Часть 24
10 декабря 2023 г., 11:52
— Смотрите.. что это с ним? — Выкрикнул, привлекая внимание сородичей, молодой паренек, вмиг бросивший пинать несопротивляющегося Брайана.
Он первым заметил очевидные изменения во внешности Джона, теперь возвышающегося над другими людьми, подобно скале. Его кожа сменилась на полностью черную и бурлила пузырями от которых шел еле видимый пар.
Наемник, словно привыкая к новой форме или пробуждаясь после многолетнего запойного сна, покачал головой из стороны в сторону. Хруст его шеи был настолько громкий, что даже оставшиеся у тела Брайана разбойники обернулись посмотреть на из ниоткуда взявшегося монстра. Джон усмехнулся, контрастируя все еще белоснежными зубами со всем измененным телом.
В этом обличии, казалось, его улыбка и впрямь была ослепляющей, ведь бандиты один за одним пятились назад, бросив избиение лежачего так и не добившись его смерти. Джону не потребовалось для устрашения демонстрировать с какой легкостью он может сломать позвонки один за другим, точно играя на струнах гитары. Что он в целом все равно сделал, забавы ради, с тем самым лучником, который, как бесчестный ублюдок, выстрелил в спину его товарища. Надлом костей смешался с воплями парнишки, испытывающему неугомонную боль в спине, ведь его позвоночник буквально рвали по частям.
Все товарищи несчастного побросали оружие и подняли над головой руки в знак применения. Но существу в которое обратился Джон не знакомо слово «милосердие», ведь нападавшие не проявили его ранее.. когда это еще могло иметь значение. Они опрометчиво решили идти до конца в своей опасной авантюре мести против наемников, и теперь сожалели, когда этим концом оказался кровавый тупик.
— Надеюсь, он и нас не порвет на клочья.. — Громко сглотнул сгусток слюны, Питер.
Он перебежками добрался до Брайана, теперь грустно сидевшего, сложив негнущуюся ногу на чуть менее болезненную. Лекарь сам того не желая преобразился в истинный облик – лича. Его кожа, мышцы, волосы и даже глаза исчезли и теперь он представлял собой ходячий скелет в одежде. Этот мертвец состоял из неравномерных серых, черных и белых с переливами костей, местами гипертрофированных, местами наоборот недоразвитых. Они были покрыты сколами и внезапными расщелинами, но это было отнюдь не следствие недавнего избиения. Одним словом, кардинально изломанными после попадания под энергию разлома, только в общих чертах фигуры можно было угадать - это когда-то было человеком. Его ранее блестящие каштановые волосы теперь представляли собой куски крошащегося графита причудливой формы сосулек. Проницательные серые глаза сменились на глубокие пустые впадины с маленькими дырками посередине. Сквозь эти дырки и зазоры, между острыми серыми зубами, проступал красный свет, идущий из глубин черепа.
Брайан шокировано смотрел на костяшки, оставшиеся от его пальцев. Он чувствовал себя загнанным в угол, будучи в такой форме без возможности восстановить приятный глазу облик. Лич мог поддерживать его лишь за счет энергии украденной или, вернее, бережно сохраненной после обмена.
Питер уже видел его в этом обличии, потому бестактно подошел, поднимая его с грязного пола за костлявый локоть. Другие же видели его впервые, и хоть и не кричали «Ну ты и урод», не стали подходить на близкое расстояние. Не то чтобы из брезгливости, скорее из опасения, что кроме его формы изменилось и настроение. А, может, даже воспоминания об их дружбе стерлись и теперь Брайан набросится на них, подобно безмозглому зомби. Ещё и его отсутствующий взгляд не выражал никаких эмоций.
Джон тем временем принялся с упоением расправляться с одним бугаем за другим, специально выжидая между убийствами время, дабы пощекотать их нервы и придумать способ как можно более мучительный.
— Кто следующий? И каким будет метод? — Истерично заголосил он, заканчивая с очередной кровавой расправой.
Этого мужчину наемник взял как тряпичную куклу и крепко прижал к себе. Человеческая кожа, контактируя с пузырями, мгновенно плавилась, как маршмеллоу на костре, покрываясь золотистой корочкой.
Бедняга умер за несколько секунд, получая сильнейшие ожоги несовместимые с жизнью. Его разум попросту не выдержал такой боли.
