Альнаир: не в то время, не в том теле

В середине ночи Эдвин прошёлся бурей по всем комнатам. Он погнал наемников на первый этаж таверны без объяснения, не принимая никаких отговорок. В камине потрескивал огонь, бросая на стены тусклые отблески. Время без солнечного света и видимых изменений в городе ощущалось неверным, текущим по иным законам. За дубовым столом сидел, насупившись, Менгис. Товарищи окружили его, возмущенные ранним подъемом. В центре был поставлен пузатый кувшин, изнутри мерцавший бордовым. — Вот, — наконец похвалился Менгис с гордостью. — Настой для обращения. Я помню, что Вы отказались от услуг короны, и заверили ее величество, что у Вас итак все необходимое есть. Но я взял на себя смелость помочь Вам. С помощью этого, Вы примите вид личей, затем проскользнете в центр Буриэлберга. Прямо к порталу, не привлекая внимания. — Где достал? — Недоверчиво спросил Эдвин. Причина по которой их подняли становилась яснее. Проводник разумно решил, что лучшее время для проникновения на закрытую территорию после рассвета, когда стражники, утомленные после ночных смен, клюют носами. — Не ваше дело "где". Главное, что для Вас бесплатно, — огрызнулся Менгис, не оценивший критики. Пышногрудая блондинка из обслуги молча поставила перед каждым постояльцем тарелку с кашей. Наспех ретировалась, стараясь не услышать ничего компрометирующего. Питер лениво крутил наточенную карту между пальцами, чистя грязь под ногтями острым краем. Изредка он поднимал глаза и щурился от того, как ярко зелье переливается мутноватым светом. — Пить охота. Хозяйка? — Лесли зевнул, нарочито громко разнылся. Официантка мигом подбежала, ловко лавируя между столами с подносом полным пустых кружек. В то же время с лестницы донёсся грохот. Джон спросонья попал ступней мимо ступенек и скатился кубарем, пока не приземлился заспанным лицом вперед. — Даже не пожалеете? — С обидой буркнул блондин, потерев ушибленную задницу. Он схватил близстоящую кружку и, с разочарованием, перевернув, активно потряс. Та оказалась пуста, а его жажда все ещё подначивала изнутри. Менгис был занят объяснениями. Остальные сонно ворочили ложками в кашах сероватого оттенка. Только Питер заметил, как Джон эффектно снизошёл до них, и, поднявшись, жадно заглядывался на склянку, облизываясь. — А что это тут у нас, — заинтересованно бормотал наемник себе под нос. Джон налил себе щедро, не чуя резкого запаха гнили или сочтя его за изюминку заведения. Не спрашивая позволения, осушил кружку до дна и сразу потянулся за второй. — Эй, Менгис, — невзначай одернул лиса Питер, лукавой улыбкой провожая каждое действие друга, — А что будет, если кто-то, кхм.. выпьет слишком много этой дряни? — Со второй кружки тело цепенеет, — с трудом соображал лич, хмурясь от воспоминаний. — А если ещё больше? — Фокусник закончил приводить ногти в порядок и поддался чуть вперёд, шатая стол. Наемники отвлеклись от еды и синхронно повернулись в сторону буйного товарища. — Ч..т..с..мн..й. — На третьей кружке потуги Джона стали жалкими. Его язык заплетался, горло сдавило неприятное чувство тяжести. — А если ещё больше? — Питер настойчиво углубился в тему, едва улыбаясь уголками губ. — А если выпить всё… — Менгис придал тону мрачности, но не успел договорить. — Тогда останешься личом навс.. В этот момент раздался глухой удар. Джон рухнул на пол, опрокинув кувшин, который его ослабшие руки не смогли удержать. Остатки зелья растеклись по каменным плитам, шипя. Пахнуло сырой землёй и гнилью. — Что за… — Менгис подскочил, интенсивно тыча на разбитый кувшин. — Кто?! Это зелье нельзя купить дважды! Можно с таким же успехом заявить Джерому лично, что мы пришли за ним. Лич схватился за голову, ругаясь на ходу. Тщательно подбирал каждый осколок стекла, с безумной идеей