Ты мое небо

Глава 23. – Ты уже решила, с кем пойдешь на Рождественский бал? – спросил Драко, когда они с Гермионой подходили к библиотеке. Перед каникулами МакГонагалл задала им огромную домашнюю работу, и они решили объединить усилия по ее выполнению. – Что, прости? – Гермиона остановилась и засмеялась. – С кем я пойду на бал? – Именно, – ухмыляясь, кивнул Малфой. – Хотя… – он посмотрел поверх плеча девушки. – Я и не могу предположить, с кем пойдешь ты, я точно знаю, чьим кавалером будет мой друг. Гермиона обернулась. И увидела в конце коридора Полумну Лавгуд, которая что-то рассказывала Теодору Нотту. Тео улыбался ей немного растерянной улыбкой, но это было искренне. – А ты говорила, что они такие разные, – Драко приобнял свою девушку за плечи. – Я бы советовала тебе поторопиться с приглашением на бал интересующей тебя девушки, а то придется тебе идти с Гойлом. Или, что хуже, одному. – Я бы поспорил насчет того, что в этом случае хуже, но раз ты так говоришь, я подумаю над тем, чтобы пригласить одну очень привлекательную девушку… – Я уже ей завидую, – произнесла Гермиона с игривой иронией и вошла в библиотеку. Драко еще раз посмотрел на Тео и Полумну… С того момента, как они с Гермионой услышали голос Лавгуд у кровати Нотта, они заметили, что Полумна стала постоянно навещать его. Девушка стойко выдержала скандал, устроенный ей Невиллом, его злое «предательница», улыбнулась и снова пошла в лазарет…После похорон, на которые Теодор съездил он, не взяв с собой ни Драко, ни Блейза, которые очень хотели поехать с ним и поддержать, он на некоторое время отдалился от друзей и редко разговаривал с кем-либо. Кроме Полумны. Хогвартс снова всколыхнула нервозная волна, – Полумна Лавгуд взяла пример со своей подружки-предательницы Грейнджер и тоже переметнулась к Пожирателям. Если Драко и Гермиона вначале и придавали значение тому, как к ним стали относиться окружающие, то и Полумне, и Тео, было все равно. Полумне было не привыкать к слухам и двусмысленным косым взглядам; она всегда была для всех «чокнутой Полоумной», и довольно быстро научилась игнорировать мнение окружающих ее людей. Теодор, потеряв самое важное, что было в его жизни, просто не мог обращать внимание на то, что о нем говорят. Какая, к драклу, разница, если отца не вернуть? Какая, к драклу, разница, если эта девушка с ясными голубыми глазами и тихим голосом не дала ему сломаться? Какая, к драклу, разница, если вот эти небесные глаза, его собственное личное небо, дают ему понимание: «Еще не все потеряно. Еще есть, ради кого жить. Еще возможно свободно дышать, глядя в безгрозовое небо». Да никакой. – Где бы мы еще встретились, – сказал Тео, подходя к Драко. – Быть вместе с самыми умными девушками нелегко. Все равно, что постоянно сдаешь Ж.А.Б.А., – улыбаясь, сострил Драко. – Шляпа предлагала Гермионе Когтевран. Полумна ничего не ответила. Она переглянулась с Тео, и они молча вошли в библиотеку. Малфой заметил, как у обоих покраснели щеки, когда он сказал «быть вместе с самыми умными девушками», хмыкнул и тоже вошел в школьное книгохранилище, где за одним из столом его уже ждала Гермиона. *** – Ты знаешь, я все еще иногда не могу поверить, что ты – моя… – прошептал Драко, касаясь горячими губами обнаженной груди Гермионы. – Мне хочется все время прикасаться к тебе, обнимать тебя...