Седьмой демон

Сколько бы не влюблялся, а в лучшем случае поймешь только насколько все банально. И несмотря на это умней не станешь. Но… без любви жизнь не существует.

***

Алекс оперлась головой о стекло. Каждая кочка, каждый поворот были для нее злейшими врагами — неприятно ударяясь, сил, дабы поднять голову, она в себе найти не могла — атмосфера после ухода Эгго постепенно ухудшалась. Лесополоса, из раза в раз становившаяся все более безжизненной и унылой, никак не заканчивалась. Иногда Алекс казалось, что их дом в другом измерении, а эта трасса была просто длинным, однообразным, до смерти скучным порталом туда. Кривые деревья медленно обрастали зеленью — скоро закончится недельное тепло. И снова они погрузятся в сон. Алекс, не сумев найти отвлечения в небе и природе за окном, перевела взгляд на Данталиона. Тот, нервно постукивая костистыми пальцами по рулю, был, казалось, чрезмерно сосредоточен на дороге. Сильно хмурясь, он изредка ворчал, встречая на пути другие машины. — Что? — раздраженно рявкнул он. — Как думаешь, с Баалберитом все хорошо? Произнеся это, на нее накатило мимолетное головокружение — мир показался таким неправильным, прозрачным. Как будто все то было лишь чьей-то историей, но не ее. Алекс точно знала — в этот раз враг опаснее Ская. Тот, даже не вредя ее семье, просто шел на верную смерть. Но дважды так не везет. Она не знала, почему так думала, но что-то подсказывало ей это. Что-то, глубоко засевшее в душе, что-то неосознанное. — Я не знаю, что происходит, Алекс. Не знаю, почему перенесли собрание. Не знаю, что с Баалберитом. Не знаю кто, на кого и с какими целями охотится, — Данталион яростно ударил ладонями по рулю. Машину из-за этого слегка повело. — Я ничего не знаю. Если тебе так интересно залезть ко мне в голову — я думаю о худшем. — Почему ты так нервничаешь? — тихо спросила Алекс, слегка вжавшись в кресло. — Самаэль сказал, что такое иногда случается. — Ты издеваешься надо мной? Данталион гневно глянул на нее. Следом за гневом появилось и разочарование. Он просто вздохнул и, не говоря ни слова больше, закурил. В нос Алекс сразу ударил характерный неприятный запах — не такой мерзкий и кислый, как у сигарет Эгго. Когда они приехали домой, на крыльце стоял Люцифер. Он, вперившись мертвым взглядом в машину, стоял совершенно застывший. Когда Данталион с Алекс вышли, он молча повел их в каминный зал. В спешке следуя за ним, Алекс заметила, что он был очень напряжен, но ничего необычного она в этом не почувствовала. Когда они вошли, огонь в камине не горел — его разжигал только Баалберит. В полках более не было свободного пространства из-за отсутствующих книг, которые он брал к себе в комнату. Именно в этот момент Алекс действительно испугалась. Такие мелочи заставили ее покрыться холодным потом, а тело на мгновение обдало мелкой дрожью. У нее появилось сворачивающее в оригами сердце чувство, какое бывает, когда кто-то близкий уходит из жизни — как будто его никогда и не было. Ничего о нем более не напоминало. Она даже не стала садиться в свое кресло, — хотя хотела и даже уже сделала шаг в его сторону, — но больше смысла в этом не было. Не было огня и не было тепла от него — мимолетного спасения в этом до ужаса холодном доме. Алекс встала прямо перед дверью: если войдет Баалберит, он обязательно заденет ее. Но пусть лучше так. Пусть она первой узнает о его возвращении. — Замок разрушен, — строго, даже чрезмерно громко проговорил Люцифер. Его безжизненный голос на мгновение эхом застрял у нее в ушах. — Мы с Баалберитом и Астаротом были там во время нападения. Баалберит пошел сражаться, мы остались помогать слугам спрятаться. Когда мы вернулись, ни замка, ни Баалберита, ни нападающих не было. Вся стража мертва. — Что говорит отец? — Самаэль, обычно известный своим безразличием на подобных собраниях, задал вопрос, прозвучавший необычно серьезно. Это