Джон откинул хладное тело в группу сбившихся в кучку обалдуев, толпившихся и прятавшихся друг за другом, стараясь от паники забиться в один единственный шкаф. Они тут же отбросили тело обратно так, словно оно было динамитной шашкой и могло взорвать их за долю секунды. Их лица исказились в отвращении и страхе перед неотвратимой мучительной гибелью. Оружие, которое они так великодушно побросали, было вновь поднято и прижато к груди, как драгоценное сокровище, ведь план - быть хорошими мальчиками - провалился. Шансы защититься у них оставались, мягко говоря, скверными. Вопрос заданный Джоном остался без ответа, если не считать синхронных воплей и всхлипов внятной азбукой нытиков.
— Значит опять я выбираю. Ты. — Джон показал на бородатого мужика с секирой, прятавшего свое заплаканное лицо за плоской частью лезвия.
— Ей богу, как дама с веером. Знаешь, куда я тебе его сейчас засуну.. Открой личико, если не хочешь знать. — Нахмурил практически невидимые на черном лице брови Джон, выжидающе махая рукой.
— Д-д-д-а. — Запинаясь выдавил из себя бородач.
Дрожащей рукой, держа рукоять, он отодвигал от себя оружие медленно, словно не до конца веря в возможность пощады. По его лицу непроизвольно текли слезы, а взгляд был настолько жалким и вопрошающим его не убивать, достаточно подкупающим любого убийцу.. будь тот человеком. Вот только от человека в Джоне осталось мало чего, хоть он и отлично все помнил и разделял друзей и врагов, сейчас будто сама его кровь бурлила от желания мести за друга.
— Раз уж ты такой послушный. Я так уж и быть не буду совать его тебе сам знаешь куда. — Уверенно кивнул блондин, молниеносно отбирая секиру и теперь проводя по ее наточенному лезвию двумя пальцами.
Срез должен был быть идеально ровным и отполированным в кузнице, а на деле содержал уйму сколов и царапин.
— Убивал им часто? — Джон отвернулся от оравы мужиков, стоя к ним широкой спиной.
Он так скучал по ощущению этой силы.. по свободе, пока был вынужден лишь наблюдать со стороны за тем, как неумело пользовался скверной Энтони. Пусть только на 10 коротких минут, но владелец вновь был собой в своем законном, мать его, теле.
— Д-д-а. — Честно исповедался бородач, стискивая веки до предела, будто это могло спасти его от подкрадывающейся сзади смерти.
Джон облизнул губы и, не глядя, бросил секиру через плечо, тотчас поворачиваясь вместе с броском – оценить результат. Лезвие прошлось прям по лицу стоящего за убийцей другого бугая, раскалывая его череп на две половинки, как скорлупу грецкого ореха. Вся жизнь пронеслась перед лицом бородача, когда он почувствовал толчок. Рукоять, вернувшегося к нему родного оружия ударила его в самое сердце. С самого лезвия, расположившегося теперь параллельно его лицу, стекала алая кровь его друга, так удобно прятавшегося за ним ранее. Сначала он решил не поворачиваться, дабы не смотреть на постигнувшую судьбу товарища, так как губы Джона свернулись в трубочку с неслышимым «У».
— Оружие надо точить, тогда бы оно не распидарасило так его лицо. Знаешь? А хотя какая разница, ты все равно умрешь. А теперь... У нас с вами мало времени, ребятки, сколько вас тут.. Раз.. два.. Шесть? — Мужчина посчитал оставшихся головастиков, задумчиво проводя пальцем по нижней губе.
У него оставалось около пяти минут, пока наемник упивался их страхом и с интересом изучал каждую эмоцию, всплывающую на лицах.
Двое плакали, сцепившись в единую ноюще-хлюпающую субстанцию. Они обнимали друг друга в такой манере, что казалось вот-вот заберутся ногами на поясницу один другого и мистическим образом повиснут в воздухе – держась на нытиковской тяге, как магниты.
Двое просто стучали зубами, будучи белыми, как листы бумаги, они стратегически спрятались в шкаф и теперь держали оборону, чтобы никто новый не зашел. С бездумно равнодушными лицами захлопывая дверцу обратно, стоило кому-то попробовать занять их удобные места.
Один дед лет 70ти самоуверенно сверлил его взглядом, будто имел секретную технику убийства глазами.
