You'll like it

Оставив свою машину на парковке, Рафаэль, звеня ключами, направился домой. Стаканчик из Starbucks, в котором ловко плескался кофе, был тем самым звеном, которое соединяло его разум с реальностью. Из последних сил. А всё почему? Потому что его любимый друг, и по совместительству сосед, в очередной раз развлекался с какой-то Барби…или Кеном. А слушать возгласы о том, что его друг — Бог кровати, секса и чьих-то труселей, Рафаэль отказывался категорически. Утренний летний ветер с тёплой нежностью ласкал волосы, пытаясь приободрить Рафаэля. Уже не холодно, но и нет ещё жары опаляющего солнца, поэтому с лёгкостью можно наслаждаться сегодняшним днём. Правда, недолго. Преодолев все лестничные пролёты, Рафаэль оказался около двери их с Магнусом квартиры, из которой прекрасно был слышен шёпот, смех и даже тихие стоны. Видимо, вчерашняя лярва всё ещё здесь. Открыв дверь, Рафаэль увидел картину, писанную маслом: стройная девушка с копной выбеленных волос прижата Бейном к стене, а его изворотливые пальцы ловко орудуют у неё под юбкой. — Эй! — возмутилась девушка, заметив Рафаэля. — Захлопни дверь с обратной стороны! — Окей, ложись сюда, — Рафаэль открыл шире дверь, указывая пальцем на маленький порожек между квартирой и лестничной площадкой, — сунь свою башку под дверь, и я захлопну её 157 тысяч раз. — Мой друг не очень гостеприимен, детка, поэтому на этой ноте мы с тобой попрощаемся, — Магнус отпустил готовую вцепиться в лицо Рафаэля девушку, подгоняя её к выходу, и, закрыв перед её носом дверь, повернулся к другу. — Лучше бы я книгу дочитал или научился делать каннеллони,* — разочарованно выдохнул Бейн, — бревно бревном. — Магнус, — вздохнул Рафаэль, — тебе двадцать лет, а в твоей койке побывало народу больше, чем было посетителей на фестивале Вудсток**. — Не завидуй, — потянулся Магнус, разминая тело, — лучше сделай другу кофе. — Китайские проблядушки сами себе делают кофе, — Рафаэль, сняв кроссовки, гордо прошагал мимо Бейна. — У меня индонезийские корни, придурок! — кинув в Рафаэля его же кроссовок, Магнус попал прямо в макушку, чем, естественно, был очень доволен. — Что это у тебя на спине? — А, это? — Рафаэль посмотрел себе за спину, где из-под майки «алкоголички» выглядывала белая повязка. — Видишь, до чего меня доводят твои потрахушки, пошёл с горя татуировку сделал. — Татуировку? — переспросил Магнус, забыв о том, что минуту назад жутко хотел кофе. — И каким же образом к тебе в голову залетела эта идея? — Хотел вчера встретиться с Саймоном, а он сидел у друга. Я приехал к ним, ну и, слово за слово, Алек набил мне тату. — Так, стоп, — Магнус подошёл к Рафаэлю, который уже восседал на диване и пялился в телевизор, — ты хочешь сказать, что какой-то друг твоего малолетнего дружка набил тебе татуировку? Раф, ты в своём уме?! — Ты чего орёшь, как курица-наседка? — А если они тебе там гадость какую-нибудь занесут?! — Магнус, — рассмеялся Рафаэль, — это скорее ты подцепишь какую-нибудь гадость, если не перестанешь трахать всё, что движется. Во-первых, это не первая его работа, он очень красиво рисует и планирует поступать в наш университет на художественный факультет. А во-вторых, ты меня извини, но у него стерильнее, чем в твоей косметичке. Педант ты недоделанный. Бейн сверлил друга взглядом, прикусив губу, а Рафаэль, делая вид, что не замечает его, щёлкал пультом, переключая каналы. Магнус тихонько сел рядом, не сводя взгляда с Сантьяго. На минуту в зале повисла тишина, и лишь грудастая девица в телевизоре передавала прогноз погоды на ближайшие дни. — Ну, покажи хоть, что тебе там твой Микеланджело нарисовал, — голос Магнуса был тихим, что однозначно говорило о его проигрыше в этой перепалке. Рафаэль, повернувшись спиной к Магнусу, стянул с себя майку и попросил снять повязку. На лопатке у Сантьяго красовались чёрно-белые песочные часы в окантовке, напоминающей корни деревьев. Нижняя колба часов была разбита, а по остаткам стекла расходились маленькие трещинки. Из разбитой колбы вытекала красная субстанция, напоминающая кровь, а у основания были разбросаны осколки. Фоном служили чёрные штрихи, оттеняющие саму картину, придавая ей объём. Выпячивая вперёд нижнюю губу, Магнус пару раз кивнул в знак одобрения. — А и вправду, красиво. — Ага, будешь теперь своими юркими пальчиками мазать мне её кремом, сам я не достану. — Саймона