Альнаир: не в то время, не в том теле

Греймордир располагался на вершине скалы, куда можно было добраться только по обвитой вокруг возвышенности каменной лестнице. Немногие знали о существовании обходного пути - долететь на многоножках, как это сделали удачливые наемники. Солнце садилось над скалой, оседая на серых черепичных крышах домов. Город был полностью обнесен крепостной стеной, и состоял из плотно натыканных кругами домиков вокруг центрального замка. Геометрия и архитектура точно выверенные предыдущими поколениями правителей сохранялись до сих пор. Здания реставрировались и содержались в идеальном состоянии. Были даже специально обученные люди, чьей заботой было проверять каждый черный кирпичик в кладке на предмет изъянов. Если мастера эстеты делали свою работу некачественно и Джерому попадался на глаза дефект, ответственного за этот участок города прилюдно казнили. Затем избирали на его место того в чьих глазах во время казни было больше всего ужаса. Король считал, что любой сможет справиться с этой работой при должной мотивации сохранять внимательность к малейшим сколам на камне или недостаточно отполированном золоте на смотровых башнях и замке. Сами же жители в основной своей массе коротали время из поколения в поколение в одних и тех же домах, передающихся по наследству вместе с мастерством в полезном для города деле – будь то ведьминское, военное, иль обычное ремесленное дело. Помимо тех кто перебежал из других городов и королевств, поклялся в верном служении повелителю и Греймордиру и был принят в не столь радушные, но справедливые объятия процветающей общины. Наемники приземлились в стойла, расположенные на заднем дворе замка. Многоножки, радостно двигая усиками, побежали к миске со сладкой водой, налитой заблаговременно к их возвращению. Ардет кивнул с приказом позаботиться об уставших животных ответственному за стойла и только потом повернулся к столпившимся на лужайке чужакам. — Вы можете идти по своим делам. От Джерома Вы не умрете, однако никто защищать Вас не будет, если сами нарветесь на неприятности. Вы лишь гости в этом городе, отвечаете за свою жизнь сами. Эван и Джон следуйте за мной. Так и будет. — Служитель даже не смотрел в их сторону, подняв голову на выступающий у самой массивной башни замка балкон. Когда Джон проследил за его взглядом наверх, на балконе уже никого не было и только легко колышущиеся занавески внутри хором свидетельствовали, что не так давно их покой потревожили. — Меня упрашивать не нужно. Следуйте за мной я отведу Вас в царство, где нет печали и тоски! — Заголосил Питер, тут же крутясь на каблуках с вытянутым вперед указательным пальцем. Точно все его тело было компасом, а палец стрелкой, что должна была остановиться, показав нужное направление. С площадки, где их высадили, открывался отличный вид на город внизу. С каждой круговой улицей уровень относительно центральной части уменьшался, спускаясь все ниже и ниже. Для постройки города использовалась одна высокая и широкая скала, на которой продолбили магией или неимоверным упорством ровные площадки по всей высоте, необходимые для постройки домов. Очевидным минусом такого подхода был ландшафт, вынуждающий жителей спускаться и подниматься по множеству лестниц на протяжении жизни. Питер завидел среди домиков один, напоминающий храм с массивной статуей гарпии на крыше и уверенно отправился в его направлении. — Будь осторожна. Джером может говорить, что простил тебя, но он никогда не прощает. — Эдвин крепко схватил девушку за локоть, наклоняясь к ее уху в надежде, что Ардет не обладает супер чувствительным слухом. Хотя служитель и активно делал вид, что его не интересуют разговоры наемников, лидер не до конца доверял показному равнодушию. — Кажется, у Вас больше общего, чем я думал. Теперь понятно почему Вы так ладили в прошлом. Иди прислужи ему, может, вернёшь расположение. — Оскалился Кристофер, с