Все это было банально и неинтересно, когда как последний парень упал на колени и принялся активно молиться божествам, в которых некоторые имели глупость поверить. Это уже было что-то занимательное. По крайней мере, редко на пути наемника встречались верующие. Без сомнения, в королевствах процветала религия и даже были храмы для особо популярных божеств, но куда больше людей верили в корону и грубую силу, потому как их можно было не только почувствовать душой, но и телом.
— Эй, ты. Молящийся, будешь следующим. Я дарую тебе быструю смерть, сделав подношением твоим богам. В кого ты там веришь? — Рассмеялся Джон, вырывая из его рук кухонный нож.
Тот зажал его между ладонями, активно молясь, так словно это был атрибут его веры, а не оружие которым он хотел заколоть наемников лишь десять минут назад. Парень в гневе поднял на него глаза, всем своим видом показывая, как он глубоко ранен душевно.
— В Святого Энтони! Но ты не смей говорить его имя в суе, богохульник. — Выплюнул святоша, принимая свою смерть, как единственный возможный конец, как служения так и самой жизни.
Парень сам насадил себя на нож в руках блондина, прямо протыкая самым кончиком свое сердце.
«Святой Энтони.. пффф... Энтони, ты это слышал? Бред, нашел в кого верить.» — Обращался к своему нежеланному жителю в голове Джон.
Дальше наемник переключил свое внимание обратно на пару плакс, ведущих себя как люди нетрадиционной ориентации. Он не был толерантным к такого рода отношениям и никогда не скрывал этого. В то же время бородач, на которого пока не обращали внимание упал замертво от инфаркта, хватаясь за сердце.
— Смекалистый хер. — Шепнул про себя Джон, переступая через бородача, чье дыхание он все еще мог отчетливо слышать, но решил оставить его в живых - подыграть ему.
Из уважения к его чистосердечному признанию, находчивости и тому факту, что выживший обязательно расскажет врагам в Цитадели, что случается с теми, кто идет против наемников.
— Мужчины должны оставаться мужчинами. Даже в таких ситуациях. Но если уж вы так хотите быть вместе, я вам помогу. — Округлил глаза Джон, отнимая копье у стоящего с каменным лицом деда у стены.
Он изучил длинное оружие вдоль и поперек, покрутив его в руке, и удовлетворенно хмыкнул. Мужчины заливающиеся слезами от отчаяния усилили напор, словно ожидая затопить пол под собой. Вот только все их слезы и сопли впитывали взамен их же кафтаны. Джон улыбнулся уголком губ сам себе и принялся исполнять свой продуманный секунду назад замысел. Блондин точечно бросил копье в шкаф с такой силой, что дверцы разлетелись на крохотные щепки. Острый конец оружия пришелся на стену шкафа, где благополучно застрял. Но этого близкого, слегка нагнетающего присутствия холодного оружия хватило двум умнейшим бродягам, там прятавшимся.
Испуганные вывалились с криками наружу, тут же вломившись в наиболее дальний от Джона шкаф на другой стороне комнаты. Слуге Зериэллы сейчас не было дела до их побега. Им все равно некуда бежать от судьбы, а она уже была решена в минуту его обращения. Нельзя уйти, как бы рьяно они не пытались.
— Что голубчики, кто из вас альфа? — Задумчиво почесал щетину Джон, осматривая их досконально на предмет признаков старшинства.
Мужчины лишь взвыли еще сильнее, обнимая друг друга так сильно. Джон даже напрягся, вдруг удушье случится раньше, чем он осуществит задуманную казнь. Решив, что впрочем это не так уж и важно, он схватил ближнего к себе парня и, бросая его как мешок с картошкой, насадил на деревянную торчащую из стены часть копья. Его друг тут же упал на колени и принялся бить слабыми донельзя кулаками по сравнению с железной кожей Джона ему по пальцам ног. На блондина такие просьбы не подействовали и второй «любовник» отправился в путешествие следом. Приземляясь разбитым сердцем на дерево, уже смоченное кровью его друга. Джон подсчитал, что ему осталось около двух минут и вальяжно прошелся к старику. Его взгляд не выражал ни страха, ни переживаний.