Целовать…Вот так, как сейчас… – он провел языком вокруг соска и нежно прижался к нему ртом, кладя ладонь на левую грудь. – Дра-ако… – выдохнула Гермиона. – Не…не надо, нам пора идти, скоро нужно будет спускаться на завтрак… Он посмотрел на нее, сидящую у него на бедрах в одних брюках, снизу вверх: – Правда перестать? – он с усмешкой приподнял бровь. – А так?.. Гермиона почувствовала, как его ладонь проникла под ткань брюк и нежно сжала ягодицу. – Тоже перестать? Она глубоко вздохнула, стараясь не обращать внимания на его действия, и рывком перекатилась на вторую половину кровати, снова любезно предоставленной им Выручай-комнатой. – Малфой, мы провели здесь целую ночь…Я не знаю, как переживу этот день, так хочется спать… – Ну что я могу сделать, если ты так на меня действуешь? – он погладил ее по волосам, очертил пальцами скулы, задержался на губах и…резко и страстно поцеловал. Так, что Гермиона едва не начала задыхаться. – Моя! – прорычал он ей в губы. – Ты такой собственник, Малфой, – она рассмеялась и потянулась за лифчиком, который валялся на полу у камина. – Конечно. – Тогда странно, что я еще не получила от тебя приглашение на Рождественский бал. – Я жду, когда ты пригласишь меня. – Что?! – Гермиона схватила маленькую подушку и метнула ее в Драко. Увернулся. – Лучше бы лифчик швырнула. – Малфой! – А что? Полумна уже пригласила Тео. И Панси – Блейза… – Малфой! Увидев выражение лица Гермионы, Драко согнулся пополам от хохота. Почти также, как в сентябре, когда девушка закляла его Р и к т у с е м п р о й. – Ты невыносим! – Я и не просил тебя выносить меня из этой комнаты. Прекрасно доберусь и сам до Большого зала. Девушка глубоко вздохнула и подняла глаза к потолку. *** В субботу, за неделю до Рождественского бала и начала каникул, соответственно, Драко, Гермиона, Блейз, Панси и Тео с Полумной пошли в Хогсмид. По дороге они начали играть в снежки. Игра началась с Блейза, который скомкал снежок, прицелился в Малфоя, но попал в Панси и сбил с ее головы шапку. Паркинсон завизжала, и ответный снежок прилетел Блейзу в грудь. – Любимая, я хотел сразить Драко, – захохотал Забини, намеренно падая в снег после попадания снежка. – А я считал тебя своим другом! – притворно злясь, завопил Малфой, наклоняясь, чтобы зачерпнуть снега. Гермиона, Полумна и Тео смотрели на них и смеялись, пока в один из моментов Малфой не бросил снежок в Гермиону, а Панси – в Полумну…Вскоре вся компания, задыхаясь от хохота, валялись в снегу. Согреваться решили не в «Трех метлах», а в кафе мадам Паддифут. В основном, это место посещали только влюбленные парочки, поэтому ни у кого не возникло возражений. Правда, Полумна с Тео снова как-то вопросительно переглянулись…Они проводили вместе много времени, и определенно что-то чувствовали друг к другу, но еще ни разу не поцеловались, и Теодор не делал даже попыток. Друзьями они никогда не были, как-то сразу переступив этот этап сближения, но и влюбленными себя не считали. – Вы уже выбрали себе платья на бал? – спросила Панси, когда все сели за деревянный резной столик у окна, на котором висела рождественская гирлянда. – Теряюсь между лиловым и розовым, – Блейз сложил губы в уморительный «бантик». – А я никак не могу подобрать украшения, – вздохнул Драко, подыгрывая Забини. Тео с улыбкой наблюдал за друзьями. – Я вообще-то не у вас спрашивала, шутники, – Панси ткнула Блейза в бок. – Я уже выбрала, – сказала Гермиона, склонив голову и посмотрев на Драко. – Только, боюсь, на бал придется идти одной. – Конечно, ты же не хочешь приглашать меня. – Малфой пожал плечами. – И не собираюсь, – сквозь зубы процедила Гермиона. – Это ты должен меня пригласить! – Нет, это ты должна меня пригласить! Глядя на их перепалку, сидящие за столом еле сдерживали смех. – Я бы на твоем месте, Драко, не был так упрям, – сказал Забини, сверкая