презрением сверкая глазами на Эван. — Крис! — Девушку распирало от гнева, хоть в глубине души она и понимала, что в его жёстких фразах была чистейшая правда. — Господин не любит ждать. Идите за мной. Так и будет. — Одернул Эван служитель, останавливая ее попытки отправиться надавать по красивому лицу демона. Девушка тяжело вздохнула и лишь просверлила уходящую в даль спину демона недовольным взглядом. Хоть Ардет и сказал идти за ним, на деле они следовали за черным мужчиной с маленькими смешными рогами. Они отлично контрастировали с его огромным неповоротливым телом. Его глаза, также как и у Ардета, горели магическим красным светом, а на губе и правой щеке точно застыли каменные гусеницы, являясь странным продолжением его кожи на лице. « Сколько же таких, как Дрея, он создал? Они не выглядят, как Крис.. но и людьми я бы их не назвала.» — Подумала про себя девушка, безмолвно поднимаясь по ступенькам наверх. Ардет замыкал их процессию, убеждаясь, что гости не свернут не туда и не покинут замок без его на то разрешения. Джон же слепо шел куда ему сказали, не особо озираясь по сторонам, откуда то и дело выглядывали любопытные головы прислуги или охранников короля. Прием в замке лично Джеромом - событие исключительной важности и редкости, потому интерес к их персонам был ожидаем. Ардет в то же время отвечал за безопасную доставку их к господину. По мере возможности он медленно качал головой излишне заинтересованным служащим, показывая неодобрение. Кто-то сразу же прятался за стенами или делал усиленно вид, что работает, натирая и без того блестящую фреску на окне. — Чего они пялятся на нас? — Лениво протянул Джон, оборачиваясь на звук упавшего на пол подноса с посудой. Осколки керамики разлетелись по коридору, где секунду назад выглядывала служанка – ненароком оценить гостей. — Ты только заметил? Джером не принимает гостей у себя. Он приходит сам, когда ему это нужно. Обычно тут только выносят гостей вперед ногами, а нас занесли. — В перерывах между тяжелыми вдохами объяснила Эван, не привыкшая к физическим нагрузкам. Лестница в замке будто была бесконечной, Джон не считал пролеты и этажи в здании, рассчитывая, что они быстро попадут в тронный зал. Впрочем вихрь ступенек уткнулся в запертую массивную дверь, где искусный мастер выбил на граните целую картину. Восстания в Греймордире, приведшего к правлению Джерома. С удивительной детализацией ремесленник воспроизвел дорогу из трупов в тронном зале и Джерома в момент им нанесения удара мечом по шее своего отца. В одной руке будущий правитель держал золотую корону, а в другой тот самый злосчастный меч, вскоре переплавленный в замок, висящий на главной двери замка. Король не хотел, чтобы кто-то повторил его опыт и нанес удар этим же мечом по нему, но также был достаточно сентиментален, чтобы не просто избавиться от проклятого оружия, а повесить тут, как напоминание. Вместе с заказанной им картиной событий, отображающих то на что способен истинный король для достижения своих целей и процветания королевства. — Дальше я с Вами не пойду. У меня еще есть дела сегодня. Вейн Вас проводит. Так и будет. — Ардет виновато поклонился, передавая наемников в руки черному мужчине, который все это время их вел. Тот безмолвно открыл замок витиеватым золотым ключом, свисающим с мощной шеи. Мужчина нагнулся к двери, вытянувшись вниз. Хоть это и выглядело ужасно неловко и местами смешно, он делал все, чтобы избежать снятия с себя этой реликвии. — Выглядит пугающе. — Передернул плечами Джон, тыкая в выступающее на граните изображение короля. Эван кротко кивнула, аналогично не понимая, зачем было нужно вырезать это здесь. Возможно, именно с такой благой целью, чтобы все, кто посмеет прийти на аудиенцию, дрожали в страхе еще до того, как оказались допущены к владельцу в живую. Вейн услужливо открыл перед наемниками дверь, проталкивая их внутрь, а позже скромно встал у прохода, блокируя