воссоздать склянку. Тут раздался второй звук удара совсем рядом. Крохотная мышка бойко укусила блондинку с кувшином пива за щиколотку. Официантка в ужасе подскочила, запуталась в складках платья. Как ошалелая, зашипела на бешеное животное, преследующее ее как в страшном сне. Кувшин женщина по наитию успела приземлить на стол, разлив лишь часть ценного напитка по себе и Лесли. А после грудями вперёд упала на застывшего в изумлении мага льда. Эдвин почесал нос, оборачиваясь в сторону первого шума и заметив, как Джон, еле передвигая ногами, взбирался по лестнице наверх. Он отчаянно цеплялся за перила, подтягивая себя наверх. Но лидер не придал эту значения, возвращаясь к радостному Питеру, играющему бровями перед другом. — Простите, господин! Как так вышло ума не приложу. Отродясь не было мышей в этой части города. Передохли все. — Девица, красная от смущения, пыталась встать, но предательская мышка поджидала ее у ножки стула. Маленькие глазки бегали в поисках добычи, и вдруг зверек встал на задние лапы и потер ладошки передних, хмурясь. — Дьявольщина! — Официантка, сморщившись, отвернулась, накрывая лицо гостя декольте. — Жаль, конечно. Но наряд моего друга стоил по меньшей мере двадцать тысяч золотых. Его золотом обшивала сама Зериэлла, и уколола палец, вплетая в кафтан свою драгоценную кровь. — Питер озадачено покачал головой, цокнув языком. Увидев, как лицо девушки побелело от услышанного, а лица его друзей вытянулись, он решил закругляться. — Но есть что-то, ещё более бесценное, чем деньги. Мы лорды благородные, в беде даму не оставим. Но для воспитания и урока ради отдать что-то взамен придется. — Фокусник развел руками в стороны, галантно подставляя локоть девушке. Она тут же оперлась на него, все ещё рыская глазами в поисках ненавистного запропастившегося мышонка. — Дамочка, быстрее, пока монстр не вернулся. — Шатен подмигнул в ступоре зависшему другу. Затем наемник многозначительно кивнул на второй этаж. Соратники молча наблюдавшие за постановочной сценой, закатили глаза одновременно. Вскоре официантка и двое друзей скрылись от глаз, утопая в пучине греха и воспитательных работ. Отойдя от случившегося, оставшееся за столом личности зашумели, перебивая друг друга. — Вот идиот, — проворчал Кристофер, доедая остатки завтрака. — И что теперь? Ждать, как они поебутся будем? Лидер поднялся из-за стола, отодвигая стул с противным скрипом. — Это сейчас не столь важно. — Эдвин нагло перебил его, сжимая в руке пустой кувшин. — А что важно.. так это почему ты боишься, что ваши же заметят нас? Что такого в том, что мы с меткой Сильверина пересечем портал в город. Личам какое дело? — Всё пропало… — Менгис пристыжено опустился на лавку, принялся нервно разливать пиво по кружкам. — Без этого зелья нам не пройти. Личи доложат Джерому. По ту сторону нас уже будут ждать и отнюдь не чтобы продемонстрировать гостеприимство. — С каких пор личи на побегушках у Сильверина? — Лидер насторожился, не давая личу соскользнуть с неприятной темы. — Говори. Если твой ответ меня устроит, я сварю зелье сам. — Алхимик стало быть? — Менгис удивлённо поднял голову, на лице засияло облегчение. — Говори, — сурово приказал Эдвин, расстёгивая плащ и показывая внушительную коллекцию элексиров на его внутренней стороне. — А то заставим. Ты же понимаешь с кем имеешь дело? "И сюда Джером добрался.. есть ли вообще смысл драться? Может лучше сбежать?" — испугано жевала губы, Эван пялясь в сторону глухой улицы, потенциально кишащей слугами "великого" господина. Снаружи, за грязными окнами, выл ветер, а внутри хмель помогал успокоиться зарождающейся панике. Джон очнулся от странного покалывания по всему телу. Сначала решил, что это просто похмелье со знакомой, тупой болью в башке. Но ощущение было иное, изнутри