глазами. – А то вдруг накануне бала явится Виктор Крам и пригласит Гермиону вместо тебя. – Пусть только попробует… – Малфой мгновенно посерьезнел и впился в свою девушку собственническим взглядом. Полумна посмотрела на Нотта, думая о том, он еще ее не пригласил, и, похоже, даже не думал об этом. Девушка с улыбкой глядела на препирающихся Драко и Гермиону и удивлялась, насколько таким несхожим, несовместимым по определению людям так хорошо вместе. Удивлялась тому, как свободно она и Гермиона чувствуют себя среди слизеринцев и что теперь, кажется, они все вместе могут считаться друзьями… Гермиона показала Драко кончик языка и стала пить свой горячий шоколад. Панси, оглядев уютный зал кафе, украшенный к Рождеству всевозможными гирляндами, еловыми ветками, парящими в воздухе серебряными снежинками, заметила, что несколько пар танцуют под нежную медленную мелодию. – Блейз, пойдем танцевать. – Как скажешь, любимая, – Забини поднялся из-за стола и подал руку своей девушке. – Вот видишь, Гермиона, тебе надо брать пример с Панси. Она не сдерживает своих порывов и всегда получает желаемое, – безобидно прокомментировал Малфой, хитро глядя на Гермиону серыми глазами. – Малфой, ты нарываешься на Н е п р о с т и т е л ь н о е, – хихикнула Паркинсон, увидев, какой уничтожающий взгляд послала своему парню Грейнджер. – Спасибо за идею, Панси. – Обращайся. После ухода Панси и Блейза за столиком стало тихо. Гермиона молча пила горячий шоколад, а Драко блуждал взглядом по помещению кафе. Он заметил, что только за их столом было шесть стульев (они сами попросили их доставить), а за остальными – только два, и более того, над каждым висела омела. Над нашим столом ее нет. Наверное, потому, что нас шестеро, а не двое… А что, если… Драко посмотрел на Полумну и Тео, которые за все время, что находились в кафе, участвовали в общем разговоре, но напрямую так и не заговорили. – Мисс Грейнджер, разрешите пригласить вас на танец? – О, неужели вы осчастливили меня своим вниманием? – иронично изогнув брови, сказала Гермиона, но Драко увидел, что в ее глазах была радость. – Учтите, дважды я не предлагаю. Девушка едва не застонала, поднимаясь из-за столика. – Ты решил оставить Полумну и Тео одних? – спросила Гермиона, когда они медленно танцевали неподалеку от Блейза с Панси. – Ну, не только, – он поцеловал ее хрупкие пальчики. – Очень захотелось тебя обнять. Гермиона положила голову ему на плечо, и он почувствовал, как упругие завитки щекочут ему щеку. Повернув голову в сторону столика, за которым остались сидеть вдвоем Полумна и Тео, он увидел, что над ним распустилась омела. – Драко, над нашим столиком расцвела омела! – удивленный жаркий шепот обжег ему ухо. – Да, чему ты удивляешься? Это же кафе для влюбленных, тут омелы везде. – Но ты же знаешь, что омела не выпускает пару до тех пор, пока она не поцелуется. – Знаю. – Малфой, нельзя вмешиваться в чужие отношения. – А при чем тут я? Омеле это скажи. – Ты невозможен, – обреченно выдохнула девушка, целуя его. – Я просто решил ускорить события. А то Лавгуд так и не пригласит моего друга. – О, Мерлин, ты опять!.. *** – Полумна…Может быть, мы тоже потанцуем? – неуверенно глядя на девушку, спросил Тео. – Я не против, – ровно ответила Полумна, пожав плечами. Хотя сердце застучало чаще. Как только они встали, то… – Эй, так не годится! Вы что, не знаете условия?! – завизжал голос над ними. Несколько человек, в том числе Драко с Гермионой и Панси с Блейзом, посмотрели туда, откуда доносился голос. – Вы не выйдете из-за столика, пока не поцелуетесь! Полумна и Тео одновременно