дверь своим несуразным телом. Гости раскрыли рты от удивления, ведь то, что отображено как тронный зал на двери, в реальности было перестроено на просторное жилое помещение. Стол был плотно уставлен угощениями, а Джером, по-хозяйски сидевший в его центре, указал жестом на свободные два стула по обе его руки. — Добро пожаловать в мою скромную обитель. Вы, должно быть, голодные. — Его приятный баритон сейчас резал уши своей притворной гостеприимностью. Ведь им не оставили выбора кроме как явиться сюда. — Даже не представляешь насколько. — Радостно хлопнул в ладоши Джон, присаживаясь на удобное бархатное кресло. Его глаза разбежались по различным блюдам, а рука сразу же потянулась к кувшину с домашним вином. Заприметив баранью рульку, выделяющуюся как явно центральное блюдо, он поменял свою пустую тарелку на нее, присваивая первым делом себе наивкуснейшее. Налив в золотой кубок живительный алкоголь, Джон потянулся сделать тост и клацнуть кубками с гостеприимным хозяином. Джером в ответ лишь скосил на него холодный взгляд, откидываясь на спинку стула. Блондин обратил внимание, что у короля не стояли ни тарелка, ни кубок, словно он и не собирался отужинать с ними. «Что если еда и вино отравлены и это лишь способ галантного избавления от нас?» — Будто подтверждая его опасения, Джером усмехнулся, загадочно отвернувшись к окну, где закат подходил к концу. Крыши домов озарялись ярким красным светом, предвещая долгую непроглядную ночь. Король медленно подошел к ставням и, как только последний отрезок солнца скрылся за уходящим в даль горизонтом, задернул плотную штору. — Не ешь и не пей ничего. — Джон подорвался через стол, выбивая из руки Эван кубок и ветку винограда. Глаза девушки загорелись гневом, так как напиток залил ее кофту и плащ, что и без того были грязноваты и пыльны с дороги для нахождения в таком изысканном месте, где было больше золотых вставок в мебели, чем монет она заработала за всю наемническую жизнь. — В чем дело, Джон? — Джером вальяжно развернулся, наклоняя голову в бок. — Ты не будешь есть и пить с нами? Откуда мне знать, что этот стол не полон отравы? — Без прикрас выдал свои подозрения мужчина, нагло беря кувшин и принюхиваясь к его пряному запаху сброженного винограда. Король устало закрыл глаза и сложил пальцы крестом на животе. Он медленно перевел взгляд на девушку, молча согласившуюся с теорией Джона и теперь незаметно перекладывающую из своей личной тарелки яства обратно в "общую" кучу. — Вы же не думали, что я - настоящий? Моим клонам не нужна еда и вода, это - лишь иллюзия. Мне не нужен яд, чтобы убить Вас. Вейн, не мог бы ты? — Джером величаво кивнул на еду и вино, приглашая своего слугу опробовать. Черный мужчина медвежьей походкой дошел до стола и закинул без страха в рот ягоду винограда, отцепив его от ветки, которую держала ранее Эван. Другой рукой он отобрал кувшин с вином у Джона и, не прислоняя его к губам, вылил напиток себе в открытый рот. Смачно прожевав и проглотив остатки еды, служитель поставил с хлопком кувшин перед Джоном. — Помоги Джону. — Джером вскинул брови, возвращаясь к своему стулу. Вейн положил руки на золотую спинку кресла, задвигая его под стол. Следом прислужник послушно склонил голову и щедро налил до краев вина, продолжая небрежно лить его, даже когда кубок стал полон. Вино пролилось на черные скатерти, оставляя разводы до которых сейчас никому не было дела. Закончив выполнять указания, черный мужчина смиренно вернулся на пост охранника, так и не произнеся ни слова. — Ты запрещаешь говорить им в своем присутствии? А нам можно? — Немного отойдя от своей паранойи, Джон выпил предложенный напиток, отчасти бездумно роняя капли вина на одежду и подбородок. — Вейн - мой личный страж. На его позиции язык отрезают при принятии обета служения. Это честь. — Джером тяжело вздохнул, осматривая загашенные длинные свечи на столе. После закрытия штор в зале потемнело