холодило, словно ветер гулял между его ребрами. Наемник сел, отрезвляюще провёл ладонью по ледяному лбу. Кожа казалась гладкой, сухой, будто обтянутой шелком, но слегка шершавым. Без труда различая в темноте силуэты, он с разочарованием отметил, что зеркала не предвидеться. Застойный запах смердел, досаждая своей интенсивностью. Джон, первым делом подошёл к окну и широко распахнул ставни. Пахнуло неоднозначной свежестью с примесью горклости. Иного и быть не могло в городе, где все население разлагается год за годом. Разочаровавшись, что запах гниения никуда не делся, мужчина прислушался к отголоскам. Стены в таверне были хлипкие, расставленные скорее для приличия, чем для комфорта и уединения. Громкие, почти триумфальные вскрики показались знакомыми. "Питер.." — Пронеслось в сознании, и тут же созрел план, как насолить надоевшему фокуснику. Питер столько раз измывался над всеми, а каково ему самому будет когда помешают расслабиться с женским податливым телом. Точно следуя за звуком Джон без стука растворил дверь в соседнюю комнату. И тут же в уши попал более приглушенный, до того не различимый им в какофонии звуков, стон. "ЭТО.. Лесли?!" — Джон в панике затолкнул дверь обратно, прижимая свой же, застрявший на пороге, ботинок. — Я не осуждаю. Но я не хочу этого видеть. Нет. Нет. Нет. — Теперь прыгая на одной ноге и проклиная все на свете, наемник, зажмурив глаза, повторял "нет", как мантру. — Да ладно тебе, ты уже взрослый. Чего стесняться, настоящий бы Джон присоединился. — Расхохотался в голос Питер. Скрип кровати мог означать только одно: проворный фокусник уже поднялся и приближался. — Нет. Сука. Не сейчас. Ты не уйдешь. — Нараспев протянул маг льда, делая изящный взмах рукой. Ноги сами принялись искать укрытие для, ещё девственного в этом плане, тела. Но мороз пробежал по щиколоткам, заковывая его. Улепетывая, Джон рванул в сторону и неудачно расшиб свое и без того ноющее лицо об удивительно крепкий косяк двери. — Ты с ума сошел, мужик? Не прикасайся ко мне. Я тебя убью. Усёк? — Насколько смог угрожающе проорал блондин, почувствовав как чужие руки чуть коснулись плеча и тут же покинули его. — Дамочка, он совсем дурной у нас. Мы его держим из чистого милосердия. Не могла бы ты.. помочь ему? — Сыграв идеально эмоцию сострадания и полнейшей печали, Питер снисходительно отдалился. Лесли, тут же остыв, охотно махнул запястьем, растворяя лёд на ботинках невольного пленника. Джон краем глаза узнал руки, явно не принадлежащие ни одному из наемников, и заметно расслабился, разрешая помочь ему подняться на ноги. Но стоило ему взглянуть с благодарной улыбкой в сторону своей спасительницы, как та, заверещав в истерике, убежала. Джон рефлекторно последовал ее примеру. Сделал то же самое: заорал и прошмыгнул за безопасную спину Питера. — Что за херня? Голая личиха? Что Вы с ней.. А! Не отвечайте. Это тупой вопрос. — Оглушительно прозрел он, стараясь стереть сие воспоминание из памяти. — Джон.. Ты пиздец. Страшный. Тебе бы умыться. — Маг скрючился, искажаясь в отвращении. Лесли с Питером были абсолютно, бесстыдно голыми, но не придавали этому значения. Все их внимание было приковано к непрошенному гостю. Будто это Джон тут самый подозрительный и неуместный. Наемник хотел возмутиться, когда целая толпа разномастных официанток под предводительством сбежавшей ворвалась в комнату. Девицы бесцеремонно тыкали в сторону блондина пальцами и задорно хихикали. Его друзья гордо выставили на показ все, чем наградила природа, но никакие достоинства, не были способны затмить величие Джона. — Какого хрена? Что им все тут надо? — Джон, не выдержав такого интереса к своей скромной персоне, захлопнул дверь перед тянущими мертвые руки девицами и в непонимании взвыл. Питер то ли сжалился, то ли утомился