— Даже молить о пощаде не будешь? Из уважения к старикам думал прикончить тебя последним, но эти два долбоеба сбежали. Займет время идти к ним и обратно, поэтому сначала ты – не обессудь, старик. — Вежливо объяснился наемник, приземляя свою ладонь ему на грудную клетку.
Он с интересом взглянул в его видавшие жизнь глаза, словно они могли поведать ему мудрую мысль, даже без обмена словами.
— Когда проживешь больше 70 лет жизнь не кажется такой уж ценной. Я видел и узнал достаточно, чтобы смириться с тем, что такое отродье, как ты, нельзя ни остановить ни переубедить, но это не мешает умереть, попытавшись. Жаль, не получилось свершить чудо на склоне лет. — Сухим хриплым голосом ответил ему седой мужчина.
Его лицо было покрыто множеством глубоких морщин и уже заживших, но все еще отчетливо различимых белым по розовой коже, шрамов.
— Я прожил намного больше 70 лет, старик. Но не считал свою жизнь ценной ни один из этих дней. Другое дело жизни моих друзей, на которых вы покусились сейчас. — Оскалился блондин, поведав ему свою сторону медали напоследок.
Договорив, Джон вырвал его сердце голой рукой, отрывая сосуд за судом, соединяющие его с остальными органами посредством кровеносной системы, но в знак признания оставил его внутри. Сохраняя хоть подобие целостности для похорон, если такие вообще намечались.
Итак, осталась всего минута, за которую нужно расправится с ушлыми детьми, посмевшими играть в прятки, будто за ними охотился какой-то монстр. Блондин, встав в позу бегуна на старте, посмотрел в сторону своих друзей, которых он уже привык за эту неделю видеть только внутри собственного сознания. А это не то же самое, что быть активным участником событий.
— Был рад тебя видеть, Крис. — Тихо произнес Джон, сталкиваясь взглядами с задумчивым лучшим другом.
Наемник бы хотел сказать ему это лично, похлопать по плечу и поблагодарить за прикрытие его жопы, пока Энтони косячил направо и налево, вися на нитке от неминуемой смерти для их бренного тела. Хотел.. но не мог так рисковать, выдавая происходящее с его телом сейчас. Лишь зверь, запертый в персональной, особенной, как и он сам, клетке, и чудом сейчас вырвавшийся подышать.
«Сейчас он похож на того Джона, которого я знал сотню лет.. Что с ним происходит?» — Подумал про себя демон, но не стал произносить это вслух, дабы не наводить на аналогичные сомнения других членов команды.
Возможно, они все сейчас думали одинаково, уставившись в забвении на то как легко и жестоко Джон несет их справедливость в массы.
— Кхм.. Я дам вам шанс выйти. У Вас есть десять секунд. Десять.. Девять.. — Начал обратный отсчет Джон, просто любящий играть с жертвами, превращая убийство в искусство.
Наемнику мог запросто убить всю толпу одним ударом, но это было бы слишком просто и скучно. Недостаточно карательная медицина для тех, кто посмел атаковать дорогих ему людей. Гнетущее молчание, нарушаемое лишь цифрами, красиво и четко провозглашенными блондином.
Он тем временем крутил головой от шкафа к шкафу, делая вид что совсем не чувствует нужный ему. На деле, все это было неприкрытым фарсом. В этой форме его чувства были острее, чем у оборотня, даже сиди они в шкафу за километр и вовсе не дыша, Джое бы услышал быстрый стук их сердец, а также уникальный запах принадлежащий выслеживаемой добыче. Ранее наемник сидел взаперти в своем сознании, уставая бить себя ладонью по лбу, каждый раз когда Джон бездарно использовал способности, дарованные ему королевой.
— Ноль.. — Наконец последняя цифра на выдохе покинула его рот, обращая их в хищную усмешку.
А на вдохе он начал бежать, выставив правый кулак навстречу стене. Его скорость и сила позволили ему за десять секунд снести каждый шкаф в комнате разламывая хрупкое по сравнению с ним дерево до основания. Гремел взрыв за взрывом, а щепки синхронно поднимались в воздух, пока в один момент, ближе к концу, к щепкам добавилась еще и кровавый фейерверк, разлетевшийся от прятавшихся в нем трусов. Комната обратилась в непроницаемую дымку от разрушений, что он успел нанести за такое короткое время. Пыль и обломки витали в воздухе, как бежевый снег, опадая на плечи стоявших поодаль от стен наемников. Разумеется, друг их не задел, но испачкал.
