Часть 36
24 марта 2024 г., 16:14
Толпа не сразу осознала опасность, грозившую от невольного свидетеля расправы над одной из осужденных сегодня. Большинство жителей, соблюдающих порядок и любящие жесткие методы борьбы за него, приходили на каждую казнь. Изо дня в день они посещали просторную площадь, упиваясь восторгом от исполненного наказания и истошными воплями понесших его. А в том, как родственники или друзья преступников надрывно визжали протесты и в последствии обливались слезами была особенная услада для глаз любителей праведных законов и приговоров.
И на этот раз толпа поначалу возрадовалась, смещая ненароком акцент внимания на странного мужчину, обратившегося в не пойми что на фоне перенесенного горя. Но вера в короля и безопасность города крепче любых сомнений, способных закрасться в разумы граждан. Единицы подметили Джона, загадочно трансформирующегося из человека в существо неузнаваемое в природе. Вот только, когда он рванул со всей прыти сквозь человеческие тела, разрывая плоть по пути следования, как выпущенный из баллисты снаряд, стало уже поздно начинать переживать.
Первое время народ, как в глубоком трансе, наблюдал за собственноручно осуществленной наемником казнью над палачом. Наемник без тени сомнения и размышлений скинул исполнителя смачным пинком следом за несчастной Сирилой. Где-то даже послышались возгласы одобрения, вырвавшиеся скорее машинально, нежели осознанно. Радостные вопли доведенные до автоматизма, когда слышался характерный звук хлопка и копошения в поданной еде существами в яме.
Джону было мало возмездия над непосредственным виновником, он желал, чтобы и отдавший приказ о ее смерти пострадал не меньше. Блондин сделал шаг веры в пустоту с платформы, возвышающейся над своеобразной виселицей. Какие бы монстры не были заперты внизу, они ему не ровня, и уж точно Джером не обрадовался бы, если их без спроса выпустили гулять по городу.
Джону даже не пришлось сражаться, существа попались намного смышленее жителей. По одному его запаху, считали зачем он единолично явился к ним на пиршество.
Мужчина в темноте мог различить только лишь свечение их красных глаз, направленных со всех углов на него. Именно на эти светящиеся точки он и пошел, вытаскивая на ощупь одного демона за другим. Блондин подкидывал монстров к выходу, совсем позабыв, что эти существа не различают друзей и врагов. Своими необдуманными действиями Джон лично ставил под угрозу других наемников, которые поперлись за ним, не ожидая подставы.
Площадь вскоре наполнилась новыми звуками. На этот раз блаженными для одного только Джона. Суматоха усилилась и с первыми свежими трупами зевак, люди беспорядочно ринулись спасаться. Они мешали друг другу выбраться с площади, раня локтями и пиная тех, кто смеет хотеть выжить не меньше их.
Блондин, закончив отправку последнего заточенного на свободу, ловко выбрался, цепляясь за край ямы. Подтянувшись на поверхность, он с упоением лицезрел плоды своих трудов.
Недолго, ведь этого было мало.
Не хватало персональной перчинки и особенной гаммы страданий для владельца паршивого города. Без кары короля месть Джона определенно оставалась наивной и безболезненной.
— Эй! Дашь огоньку, красавчик? — Джон привлек внимание Кристофера.
Демон вместе с прочими держался в стороне от разбоя, но и терять из вида товарища не желал. На губах Джона сверкала улыбка, что-то в его повадках и общей манере держаться отличалось. Блондин точно вернул себе былое величие и азарт, а также ту самую искру и желание жить одним днем, которое разделяли оба друга до того, как наемник стал сам не свой.
Мстительный наемник прищурился, игнорируя едкий дым от горящих зданий, что так вовремя поджег Кристофер. Верный друг добавил новую грань к безумному восстанию и борьбе за раненные чувства гостя Греймордира. Горели все здания, кроме полюбившейся им таверны и соседних на случай, если огонь неконтролируемо переключится на нее и ее услужливых красавиц-работниц. Пока простолюдины изо всех щелей сочились подальше от устроенного Джоном бесчинства, одна самоуверенная девушка шла целенаправленно к нему.
— Помогите обезвредить сбежавших демонов, с этим паршивцем я сама разберусь. — Распорядилась темнокожая молодая ведьма, как Джон мог судить по ее одеянию схожему с тем, что он уже видел на Дрее ранее.