от его тупости. Как полагается наставнику, взял его, как слеповатого, под руку, подводя к окну. Буквально всучил в руки свечу, затем настоятельно посоветовал "Смотри". Занавески дрогнули и, танцующий от ветра, отблеск свечи упал на стекло. Джон поднял голову и сразу отшатнулся. В отражении на него смотрело что-то... Глаза блеклые, с угасшим еле красным блеском. Кожа искажённая, обесцвеченная, будто высушенная солнцем. Скелет под редкими клочками кожи прорисовывался слишком ясно. Пальцы его поддались нервному тику, когда наемник шокировано коснулся своей изменившейся щеки. Движения в отражении повторялись вслед за ним. Мужчина попробовал улыбнуться, потом нахмуриться, потом опечалиться. Каждая эмоция и дрыганье шатающимися беспечно костями, игриво раскачивало висящую с костей кожу. Лич в стекле повторял его эмоции. Наемник осторожно дернул за отходившую сама собой кожу с щеки. Та подчинилась, медленно оголяя череп. Кусок за куском, в истерике Джон отрывал от себя сгнившие, воняющие ошмётки и не мог остановиться. Словно в трансе продолжая "очищать" себя от этого заклятья. — Твою же мать... — Закончив, выдохнул наемник, оставшись бодрым скелетом. На полу кучей валялись следы его былого обличия. — Мог бы и в своей комнате раздеться. Ни какого личного пространства и границ с Вами. — Питер пожал плечами и надрывно прогнусавил над головой товарища. — Да.. точно. — Машинально согласился Джон и стрелой помчался в свою комнату. Стыдливо закрывая лицо руками, он пробился сквозь толпу официанток. — Эта дрянь.. я.. живой мертвец? — В неверии сокрушался наемник, искоса подтверждая подозрения в очередном беглом взгляде на отражение. Джон ещё не успел свыкнуться с новым видом, как дверь тихо скрипнула. В комнату, мягко ступая, вошла Йоко. Он вздрогнул, поспешно отвёл лицо в тень. — Э-э... , — запнулся на полуслове Джон, из вежливости пригласив ее разрушить гнетущее одиночество. — Не знаю, что ты здесь делаешь. Но извини... за тот раз. Я был... не в форме. Кажись, тут какая то личевая лихорадка. Обсмеял тебя, а теперь и сам такой же. Гнилой. Ирония судьбы такая? Йоко, молча, подошла ближе. Ближе, чем он ожидал, но оно и не важно, провинившийся был готов "разлагаться" вместе. Сегодня девушка будто осмелела, воспряла духом, увидев его никчемный облик. С каждым шагом от неё все навязчивее веяло приятным ароматом ромашки, в противовес тому, какой запашок шел от новообращенного. Джон не удержался, пробежал внимательным взглядом по ней и к удивлению увидел человеческий силуэт: не капли уродства, не грамма старости. В разуме всплыло мерзкое подозрение "Что, если она передала болезнь мне? Обманула саму смерть?" — Ты больше не лич, — раздраженно бросил Джон, отводя завистливый взгляд. — Как ты это делаешь? Можешь и меня обратить обратно? Она приятной мягкой на ощупь ладонью, повернула его убогое лицо к себе. Её голубые глаза были спокойные, такие живые и лучистые, но они отражали тот же страх, что и его собственные. Страх остаться ходячим трупом навсегда. — Ответишь? — почти с мольбой, глухо поинтересовался наемник. Йоко покачала головой в уголках её губ мелькнула тень улыбки и вины. — Почему? — Джон сглотнул, чувствуя, как его начинает бесить недосказанность. — Я меняюсь с помощью зелья. Его трудно достать и дорого. Мне важнее сохранять человеческий лик, а ты справишься. — Скомкано оправдывалась она, смущенно добавив, — красота - мое единственное оружие, но не твое. — Знаешь я готов выслушать. Твою историю. Что с тобой сделали. Что превратило тебя из... — он запнулся, подбирая слово, — из прекрасной девушки... в лича. Йоко просветлела, собралась с мыслями. Ветер шептал за окном, цепляясь за рассохшиеся ставни. Шум в коридоре утих, официантки вернулись к работе. Только заливистый храп Питера