Музыка во мне.

***

      Я оглянулась по сторонам, убедившись, что около озера народа не так много, спустилась к берегу и спряталась под пешеходным мостом. Всегда любила это делать. Никто меня не видит, а влажный воздух приглушает звуки гитары. Необходимые моменты уединения я получаю именно здесь.       Достав гитару из чехла, я присела на принесенное с собой полотенце и аккуратно взяла два аккорда. Профессионалом на гитаре я никогда не стану, но подобрать мелодию на ней вполне возможно. Да и фортепиано с собой не потаскаешь.       Плавно перебирая струны, я думала, какое же произведение мне взять на конкурс. Именно сейчас тот момент, когда мне самой позволяют выбрать программу, а значит надо воспользоваться этой возможностью. Но ничего путного на ум не приходило.       Вдруг послышался всплеск воды, словно кто-то шёл вдоль берега. И ведь действительно шёл. Из озёра осторожно выходил парень одного возраста со мной. Блондинистые волосы, карие глаза. Да это же Алекс! И что он тут делает?       Парень подошёл ко мне и со скромной улыбкой произнёс:       — Привет. Давно тут?       — Нет, я только подошла. А ты-то что тут делаешь? — спросила я, недоверчиво оглядывая мокрые шорты и оголенный торс.       — Поплавать захотел. И плевать, что на календаре конец сентября. Нужно брать от жизни все.       Алекс выразительно смотрел на гитару в моих руках. Может, мне мне показалось, но в его глазах плескалась… тоска?       — Можно я сыграю? — попросил меня парень.       — Конечно, — мне стало интересно, на что он способен.       Широкие ладони неожиданно бережно взяли инструмент. Под пальцами родились красивые звуки. И лицо Алекса, в отличие от моего, повторяло те эмоции, что таила в себе мелодия. Но внезапно он сбился и отложил инструмент на полотенце.       — Эх, говорили мне, что баскетбол пальцы повредит. Теперь контролировать их так трудно, — протянул блондин, переводя взгляд на меня. — И все же я рад, что он остаётся частью моей жизни.       — Так ты музыкант? — спросила я.       — Угу, — Алекс кинул гальку в воду. — Год назад окончил музыкальную школу по классу гитары. Теперь хожу туда музыку послушать и с учителями поговорить. Они правда ещё злятся на меня из-за моей страсти к баскетболу, но все же они единственные, кого я считаю друзьями.       — Но ты ведь популярен. Неужели тебе не на кого положиться? — спросила я, но потом, подумав, добавила. — Ладно у меня друзей нет, я никого не подпускаю близко, но ты — звезда школы…       — Да что могут эти идиоты, — перебил меня парень. — Им важен мой статус, но не я. Урвать бы лакомый кусочек, а потом хвастаться: «я крутой, сам Алекс Субботин — популярный фотограф, сын богатенького отца у меня в друзьях». Бесят они меня.       — Но почему ты все это рассказываешь мне? — безразлично спросила я.       — Потому что ты другая, — спокойно ответил Алекс, переводя взгляд на меня. — Тебе наплевать на то, что я популярен. Даже когда я держал тебя в объятиях, ты ни визжала от счастья, а спокойно поправила волосы и так же спокойно освободилась от моих рук. Это было неожиданно, но… правильно, что ли. Да и сейчас, мы с тобой разговариваем, а мне на душе спокойно.       На это я ничего не ответила. Для меня это было не менее, чем странно. Вроде и не общались особо, но и моя душа чувствовала легкость и комфорт. Но что это за чувство?       — Кстати, Лена, — вдруг позвал парень. — А почему ты ни с кем не общаешься? Сколько не наблюдаю в школе, ты одна.       — Потому что не могу к себе никого подпустить, — ограничилась я краткой фразой.       — Но ведь класса так до шестого у тебя были хотя бы знакомые, с которыми ты общалась, а сейчас ты совсем одна. Из всех друзей только фоно да гитара.       Он как будто в мою душу заглянул. Внезапно сердце стало колотиться чаще. Алекс раскусил меня, пообщавшись со мной два раза. Но не скажу, что это общение было неприятным. Мне нравилось, что есть хоть кто-то, кто может меня понять. Не зря ведь мой одноклассник упомянул инструменты как моих друзей. Если это и будет моя ошибка, я рада, что смогу хотя бы попробовать рассказать Алексу все о себе.       — Да, ты прав. Просто шесть лет назад нас с мамой бросил отец. Мы остались почти без средств существования, а все мои друзья отвернулись. Им было важно, что я их угощала всякой всячиной. Иногда радовала дорогими подарками и прочим. А как только у меня это пропало, пропали и друзья. С тех пор я не подпускаю к себе людей. Они лицемерны и жестоки. Им плевать на нас и на наши чувства. Я с тобой согласна, им лишь бы урвать лакомый кусочек…       — Ладно тебе, не грусти, — улыбнулся Алекс и снова взял гитару в руки.       В возникшей тишине полилась тихая мелодия «Лунной сонаты» Бетховена. Простенький мотив одних лишь верхних нот без басов. Парень просто наслаждался ощущением вибрации струн в своих пальцах. А я наслаждалась тем, кто в кои-то веки смог меня понять.       А тем временем на город уже опустилась ночь. На озере блестела дорожка лунного света, открывая путь к тайнам мироздания. Я, сама того не замечая, начала подпевать нотами под гитару. И тут то мою голову осенила мысль: почему бы на конкурс не взять «Лунную сонату» в трех частях? Минут на пятнадцать займу весь зал, порадую учительницу ее любимым произведением. Да и потом Бетховен — классика. Так что в данном случае это самый выигрышный вариант.       — Алекс, — воскликнула я. — Спасибо! Я придумала, что играть на том конкурсе.       — Да не за что, — улыбнулся блондин. — Давай я тебя до дома провожу? Время уже позднее.       Я кивнула, подняла гитару и стала ждать Алекса, чтобы тот переоделся. Когда он вернулся, то взял гитару в одну руку, а мою маленькую ладошку в другую, не принимая никаких возражений. Так мы закончили этот день и начали новый. И в нем все должно было быть прекрасно.