нас и приезжала хотя бы на каникулы). Мы все еще дурачились, щекоча друг друга. Проделав удачный маневр, я запрыгнула к нему на спину, сжимая ногами его торс, и звонко чмокнула в щеку. - Пойдем к нам, - отдышавшись, предложил брат. – Там Шерри и Грег, - от того, что эта особа сидит у меня дома меня передернуло, и я хотела сразу отказаться, до тех пор пока Кай, увидев мое высокомерное лицо, не начал нести меня по направлению к лестнице, не отпуская. В подвале действительно горел свет и было слишком уж тихо для двух человек внутри. Открыв дверь, мы увидели, как Шерри-даю-всем-не стремаюсь целовалась с Грегом на старом диване. Он сжимал ее волосы в своем кулаке и обнимал за талию, а ее рука была у него в штанах. Я раньше об этом не задумывалась, но я, в отличие от Рикки и других девчонок из нашего класса, никогда не находила кассеты с фильмами для взрослых у своих родителей, толи они были выше этого, толи это я даже слона в поле найти не могу. Я, конечно, видела, как целуются в фильмах и в школе во время перерывов между уроками, но это и на десятую долю процента не передавало того, что я увидела сейчас. Столько страсти, похоти и безразличия к тому, что Кай все-таки должен вернуться. Я смутилась и отвела глаза. Страшно представить, что тут было бы, если бы брат задержался. - Воу, воу, я ушел всего на 10 минут, - он спускался по лестнице, волоча меня за собой.. – Поскромнее, здесь дети, - плюхаясь на противоположный диван, протянул он издевающимся тоном, за что был награжден моим колким взглядом. - Салют, Эви, - Грег помахал мне, обернувшись. - Чувак, тебя не было минут 20, где ты там вообще пропадал, - Грег, тот самый, который плакал, что ему зарядили мячом по спине и которого я помню еще с детства, оторвался от Шерон и застегнул ширинку. - Забыл, куда положил, - съязвил брат, доставая что-то из кармана. Это было что-то небольшое, завернутое в фольгу. «Это что еще?» Внутри оказался кубик темно-зеленого цвета, похожий на спресованную траву, собственно она это и была. «О боже, боже, это же наркотики, так нельзя, что скажет мама. Надо что-то сделать» Я начала паниковать внутри себя, но старалась не подавать вида, чтобы Кай и присутствующие не думали, что я маленькая трусливая школьница. Мне даже показалось, что я перестала дышать, пытаясь придумать менее унизительный для себя способ остановить их. Тем временем, подложив небольшой кусок фольги на край стола, чтобы большая ее часть оставалась на весу, и, закрепив конструкцию бутылкой пива, Кай начал заниматься смоленком. Отделив маленький кусочек от гашиша, он положил его на фольгу и, достав из кармана металлическую трубочку, по диаметру вполовину меньше обычной сигареты, взял ее в рот. В конечном итоге, забив голос совести, я позволила любопытству во мне победить голос разума, и смотрела уже во все глаза, наблюдая за тем, что делает брат. Выверенными движениями, держа зажигалку снизу фольги и нагревая тем самым ее поверхность, Кай начал затягивать дым тлеющей травы. Подержав его немного в себе, он выдохнул клуб дыма и показал рукой нас свое место, приглашая друзей. Он казался мне таким непривычным, чужим и вовсе не моим братом. Я словно вышла из своего тела и разума, посмотрев на него свежим взглядом. «Или я уже надышалась здесь?» Все по очереди проделывали эту процедуру без колебаний, будто совершали это не единожды. Было ужасно интересно наблюдать за ними. Внутри появилось чувство чего-то особенного, будто меня приняли в масонское ложе. Может Кай был прав, и я вправду маленькая девочка, которая еще ничего еще не смыслит в этой жизни? Глупо, конечно, но единственным