Она раздавала смелые приказы подопечным, прибывшим вместе с ней на площадь.
— Ты карликовая крыса! Вонючий гоблин! Ты разрушил то, что драгоценный повелитель строил годами, нарушил покой прекрасного города его величества! Ты умрешь от моей руки и он наконец увидит во мне что-то большее, чем одаренную девочку! — На этот раз темнокожая обращалась напрямую к Джону, бесстрашно вставая напротив него и без предупреждения атакуя черными, как сама она сферами.
Наемник даже не стал уклоняться, принимая на себя мощь ее гнева с довольной ухмылкой. Впадины в его плоти выдолбленные чистой энергией разлома заживали как по волшебству. В ответ на ее выпад блондин лениво размял шею и хрустнул костяшками пальцев, отвлеченно наслаждаясь разгорающейся ненавистью в ней.
— Не буду врать, что не бью женщин. Особенно тебя, ведь ты прекрасно подходишь на роль жертвы. Давай вместе надеяться, что твоему повелителю не насрать на твою жизнь, а то даже руки марать о тебя бессмысленно. — Мелодично прозвучал голос Джона.
Затем наемник расправил широкие плечи и, выпятив грудь вперед, бежал напролом к девушке, даже не думающей отступать. Молодая ведьма продолжала выстреливать из рук шарами, обжигая собственную кожу на ладонях интенсивностью магии. Слепое желание услужить Джерому приободряло ее выйти за границы возможностей, пожертвовать всем, если за мучениями последует сладостная победа над свирепым врагом Греймордира. Наемник ценил собственное время, охотно смиряясь с тем, что не в его интересах сейчас долго играть с ведьмой, притворяясь, что у той есть хоть мелкий шанс победить. Но смерть Сирилы точно была мучительной и медленной, а значит такая же участь настигнет женщин, впавших в немилость наемника. Только когда Джон беспрепятственно пнул защитницу города в живот, повалив ее на землю одним грубым толчком.
— Полежи пока тут. — Блондин хитро ухмыльнулся сверху, недолго насладившись видом.
Издевка прозвучала до тошноты злорадно, учитывая последовавшие за ней действия. Джон размозжил ботинком обе ее ноги, поочередно, раздробив кости голеней. И с этой нестерпимой болью до нее наконец дошло осознание, насколько сила противника превосходит мыслимые границы человеческого тела и какая безнадежно жалкая затея противостоять ему.
Не задерживаясь, Джон бойко рванул в сторону одного из горящих домов, где, судя по аккомпанементу из жалобных всхлипов и сумбурного рычания, на входе поселился один из выпущенных демонов. Умное существо с радостью съедало всех, ломившихся к спасительному свету с улицы. Жителей, кому не повезло очутиться запертыми в объятом огнем доме, ждал выбор из двух ужасных зол.
— Прерву тебя ненадолго, не кипишуй. — Наемник не рассчитывал услышать разумную речь в ответ или хоть проблеск разума в красных глазах чудовища, но все равно на всякий случай осведомил о дальнейших планах заранее.
Джон перехватил за мутировавшую черную руку существо, волоча его за собой, как нашкодившего пса. Он не мог не заметить, как эти демоны отличались внешне от их сородичей из разлома. Уникальный зверинец Джерома явно ближе к гуманоидам, нежели к животным. Признаки былого человеческого скелета сохранились в форме существ, принудительно или добровольно обративших себя в нечто большее. Их природа создания напомнила Джону о пережитых муках у черномага и проваленных экспериментах на сотнях подопытных, которые к счастью умирали. Эти же вынуждены были обитать в яме, живя инстинктом утолить, терзающий их, голод. Блондин, не глядя, натравил демона на дворцовую ведьму, с отвращением вставая спиной к ее предсмертной агонии. Его рука непроизвольно дрогнула и пугающие своей правдоподобностью мысли заползли на задворки сознания.. Сирила испытывала ту же боль, медленно умирая одна в гнилой яме, переполненной желающими сожрать гадами.
