"Иду на риск", или "С лёгким паром, товарищ майор!"

Субботний день уже шёл на убыль, большая часть работ по подготовке к завтрашнему празднеству была окончена. Трудиться пришлось под жарким солнцем, и Селиванов с Лисицыным по очереди оккупировали летний душ, а младший строй-отряд то и дело мотался на речку. В перерывах меж заботами по благоустройству мужчины перехватывали по бутерброду, обильно запивая сухомятку водой или квасом. К вечеру все перекусы уже растворились в тяжёлом физическом труде, желудки стали требовать чего посытнее, а бригада предполагаемой полевой кухни всё не спешила радовать их своим появлением. Селиванов удалился в дом настрогать очередную порцию бутербродов, когда скрипнула калитка дачного участка. Лисицын обернулся на звук: из-за забора показалась светлая макушка Валентины, а вслед за ней во двор вплыла Юля. Женщины выглядели непривычно по-домашнему что ли, без строгих деловых нарядов. На Антоновой красовался лёгкий сарафан, а Соколова просто неприлично сверкала фарфоровой кожей в почти невесомых коротких шортах, майке и тонкой рубашке, завязанной узлом на стройной талии. Проглотив восторженный возглас, Лисицын подбоченился, громогласно поприветствовал дам и, наплевав на все правила приличия, принялся ощупывать напарницу взглядом с ног до головы. – Спасибо, – ответила на приветствие за обеих Юля и передёрнула плечами, словно пытаясь скинуть прицельный взгляд майора. На голос Лисицына из дома вышел Селиванов. – Вы очень вовремя, – улыбнулся Борис, и Юля уже собралась ему что-то ответить, но Костя, не давая светской беседе слишком затянуться, снова вступил с инициативой: – Да, нужно купить продуктов на ужин и мясо на завтрашний шашлык. Заодно замариновать его, ну и всякие соки-воды можно тоже уже взять – в подвал спустить, да, Борь? – тот согласился, и Лисицын продолжил, обращаясь к Соколовой: – Я на машине. Можем съездить вместе. Глаза девушки расширились, горя негодованием, а щёки заалели, словно он предложил ей не проехаться по магазинам, а прям на месте разоблачиться донага. – Ну, если только взять кого-нибудь еще из местных, чтобы нам дорогу показали. – Лисицын выдал косую полу-улыбку, наблюдая, как Юля деловито обращается к Борису, увиливая взглядом от него, как от опасной кочки на дороге. – Кто-нибудь из мальчишек знает, где тут хорошие магазины, где лучше брать и так далее? – тем не менее, девушка почему-то не спешила отказываться от "возмутительного" приглашения и не предлагала вместо своей кандидатуры, к примеру, Антонову. "Ох, доиграетесь, капитан!" Соколова демонстративно уселась на заднее сиденье, вполне логично уступив штурманское место Селиванову-младшему. По дороге Лисицын периодически подглядывал за напарницей в зеркало заднего обзора. Обхватив себя одной рукой, Юля теребила цепочку, сжимая крестик до побелевших костяшек. В присутствии Лёшки майор, естественно, не решился комментировать столь приятное его глазу зрелище. Зато пока они совершали закупки, Лисицын так и норовил оказаться к девушке несколько ближе, чем того требовала ситуация, чтобы урвать "нечаянное" прикосновение. Юля же всё время ловко уворачивалась от телесного контакта, будто заранее предвидела все его манёвры, и только сверкала глазами, кривя губы в ухмылке. "То ли дразнится, то ли заигрывает? Шут её разберёт! Но нарывается – точно. Вон как вырядилась в загородную поездку!" По возвращении Соколова удалилась на кухню к Антоновой колдовать над ужином. Лёшка получил от отца трудовую нагрузку и с энтузиазмом принялся исполнять указанное: подростки вкалывали особенно усердно под руководством взрослых, предвкушая обещанную ночёвку в палатке. Управившись с выделенным фронтом работ, Лисицын отправился освежиться перед ужином: из окон кухни уже тянуло аппетитными ароматами. Смывая с мышц накопившуюся усталость, он безуспешно силился изобрести способ остаться с Юлей наедине: с поездкой она его уже прокатила. Лисицын недовольно поморщился, и тут его взору предстала она: огромные глаза смотрели на него в упор. На сколько частей дробится секунда? Мили-секунды? Микро-секунды? Нано-секунды? Ровно