Ты мое небо

Глава 34. … Ровно в семь семья Поттеров шагнула из камина в гостиную Гермионы Грейнджер. Джинни едва заметно нервничала, сжимая одной рукой пояс своего бирюзового шерстяного платья, а другой держа за локоть своего мужа. Гарри ободряюще улыбнулся Гермионе, давая понять, что все в порядке. – Добрый вечер, Гермиона, Скай… Драко, - поздоровалась Джинни, тоже улыбнувшись. Улыбка вышла несколько растерянной и неуверенной, но была искренней. Сердце Гермионы застучало ровнее. Джинни пришла, значит, сумела понять и простить… – Скай, это тетя Джинни, жена твоего крестного, - пояснила Гермиона, видя замешательство сына. – Я знаю, мне крестный рассказывал, – кивнул мальчик, протянув руку Джинни. – Рад познакомиться с вами. Девушка слегка удивилась, но все же протянула руку в ответ, тепло посмотрев на крестника своего мужа. – Прошу садиться, - сказала Гермиона, сглаживая неловкость. Это только начало вечера, всем нужно освоиться, расслабиться, тогда, слово по слову, и разговор пойдет…Девушка поглядывала на Джинни Поттер с неуверенной улыбкой, а та отвечала точно таким же смущением. Джинни и Гарри сели за стол справа, Гермиона и Драко слева. Между ними, отказавшись сидеть во главе стола, как именинник, сидел Скай, одетый в темно-синий костюмчик и белую рубашку, и забавно улыбался, рассматривая гостей. Драко разлил по бокалам шампанское; настало время первого тоста, и, к немалому удивлению всех, кроме Гарри, его решила произнести Джинни. – Скай, я очень рада с тобой познакомиться. Я искренне поздравляю тебя с Днем Рождения и хочу пожелать тебе, чтобы все, что ты загадывал, сбывалось; чтобы ты постоянно улыбался и радовал свою маму… - Джинни запнулась на секунду, перехватил взгляд Драко. - и своего папу. Гермиона и Драко, теперь я хочу сказать вам: простите меня. Простите за то, что была так упряма, что не захотела понять и поддержать. Гарри сегодня мне все рассказал…Я очень жалею, что так себя вела. Я хочу снова общаться с вами; Гермиона, я хочу, чтобы мы снова стали подругами… – Спасибо, Джинни, - прошептала Гермиона, наклоняясь к своей подруге, когда после ее слов все звонко стукнулись хрустальными бокалами. Глаза обеих девушек были влажными. – А кто крестная? - спросил Малфой через некоторое время после того, как все попробовали картофельную запеканку с мясом, которую Гермиона готовила без помощи магии, по рецепту своей матери. – Полумна Лавгуд, - ответил Гарри, подавляя улыбку. – Точнее, Полумна Нотт. – Я мог догадаться, - рассмеявшись, ответил Драко и обратился к сыну: – Развлекает тебя рассказами о мозгошмыгах? Скай вытер рот салфеткой, и Малфой с удовольствием отметил, что у его сына хорошие манеры, и сказал: – Ну, время от времени. А так обычно о том, что мне нужно избегать крюкончиков, потому что они вредные для таких маленьких детей, как я. С крестной никогда не скучно, особенно когда они с дядей Тео берут Сьюзи к нам. – Сьюзи – это дочь Полумны и Тео, – пояснила Гермиона, увидев удивленно приподнятые брови Драко. – Как много я пропустил, – пробормотал Малфой, погладив сына по голове. Гермиона внимательно наблюдала за Малфоем, и понимала, что ему очень комфортно в компании ее друзей, что он впервые за долгое время спокоен и искренне смеется. Ее немного смущало то, насколько быстро развиваются события, будто бы прошло не полдня, а несколько месяцев, если не лет, и оттого все происходящее казалось нереальным, словно девушка смотрит на все со стороны, или смотрит фильм со счастливым концом. А потом придется выключить телевизор и идти заниматься обычными делами в обычном мире; в мире, где есть только она и Скай, а Драко по-прежнему с ними нет… И в который раз за день Гермиона отбросила эти мысли. Пусть все идет как идет. Значит, так должно быть. Следующий тост произносил Гарри. Он пожелал Скаю успехов и веры в себя, и подарил подарок. Скай схватил сверток и быстро распаковал. То, что находилось внутри, было не больше полутора метров в длину, темно-красным, лакированным и с гравировкой на ручке: «С Днем Рождения, Скай! Твой крестный, Гарри Поттер». – Метла! Спасибо, крестный! Ребенок ловко выскочил из-за стола и подбежал к Гарри, чтобы обнять его. После он вернулся на свое место между родителями, однако метлу из рук не выпустил. – И почему я не удивлена, - с