украшал тишину. — Конечно. Я расскажу тебе все. Я собиралась, пока ты не сбежал.. — Голубоволосая тихо заверила его, в голосе чувствовалась усталость и благодарность. Она опустилась рядом на край кровати, и решительно начала долгий, проникновенный рассказ. Завораживающим, обволакивающим тьму голосом, уводя его за собой в глубины воспоминаний. Джон будто сам прожил болезненные моменты из жизни девушки. *** Кристофер медленно сполз спиной по двери. Что-то в поведении Джона не давало ему покоя. Услышав возню и крики на втором этаже, он подождал, пока Джон с вбежавшей к нему второпях девушкой останутся одни. Подозрение, настойчивое и неумолкающее, шептало: "подслушай". Демон склонился к щели. Едва мелькнул голубоватый силуэт и мужчина понял, что не ошибся: это не просто незнакомка. Это - Йоко, проклятая служанка королевы, которая так радушно раздвигала ноги перед тренированным псом хозяйки. Крис смиренно внимал ее красноречивому рассказу в мелочах, жадно ловя каждое брошенное полушепотом слово. Стоило парочке обменяться любезными прощаниями, милыми до тошноты, Кристофер бросился вниз, на перерез Джону, перескакивая через ступеньки. — Брайн в заложниках у Зериэллы! — Выпалил демон, врываясь в общий зал. — Возможно, уже мёртв! Мы должны вернуться за ним! Лидер, не поднимая взгляда, бултыхал в кувшине жидкость странного цвета. Зелье булькало, пускало пузыри. Запах гнили впивался в ноздри. Менгис оторопел, едва не свалившись со стула. — Нельзя возвращаться! — Выкрикнул лич, потом спохватился и сбавил голос. — То есть.. дело Ваше. Но Ваш Брайн ведь лекарь, да? — Да, — коротко подтвердил Эдвин, гася огонь и помешивая смесь ложкой. — Тогда не о чем беспокоиться, — уверенно отмахнулся Менгис. — Лекари редкие. Королева умна, не станет убивать того, кто может пригодиться живым. Лич наклонился над кувшином, втянул носом воздух, прицениваясь. — Пахнет… не так, — гневно подметил проводник, вытирая отнюдь не благоухающие капли, попавшие на его седые, свисающие клочьями волосы. — Совсем не так, как то, что я купил. — Брайн сам выбрал свою судьбу, — зло прохрипел Эдвин, отталкивая любознательного лича от зелья. — Тебе, как всегда, плевать на товарищей. Почему я не удивлён? К чёрту, пойду один! — Крис разгневано плюнул в сторону, ненароком попав в край кувшина. Лидер выругался, одарил его парочкой проклятий и вновь зажёг пламя. Тут в дверях появился Джон, или его скелет. Взъерошенные, редкие волосы торчали дыбом, он едва мог прямо держаться на тощих ногах. — Куда собрался? — Лениво зевнул наемник, про себя поражаясь, что друзья не уделили должного внимания смене его имиджа. — Опять всё интересное без меня? — Джон, это ты что ли? Так Питер не соврал, что ты теперь Лич? — С неуместным восторгом воскликнул Менгис, энергично крутя нового сородича. Ему и в голову не пришло связать разбитое зелье и обращение наемника. — Да. Но не будем обо мне. Так, куда мы идём? — Равнодушно отозвался блондин, по привычке перебирая рукой остатки волос, еле крепящихся к черепушке на рванных шматках кожи. — Вызволять Брайна из плена Зериэллы, — огрызнулся Кристофер, не сбавляя напора. — Кристофер... — подала голос девушка, до сих пор тихо наблюдавшая за перепалкой. — Менгис прав. Брайна так просто не убьёшь. Королеве пригодятся его навыки. С ним всё будет в порядке. — Да к чёрту! — Рявкнул демон, резко поворачиваясь к Джону. — Я знал, что вы это скажете. Черт, давай, скажи правду. — Какую правду? — Джон нахмурился, изображая непонимание. — Не прикидывайся, щенок, — Кристофер ударил его кулаком в плечо и тот не на шутку испугался, что рассыпится. — Что тебе сказала голубоволосая? Джон качнулся от удара. Врезавшись бедром в угол стола, он зарычал от боли. — А… это, — пробормотал наемник, избегая фактов. — Зериэлла… использует