подняли голову и увидели под невысоким белым потолком зеленые листья с белыми цветами. – Слушай, ты, ветка вечнозеленая, мы не собираемся выполнять твои условия! – сердито сказал Нотт. – Меня, омелу, соединяющую сердца влюбленных, обзывать какой-то веткой?! ¬– голос завопил еще громче. Драко затолкал вглубь горла огромное желание рассмеяться. – Что ты наделал? – прошептала Гермиона ему на ухо. – Они же поссорятся! Полумна может подумать, что он не хочет ее целовать, что она ему противна! Но Драко ничего не успел ей ответить. Он только внезапно севшим голосом сказал ей: – Смотри… Гермиона увидела, как Полумна, встав на носочки, осторожно поцеловала Тео в губы. Теодор застыл, ощутив мягкие губы Полумны. Он не успел понять, нравится ему это или нет, а она уже сказала: – Теперь мы можем идти. – Халтура, – проворчала омела. – Но так уж и быть, идите, не нервируйте меня. Гермиона схватила Драко за руку и потащила к столику. – Извините, мы не думали, что так получится, – глядя на необычно покрасневшую подругу, быстро проговорила Гермиона. Малфой же выразительно-вопросительно смотрел на Нотта. – Ничего, все в порядке. – Полумна, мы собирались танцевать. Ты все еще не против? – Тео почувствовал себя виноватым, что так яро отказывался целоваться с ней. Вместо ответа она протянула ему руку, он взял ее, и они вышли в центр зала. – О, еще одни, – сварливо сказал голос над Драко и Гермионой. – Тоже не будете целоваться? – Ух ты, какая болтливая, – усмехнулся Малфой. – Нет, мы будем целоваться… – твердо произнес он, глядя Гермионе в глаза. *** – Полумна, извини, что я… Извини, что отказался тебя целовать и поставил в неловкое положение? Извини, что растерялся? Дракл, как сказать? – Не захотел меня целовать? – спокойно договорила девушка. – Жаль, план Драко не сработал. – А он при чем? – Он увидел, что над всеми столиками висят омелы и за ними только два человека, и решил, что если оставит нас вдвоем, то мы поцелуемся и ты пригласишь меня на бал. Он не успел полностью вникнуть в смысл объяснения Полумны, но мозг зацепился за одну очень важную деталь. Жаль, что план не сработал… Ей хотелось, чтобы я ее поцеловал? – А ты бы хотела пойти со мной на бал? – Это было бы любопытно, – улыбаясь в своей неземной манере и глядя Тео прямо в душу, ответила она. *** На обратном пути в замок Гермиона увидела Рона и Гарри. Уизли остановился, увидев свою бывшую девушку и скрипнул зубами, глядя как ее за плечи обнимает Малфой. – Рон, успокойся, – предостерегающе сказал Гарри. – Я не могу! И не понимаю, как ты можешь спокойно реагировать на все это! А ей, похоже, с ними хорошо, глянь как сдружилась! И Полумну втащила в этот клубок змей… – Рон зло сощурился и сжал кулаки. – Джинни говорит, что Невилл сам не свой, ходит по замку как привидение…Интересно, Гермиона поздоровается с нами или пройдет мимо? – Гермиона, только не говори, что ты хочешь пожелать Уизли и Поттеру доброго вечера. – Драко, я не могу проигнорировать Гарри. Я должна с ним поздороваться. – Я тоже, – сказала Полумна. – Ну вот. Ничего с нами не случится, мы отойдем на пару минут, а вы нас подождите. ¬– Рад вас видеть, – улыбнулся Гарри, когда Полумна и Гермиона подошли к ним. Рон сделал маленький шаг в сторону и смерил Грейнджер ревнивым взглядом. – Мы тоже рады тебя видеть! – Гермиона обняла Гарри. – Мы были в Хогсмиде, в кафе мадам Паддифут. – Знатное местечко, – хмыкнул Поттер, вспомнив, как он поссорился там с Чжоу Чанг. – Вы придете на Рождественский бал? – Я точно иду, иначе рискую получить от Джинни Л е т у ч е м ы ш и н ы й с г л а з, а Рон… – Рон