попросишь, — похлопав друга по плечу, Магнус встал, направляясь в свою комнату. — Чёрт! Я телефон оставил у Алека, — Рафаэль, накинув майку обратно, вскочил с дивана и в два счёта оказался в коридоре. — Подожди, — крикнул ему вслед Бейн, — я с тобой поеду, хоть проветрюсь. *** Магнус и Рафаэль терзали дверной звонок несколько минут, пока полуголый Алек не открыл им дверь. Он стоял в одних спортивных штанах, а полотенцем вытирал мокрые взъерошенные волосы. Бледное, поджарое тело очаровательно контрастировало с чёрными татуировками в виде рун, значение которых было знакомо далеко не каждому. Но первое, на что обратил внимание Бейн — это глаза. Даже летнее утреннее небо не могло с ними соревноваться. Да каждый художник должен добавлять такой цвет в свою палитру. Да каждый модельер должен выпускать коллекцию одежды с таким оттенком. — Раф? — Алек, явно не ждавший гостей, смутился, осознав, в каком виде он стоит перед парнями, но всё равно пропустил гостей в дом. — Что-то случилось? — Я у тебя вчера телефон оставил, не посмотришь? — заметив, как Магнус рассматривает Алека, который от этого начал покрываться всеми оттенками красного, Рафаэль усмехнулся. — А это китайское недоразумение зовут Магнус. — Вообще-то, я индонезиец, — улыбнувшись, Магнус протянул парню руку в знак приветствия, — но эту деталь можно опустить. — Алек, — ответив на рукопожатие, отправился наверх искать потерянный Рафаэлем телефон. — Я хочу татуировку, — Магнус не сводил взгляд с лестницы вверх, по которой убежал Алек. — Ты хочешь не татуировку, ты хочешь его, я знаю этот взгляд, Магнус, ты смотрел на него так, будто хочешь сожрать. — Я и его не прочь попробовать, — облизнулся Магнус, отчего губы соблазнительно заблестели. — Магнус, — как можно тише прошептал Рафаэль, — ему всего шестнадцать. — Твоему Саймону тоже шестнадцать, и тебя это не останавливает. — А может у нас любовь? — А может я тоже влюбился? Ты вообще видел этого ангелочка? — Dios, — не найдя что ответить, Рафаэль сел на диван, разглядывая альбом с рисунками Алека, который лежал на журнальном столике. — Лови! — крикнул уже полностью одетый Алек, спускаясь по лестнице и подойдя ближе к Рафаэлю, кинул ему телефон. — Gracias, mi amigo, — Рафаэль повертел телефон в руке и, сунув его в карман, направился к двери. — Александр, — Магнус словно промурлыкал его имя, отчего по спине в рассыпную побежали мурашки, — я видел тату, что ты сделал Рафаэлю, мне очень понравилось. — Э…с-спасибо, — Алек скромно улыбнулся, пряча руки в карманах чёрных джинсов. — Я бы тоже хотел себе татуировку в твоём исполнении, — Магнус улыбнулся, демонстрируя тридцать два ровных белых зуба, на что Рафаэль театрально вздохнул. — Ну, я с удовольствием, а когда? — Как насчёт сейчас? Алек мельком взглянул на Рафаэля, будто спрашивая у него разрешения. — Тогда нам наверх, в мою комнату, — Александр жестом пригласил Магнуса идти за ним. Рафаэль, закатив глаза, пошёл за друзьями следом, перебирая у себя в голове все ругательства на испанском языке. Комната Алека была похожа на обычную комнату подростка. Исключение составляли только столик, заваленный красками, и стоящий рядом мольберт с незаконченным рисунком. Из дальнего угла Алек выкатил кушетку. Поставив рядом с окном, он застелил её специальной плёнкой. Рафаэль чувствовал себя уже как дома, поэтому, забравшись на диван, стал с интересом наблюдать за Алеком и Магнусом. — Уже знаешь, что хочешь набить? — спросил Алек, стоя спиной к Магнусу. — Если нет, то можешь посмотреть у меня в альбоме, ну или в интернете поис… — Youʼll like it***, — прошептал Магнус на ухо, перебивая Алека, отчего тот резко подпрыгнул. — Что? — Фразу «Youʼll like it» хочу вот здесь, — Магнус задрал рубашку и немного приспустил джинсы, которые и без того низко сидели, оголяя участок бронзовой кожи. — Э… п-просто… — дико смущающийся Алек пытался смотреть куда угодно, но только не на низ живота Магнуса, — это очень болезненный участок. — Я потерплю, — Магнус, наконец-то поймав взгляд Алека, не упустил возможности ему подмигнуть. — Ну, ладно, — Алек включил ноутбук и запустил одну из программ, — выбирай шрифт, какой нравится, я пока всё подготовлю. Рафаэль уже лежал на кровати, ковыряясь в телефоне, и тихонько ухмылялся, забавляясь данной ситуацией. Пока Магнус просматривал возможные варианты шрифта, Алек