Альнаир: не в то время, не в том теле

Наемники обходили этаж за этажом, заглядывая в каждую комнату. К их удаче, их было не так уж и много, около трех на каждом этаже. В основном помещения были либо пусты, либо служили складами. Забитые полки этажерок снадобьями и сухими травами или того пуще - килограммы консервных банок и непортящейся еды по соседству с десятилитровыми бочками обычной на вид воды. Это было лишь предположение, что жидкостью в бочках была вода, так как с единственного отверстия в каждой из них медленно стекали прозрачные капли на липкий, скольский пол. А потом Лесли снес одну из бочек, неосторожно ударившись об нее в темноте, и она разлилась по всему этажу. С тех пор их обувь хлюпала, предупреждая жителей, если такие вообще имелись здесь, об их скором приближении. Как и первый этаж на котором они провели против своей воли слишком много времени, подземные этажи не были освещены магией, а окон и подавно быть тут не могло, потому они создавали неприятные ощущения. Воздух был спертый и промозглый, а сами наемники после получаса изучения каждого угла, где могла бы быть запрятана Эван, начинали походить на крыс в поисках пропитания. Последняя комната на подвальном этаже была заперта снаружи, хоть и сквозь щелку под дверью проступало еле заметное свечение. Остальные исследуемые ими ранее помещения, тоже были заперты, но в них было темно, как в склепе. Это и усложняло всю их миссию, поскольку никаких фонарей у них не было. К их радости, хоть оружие они успели прихватить, забрав у того месива с трудом распозноваемого как трупы, оставленные щедрой грудой Джоном. Теперь наемники хотя бы могли постоять за себя более эффективно, запасшись мечами и кинжалами. Они кое-как привязали себе все добро на пояс тряпками, также смоченными в чьей-то крови и кишках. Им повезло и отряд никого не встретил в этих непроглядных лабиринтах под землей. Даже крыса не ела здешние припасы, опасаясь влияния атмосферы башни на свой разум. Наемники столпились около закрытой двери со светом и бесшумно, одними знаками, спорили кто должен туда идти. В итоге также безмолвно они свалили Джона и Эдвина в коридор, облокотив на стену. Кристофер победил и пошел первым, итак активно жестикулируя, он предлагал свою кандидатуру остальным. Правда, объясняться так оказалось сложнее, чем на словах, потому чтобы прийти к консенсусу потребовалось больше времени. Засов с дребезжанием отодвинулся и дверь сама послушно распахнулась перед наемником. Кристофер тут же увидел до боли знакомую чуть сгорбленную, но все еще изящную спину Эван и Риссу, гордо задравшую подбородок и покачавшую головой. — Тебе повезло. Они выбрались. Полагаю, Вы меня убьете, если я не отвечу на Ваши вопросы. Поэтому я, как и полагает гостеприимной особе, вся во внимании. — Равнодушно предложила женщина, поднимаясь с колен с позволения Эван. Все это время, сидя в заточении, рыжая держала направленный в ее сторону нож, не двигаясь порядка двух часов. Эван не сразу поняла, когда путь к свободе открылся и они победили. Медленно повернувшись в сторону двери, ведьма увидела радостные улыбки ребят и окончательно позволила себе расслабиться. Рыжая с трудом поднялась с камня, ведь ее ягодицы порядком задубели сидеть на такой жесткой и холодной поверхности. Оставшиеся из осторожности позади наемники по одному присоединились к частной вечеринке, набившись в маленькую комнату, ставшую душной за мгновение. Девушка счастливо обнялась с каждым, искренне радуясь, что они живы. Даже не постеснявшись прильнуть телом к Брайану, все еще оставшемуся личом. Он нерешительно похлопал ее по спине в ответ, а на его схуднувшем лице зашевелились челюсти. Эван восприняла это за подобие смущенной ухмылки, насколько ее возможно было изобразить одними костями. — Наш друг в морозном саркофаге.. Мы хотим воскресить его, может ты знаешь способ? — Закончив с приветствиями, Эван перешла сразу к делу. Всем им хотелось как можно скорее покинуть это забытое богом место и вернуть свои магические силы. Без них они чувствовали себя неполноценными, непривычно слабыми и бесполезными. Одна только мысль о том, что они сейчас не способны отразить атаку сельского дурачка наперевес с мечом загоняла их в ловушку. — Ха-ха. — Расхохоталась Рисса, истерично завывая на потолок. Пока наемники обменивались взглядами полными сомнения в ее адекватности, ведьма не сдерживалась в своих эмоциях. — Ты сказала, что ответишь на вопрос. Способ же должен