Феникс и журавль

В глазах охотника, стоит тому оказаться рядом, загораются маленькие и теплые солнышки. Даже не удивительно что это происходит. Алек улыбается смущенно, краснеет и очаровательно заикается, путаясь в словах, взгляд его немного шальной (и Магнусу приятно думать, что от всего только что увиденного) и, конечно же, он прощает его. Вообще-то, маг не хотел делать этого. Он собирался долго и упорно держать оборону, метать искры и молнии, прожигать дыру в лучнике и драматично уходить от него раз за разом, словно настоящая дива. Крайне обиженная. Но этому парню невозможно противостоять. Его невозможно отталкивать и невероятно трудно повернуться к нему спиной. Магнус знает, каково это - когда важный тебе человек просто смотрит с пренебрежением, холодом, а затем хмыкает так, будто выражает этим насмешку, мол "Как ты вообще мог подумать, что я свяжусь с таким, как т ы?" и уходит, оставляя за собой только разрывающую пустоту внутри. И он никогда не позволит этому прекрасному солнечному мальчику испытать такое. Он замирает рядом с нефилимом, поглаживает его руку осторожно, почти неощутимо, самыми кончиками пальцев, но Александр выглядит так, будто его прошибает маленькими разрядами тока, пробирающимися по телу к самому сердцу. И тут довольно трудно устоять. Так что, особо и не сдерживаясь, Бейн как на магните подается вперед, буквально впечатавшись в приоткрытые губы, замирает с широко распахнутыми глазами, смакуя ощущение обжигающего дыхания на своих, а когда никакой клинок или стрела не просачиваются ему между глаз, то подступает еще ближе, теперь впечатываясь уже всем телом, и ласкает губы. Мягко. Осторожно. Ласково. Любя. Робко. Просто боясь спугнуть. И то, что Лайтвуд в конце концов опускает руку ему на шею, кончиками пальцев зарывшись в короткие волосы на затылке, легко поглаживая, буквально расслабляет все тело разом, и Магнус едва ли не сваливается в сильные руки, а в глазах его едва ли не вспыхивают сердечки, обласканные мягкими и игривыми солнечными лучиками.