Я возвращаюсь

Гермиона сидела на мягком диване перед небольшим лакированным столиком, на котором стояла чашка ароматного кофе с корицей и кленовым сиропом, вкусная надкушенная булочка, щедро политая белой глазурью, и дневник. Тот самый, кожаный, с ожившим соловьём на обложке. По началу девушка боялась выносить его из комнаты, ведь не каждый человек на Земле сможет переварить мысль о том, что изображение вполне свободно двигается, а иногда даже издаёт звуки. Но через некоторое время оказалось, что в мире маглов или действие заклинания ослабляется, или соловей попался очень умный - как бы то ни было, рисунок производил впечатление статичного, вполне обычного украшения для тетради. За то время, что Гермиона провела на летних каникулах, а это почти полтора месяца, она успела исписать чуть ли не половину дневника. Теперь же девушка медленно перелистывала страницы, вчитываясь в случайные абзацы и вспоминая всё произошедшее. И тётушку Фридесвиду, она пришла встречать свою троюродную племянницу, Адамину, на вокзал в Кроукворте, показала ей дом и комнату на ближайшие два месяца. Там очень уютно и мило, а тётушка, оказалось, прекрасно готовила: её выпечка могла свести с ума кого угодно. Гермиона всей душой полюбила вечерние беседы с ней за чашечкой чая и куском пирога, её заботу и жизнерадостность. Теперь очень жалела, что они не настоящие родственницы и, быть может, после конца каникул никогда не увидятся. Деревенька, где Фридесвида жила последние двадцать пять лет, была маленькой и аккуратной, неспешно идущей день за днём по своей скромной дороге. До Кроукворта оттуда рукой подать, пять минут на пригородном поезде. Но Гермиона предпочитала ходить пешком, любуясь неповторимыми пейзажами, каждый раз отличающимися от предыдущих. В центре городка обычно они встречались с Лили и начинали свои бесчисленные прогулки по узким сероватым улочкам, кое-где украшенным цветами или ярким балконом. Или по берегу реки, среди молодых рощиц, в которых всегда гулял свежий ветерок, играя листьями деревьев. Оттуда открывался вид на фабрику, небольшую, но всё равно внушающую уважение. Такое своеобразное заводское искусство, максимально рациональное и качественное. Впечатления от прочитанных книг...слишком свежие, чтобы вспоминать о них сейчас. Вот через какое-то время, когда, возможно, эти книги будут прочитаны второй раз, будет интересно сравнить мнения "тогда" и "теперь". Муки ожидания письма от Дамблдора или МакГонагалл с известием о том, что они нашли нужное заклинание и готовы вернуть всё на круги своя. А потом размышления об этом времени и постепенное смирение с происходящим. Может, совсем не плохая перспектива - прожить жизнь бок о бок со здешними людьми, помочь, когда будет нужно и направить в ту сторону, где их жизни будут сохранены... Встреча с Мародёрами. Гермиона улыбнулась. Неделю назад ранним утром в окно её комнаты вдруг постучали. Странно, никто, кроме Лили, не знал, где она живёт, а она сегодня не собиралась приходить. Подгоняемая любопытством, девушка поднялась с кровати, подошла к окну и выглянула. Прямо напротив стоял Сириус и довольно улыбался, созерцая удивление на её не до конца проснувшемся лице. -Доброе утро, соня! Вставай, собирайся и выходи! Ты необходима мне как можно скорее. Гермиона сначала заволновалась, не случилось ли что-то плохое. Но Сириус не стал бы, скорее всего, улыбаться в таком случае. Собралась она в рекордные сроки и, не позавтракав, только схватила со стола что-то, заботливо завёрнутое в бумажку. Тётушка Фридесвида каждый будний день рано уходила на работу - сидеть с детьми начальника фабрики, а еду для своей племянницы бережно заворачивала и оставляла. У дверей поджидал черноволосый парень. Он стоял у мотоцикла с коляской, на первый взгляд абсолютно обыкновенного, и крутил в пальцах очки для езды. -Забирайся, покатаемся, - озорно улыбнулся и подмигнул. -Что-о? -Шучу я. Поехали, мы с Джеймсом приглашаем тебя на прогулку. -Вау! - ну и дела, Гермиона заранее была счастлива. - А Лили? -О, - Сириус бросил взгляд на магловские наручные часы, - её уже полчаса охмуряет Джеймс. Надеюсь, ему удалось склонить её к принятию нашего бесценного предложения. Гермиона прыснула, стоило только представить, как он распинается под окнами своей возлюбленной. Серенады поёт, поди, на одном колене стоит с розой в зубах. Придя в более-менее спокойное состояние, девушка залезла в коляску мотоцикла, надела непривычные очки, предложенные Сириусом, и приготовилась к приключениям. И ожидания оправдались: мало того, что мотоцикл оказался заколдованным так, что умел летать, так он ещё и привёз их прямо в поместье Поттеров, где уже находились Римус