быть? — Настаивала на ответе рыжая, еле вставляя слова среди неутихающего смеха. — Есть. И он у Вас перед глазами. — Рисса переменилась в лице и, теперь округлив глаза, вперила их в Брайана. Мужчина поежился под ее взором полным сумасшествия и развел плечами в ответ. — В каком смысле? — Озвучила висящий в воздухе вопрос Эван, все еще крутя в руке кинжал, которым впрочем так ни разу и не воспользовалась. — Магия разлома вернула его к жизни, так? Бросьте ваш труп в разлом и он станет личом. — Завораживающе протянула старая ведьма, так словно заученное заклинание. Ее вид стал внезапно уставшим и раздраженным, она замахала руками показывая на выход. — Я ответила на Ваш вопрос... теперь уходите к черту из башни. Ваш мертвец и мальчик должен быть на четвертом этаже. — Предотвращая их дальнейшие предсказуемые вопросы, дала указания старшая ведьма. Наемники переглянулись с немым вопросом, о том что им стоило сделать с враждебной каргой. — А конь? Где наш малыш? — Добавил тему для обсуждения Питер, уже мечтавший прикорнуть на надежной твердой спине вместо того чтобы плестись на своих двоих к разлому. — Мы его уже пустили на конину, если хотите можете забрать его по частям на втором этаже в логове нашего мясника. И не смотрите на меня так, у нас запасы здесь ограниченные и мы не знали, что Вы выживете. — С нескрываемым разочарованием и агрессией выдала Рисса. Наемникам лишь оставалось гадать пустили бы и их мясо в расход при неблагополучном исходе, без вмешательства Джона, или все же только коня постигла бы эта участь. — Вы больные суки! — Высказал все, что думал Лесли, озлобленно хлопая дверью. — Разлом не создает личей, история нашего создания отличается. Откуда нам знать, что ты говоришь правду? — Осторожно подметил Брайан. Не смотря на прожитые после этого события года, наемник все еще отчетливо помнил, как он стал ходячим трупом. — Разлом Греймордира, тот самый, создавший Вас, особенный. И Вы всегда можете вернуться в эту башню и убить меня, если я соврала. Я тут заперта, нет смысла обманывать Вас. — Слишком спокойно отпарировала женщина, поглаживая растрепавшиеся волосы, так словно опрятный вид предавал вес ее словам. — Если ты нам врешь, уж поверь мы вернемся и от тебя следа не останется. — Прошипела сквозь зубы Эван, гордо развернувшись на пятках к выходу. — Как Рисса и обещала, они нашли их проводника и уже изрядно подтаявшего Уильяма на верхнем этаже башни, так и не встретив по пути ни одно живое существо. Парнишка с распростертыми объятиями побежал к ним на встречу, стоило отпереть, бережно придерживаемую спинкой кресла, дверь к его месту заточения. Нахождение с трупом, который вот-вот начнет вонять и лужей смердящей воды, с него натекшей за часы, явно не пошло проводнику на пользу. Теперь с учетом Эдвина и Джона, которые все еще были без сознания, им пришлось тащить аж три бренных тела на выход. Пока они маялись безусловно важными делами в башне, наступил рассвет и путь на свободу наконец был безопасен. Однако бессонная мучительная ночь сказалась на скорости их передвижения. Первым делом, выйдя из негостеприимных стен ведьминого жилища, Брайан высосал энергию парнишки и перекинул ее в тело Эдвина, с целью залечить его от яда, медленно поражающего его клетки. Как полагается праведному доктору, он сохранил часть жизни и себе, возвращая приятный глазу облик. Все же это было разумно и логично, ведь Эдвин сможет легко тащить на себе парнишку и саркофаг с трупом. Когда как если сохранить парнишку, тот практически бесполезен. *** Когда Джона выбило обратно в свое же сознание, он очутился посреди своего уютного дома. Сразу покрутил головой в поисках Энтони, но ни на кровати, ни где либо еще его не было. На пару секунд владелец уже успел обрадоваться, что освободился от этого паразита, но тут его нога уперлась в нечто жесткое и визжащее. Оказалось, Энтони все еще здесь и просто лежит камнем на полу, а Джон случайно пнул его по ребрам и теперь последний крутился по полу, изображая смертельную боль. — Да хорош уже, это не было так больно. Кстати... — Заткнул его Джон, с разбега плюхаясь на кровать. Энтони прекратил ломать комедию и теперь выжидал какой еще информацией с ним решил поделиться настоящий владелец этого тела. — Видел, как превращение нужно использовать? Научился хоть чему-то, пока тут сидел смотрел? И этот верующий Энтони Святому поклонялся, видал? — Ополчился на него блондин, складывая ногу на ногу. — А.. Да, в моем мире все