его. Для опытов. Комната пропиталась едким, пьянящим запахом, таким, что мысли путались, будто теряясь в дыму. Джон, мельком взглянув в окно, увидел своё тусклое отражение и сжал челюсть. Никогда больше он не будет пить непонятные жидкости в этом мире. По крайней мере, не первым. — Ты оглох? — Кристофер в гневе сложил знаки, — мы должны помочь ему! Он разжигал огонь перед лидером в разы сильнее, нещадно обжигая пальцы Эдвина. — Брайн всегда любил эксперименты, — невозмутимо отбивался лидер, поднимая кувшин с огня. — Он сам пошёл искать лекарство от энергии Разлома. — Сейчас эксперименты над ним, а не с ним во главе, — тут же поправил демон. — Брайн сам выбрал путь, — наотрез повторил Эдвин. — Он справится. Зелье готово. Менгис ты, кажется, хотел расчистить нам дорогу. Сейчас самое время. Лич послушно поднялся. Желания оставлять наемников посреди разбирательств у него не было. Но слово "лидера наемников" было сродни закону для скромного слуги королевы. Он, галантно поклонившись, оставил их наедине, искренне рассчитывая, что те не переубивают друг друга к его возвращению. — Как только закончим эту миссию, вернёмся за ним. Это лучшее, что я могу тебе предложить. — Лидер невозмутимо строил планы на недалекое будущее, а мутная жидкость лилась по поставленными перед отрядом кружкам. — Крис, детка, просто потерпи, — немного заторможено вмешалась Эван. Будто погруженная в собственные размышления, она расчёсывала рыжие локоны: — Подожди немного. Эдвин в то же время заботился о том, чтобы персонал пока отбыл на второй этаж, подальше от экспериментов алхимика. Заверив официанток, что он лишь начинающий зельеварец и совсем не отвечает за последствия, лидер перестарался и добился того, что дамочки вовсе покинули здание. Закончив наводить красоту, ведьма первой взяла кружку, и, не сомневаясь и секунды, выпила залпом. Питер и Лесли с красноричивым "Дрогнем" присоединились к ней. — Пока мы ждём, они мучают его. Хотя бы ты должна пойти со мной. — Кристофер стиснул зубы, отодвигая свою порцию. Идея оставить Эван одну в Сильверине на растерзание Джерому пугала его не меньше, чем мысли о скоропостижном конце друга, заточенного против воли в Цитадели. Эдвин чихнул, повис свободной рукой в воздухе, осекшись. Задел рукавом плаща зелье, чуть не пролив остатки из кувшина на пол и подол своего плаща. Покосился на бурлящее пойло, потом на раззадоренного Питера, насмешливо обнимающего товарища за плечи. Они с магом на брудершафт хлестали зелье в обе щеки. Эдвин подождал, пока пустые кружки будут отставлены на стол, и незаметно подобрался со спины к фокуснику. Над самым его ухом, так, чтобы не услышали остальные, прошипел: — Ты ведь видел, что Джон пьет зелье? Ради потехи решил промолчать? Это уже перебор, Питер. — Что за необоснованные обвинения! Произвол! Да Джон.. тебе достаточно проявить истинную форму и тело вернётся обратно. Не могу молчать, видя, как ты скулишь в печали. — Фокусник усмехнулся добродушно, незатейливо присвистнув. Джон, опершись на стол, недовольно хмыкнул: — А я думаю, мне и так неплохо. Всегда хотел сменить имидж. Мужчина напрягся, знакомое покалывание пробежало вдоль позвоночника. Оно становилось всё сильнее, и в какой-то момент ему показалось, будто кто-то внутри рвет его внутренности, ломает кости, пытается выбраться наружу с боем. "Джон" прошептала паранойя, настоящий "Джон"… хочет вернуть себе тело. — Пейте уже, хорош болтать. Тоста не будет. — Эдвин пододвинул кружки, едва ли не носами погружая в них заболтавшихся товарищей. — А мне зачем пить? Я итак Лич. — Не понимающе приподнял бровь Джон, отодвигая сомнительный настой. Но его тут же схватили за горло и всучили кружку: — За компанию. Пей говорю. Остальные выпили, чего боишься? Джон одним глотком проглотил