и это несовершенство действовало ему на нервы. Он лишь поднял взгляд на Вейна, разочарованно закрывая глаза. Но, когда черный мужчина подошел к столу в зону видимости Джона и засунул пальцы во внутренний карман своего наряда, наемник ловко спрыгнул со стула, выворачивая его грузную руку за спину. — Ты что задумал? Убить нас хочешь? — Джон видел во всем скрытые намеки и подтекст угрожающий его жизни, наученный столь многими советчиками, что Джером - опасный маг и жестокий убийца. Вейн вместо того, чтобы сопротивляться поднял глаза на правителя, ожидая дальнейших указаний. Один кивок и он впечатал бы Джона в стену, оставив дыру в форме его черепа. Одно покачивание головы и он сбросил бы его с балкона, оставив на съедение животным внизу. Но Джером выжидал, читая эмоции на лице наемника, свирепо стиснувшего зубы. — Джон. Доверие нужно заслужить, но это работает в обе стороны. Терпение же.. ограничено. Тебе нужна моя помощь, ты оставил метку. Ты здесь только потому, что ты сам этого захотел. Не давай мне больше поводов приблизить твою смерть. Того факта, что Зериэлла разозлится достаточно. Однако.. убить щенка королевы простой, но не самый лучший исход. — Джером впервые за вечер улыбнулся краешками губ, подходя к скрюченному наемником служителю. — Какой же лучший исход, гений чертов? Убить меня? Я бессмертный, давай попробуй. — Оскалился мужчина, дернувшись в сторону короля с намерением скрутить и его в подобной манере. — Я предупрежу тебя, если ты хочешь договорить со мной, не делай резких движений. Это тело - иллюзия. Если ты нападешь на нее, она испарится. Ты не нанесешь мне этим никакого вреда, кроме разве, что траты времени и легкого неудобства, так как мне придется вернуть клона в город. Боюсь, этого будет достаточно, чтобы я отметил тебя, как существо враждебное, и стражи замка не будут столь учтивы с тобой с этого момента. Что до бессмертия.. личи тоже бессмертные. Уверен ли ты, что нет управы и на тебя? — Король выставив ладони, так чтобы Джон их видел, осторожно подошел к Вейну и собственноручно достал из его кармана спички. Джон нехотя отпустил служителя, сразу же смирно отошевшего в сторону. — Я не понимаю, чего ты хочешь от меня. Я верен королеве. — Выпалил Джон, непроизвольно хватаясь за шею рукой. Эван, все это время молчаливо наблюдавшая за событиями, нахмурилась, и наемник гулко взвыл от своей тупости. Он совсем забыл, что девушка все еще тут и не собирался раскрывать карты перед ней здесь и сейчас. — Я уважаю верность. Ответь ты по-другому, я был бы разочарован. Те, кто легко отказались от своих правителей ради тебя, сделают это еще проще и с тобой. Я так понимаю, наш разговор не предназначен для ушей Эван. Дай мне пять минут, провести их с дорогой моему сердцу девушкой. — Джером зажег две свечи на столе, показывая Джону кивком на дверь в спальню. Блондин уже слишком почувствовал себя, как дома, накидываясь на еду. Он поглощал все, что видел, не обращая никакого внимания на хозяина и совсем не отягощаясь его тяжелым взглядом. Король не стал просить настойчивее и вместо этого подошел к начавшей невольно дрожать Эван, галантно подставляя ей локоть. — Я предпочту не портить Вашу дорогую одежду грязью и вином. — Едко отказалась девушка, вставая из-за стола под его нетерпеливым взором. — Эванесса, это не имеет значения. — Равнодушно ответил Джером, кладя силой ее руку себе на локоть. Ведьма знала, этот - откровенная ложь, ведь он терпеть не мог несовершенство, и на его одеждах никогда не было ни пылинки, ни грязного пятнышка. Тем не менее рыжая ехидно усмехнулась, что правитель переступил через свое отвращение и ни один мускул на его лице не дрогнул. — А. Да. Это же иллюзия, настоящий бы за километр меня обходил. Эту вонь и грязь за неделю пути. — Подколола его ведьма, без особого желания плетясь за королем в спальню. — Ванна наполнена к твоему приходу, должна быть еще горячей. Советую