тоже идет, – Уизли с вызовом посмотрел на Гермиону, – или что, ты думала, что я засохну без тебя в одиночестве?! – Представь себе, не думала! Я просто счастлива, что ты нашел себе кого-то, может, теперь не будешь слать мне свои дурацкие письма! – Что, правда глаза колет?! Неприятно слышать, что ты – предательница? – Рон шагнул к Гермионе, она инстинктивно отступила назад. – Отойди от нее, Уизли! – Драко материализовался рядом с Гермионой, оттолкнув ее себе за спину. По бокам от Малфоя встали Нотт и Забини, Панси стала чуть поодаль. – А вот и хорек со своей крысиной свитой! – лицо Рона, перекошенное злобой, покраснело. – Рон, замолчи! – Гарри схватил друга за плечи и попытался оттащить назад. – Пусти меня, Гарри! – Уизли отчаянно вырывался. – Смирись, Уизли! – прорычал Драко. – Она моя! – Гермиона тебе не вещь! Ты у нее спросил, твоя она или нет?! Рон отдаленно понимал, что несет бред, но ярость, смешанная с ревностью, мешали ему вести себя и говорить адекватно. – По-моему, это очевидно, – медленно, почти по слогам проговорил Малфой, еле заметно улыбнувшись улыбкой победителя. – Перестаньте, хватит! – закричала Гермиона. – Не перестану, пока ты не поймешь, что сделала ошибку! – Рон перестал вырываться из рук Гарри, но успокаиваться не собирался. – Ты осознаешь, с какими людьми спуталась? Пожирательские отбросы! Гермиона схватила Драко за руку, который рванулся к Рону. И, хоть его на пару секунд она задержала, Забини с Ноттом (Тео первый) подскочили к Уизли. – П е т р и ф и к у с Т о т а л у с! Луч заклинания, вырвавшийся из палочки Панси, отбросил Малфоя, Забини и Нотта в снег на несколько метров от Уизли. – Я давно не делю людей на черное и белое, Рон, – мрачно глядя на бывшего друга и парня, сказала Гермиона. – Как не делю их и по прошлому и по факультету. Я сужу о них по тому, какие они в настоящем. И в настоящем мне хорошо с Драко, Панси, Блейзом и Тео. Возможно, если бы гриффиндорцы и вы с Джинни в частности, не были бы столь ко мне нетерпимы, я бы не подружилась с ними, если бы меня поддержали мои друзья. Вместо этого нас с Драко поддержали его друзья, которые со временем стали и моими, – Гермиона не была до конца уверенна в том, что Паркинсон, Забини и Нотт думают так же, но с удивлением и радостью заметила, что Панси кивнула, когда она произнесла последние слова. – И я не собираюсь от этого отказываться. И это не значит, что мне менее дороги стали Гарри и Полумна. Рон ошарашено смотрел на нее, но не смог произнести ни слова. Он молча смотрел, как Гермиона сняла оцепенение со слизеринцев и подала Драко руку, чтобы помочь ему подняться. – Значит, тебе со мной было плохо? – тихо спросил Рон. – Значит, с ним лучше? – Уизли, отстань уже от нее, – с отвращением сказал Малфой. – Или ты настолько тупой, что до тебя не доходят самые элементарные вещи? – Драко, хватит. Пойдемте в замок. Панси отряхнула с Блейза снег, а Полумна подала Тео упавший шарф. – Увидимся, Гарри, – без всякого выражение Гермиона кивнула Поттеру, и вся компания пошла в Хогвартс. До главных ворот все молчали. Наконец, оказавшись уже на территории школы, Панси спросила: – О каких письмах кричал Уизли, Гермиона? – И я бы тоже хотел узнать, – добавил Малфой. – Панси меня опередила. – Не письма, только одно. Рон недавно написал мне. Главная мысль такова (цитирую): «Ты сделала шаг туда, откуда вернуться не сможешь». – Почему ты мне ничего не сказала? – Зачем, Драко? Чтобы ты расстроился или разозлился? Я ничего не написала Рону в ответ, да, и честно говоря, меня все эти «изречения» уже не трогают. Приелось за два месяца.