меня так называют. Неудивительно, что слава и до вашего доисторического мода дошла. — Невозмутимо откликнулся Энтони, делая максимально самоуверенное лицо. — Серьезно? Что ж ты раньше не сказал, что ты бог? — Насупился Джон, чувствуя подвох в его актерской игре. — Да ладно, я шучу. Почему вообще прокатило, чтобы ты занял тело? И почему мысли в башни изменились? — Понимая, что, вероятно, их разговор оборвется на самом интересном моменте, как это обычно происходило, Энтони решил не терять времени и задать все насущные вопросы. Джон задумчиво посмотрел в потолок, представляющий из себя непроглядную пучину тьмы. Он и сам до конца не был уверен, как это произошло, хотя у него и было несколько догадок и потенциальных причин. — Мысли.. имеешь ввиду влияние Зериэллы? Когда меня создавали, заложили инстинкты служить Цитадели и ее текущему правителю, как верному сторожевому псу. Вот только с годами они притупились и, побывав ни раз на пороге смерти, мой разум теперь способен сопротивляться им. Легкий путь – просто делать, что велено, трудный путь – идти наперекор желаниям королевы, если сам не согласен с приказом. Крайне разочарован тем как ты попытался убить Криса, после всего хорошего, что он нам сделал. Но за попытку судить строго не буду, все же интересно было посмотреть, как ты провалишься. Тем не менее, советую тебе найти яйца в своем разуме и не подчиняться слепо инстинктам. Все же дружба очень ценная вещь.. Они - моя семья. И это показательное выступление, которое ты имел честь лицезреть сегодня, лишь частичка мести, которая на тебя обрушится, если ты преуспеешь в своем тупейшем служении. — Джон долго и дотошно объяснял ему природу вещей, его взгляды и ценности. В то время как Энтони смотрел в никуда, вспоминая все свои провалившиеся попытки строить дружбу в реальном мире. «Да-да. Так я и поверил, что они твоя семья. Может, ты так и считаешь, но они наверняка ждут только случая попользоваться тобой и выкинуть. Ты же сильный, ты их спасаешь, ты им пока нужен. И это еще я тупой наивный дурак. С друзьями всегда так - либо ты их кинешь, либо они тебя.» — Отметил про себя мужчина, исказившись в гримасе, но не решившись высказаться вслух против. Энтони лишь кротко кивнул, якобы соглашаясь отступить и больше не пытаться насолить наемникам. — Так почему тело захватил? Как так вышло? Почему Брайан скелет? И, что насчет слов Джерома, скверна разлома убивает меня, но я – это же ты? — Повторил свой вопрос Энтони, замечая первые признаки белесых проблесков в тьме вокруг них. — Ха. Ты – это не я. Я – это и душа и тело вместе. Даже с учетом того, что ты стырил нагло мое тело, не значит, что ты получил все те же «особенности» нахаляву. Моя душа срослась с магией разлома, твоя отторгает ее. В целом тебе итак сказали, нет смысла юлить. В башне я смог поглотить тебя, потому что там не действует магия? Или потому, что твоя душа слабее? Я не знаю. Но, что я точно знаю, твоя душа умрет, так же как и остальные люди, которым черномаг пытался привить магию разлома.. все, кроме моей. И, конечно, первых людей, попавших под взрыв, когда образовался разлом, таких, как Брайан, потерявших живой облик навсегда. С тех пор же стоит кому-то притронуться к ней напрямую, и умирают за секунду, сгорая, как спички. А ты считай, находишься в самом близком контакте со скверной. Она течет в моем теле, как ты видел, вдоль каждой вены. Я лишь надеюсь, что это произойдет до того, как ты успеешь наворотить дел еще больше. — Джон оскалился, обличая свои истинные чувства в сторону поселившегося в нем человека. Сначала он старался быть к нему более дружелюбным и терпимым, насколько это возможно. Но, теперь, осознавав, что Энтони шел, как послушная овечка, на поводу у королевы и вредил его друзьям, запас доверия иссяк. Теперь все, чего он желал, это поскорее выселить проходимца из своего тела с минимальными последствиями для самого Джона. А заражение и смерть от чистой энергии разлома вполне подходили для этой задачи. Тем временем, ошарашенный этими новостями, Энтони уже возвращался в свое незаконно захваченное тело, проклиная свое везение. Он не просил этих приключений на свою голову и в его планы вовсе не входило массовое убийство случайных людей из чужого мира. *** Когда Джон пробудился от дрема, он увидел все ту же пустошь Греймордира вокруг. Печальный вид последнего мужчина приметил, еще оценив картины в башне, так прекрасно отражающие реальность. Такую же несущую депрессию