Вейн предупредительно постучал золотой ручкой массивной входной двери прежде, чем вломился без разрешения в покои короля. Он грубо тащил за собой служанку, попавшуюся ему по пути следования. Девушка усердно драила лестничные ступеньки и удачно имела единственный необходимый Вейну навык: она могла говорить. Под его зорким наблюдением служанка впервые удостоилась чести побывать в самом сокровенном месте замка и теперь восторженно хлопала ресницами по сторонам, позабыв нормы этикета. Джером перевел на непрошенных гостей тяжелый взгляд и отложил недочитанный им свиток в тумбочку. Он красноречиво прокашлялся, подчеркивая недовольство этим вопиющим вторжением.
Девушка мгновенно опомнилась, падая на подкосившиеся колени и склоняя голову к гранитному полу. По ее щекам непроизвольно потекли слезы, вызванные или страхом или экстазом от одной мысли, что ей - непримечательной деве, трудящей на жестоком поле бытовых работ, повезло очутиться здесь. Вейн, не задумываясь, подпортил ее впечатление настойчивыми хлопками по спине, возвращая ее из мира грез к реальности, где терпение короля поджимало.
— П-простите. Там на площади.. Это.. Казнь.. Мужчина стал монстром и.. люди умирают. — Девушка запиналась и под давлением, ощутимо исходящим от короля, не могла толком подобрать слова из своего на редкость скудного словарного запаса.
Но общую мысль ее предложения Джером уловил, провожая взглядом пригодившуюся переворщицу. Вейн не преминул выкинуть ее из покоев, как только она договорила свою несуразную речь. Страж не хотел, чтобы лишние люди мешались под ногами или того хуже, услышила то, что может стоить им никчемной жизни.
— Джон? — Коротко прояснил король.
На губах его заиграла довольная усмешка, противоречащая грозному и напряженному виду его служителя. Ответом на вопрос послужил уверенный кивок и звон от ключа, что Вейн повернул в замочной скважине. Он сжимал черные кулаки, уставившись в повелителя неморгающим взглядом, полным надежды, что тот вот-вот отправит его сию минуту в бой, разгорающийся в центре города.
— Догадался значит. Я был готов к любому из исходов. Интересно, посмотреть на него в действии. Следуй за мной. — Король размеренно встал из-за стола и прошествовал в спальню, откуда с балкона открывался отличный вид на площадь.
Порой Джером мог позволить себе созерцать, как вершится сладостное правосудие в уединении и с комфортом, но сегодня такое развлечение не выходило в список его планов. Вейн явно разочаровался приказом Джерома, но не будучи в праве что-либо оспаривать и требовать, он лишь недовольно фыркнул, поджимая мощные губы. Король привык к немому подчиненному. По его жестам и мимике без труда считывал эмоции и сейчас доминирующим среди них было полнейшее замешательство.
— Знаю. Ты думаешь почему я не вмешиваюсь? Почему не трублю тревогу и молчит колокол на башне? Джон в текущем состоянии лишь убьет моих людей. Отдавать такие приказы равно бросанию на верную смерть. Не переживай, он не может бесчинствовать долго. Мы переждем. Площадь восстановим.. люди.. чем меньше сил разобьются об него, тем лучше. — Джером отвечал на безмолвные вопросы черного мужчины, пристально вглядываясь в разбегающихся людей с места казни.
В обычное время паника несомненно лишь все усложнила бы, но сейчас.. чем быстрее жители уберутся от источника опасности тем лучше. Даже если платой будет десяток неудачливых граждан, задавленных в толпе едва стоило им запнуться или поскользнуться. Король расслышал крики у дворца, где выстроились шеренги стражников в полной боевой готовности. Верный отряд одновременно снял шлемы и сел на одно колено, показывая свою решимость и верность короне в самые отчаянные и хмурые времена.
— НЕТ! — Приказ был озвучен стальным тоном, ожидающим беспрекословного подчинения.
К счастью для стражников их жажда защищать свой город и тешить гордыню победой над опасным врагом была слабее клятвы, данной Джерому. Отдав честь решению повелителя, воины не разошлись по постам. Они остались стоять по стойке смирно в ожидании возможных дальнейших приказов в смутный час, готовые ринуться в бой при первой необходимости.
— Выпустил демонов. Это.. не лучший поступок. Не дальновидный. Ты наживаешь себе непосильных врагов местью за ничтожную разбойницу. — Король вещал в пустоту, изучая последствия взбесившегося наемника.