улыбкой проворчала Гермиона. – Гарри, это же опасно! Скаю еще нельзя летать! – она посмотрела на Ская и, увидев в глазах просьбу, граничащую с мольбой, сказала: – Сынок, метлу мы опробуем завтра, сегодня уже темно, и, кажется, на улице разыгралась метель… Джинни обернулась и посмотрела в окно. Из-за того, что в комнате было очень ярко, рассмотреть погоду за стеклом было трудно, но горсти снега, которые разбушевавшийся ветер швырял в окно, подтверждали, что Гермиона правильно определила метеорологические особенности сегодняшнего вечера. – Успокойся, это, можно сказать, игрушечная метла. Выше, чем на метр, она Ская не поднимет, - поспешил успокоить подругу Поттер. – Пусть привыкает к метле, он же будущий ловец Гриффиндора! - ухмыляясь сказал он, посмотрев на Малфоя. – Не надейся, Поттер. Это будет Слизерин, - твердо заявил Драко, сверля соседа напротив льдистым взглядом, но было видно, что он просто веселится. – Ну, опять началось, - буркнула Джинни. Гермиона подавила смешок. Даже спустя столько лет Гриффиндор и Слизерин – Гарри Поттер и Драко Малфой – не устают соперничать и подначивать друг друга. – А Джеймса с Альбусом ты уже в расчет не берешь? Может быть, кто-то из твоих сыновей тоже будет ловцом? – Мне кажется, что они будут охотниками, как их очаровательная мамочка, - Гарри обворожительно улыбнулся жене. – Мамочка, а ты умеешь летать? – Гермиона, жевавшая в этот момент салат, поперхнулась. Драко заботливо постучал ей по спине и подал воды. – Скай, я… – Твоя мама прекрасно знает теорию, но практики ей не хватает, так что учить тебя буду я. - самособойразумеющимся тоном ответил за Гермиону Малфой. Их взгляды встретились; оба одновременно вспомнили свои совместные полеты. Джинни удивленно на нее посмотрела, но ничего не сказала. В комнате опять почувствовалась неловкость. Девушка решила переменить тему разговора и спросила: – А почему нету Полумны и Тео? – Тео утром через камин извинился, что они не придут: Сьюзи заболела. – Нотты в Англии? – Теперь – да. Они много путешествовали после того, как поженились. В министерстве разрешили Тео выезжать за границу после ходатайства Полумны. Они были в Италии, в Австралии – я встретилась с ними два года назад в Сиднее, совершенно случайно, – в Праге…А недавно Тео подписал контракт с командой «Паддлмир Юнайтед», так что жить Тео с Полумной будут в Лондоне. – Мне предстоит освещать матчи, – хихикнув, сказала Джинни. – Я ничего не имею против Тео, но на лицо Вуда мне хотелось бы посмотреть, когда он узнал, кто будет новым загонщиком. … Остаток вечера прошел такой же дружественной доброй атмосфере. Гермиона не могла вспомнить, когда в последний раз ей было так хорошо, так радостно. Под общие аплодисменты Скай задул шесть желтых свечей на шоколадном фруктовом торте, который был обожаем мальчиком с самого раннего возраста, и загадал желание. Перед тем, как задуть свечи, Скай обхватил своего отца шею, чтобы тот наклонился к нему и что-то прошептал ему на ухо. Драко кивнул, внимательно глядя на сына. Когда Гермиона отлеветировала грязную посуду на кухню, и сама ушла готовить кофе, Джинни последовала за ней. – Гермиона, прости меня. - услышала девушка. Она стояла спиной к подруге и насыпала в турку кофе. – Джинни, все в порядке, я уже простила. – Гермиона, я, правда, очень сожалею… Гермиона крепко обняла Джинни: – Пожалуйста, давай не будем больше об этом вспоминать. Только настоящее и будущее. Поттер кивнула, вытирая слезы. – Но Рон…после того, как Гарри мне все рассказал, я пыталась убедить его изменить свое отношение, но…безуспешно. – А он знает, что вы здесь? – Мы не говорили. Рон трансгрессировал вместе со мной в Нору, и это было кстати, я оставила Джеймса и Альбуса с мамой и папой, когда…ммм…решила проследить за Гарри… - Джинни покраснела. – Я знаю, мне Гарри рассказал. – Ну, мне стыдно, я уже извинилась перед ним, - миссис Поттер быстро справилась со смущением и продолжила: – Рон рвал и метал, постоянно выкрикивая: «Как она могла! Это же Малфой! Предательница!» и прочее ля-ля, - подруга нахмурилась, явно не одобряя поведение брата. – Он так орал, что разбудил мальчишек, которых мама уложила буквально за пять минут до нашего появления. - Вот такие же слова он кричал на седьмом курсе, когда узнал, что я встречаюсь с