К-комбо

Парни с пакетами вышли из отдела как можно не приметнее спустя около полутора минут и так же скрытно вышли через дверь, ведущую напрямую в парк. Старая одежда осталась в примерочной без возможности возврата, что и для Хо, и для Тэ было прискорбно до глубины души. — Как ты узнал о хвосте? — решил спросить младший, чтобы хоть немного отвлечься от трения в области паха при ходьбе. — Камеры. — Камеры? — парень не поверил своим ушам. — Не наблюдал я что-то в этом бутике трансляторов. — Это твои проблемы. И, да, я не сказал, что именно в этом бутике. Я знаю, что должен постоянно быть с тобой и бла-бла-бла, но и роль охранника теперь тоже на мне, поэтому приходится быть зорче и продуманнее. — Ты выходил из отдела и ничего мне не сказал? — ТэХён начал кипятиться, то и дело нервно отдёргивая толстовку вниз. — А если бы… — Я сделал всё так, как надо, и именно поэтому не случилось никаких «если». Тебе пора уже начать мне доверять. — Доверяй, но проверяй. Парни прогулочным неспешным шагом двигались по каменной кладке среди почти пустой рощи и на ходу срывали этикетки с «обновок». — Как джинсы? — без задней мысли поинтересовался ХоСок, за что получил пакетом по затылку от разозлённого младшего. Как только это произошло, у него что-то стукнуло. Нет, это был не пакет. Стукнула мысль, что для ТэХёна этот вопрос с подковыркой. — Извини, — Чон растёр затылок и примирительно посмотрел на Тэ, щёки и уши которого пылали то ли от злобы, то ли от стыда, то ли от смущения. Ким стоически (во всех смыслах этого слова) переносил хождение в облегающих, по-модному драных джинсах. Это обтягивание где надо и где не надо выводило парня из себя. — Чтоб я ещё раз… — закатил глаза ТэХён, заводя шарманку, однако Хо резко пихнул парня за ближайшие кусты, заставляя прервать так и не начавшуюся тираду. Старший приложил палец к своим губам, показывая Киму этим жестом, чтоб тот уткнул свой говорильник на время. — Вдалеке те же люди, что и в торговом центре были, — шёпотом разъяснил Чон, мусоля в ладонях ручки пакетов с покупками. — Нас ищут? — таким же жарким и взволнованным шёпотом спросил Тэ, на что ответом послужил кивок. — Заебись, — простонал он надломлено и состроил страдальческую гримасу, обречённо опустив взор себе под ноги. — Твои мудильные кроссовки, — тихо возмутился младший, узрев развязанные шнурки. — Просто руки у кого-то оттуда, откуда никогда ничего хорошего не появляется, — так же тихо засмеялся Хо, наблюдая за тем, как ТэХён, недовольно сопя, присел зашнуровываться. — Или у кого-то все вещи оттуда просто, — огрызнулся Тэ и хотел было уже подняться, но замер на пол пути на уровне ширинки ХоСока. Ахуеть. Ебаная серёжка. Что за наказание? — Ч-чего ты застрял там? — придя в замешательство, заикаясь от происходящей сцены, вопросил Чон и получил непрерывную непереводимую порцию матов вместо ответа. Ничего не понимая, старший попробовал отойти, но Тэ мёртвой хваткой вцепился по обеим сторонам его бёдер, зашипел, не поднимая головы, и мгновенно шагнул за парнем на шаг, на который тот отступил. — Не шевелись, блять, — свирепствовал Ким. — Лучше отцепи мою серьгу от своей грёбанной молнии. — Как? — Ебалом об косяк, отцепляй. Хо немедленно опустил кисти рук и аккуратно попытался вытащить зацепившееся украшение из замка, но... — Слишком туго, застряла, — досадливо выдохнул он, отнимая влажные от пота пальцы и вытирая их о новую майку. — Дай я сам, — фыркнул ТэХён и на ощупь принялся крутить металлом по металлу в поисках маленькой лазейки, что мигом решит возникшую проблему… Однако проблема, вместо того, чтобы решиться, привела с собой подружку. Старший едва слышно охнул. У ТэХёна от такого фокуса мурашки вдоль всех позвонков пробежались. — Доверь это, всё-таки, мне, — почти проскулил ХоСок и смахнул невинно елозящие по причинному месту руки Тэ. — Не забывай, что ты не столь удачно зацепился, чтобы так легко высвободиться. Тут у любого парня минное поле, так что… Я сам. Младший со скоростью света отнял руки от чужого бегунка и своего аксессуара, шумно