Однако слова его предназначались для ушей Джона, который мелкой, едва различимой с огромного расстояния, фигуркой убивал стражников, отважно кидающихся на него с пиками. Жителей он не трогал в то время как мутировавшие демоны не различали статус или должность людей. Они с аппетитом сметали любой попавшийся им на пути кусок мяса. В один момент Джерому даже почудилось, что он различил, как Джон провел указательным пальцем себе по шее, имитируя ее отрезание.
— Ты же не можешь меня оттуда заметить? Или можешь.. Кхм. — Король наклонился на золоченые перила, обхватывая их ладонями.
Вейн в свою очередь не спускал взгляда с площади, стараясь предсказать следующий шаг противника. И теперь он мог поклясться, что Джон стремительно преодолевает расстояние, отделяющее его от замка. Его белобрысая макушка то и дело пропадала из вида за плотной застройкой, но появлялась обратно в считанные секунды.. Вот только появлялась она все ближе и ближе. Служитель бесцеремонно положил руку на плечо королю, с детским испугом тыча в направлении неизбежно приближающегося врага.
— Успокойся. Я не слепой. Прятаться от него бессмысленно. Он потратит время. Время, столь драгоценное в улучшенной форме, пока дойдет до меня. Смерть этого клона не имеет более значения. Я уже лечу в город, так или иначе. Демоны должны быть остановлены, а порядок восстановлен. — Резко остановил переживания служителя король.
Джером демонстративно дернул плечом, дабы скинуть вышедшего за границы дозволенного служителя. От бессилия и невозможности сразиться с достойным и по его по силам наемником Вейн закипал изнутри, шумно вдыхая воздух массивными ноздрями. Скрежет его зубов омрачал и без того угнетающую картину неукротимого пламени и в суматохе разбегающихся людей от голодных демонов, добравшихся до лакомых кусочков живых тел.
Джером не шелохнулся, наблюдая через пелену непроглядного дыма за передвижениями Джона, точно приманка, завлекая его в замок. Повелитель ожидал, что наемник потратит без малого пять минут на то, чтобы перебить всю стражу и выбить все двери по пути наверх. Винтовая лестница должна была лишить его запала и побороть его мучительным бездействием еще до того, как будет нанесен существенный ущерб его клону. Вот только в расчеты Джерома не входила Эван, незаметно мелькнувшая в толпе, поодаль с еле поспевающими за мстительным другом наемниками. Они чудом не отстали от своего устроившего дебош товарища, слепо следуя за, взбешенным потерей любимой, блондином.
Ведьма взмахнула руками, подкидывая Джона в воздух, и за долю секунды тот во всей красе предстал лицом к лицу короля. Вейн насупился и инстинктивно вскинул ладонью, создавая из собственной кожи подобие выпирающей пики, устремленной острым наконечником в сторону противника.
— Не лезь. Мы же позволим моему подручному остаться вне наших склок? — Сладостно вещал Джером, недовольно кивая на дверь балкона непослушному Вейну.
Агрессивная поза и приглушенное рычание служителя указывала на то, что он готов отдать жизнь и рискнуть всем даже ради тени своего повелителя. Однако король был неумолим в своем желании не идти на излишние жертвы, продолжая сверлить его непреклонным взором. Черный мужчина рассерженно хмыкнул и, взревев, поспешно вбежал внутрь дворца, где ему полагалось прождать в тревоге появления настоящего правителя.
— Так много проблем из-за какой-то девушки. Она нарушила закон, а, значит, она должна была понести наказание. После всего о чем мы договорились, ты смеешь идти в открытую против меня? — Вслух сокрушался Джером, высказывая лишь свое честное мнение с нотками усталости и огорчения.
Джон настолько осторожно, насколько позволяла его обращенная форма, одернул брюнета за мантию, разворачивая на себя. Наемник хотел видеть глаза ублюдка, ни капли не раскаявшегося в содеянном, когда произнесет заготовленную речь. И уж точно блондин не желал ненароком прибить короля до того, как полные ненависти слова достигнут его ушей.
— Какая-то девушка.. Ублюдок, бездушная тварь с манией величия, а на деле никому ненужный пацан, всеми способами старающийся заслужить одобрения. Все, те жалкие женщины, что имеют несчастье любить тебя умрут одна за другой. И потом, когда это произойдет, я приду, чтобы потанцевать на твоем никому не нужном трупе, не знающем женской любви и при жизни. — Цедил наемник сквозь слащавую улыбку.