и всепоглощающую грусть, как и каменные утесы внутри которых наемники остановились. То была неприметная пещера на половине пути до разлома, куда они держали путь, после засады в башне. Огонь костра щекотал его пальцы ног, в то время, как наемники мирно спали, разложившись на плащах вместо покрывал. Сам Джон решил - настало время немножко проветриться и, еле разогнув колени, отправился следом за лунным светом, сквозящим в глубине пещеры. Очутившись у входа, он узнал Эдвина, дымящего самокрутку с задумчивым печальным видом. Из количества окурков, сложенных бережливо на дощечку, наемник посчитал - лидер выкурил уже с десяток, за все пропущенные дни и пережитый стресс в башне. — Доброй ночи. Поделишься? — Джон потянулся, закидывая руки за спину, и учтиво спросил, можно ли ему присоединиться. Эдвин равнодушно протянул ему угощение и Джон неумело зажал ее между зубов. Он не курил еще со школьных времен и потому совсем забыл, как это правильно делать. Стоило дыму попасть к нему в легкие, как блондин с непривычки закашлялся и в сердцах выплюнул самокрутку прямиком в булыжник, стратегически стоявший в метре у входа. — Зачем просил, если не куришь? Идиот. Курение – вред, но я подсел, поэтому уже не могу слезть. Хотя с твоим телом в целом не страшно, как и с моим. — Почесав подбородок мужчина, похлопывал Джона по спине, пока тот усиленно прокашливался. — Спасибо, что спас нас. Я слышал от ребят, ты дрался, как настоящий монстр. — Вдохновлено похвалил его Эдвин, в то же время туша свой окурок о дощечку. Затем лидер кивнул Джону на его выплюнутую на улицу самокрутку, с очевидным приказом – прибрать за собой и не портить и без того угнетающий пейзаж мусором. Джон тяжело вздохнул, его глаза все еще слезились, мешая разглядеть, где лежала позорная недокуренная самокрутка. Вместо того, чтобы сразу подобрать ее, он обошел неотесанную глыбу вокруг, не особо смотря под ноги. — А-а-а! — Прогремел вой Джона, неожиданно потерявшего землю из под ног и улетевшего в двадцатиметровый обрыв вниз. Скатываясь по известняковому склону, наемник утаскивал вместе с собой мелкие камешки, откалывая их пачками на пути. Эдвин тут же погнался за ним, скользя следом по склону, ровно стоя на ногах, вопреки уклону скалы, точно мужчина был прилеплен намертво к горной породе. Джон проклинал свою невнимательность, отряхивая от пыли свой зад и с усилием поднимаясь на ноги. Его тело не пострадало, но вот ткань на плаще не выдержала такого напора и местами продырявилась. Отойдя от потрясения, блондин внезапно осознал, что знакомый запах железа наполнил его ноздри. А главный стервятник, опустивший клюв в глаз неподвижного путника пустоши, гаркнул на появившегося в зоне его видимости наемника. С приближением живого человека вся стая, облепившая труп, поспешно ретировалась в облака и заняла выжидательную позицию. — Э.. Эдвин. Ты видел? Тут наш мальчик окочурился кажись. — В замешательстве пробубнил Джон, присаживаясь на корточки перед трупом их проводника. Судя по рубленной ране на затылке, его ударили камнем по голове. В целом дедукция бы блондину не понадобилась, заметь он лежачий в метре от тела окровавленный острый булыжник. Джон с надеждой потрогал мертвеца за шею, не особо понимая, куда именно надо прислонять пальцы, скорее просто для видимости полноценного исследования и поддержания видимой серьезности его позы. Эдвин появился из-за угла, ошеломленно хлопая ресницами. В целом ему хватило одной секунды и внимательного зоркого взгляда на грудь и шею пострадавшего, чтобы распознать признаки отсутствия дыхания и пульса. Парень был стопроцентно мертв и судя по еще теплому телу - Эдвин тоже присел рядом, потрогав лоб мертвеца - убили его совсем недавно. — Мог ли это быть кто-то из наших? — Выдвинул теорию Джон, вытирая ладони о песок, которые он параноидально считал воняющими мертвецом. Хоть он и предполагал очевидное из того насколько незаселенной была эта часть Греймордира, в голове все еще не укладывалось зачем кому-то убивать парня, способного привести их к мечам. По крайней мере, сам Джон бы не за что не стал его трогать, пока тот может быть полезен, но что насчет других наемников? — Сообщим остальным вести утром. Нужно втащить его, кхм, тело внутрь пещеры, пока демоны или эти милые птички до костей его не обглодали. — Подытожил лидер, выпрямляясь сам и подавая руку Джону. Над их головами кружила стая стервятников, что не так давно живилась свежей деликатесной плотью.