сглотнув. ХоСок, высунув кончик языка, старательно принялся за дело, возюкая пальцами под всеми возможными углами, но серьга упорно не хотела поддаваться, а Ким в это время лишь в полуприсяде переминался с ноги на ногу, отчаянно стараясь не обращать внимания ни на боль в области уха, ни в области паха. Чёрт. У обоих парней как будто происходил такой жизненный момент, о котором они попытаются забыть сразу же, как он кончится, и никогда никому не расскажут, но о котором, несмотря на всё ярое нежелание, будут помнить, проклиная чёртово стечение обстоятельств. — Это невозможно, — негромко взвыл Чон и, расслабив руки, дал им отдохнуть. — Так постарайся снова, — подал «идею» Тэ и, запнувшись о свою же ногу, по инерции ткнулся щекой в то, что под ней было. Парень почувствовал твёрдый бугорок в том месте, где зацепилась эта злосчастная серьга, чёрт бы её побрал. Хо ойкнул и сжал кулаки, пытаясь совладать с эмоциями и ощущениями, которые становились всё опаснее и опаснее. — Хватит тереться щекой о мой… — сказал старший ТэХёну, отодвигая его голову, но младший озлобленно перехватил его кисти. — А ты мне ухо не отрывай, а то за «твой» укушу, — пригрозил он, но ХоСок прислушался и: — Тихо, — шепнул Чон и дёрнул тазом вперёд, дав ширинкой Киму по губам. Тот брезгливо поджал губу и хотел дёрнуться, но передумал, оберегая своё многострадальное модное ухо. — Мне надо опуститься, чтобы нас не заметили, — старший начал медленно сгибать колени, чтоб Тэ успел склониться на то же расстояние, не порвав мочку. Операция успешно завершилась, и ХоСок оказался седалищем на траве, но ТэХён не мог похвастаться столь же комфортабельным положением, потому что поза у него была более чем двусмысленная. Младший на коленях склонился к молнии на джинсах Чона, тяжело дыша в уже явственно выпирающую мотню. Компрометирующее положение, в котором находились теперь оба, продолжалось ровно до того долгожданного момента, когда негромко раздался заветный щелчок, повествующий о том, что аксессуар, наконец, поддался и расстегнулся. ТэХён сразу же отшатнулся и приземлился на задницу, старательно оттирая рот от прикосновений к чужому паху, а ХоСок плавно и облегчённо выпустил ртом застрявший комом в горле воздух. Парням стало легче, будто груз с плеч упал, но у обоих осталось по одной одинаковой, и до сих пор не решённой проблеме. Стояк. Чон прислушался и ещё раз выдохнул напряжение, поняв, что «хвост» миновал. Он мигом кинулся к пакету с вещами и нашарил в одном из них безразмерную толстовку. — Тебе-то зачем? — Ты тупой? — копируя голос младшего, передразнил Хо и напялил кофту сверху на майку. До Тэ дошло; он едко фыркнул, а старший мысленно дал ему подсрачник, надеясь, что когда-нибудь, его мысль воплотится в жизнь. Да, его определённо точно возбудила эта ситуация, и он определённо точно хотел бы продолжения и другого поворота событий, но это никакушки не отменяло того, что Тэ — пиздец какой пиздец. И того, что его неприкасаемая головушка требует встряски мозгов. — Хватит на сегодня шоппинга, — укоризненно промолвил ХоСок и поднял пакеты с земли. — С чего ты так уверен, что за нами больше не будет преследования? — Да я ж не говорил, что его не будет, — нервно поправил старший. — Просто нужно добраться до дома как можно незаметнее, натяни кепку получше и накинь капюшон. Пошли. Перебежками, прятками, лазейками они добрались до знакомой спасительной многоэтажки под вечер. В окнах ХоСока горел свет и маячило два таких же знакомых силуэта. — О, здрасте-здрасте, — бодро встретила мать на пороге, буквально втаскивая парней в дом. — А чего вы такие помученные? От собак убегали? Устали, наверное? Ого, поглядите-ка, в обновках! Ну, чего встали? Проходите-проходите, я там вкусноты наготовила, — суетливо тараторила она, пока оба разувались, а затем вновь удалилась на кухню. — Кажется, я знаю, в кого ты пошёл, — усмехнулся Тэ, обращаясь к старшему. — Да иди ты, — улыбнулся Хо и пихнул Кима в бок. Тот, впервые, не шикнул на него за касание, а только, беззвучно смеясь, покачал головой. И похуже бывало.