— Джон. Пока ты не вырубился, не мог бы ты, пожалуйста,..— Начал максимально обходительно спрашивать Нил, вероятно, не до конца уверенный, что после этого внезапного представления, наемник не сорвется и на них тоже.. точнее, на нем.. за все эти подозрения и высказывания, которые необдуманно бросали в его сторону на протяжении недели.
— Дверь открой, кретин! Тебе секунды остались. Хочешь нас всех голодом заморить, придурок. — Завопил на всю комнату Кристофер, активно жестикулируя Джону.
Блондин расплылся в довольной улыбке и напролом побежал в запертые снаружи ворота. Они с грохотом растворились, слетая с петель и успешно улетая куда-то вглубь башни. А вместе с ними туда отправилось и тело Джона, в момент последнего рывка потерявшего сознание.
— Так ладно.. все прошло не то, чтобы по плану. Но я думаю это успех. Всем спасибо. Пойдем Эван искать теперь. – Подвел итог Питер, придерживая вместе с Нилом тело Эдвина за плечи.
Лидер все еще был в отключке, но это не означало, что они будут ждать, пока он или Джон пробудятся. Каждую лишнюю минуту в этой башне гости в опасности. Кристофер и Брайан обхватили тело Джона с двух сторон.
— Хм.. а если он начнет блевать скверной, как в прошлый раз.. Мы на всякий случай от вас подальше пойдем. Идите вперед. Пусть блюет вперед, желательно цельтесь на ведьм, если они еще здесь. — Теоретизировал Питер, что снова вошел в режим весельчака.
Кристофер с Брайаном обошли их по дуге и, резко остановившись в замешательстве, повернули головы на временного лидера.
— Так а идти то куда? Мы вообще понятия не имеем, где она. — Почти одновременно наперебой возмутились они, стоя перед лестницей, уходившей, как вниз, так и вверх.
Удачно, что других дверей, кроме зала, где они дрались, здесь не было, а то и их пришлось бы исследовать.
— Да какая разница. Пойдем вниз. Потом вверх. Нам еще надо тушку Уильяма найти и коня. Вы же не хотите бросить коня? — Пробормотал в ответ Питер, подталкивая их легкими пинками по щиколоткам.
Стоило им с трудом спуститься по лестнице, как ведьмы осторожно сбежали с верхнего этажа, с еле сдерживаемым интересом прошмыгнув в зал. Когда они услышали звуки голосов наемников, спокойно разлетающиеся эхом по башне, стало очевидно - план провалился. Настолько кардинально провалился, что предугадать этот плачевный исход было нельзя. Теперь эта комната представляла настоящую кровавую баню, даже после демонов остаются лишь кости, аккуратно сложенные кучками.
Во время схватки с наемниками, и без использования магии, на их безопасной территории, где, как сказал им черномаг Цитадели, ничто не сможет им помешать, что-то все же помешало.
План был безупречно продуман умнейшим человеком, которого они знали.. после господина Джерома. Удивительно, но с ним союз заключить оказалось сложнее, чем с его злейшим врагом, который был когда-то и его учителем.
И этот же учитель потерпел тотальное поражение. Кто бы не совершил эту кровавую расправу, у этого существа не было никаких границ и предела возможностей. Если раньше ведьмы желали бороться с наемниками до конца, согласившись, что нет участи хуже, чем сидеть здесь взаперти годами.. то теперь они видели множество куда более худших исходов.
Под страхом того, что наемники доберутся и до них, женщины, встав в круг, взялись за руки. Им даже не стоило говорить это вслух и обсуждать дальнейший план. Они обменялись решительными кивками друг с другом и каждая вытащила ритуальный кинжал из кармана в плаще. Ведьмы положили их павшую быстрой смертью сестру в центр круга и одновременно перерезали горла соседки справа.
Десять наказанных за неверность женщин синхронно упали на покрытый деревом пол, создавая подобие рождественского венка из переплетенных тел. В следующие пятнадцать минут в башне на первом этаже не прозвучало ни звука. Собравший остатки храбрости, бородач осторожно приподнялся с пола. Найти выход из башни ему не составило труда и он со всех ног, сверкая пятками, двинулся в сторону Цитадели, в относительную безопасную гавань.