потом переодеться. — Джером, введя ее под руку в комнату, показал на деревянную ширму в углу, прикрывающую ванну, от которой шел пар, наполненный ароматом цитрусов и ванили. На кровати было сложено новое расшитое золотой вышивкой платье с длинным декольте и длинные сережки ромбики на цепочке. — Мне это не нужно. Ты позвал меня сюда, чтобы переодеть на свой вкус и помыть, серьезно? А дальше что? Ляжешь спать со мной? Что, если у меня кто-то есть? – Эван сложила руки крестом на груди, всматриваясь в пустую черноту его глаз. — Ты, как алмаз в грязи.., — Наемница открыла рот, чтобы возмутиться комплемента, но Джером повысил голос, не позволив прервать себя, — неважно, насколько изгадили тебя и как ты прибедняешься, чтобы стать незаметной, тебя все равно будут желать за твою непомерную стоимость на рынке. Как бы ты не пыталась, ты остаешься королевой и человеком, укравшей то, что причиталось мне. Слишком много на себя берешь, слепо судя о мотивах других людей. Это вопрос хорошего тона, не переживай, Джона в комнате ждет и ванна и одежда, отнюдь не идущая в комплекте с моим желанием провести с Вами ночь. Я - клон, Эванесса, у меня не было планов ложиться с тобой так, как физические нагрузки недоступны для этого тела, а с тобой они неизбежны. Тот, кто есть сегодня, завтра, может быть, уже мертв, кого это волнует в наше время? Я позвал тебя, предупредить, чтобы ты не шла в Сильверин. Это все еще твой выбор, но он может стоить тебе жизни. Как только ты используешь печати на входе, каждый в городе будет знать, что ты вернулась и.. — Ровным тоном говорил мужчина, похлопывая себя по локтю, за который бралась Эван. Хоть Джером и сказал, что чистота не вопрос приоритетов и брезгливости у него нет, первым делом он попробовал отбить неприятный запах и грязь со своей одежды. Когда понял, что ему это не удалось, и вовсе переоделся в новый кафтан, доставая его из шкафа неподалеку. — Откуда ты узнал? Там мечи, что ты так отчаянно желал. Но город же твой? Так, что мне нечего бояться, ты же не убьешь меня? Скажи не трогать меня, я быстро возьму мечи и уйду. Продадим тебе их по рыночной стоимости и все в плюсе. Заказчика мы все равно потеряли, но ты итак осведомлен. — Девушка бесстрашно разделась перед ним, прежде чем отправиться за ширму в теплую воду. Для приличия ей было необходимо воспротивиться такому гостеприимству, но на этом приличия заканчивались и начиналась выгода. — Город мой. Также, как и Греймордир. И совсем скоро Кризел. Но, дорогая, если ты пересечешь эту черту, даже я тебе не помогу. Старейшины Сильверина хотят твоей смерти, обманутые тобой обычные жители, верившие в предсказание, хотят, чтобы ты вернула магию, откуда ее беспечно взяла. — Мужчина преследовал ее, точно призрак, стоя над расплескавшейся ванной. Король не спускал с нее сурового взгляда, не смягчаясь даже при виде ее неприкрытой затвердевшей на холоде груди, по которой играючи текли ручейки теплой воды, когда Эван поливала из ковша на уставшие плечи. — И ты снова делаешь выбор не в мою пользу. Ты можешь убить всех несогласных или открыть мне город сам своими печатями? Они же точно их тебе нанесли, король. — Недовольно откликнулась ведьма, по-детски бросая в него порцию воды с пальцев. Эван вложила в последнее слово столько яда, сколько могла передать голосом. Хоть девушка и попала в его непроницаемое лицо, мужчина просто закрыл глаза, разрешая каплям ползти по векам и щекам. — Это не выбор. В любом королевстве, какой бы не был король, найдутся те, кто сочтут его слабым и виноватым во всех несчастьях, выпавших на этот год. Они пойдут против него, сочтя мою связь с тобой за слабость. Я объявил на весь Греймордир не трогать тебя, но тем не менее ты здесь, в моих покоях, потому, как это единственное место, где я могу быть уверен, что ты в безопасности. Сильверин же имеет и без моих указаний достаточно веских причин разорвать тебя на клочья. Ты