Голос Джона звучал нахально и мелодично, игриво подмечая пикантные подробности запланированной мести с такой уверенностью, будто это уже произошло. Джером не ожидал от него такой прыти и наглости. Еще никто не позволял себе говорить с королем Греймордира в таком тоне.
— Блефуешь. Ты не тронешь Эванессу. Смеешь угрожать мне, но я нужен тебе, чтобы скверна не разнесла твое жалкое тело на куски. Не говоря уже о том, что сил тебе не хватит даже, если захочешь. Себе же этими угрозами ты подписал смертельный приговор. — Король исказился в злорадной усмешке, передающей его истинные чувства, что он предпочитал скрывать, но не в этот раз.
Наемник зашел слишком далеко, нарываясь на особое отношение, крайнюю степень презрения, и соответствующую казнь, полную изысканных страданий.
— Ха. Ты забавный ублюдок, понятно, почему Зериэлле ты не нравишься. Эван давно не в списке тех, кто тебя любит. Я хотел убить лишь твою жену и Дрею, но тут под руку попалась черненькая бойкая ведьмочка. Она так отчаянно ворвалась и покрывала меня нелепыми оскорбительными словечками, а я попросту не мог пройти мимо. Кажется, она тебя любила, как же ее звали.. а, да плевать мне, но интересно сколько их у тебя? В целом, лично посмотришь, что приключилось с этой, как приедешь, если тут что-то останется от города после твоих разгульных питомцев, сорвавшихся с поводка. Ах, как неудачно. И вот незадача, оказывается, ты мне не нужен. Ты нужен другому Джону, а у меня лично со скверной все в порядке. Жаль, проверить ты не можешь, но поверь уж на слово. Увидимся с твоей лучшей половиной, совсем скоро в Сильверине. — Наемник лукаво подмигнул ему на прощание, прежде чем легким и изящным взмахом ладони отвесил знатную оплеуху, обратившую копию Джерома в мерцающую пыль, осевшую на подаренном им же драгоценном кафтане.
С лужайки под замком уже доносились поторапливающие крики. Как раз вовремя, так как времени у Джона практически не оставалось, а потерять сознание на балконе неизвестного по счету этажа и подавно вело к неотвратимой смерти. Блондин спикировал вниз, без страха приземляясь на одно колено. От встречи с рыхлой землей на такой скорости его ноги пробили внушительную яму, с корнями растений выбивая почву по кругу, образуя кратер в месте его приземления.
Наемники времени зря не теряли и уже оседлали многоножек, удачно похищенных из соседнего навеса, где последние мирно поглощали, разлитый в металлических тазах, мед, служивший им источником пропитания.
— Эван.. — Джон успел только окликнуть ее по имени, прежде чем отключился, падая недвижимой тушей в образованную им впадину.
Но девушке и не нужны были указания, чтобы понять немую просьбу друга и без лишних уговоров выполнить ее. Ведьма перенесла его тело на многоножку, совместными с Кристофером усилиями намертво скрепляя его к непослушному животному.
— Ох, и заварушку он устроил. А все из-за скольки? Сотни монет? Святой пельмень.. — Оценив озадаченные лица друзей, Питер подвел итог, озвучив подвисшие в воздухе мысли.
— Вы точно запомнили, как ими управлять? — Мягко поинтересовался лекарь, обращаясь к лидеру и фокуснику, взявшими на себя столь ответственное занятие, исключительно на основе наблюдения за Ардетом.
— Запомнили или не запомнили, разберемся по ходу дела. Эван, направление? — Эдвин решительно накрутил поводья вокруг кулака, ударяя по своему животному и присвистом похожим на тот, что использовал в управлении Ардет, отправляя многоножку в полет.
Питер повторил аналогичный трюк, с легкостью обставляя в этом вопросе лидера. Он с менее рискованным покачиванием своих пассажиров устремился ввысь над горящим городом, кишащим кровожадными существами.
Когда они прибыли, город процветал, улицы славились безопасностью, а люди послушанием.
Теперь же в Греймордире царили ужас и смерть.
— Нам на юго-восток. — Проорала Эван, грустно переводя взгляд со столицы на проявившиеся синие метки.
Рыжая совсем растеряла решимость в преддверии возвращения в Сильверин и более не испытывала тяги к собиранию проблем на свою задницу.