зелье, не выдерживая давления. Через минуту Эван первой рухнула со стула. За ней Питер и Лесли уронили головы на стол. Кристофер стоял, и в момент слабости упал плашмя, аккурат на ноги Эдвина, спешно отпрыгнувшего. Тело Джона медленно завалилось на пол. В попытках удержаться, он зацепился за стол и перевернул его вместе с наемниками. Эдвин стоял посреди зала, морщась от запаха горелых трав и останков животных, замешанных в зелье. Снова потёр нос, бросил подозрительный взгляд на кувшин. Зелье тихо шипело, совсем мало жидкости плескалось на дне. Кристофер, молча следил за ним, не выдавая, что зелье выплюнул обратно, показательно подержав во рту. Эдвин медленно расхаживал по комнате, затем осторожно наклонился над ближайшим телом - Эван, нащупал пульс. Его не было. — Хм… — Лидер расправил плечи, тяжело выдохнул. — Похоже, я облажался. С невозмутимым лицом подошёл к крючку у двери, снял свой плащ, покопался в карманах. Из внутреннего кармана достал здоровенный кинжал. Провёл ладонью по лезвию, проверяя не заступился ли от долгого застоя. — Похоже, зелье сработало не так, как должно, — в пустоту вещал Эдвин, будто рассуждая вслух. — Личами они не стали. Он прокомментировал будто лично для Кристофера с лёгкой ухмылкой: — Это всё твои слюни, кретин. Один лишний ингредиент и всё идёт наперекосяк. Алхимия - дело тонкое. Жаль, ты уже не узнаешь, что из-за тебя умерла твоя горячо любимая королева Сильверина. Эван.. Эван.. надо было думать с кем спишь. Лидер закатал рукава, вернулся к девушке. Потормошил её за плечо, громко позвал по имени. Реакции не последовало. Он вздохнул и снял с её запястья браслет. — Удобно, — внезапно подытожил Кристофер, вскочив на ноги, тем самым застав врасплох лидера. — И ты, значит, так удачно не выпил? Эдвин от неожиданности дернулся, кинжал прошёлся вскользь по запястью девушки, оставляя неглубокий порез на невидимых глазу метках. — И ты тоже, — не вставая, предостерег его Эдвин, держа наготове руку с кинжалом. Демон прищурился, не спеша приближался: — Сам себе не доверяешь? — Просто привык быть последним. Как раз собирался выпить. — Безэмоционально заверил его Эдвин. Доказательств его слов, впрочем, как и доказательств обратного не было. Он успел спрятать кинжал прежде, чем Кристофер заметил блеск металла. И тут тело ведьмы шелохнулось. Сначала пальцы скрючились и скрестились на панике, потом руки начали биться в конвульсиях. По светлой коже побежали тёмные прожилки. Миловидное лицо исказила судорога. Изо рта вырвался хрип, и Эван выпрямилась, пустыми глазами глядя в никуда. — Не может быть... — обронил Эдвин, отдаляясь от некогда любимой девушки. Один за другим наемники поднимались живыми мертвецами. Движения и язык по началу были вялые, будто разуму нужно было время свыкнуться с новым инородным телом. Питер и Эван, смеясь, щупали бледную, обветшалую кожу друг друга, корчили рожицы, насколько это было возможно с использованием одних лишь впалых глазниц и костей. — Хм, — Кристофер скрестил руки. — Может, я и зря на тебя наехал. Он протянул Эдвину кружку и сам взялся за свою. Тот поколебался мгновение, но потом осушил. Губы свело, язык обожгло. Кристофер, чокнувшись с ним в воздухе, поступил аналогично. — Что с лицом? — усмехнулся Питер, наблюдая, как лидер угасал после выпитого. — Расслабься, дружище. Пора верить в себя. Ты - непревзойдённый алхимик. Я так хорошо ещё никогда не выглядел. Все местные женщины мои. Он хлопнул Эдвина по плечу и довольно расхохотался. Наемники выбрались в подземные проходы Буриэлберга уже к полудню. Сырость, каменные арки, редкие факелы. Город снизу пах плесенью и страхом. Иногда на них оглядывались с прищуром, с подозрением. Кто-то видел просто местных жителей. Другие чувствовали, что под личиной этих личей что-то не так.