раскладывал инструмент, проверяя его, дезинфицируя, подготавливал место для работы. — Да у тебя тут всё серьёзно, — сказал Магнус, глядя на то, как Алек дезинфицирует инструмент и открывает упаковки с одноразовыми деталями. — А ты бы хотел подхватить гепатит? — Ммм, я, пожалуй, воздержусь от этого «десерта». Выбрав шрифт, Алек распечатал «будущую татуировку» и перевёл её на кальку. Запрыгнув на кушетку, Магнус с удовольствием наблюдал, как Алек устраивается у него между ног, нанося на кожу специальный состав, чтобы отпечатать картинку, оставив лишь контуры, по которым потом будет татуировать. — Мне определённо нравится то, что я вижу, — сказал Магнус, облизывая губы. Глубоко вздохнув, Алек велел себе собраться и не обращать внимания на провокации Магнуса, потому что рука во время работы должна обладать достаточной твердостью и точностью. Малейшее неточное движение — и рисунок будет непоправимо испорчен. Алеку пришлось приложить немало усилий, чтобы не думать о том, какая горячая и нежная кожа у Магнуса. Даже учитывая, что Алек сидит в перчатках, этот маленький барьер ничего не значил. Обеззаразив участок кожи специальным раствором и нанеся тонким ровным слоем гель, Алек приступил непосредственно к самому набиванию татуировки. Наблюдать за тем, как Алек краснел, водя ладошкой в районе паха, нанося гель, Магнусу определённо нравилось, в голове моментально пробежало несколько сотен картинок, но чтобы не спугнуть и без того взволнованного мастера, он тактично решил промолчать. Аппарат весело зажужжал, и как бы Магнус не храбрился, лёгкое волнение всё равно немного проступало. От неизвестности того, что его ждёт, он схватился за поручень. — Твою мать! — вскрикнул Магнус, ощущая неслабое покалывание в области «нанесения рисунка» — А тебя предупреждали, — прохихикал Рафаэль. Набивание контуров, заливка и нанесение теней: всё это не заняло много времени. Это не рисунок Рафаэля, с которым Алек работал пять часов, слушая возгласы Саймона о том, что Рафаэль даже под ним столько времени беспрерывно не лежал. Закончив с набиванием татуировки, Алек нанёс успокаивающий крем и закрепил повязку пластырем. Дав советы и рекомендации по уходу за татуировкой, Алек проводил парней до двери. Попрощавшись с Алеком, Рафаэль убежал к машине, оставив их с Магнусом наедине. Алек стоял у стены, подпирая её спиной, и наблюдал, как собирается Магнус. Да, с повязкой на таком интересном месте движения будут немного скованными. — Знаешь, если бы не мой друг-моралист, я бы поимел тебя прямо здесь, — Магнус сократил расстояние между ними до пары сантиметров и большим пальцем провел по губам, останавливаясь на щеке, — такой невинный, уверен, что ты и не целовался ни разу. Александр лишь нервно помотал головой и через мгновение почувствовал на своих губах нежные губы Магнуса. Бейн легонько улыбнулся в поцелуй, почувствовав, как парень вздрогнул и как его сердце заколотилось ещё быстрее. На мгновение Алек забыл, что нужно дышать, но, сумев совладать с самим собой, осторожно выдохнул. Он начал робко отвечать, слегка приоткрыв рот, тем самым пропуская язык Магнуса, позволяя ему хозяйничать, как тому вздумается. Мысль о том, чтобы сбежать куда подальше улетучилась сама собой. Да ему бы и не позволили сбежать. Одна рука Магнуса опиралась о стену, преграждая Алеку путь к отступлению, вторая же рука покоилась на его талии, сильно и болезненно сжимая кожу. Наверняка останутся синяки, но если бы Алек мог, он бы оставил их навсегда, как напоминание о первом поцелуе. Первом, и несравненно лучшем, чем когда-либо будет. На секунду отстранившись, Магнус провел губами по подбородку, прокладывая к шее дорожку из сладких поцелуев. Словно карандашом по трафарету, провел острым язычком по татуировке, вырисовывая каждый её изгиб. Прикусил нежную мочку уха, слушая тяжёлое, прерывистое дыхание Алека. — Ммм…я бы трахал тебя часами, — горячее дыхание Магнуса опаляло ухо, а чуть хриплый голос заставлял колени предательски дрожать, — в разных позах, тебе бы понравилось, — отодвинув коленом ногу Алека в сторону, Бейн прижался бедром к уже болезненно ноющему члену, — я бы ловил каждый твой стон, слушал, как ты выкрикиваешь моё имя, — Магнус вернулся к губам и жадно, с ноткой отчаяния, поцеловал Алека на прощание, — продолжим года через два? Алек чуть заметно кивнул, провожая Магнуса взглядом…