наивна. Открывать своими же руками проход, это как вести тебя под руку на верную смерть. Ты делаешь глупые выборы, снова и снова, а потом обвиняешь меня, что я не делю с тобой последствия этих выборов. Если мечи были бы в Сильверине, я бы их уже нашел. — И лишь стальные нотки добавленные в его голос, показывали отвращение к теме разговора. Король старался держать себя в руках, сохраняя каменное лицо во время любых бесед. Эмоции могли сказать больше, чем слова, и быть использованы против него. — Твои 5 минут прошли! Я вхожу. — В дверь постучал настойчивый Джон, со скрипом приоткрывая дверь. — Сделай правильный выбор. Если тебе нужно в Сильверин, найди другой путь. Мне все еще нужны мечи. Но Ваш план не только их не принесет, но еще и вынудит меня стать твоим палачом, Эванесса. — Король схватился за голову, раздраженно выходя из-за ширмы. За многие года проведенные с ведьмой в прошлом он уже давно понял, что Эван делает точно наоборот его указаниям и никакие доводы не убедят ее передумать, а лишь подвигнут быстрее осуществить задуманный провальный план. — У тебя нет манер. Когда хозяин дома говорит 5 минут, это не значит 5 минут. Это значит, что ты должен сидеть и ждать молча, сколько потребуется. — Осадил блондина Джером, выпихивая его за локоть за дверь комнаты. — Так, что ты хотел от меня? Я уже устал ждать в неведении. — Гневно отозвался мужчина, показывая ему пустой кувшин с вином. Джером щелкнул пальцами Вейну, чтобы тот принес с кладовой еще один. Уже через пару секунд Джон довольно наполнял свой кубок новой порцией отменного пойла. — Я помогу тебе контролировать скверну. Сделаю все, что в моей власти, чтобы спасти тебя от верной смерти. Взамен я хочу твоей преданности. И как первый шаг к нашему договору - приведи мне Нила без сознания. Он не должен иметь возможности сопротивляться или сбежать. – Хладнокровно заверил наемника Джером, складывая ногу на ногу. — Зачем тебе он? Он же.. — Джон обеспокоенно мотал головой, словно отгоняя от себя жестокие картины расправы, – выживет? — Ха. — Король издал приглушенный смешок, прикрывая рот ладонью. — Нет. Он умрет, как только я выйду из его тела. Как и все мои сосуды. Зачем он нужен - не твоя забота. — Король вскинул бровь, искажая губы в кровожадной усмешке. Джон прикидывал, как реагировать наиболее подходящим для его роли способом, ведь это его друг, хоть на деле он и собирался его сам убить. Для Джерома наемник обязан был правдоподобно изобразить сопротивление и каким-то образом сломаться на это решение после. Но пока блондин прикидывал сценки в голове, король, положив локти на стол, нагнулся к его лицу почти вплотную, привлекая его внимание. — Но тебе.. ведь плевать на его смерть? — Джером бесстрашно смотрел ему прямо в глаза, что в смятении бегали по кругу. «Это блеф? Он догадался по моему поведению.. или же.. он знает о приказе королевы убить наемников?» — В панике перебирал причины Джон, решив запить свою озадаченность вином. — Принеси его тело завтра до конца дня на порог замка. Он должен быть жив.. но беспомощен. Ардет заберет его и доставит мне в Кризел. Ты все запомнил? — Не удосуживаясь даже дождаться оглашенного вслух ответа от Джона, Джером встал из-за стола, гася свечу со своей стороны. Теперь единственным источником света в зале была свеча, горевшая у лица Джона, а он сам будто потерялся в потоке собственных идей и решений. Тени от пламени акцентировали внимание на его движущихся скулах и напряженных сухих губах. — Твоя комната слева. Направо не ходи – там Эванесса. Тронешь ее ночью и с кровати больше не встанешь. Мои глаза повсюду, даже если меня самого тут не будет. Если конечно не хочешь, проверить свою бессмертность на прочность. — Предостерег его король, кивая служителю отодвинуться от двери. Джером вышел за пределы покоев, но Вейн не спускал глаз с Джона, подчищающего остатки еды, словно у его желудка вообще не было предела вместимости.