и Питер. Прямо как хотелось ещё на прогулке в Хогсмиде - оборотню напомнили, что он, несмотря ни на что, человек. И теперь он был таким же бодрым и весёлым, как в самые лучшие моменты. -А я сбежал из дома, - как ни в чём не бывало бросил Сириус, когда все приветствия уже были сказаны и повисла напряжённая тишина. Такая бывает, когда старые знакомые или друзья встречаются после продолжительной разлуки и сперва не могут найти тему для разговора. -Опять шутишь, - ошеломлённо пробормотала Гермиона. Оставшиеся же парни не проявили никаких эмоций. -Нет, Мин, на этот раз не шучу, - он и правда посерьёзнел, как будто выражением лица доказывал правдивость своих слов. - Слишком там Слизеринская атмосфера, - ухмыльнулся, всё-таки не может без юмора. Вскоре подтянулись и Джеймс с Лили. А он на самом деле подарил ей цветы. Только не розу, а лилии, изысканные и утончённые, как и сама девушка. Гермиона оторвалась от страницы дневника и закрыла глаза. Да, прекрасный был день. Компания до самого вечера гуляла по полностью волшебному городу, такому непривычному для маглорожденных подруг. Потом, уже перед отъездом девушек выяснилось, что завтра полнолуние и ребята специально позвали Римуса сюда, чтобы его волчья ипостась доставляла меньше неудобств. Гордость за людей берет в такие моменты. Твёрдо осознаёшь, что не только в сказках существует настоящая, преданная дружба. Гермиона оторвалась от воспоминаний, отложила дневник и вернулась в реальность. Кофе заметно остыл, но не потерял ни капли вкусовых качеств, а может, даже приобрёл. Девушка обвела взглядом помещение. Она, единственный посетитель, сидела за угловым столиком небольшого уютного кафе с неяркими лампами внутри абажуров из газет на низком потолке и пустой стойкой за витринами: продавщица отошла куда-то в дальнюю комнату, когда убедилась, что новых заказов нет. Оттуда доносился новейший и самый модный в Кроукворте хит, "Love hangover". Неплохая песня, что правда. Обшарпанные стены из красного кирпича были хаотично обклеены множеством плакатов, большинство из которых были посвящены АББе или Битлз. Можно бы сказать, что кафе обставлено в стиле семидесятых годов, но... так оно было! Забавно. За сравнительно большими окнами смеркалось. Дождь, накрапывающий последние пару часов, медленно стекал каплями по стеклу, а мокрый асфальт отражал отблески неоновой вывески с названием кафе. Никого не было видно, тишь и покой. Обычно Гермиона проводила вечера дома или с Лили, но сегодня все Эвансы уехали навестить то ли бабушку, то ли прабабушку сестёр, а тётушка Фридесвида выбаралась с подругой в Лондон за покупками. Поэтому девушка в спокойном одиночестве сидела в любимом заведении Кроукворта, даже более привлекательном, чем библиотека. Рывком открылась дверь и в проёме показался чей-то силуэт, закутанный в тёмный плащ. Музыка ветра, очень известное китайское украшение, издала тихий переливчатый звон; в кафе ворвался поток воздуха с запахом свежести, мокрого асфальта, дождя и вечера, задел ближайшую ко входу лампу и заставил свет колыхаться. За витриной появилась продавщица, суетливо вытерла руки о фартук и дружелюбно улыбнулась: -Добро пожаловать! Силуэт шагнул внутрь, не обратив никакого внимания на приветствие, затворил за собой дверь и осмотрел зал. Остановил взгляд на Гермионе, энергично подошёл к её столику, чуть нагнулся и из-под капюшона впился в лицо сидящей глазами-углями. С чёрных сальных волос, спадающих на лоб, пара капель воды разбилась о край стола. -Адамина Хаугард? Знакомый ледяной голос. Слишком, Мерлин, знакомый. Девушка, не отрывая любопытного взгляда от странного типа, кивнула. Парень вытащил руку из-под плаща и протянул Гермионе намокший одним уголком конверт: -Это для Лили. Только, - с нажимом выделил слово, - для Лили. И, стоило девушке взять письмо, круто развернулся и стремительно покинул кафе, снова впустив ветер. Продавщица разочарованно надула пухлые губки и снова скрылась где-то за стойкой. Всё вернулось в прежнее состояние. Всё, только не Гермиона. Её, чёрт возьми, только что рассматривал Снейп! Тот самый Пожиратель, он который год уже будет скрываться под маской учителя зельеварения, пытаясь перейти на преподавание защиты от тёмных сил. Жуть. Холодок пробежал по спине девушки. И что это он передал Лили? Вдруг что-то опасное, что может навредить? Не лучше ли будет сжечь его в ближайшем тёмном тупике? Хотя, наверное, не стоит. Гермиона ощупала письмо. Конверт очень тонкий, похоже, там только листок бумаги. Эх, ладно. Будем надеяться, что относительно Лили у Снейпа остались хоть какие-то доброжелательные чувства после стольких лет дружбы. -Он не дружил со мной. Он влюблён, - опустошённо