Малфоем, - Гермиона горько улыбнулась. – Я и не одобряю его поведения, - сказала Джинни, снимая турку с кофе с огня и разливая по чашкам. – Рон все еще неравнодушен к тебе. Видела бы ты его первые месяцы после своего исчезновения…Он так хотел тебя найти! Казалось, что часть его души пропала вместе с тобой. Гарри случайно обмолвился ему, что ты в Австралии, и он сразу же собрался к тебе, но Гарри удержал его, сказал, что ты не хочешь его видеть. И он…если можно так выразиться, успокоился. Гермионе было больно слушать о страданиях Рона, все же не смотря ни на что, он был ее другом и она по-своему скучала по нему эти годы, но честно сознавала, что кроме братского и дружеского отношения больше дать ему не может. – Джинни, а моя часть души осталась у Драко, когда я ушла. – Девушка вздохнула. – Ты очень проницательная, Джинни, и поэтому ты понимаешь, что я никогда не могла дать Рону больше, чем просто дружбу. Пойми, я семь лет плечо к плечу провела с Гарри и Роном; но если к Гарри я всегда испытывала только сестринские чувства, то к Рону... Я никого другого из парней не знала, а Рон был всегда рядом, и я временами убежала себя, что если мы с Роном будем вместе, то наше «Золотое Трио» никогда не распадется, мы всегда будем вместе, будем поддерживать друг друга. В конце концов, все остальные – ваша семья, Гарри, однокурсники и прочие, – были убеждены, что мы с Роном идеальная пара, все только и ждали, что после войны мы поженимся. Но однажды… – Это было еще до Драко, – уточнила Гермиона, увидев какое-то еле уловимое осуждение в каре-зеленых глазах подруги. – я поняла, что больше не могу себя обманывать. Я посмотрела в собственную душу и осознала, что Рона не люблю, как бы я себя не убеждала. Как только я это поняла, я сразу же сказала ему, не желая быть с ним нечестной. Я понимаю, что ему больно, как никто другой понимаю. Но человек над своим сердцем не властен… Джинни помолчала, обдумывая слова Гермионы. Да, она была права, человек не властен над своим сердцем, и винить ее глупо и неправильно. Правильно – понять и поддержать, ведь для этого и существует дружба. Джинни подумала о своем муже, который все семь лет, с первого курса, находился в постоянном противоборстве с Малфоем, и который, тем не менее, Гермиону сразу поддержал и не осудил ни разу, несмотря на то, что Рон был его лучшим другом. – Гермиона, если ты будешь счастлива, то и я буду счастлива вместе с тобой. Это твоя жизнь и только ты должна решать, как и с кем ее прожить. Жаль, что я поняла это спустя столько времени. – Джинни, мы же договорились… Джинни улыбнулась и очень тепло и тихо засмеялась. Не дожидаясь ответа от подруги, она, левитируя поднос с кофе в гостиную, вышла из кухни. Через секунду так поступила и Гермиона. В гостиной сидели только Гарри и Драко, обсуждая недавний чемпионат по квиддичу. – А где Скай? - спросила Гермиона, глядя на Гарри. Тот отвлекся от разговора и повернулся к подруге: – Он уснул и Драко отнес его в детскую. Гермиона посмотрела на Драко; тот только пожал плечами, показывая, что ничего необычного в своем поступке не видит. – А сколько времени? – Одиннадцать, - не сводя глаз с Гермионы, ответил Малфой. – Наверное, нам пора, - сказала Джинни, подходя к Гарри и обнимая за плечи. – Няня, скорее всего, тоже уже уложила Джеймса и Альбуса спать. – Да-да, - согласился Гарри, поднимаясь из-за стола. Они с Джинни обняли Гермиону; Поттер пожал руку Драко, не забыв, однако, взглядом напомнить Малфою, что в случае чего-нибудь «нехорошего» с его стороны в отношении Ская и Гермионы, и наследному лорду не поздоровится. Уже ступив одной ногой в камин, Гарри внезапно воскликнул: «Чуть не забыл» и поспешно выскочил из камина, стукнувшись головой о каминную полку. Он вытащил из кармана мантии специально уменьшенную коробку и подал Гермионе: – Это мой традиционный торт, на завтра. – Скай будет рад, - подруга взяла коробку. – Ты так сказал это, Поттер, будто сам стоял у плиты и готовил его, - не удержался Драко от беззлобной подколки. – Мерлин, если есть на свете что-то вечное, так это перепалки Поттера и Малфоя, - Джинни закатила глаза. Все рассмеялись. Гарри вернулся в камин. – Спокойной ночи, - попрощалась семья Поттеров и четко сказала: «Площадь Гриммо, 12»; через мгновение друзей поглотило зеленое пламя.