решением, чтобы доказать обратное как ему, так и себе, было… - Я тоже хочу попробовать! – твердо сказала я, когда брат снова вернулся на свое место рядом со мной. Я заметила, как некоторое время все внимательно меня рассматривали. Кай тоже удивился, но ничего не сказал, только лишь ухмыльнулся, продолжая заниматься подготовкой новой порции. Как же меня разозлила эта его улыбочка. Я боролась с желанием врезать ему и уйти, но не хотелось выставить себя в негативном свете перед Шерри, поэтому я просто смотрела за тем, что он делает, теша себя мыслями, что его кровь прольется позже, когда мы останемся одни. - Вдыхай, - бросил брат, когда начал затягиваться. - Что? - я повернула голову, не поняв, что он сказал, и к чему это вообще было. Наполнив легкие дымом, он резко положил свою руку на мой затылок и притянул к себе плотно прижавшись своими губами к моим и выдыхая в меня. Опешив, я беспомощно уткнулась руками в его грудь, но, вспомнив его слова, начала втягивать дым. Закончив, он откинулся на диван и победно засмеялся.В стиле "больше не попросишь". Я почувствовала, как мои легкие сразу же сжались, не давая уже просто чистому воздуху проникнуть внутрь. Я закашлялась, схватив бутылку с водой и начав пить. «Зачем он это сделал? Что это вообще было?» - Я тоже так начинала, ничего, ты привыкнешь. Хорошо, хоть так, а то если первый раз напрямую самой затягиваться, это вообще убийственно - хихикала Шерри, сидящая на коленях у Грега. Еле-как уняв кашель, я гневно посмотрела сначала на эту выскочку, а потом на повеселевшего брата и, сославшись на то, что мне нужно выспаться перед конференцией, на ватных ногах пошла к лестнице. Голова начала кружится. Всегда знала, что в этом плане у меня слабый организм. Даже пару глотков алкоголя хватает, чтобы захмелеть, так зачем тогда я вообще попросила это? «Конечно, надо же было показать себя перед потаскушкой Шерри, святое дело» Не в состоянии принять душ, я упала на кровать. Комната кружилась, стоило мне только закрыть глаза. Так плохо мне, наверное, не было никогда. Я повернулась на бок, натянув на себя уголок одеяла и даже не раздевшись, уснула.

***

- Мисс Паркер, хватит витать в облаках, может вы начнете отвечать на мои вопросы, - я сидела в кабинете литературы наедине с Зальманом. Он стоял напротив меня и выжидающе смотрел. Было прохладно и я натянула на себя куртку. Он продолжал что-то говорить, но я опять не разобрала. - Что вы спросили, мистер Зальцман? Я не расслышала. - Вдыхай, - улыбался он, подняв одну бровь. Я удивилась, едва не открыв рот. В тот же момент, он оказался рядом и взял мое лицо в свои руки. - Мистер Зальцман? На его месте возник Кай, будто там всегда и сидел. Проведя большим пальцем по щеке, он начал выдыхать дым в мой приоткрытый рот. Он не казался таким удушающим, как в первый раз, словно растворяясь внутри меня как воздух. Внезапно я почувствовала, как теплый язык брата оказался у меня во рту, переплетаясь с моим. Его руки, до этого держащие мою голову, начали сползать вниз по моей спине, все больше прижимая меня к себе. Отстранившись от меня, он тепло посмотрел в мои глаза и убрал мою прядку за ухо. - Еще пять минут, и я не буду тебя никуда отвозить. - А? Кто-то потряс меня за плечо, выдергивая из сна. Едва разлепив глаза, я увидела брата, который стоял возле моей кровати и чистил зубы, поставив одну ногу на кровать и облокотившись на нее. - Что тебе снилось? - орудуя щеткой во рту, нечленораздельно мычал Кай. - Ты так смешно причмокивала губами, - издеваясь, смеялся он. - Ничего, - буркнула я и, спрыгнув с кровати, хлопнула дверью в ванную комнату.