столько длился этот взгляд, в котором он безошибочно прочитал желание, как бы отчаянно ни выставляла теперь Соколова безразличие на фасад. Он внимательно наблюдал, как она топает по тропинке в его сторону, старательно изображая крайнюю заинтересованность в травинках под ногами, будто не пожирала его глазами несколько мгновений назад! То ли от холодной воды, то ли от накативших эмоций, кровь прилила сразу ко всем частям тела Лисицына: "К чёрту всё! Бери и делай!" – июльский зной, помноженный на набившие оскомину невысказанные слова и стратегически выигрышное обмундирование, создал идеальные условия, чтобы взять на абордаж эту гордую бригантину вот-прям-щас. Усердно стараясь не смотреть в его сторону, Соколова саркастично бросила "С лёгким паром, товарищ майор!" и бодро прошествовала к грядкам мимо него. – Спасибо, – не отводя глаз от Юли, Лисицын перекрыл воду и нащупал полотенце, висевшее на крючке рядом. Смахнув с кожи крупные капли воды, мужчина накинул его на плечи и двинулся в сторону желанного объекта, мягко ступая, словно хищник, стараясь не спугнуть "добычу". Ему доставляло огромное удовольствие видеть, как она отводит глаза, озираясь по сторонам, но то и дело скользит взглядом по его фигуре. – Что это ты тут делаешь? – майор улыбался во все шестьдесят четыре зуба, удовлетворённый эффектом своего купания. – Да вот, за луком послали, для салата, – очень непринуждённо пробормотала Соколова. Лисицын сделал ещё шаг, и она попятилась, заливаясь румянцем в тон закату. Костя вновь сократил дистанцию, хмыкнув: вот же он, лук-то. Нагнись да сорви! Но что-то капитан разнервничалась. Ещё бы! Ейный муж дома с детьми, а она тут на других мужиков заглядывается. Ну, не беда. Ему как раз того и надо. – А дети где? – начал он издалека, продолжая приближаться к девушке. – За сараем где-то – Селиванов отправил их что-то перетаскать из одного места в другое, – пробубнила Соколова, осматривая растительность на грядках. – Да нет, я про твоих, – он приблизился ещё. – Костя! – возмущённо вскинула голову Соколова. – Ну хватит уже, – выдохнула она, одаривая его долгим взглядом. – Что хватит? – лицо девушки было так соблазнительно близко, что он мог пересчитать её реснички. – Я же видел, как ты пожирала меня взглядом. – Я? – задохнулась вопросом Юля. – Ты. А это значит, что муж тебя не устраивает, – подвёл очевидный итог майор. – Я не замужем, – резко выпалила Соколова. Она буравила его глазами, сложив руки на груди. От этой информации Лисицын внутренне взревел, как гоночный болид на старте, – это если не зелёный свет, то жёлтый уж точно! – Одна детей растишь? Тогда тем более понятно. – Что тебе понятно? – распаляясь, прошипела Юля, словно разъярённая кошка, которую загнали в угол: одно неосторожное движение, и она бросится на него всеми когтями. – Женщине нужен мужчина, – точно обезумевший, Лисицын пёр в атаку. Юля лишь обескураженно хлопала ресницами, слушая его, и беззвучно ловила ртом воздух. – Ты не думай, я чужих детей не боюсь, – его несло всё дальше. Соколова нервно дернула рукой, взбивая чёлку на лбу, и шумно выдохнула. – Сама видела, что я с ними быстро нахожу общий язык, – последовательно аргументировал Константин вкрадчиво-хищным голосом. Юля поджала губы, внимая словам напарника с неподдельным интересом: – Я был бы не прочь познакомиться с твоими детьми,– сдал свои карты майор вместе с далеко идущими планами. – Я тоже, – уперев кулаки в бока, Юля с вызовом уставилась на него широко распахнутыми глазами. – В смысле? – Лисицын замер – что она такое несёт?! – В прямом! – Соколова тряхнула головой, набрала воздуху и выдала одной тирадой, практически без пауз: – Нет у меня никаких детей! Ты всё неправильно понял. И как бы я ни старалась тебе это сказать, ты всё равно вцепился в эту мысль. Да ещё и шуток не понимаешь! Вбил себе в голову! Юля выдохнула в сторону, быстро дёрнула с грядки пучок зелёного лука и, не оборачиваясь, зашагала к дому, оставив напарника переваривать полученную информацию и возвращать сцепление с реальностью. С лёгким паром, товарищ майор!