произнесла Лили, сидя следующим вечером на лавочке у дома Фридесвиды с развёрнутым письмом в руке. Говорит, что влюблён, а сам в той шайке, предводитель которой всего через несколько лет убьёт Лили. Не очень правдоподобно звучат такие признания. -Просит прощения опять, и говорит, что попал в опасную компанию. Сообразил наконец-то, ну надо же, - не удержалась от едкого комментария. Наверное, далеко не один раз предупреждала его об этом. - И просит не связываться с ним и с любым другим из Пожирателей. Пф, да с удовольствием, на что они мне сдались! Провались они все!.. Обида, злость, выступившие на глазах слёзы - такие необычные ощущения для такой солнечной девушки, как Лили. Но осознание, что старый друг окончательно потерян, и не до такого может довести. Хотя на её месте Гермиона выбирала бы себе старых друзей поосторожнее. Небольшой аккуратный сад, лавочка под яблоней и яркий оранжево-красный августовский закат - казалось бы, что может быть прекраснее? Лили, однако, совсем равнодушно взглянула на фантастические краски, опустила голову на плечо подруги и грустно вздохнула. Гермиона хотела было что-то сказать, да только что? Как тут поможешь? -А как вы познакомились с Северусом, надеюсь, не путаю имя? -Всё правильно, Северус. Когда я ещё не получила письмо из Хогвартса и, соответственно, не знала, что волшебница, способности проявлялись довольно сильно. В какой-то момент я научилась ими управлять, но родители и сестра их боялись и просили не использовать. Как-то раз мы с Петуньей сидели под деревом, а я начала пускать крылатку по воздуху. Мне это казалось забавным и совсем безопасным, но Петунья сильно разозлилась, накричала на меня и убежала, - Лили недолго помолчала. - Расстроилась я, конечно, очень. Сидела под этим же деревом и чуть не плакала, и тут ко мне подошёл Северус и рассказал, что мои способности - это нормально, я вообще волшебница и скоро получу приглашение в школу, где меня научат колдовать! Ох, как же я тогда обрадовалась, прям ликовала, как сейчас помню, - Лили широко улыбнулась. - Вот с тех пор мы и общаемся. Примерно с девяти или десяти моих лет. Общались, то есть, теперь-то уже нет. -Всё хорошее когда-нибудь кончается... Девушки помолчали пару минут. -А у меня друзей не было до первого Хэллоуина, - сама не зная, почему, Гермиона тоже вдалась в воспоминания. - Я тогда заучкой была жуткой, и не понимала, как кого-то может не интересовать учёба и разговоры о ней со мной. А в это самое Хэллоуинское утро двое мальчишек шли впереди меня с одного урока на другой и кто-то из них громко сказал что-то о том, что я жуткая зубрила и совсем неудивительно, что у меня нет и не будет друзей. Вот. Это по мне настолько ударило, что я убежала в туалет плакать. Забавно, сейчас это кажется таким пустяком, а тогда я рыдала, как будто потеряла жизни всё самое дорогое. Ну и именно в этот момент полоумный учитель впустил в подземелье тролля. Ты только представь: выхожу я, значит, из туалета и лицом к лицу... то есть, лицом к ноге сталкиваюсь с троллем, - Лили тихо ахнула. - Вообще не уверена, что могла рассмотреть его лицо в стоячем положении. Жуть, как вспомню - так вздрогну. Ничего ещё сообразить не успела, даже не закричала толком, как прибежали те два парня, ну и закрутилось. Нам тогда чудом удалось его одолеть, абсолютно не понимаю, как. Что вообще знают первокурсники после двух месяцев обучения? Вингардиум Левиосса* и всё, если округлить. Но каким-то образом мы его вырубили и уронили. Лицо, между прочим, жуткое, я ничего не упустила, не видев его в первую секунду - хлопнулась бы в обморок на месте, - подруги заулыбались. Кажется, чужие рассказы идут на пользу настроению слушательницы. - Собственно, тогда и подружились. А тот, который сказал, что у меня не может быть друзей, даже попросил прощения. -Стоило, значит, попадать в лапы тролля, - засмеялась Лили, - чтобы получить извинения от обидчика? -О да-а, - протянула Гермиона. И так ярко вспомнила Рона, Гарри, а потом и всех остальных ребят, что захотелось заскрежетать зубами от досады. Ну почему, почему, всё это случилось именно с ней?! Да, это время замечательное и даже более спокойное пока что, и всё такое, но, чёрт возьми, не родное, не её! -Заберите меня отсюда... - вырвалось у девушки тихим неразборчивым стоном. -Чего? -Эм, говорю, Фридесвида идёт сюда, разговоры о магии пора прекращать, - выкрутилась. Хорошо, что тётушка действительно подошла к калитке и материнской улыбкой поздоровалась с подругами в саду. -Приходите пить чай, девочки, я сейчас поставлю, - и уже через миг она скрылась в доме, открыла окно на кухне, а девушки услышали грохот чайника и журчание воды.