было одним из тех редких моментов, когда его лицо лишилось своей привычной скуки. — Он занимается поисками Лилит, но возьмет на себя всю нашу работу, чтобы мы могли сосредоточиться на поисках врагов, — Люцифер перевел взгляд на Данталиона. — Завтра утром мы все отправляемся в Ад на неопределенное время. Найди кого-нибудь, кто сможет быть с Алекс в это время и защитить ее. Слуги сейчас сами находятся в опасности. — Эгго вернулась, — сквозь зубы проговорил тот, сложив руки на груди. — Но это будет сложно. — Значит иди на все условия, которые она выдвинет, но Эгго должна быть здесь через час. Данталион, предвкушая очень приятный разговор, сжал кулаки. Кивнув и грубо отодвинув Алекс за плечо, он покинул комнату. Она искренне постаралась не придавать этому значения, но все же ощутила разлившуюся в душе обиду. Вернулся он через тридцать минут вместе с Эгго — она, очевидно, в отличном расположении духа резко распахнула дверь, заставив Алекс вздрогнуть. Все это время Люцифер раздавал указания братьям и рассказывал им план действий. В основном все сводилось к двум вещам: Баалберит должен остаться в живых любой ценой, а враги пойманы и убиты. — Я на посту, чертёныши, — издевательски ухмыльнулась Эгго. Она обвела помещение оценивающим взглядом. — Ну и мрак тут у вас. — Мы как раз закончили, — с неприязнью глянул на нее Люцифер. — Как долго ты пробудешь здесь? — Сколько надо, столько и пробуду, — она протянула руку к Алекс и потрепала ее по голове, спутав черные волосы. — За те две минуты, что мы провели с этой девочкой, мы стали лучшими подружками! Нянчиться и рисковать своей жизнью ради нее теперь мой жизненный долг. — В чем подвох? — Мелочи, — беззаботно махнула рукой Эгго. — Безлимитный запас сигарет и алкоголя, я могу спать в любой комнате в этой помойке, неприлично много денег и часовая прогулка с тобой, Астаротом и Самаэлем. За каждую неделю отсутствия тебе и Самаэлю по дополнительному часу, а Астароту любой мой вопрос, на который он обязан ответить честно и без хитростей. Алекс заметила, как Самаэль слегка распахнул глаза, а желваки на его лице на миг заиграли. Его привычная уверенность находилась под угрозой. Он почти испуганно взглянул на Данталиона, как бы обвиняя его в предательстве. Астарот лишь устало вздохнул, закрыв глаза. Многим — если не всем — в этой комнате Эгго не нравилась, это было слишком видно. Алекс подумала, что Баалберит скорее всего был бы рад ее видеть. Эта мысль неприятно кольнула сердце. — Хорошо, — кивнул Люцифер. — Твоя первостепенная задача сохранить жизнь и здоровье Алекс. Из остального: возить ее в школу, не подпускать к Ребекке, и еще несколько правил я оставлю тебе в записке. — Ради Бога, Люцифер, ты бы меня еще попросил думать, прежде чем что-то говорить, — Эгго хитро хихикнула, прикрыв рот рукой. — А сейчас я пойду выбирать тебе новый мусорный контейнер. Она резко развернулась, из-за чего ее ряса сначала завернулась, обрисовав силуэт тела, а затем раскрутилась в обратном направлении, выпрямляясь. Алекс казалось это очень элегантным, но совсем не вяжущимся с характером ее обладательницы. Эгго вышла из комнаты, сопровождаемая тяжелым выдохом Самаэля. Почти осязаемая тишина, пропитанная напряжением, заполонила комнату в мгновение. Алекс ожидала услышать привычный треск дров в камине, но его не было. В ушах зазвенело. Затхлый запах книг и обожженного угля проникал в каждый уголок этого помещения. Она старалась даже не дышать, чтобы не потревожить настолько хрупкое эмоциональное равновесие, нависшее над всеми. Как будто время остановилось, и этот миг висел в воздухе. Вместе с ним где-то сжавшееся до точки витало и все остальное: не заданные вопросы, неизвестность, предвкушение. Никто не шевелился — Алекс не знала почему, но решила подыграть в этом немом статичном театре. Задумавшись, через время она почувствовала на себе взгляд — то был Люцифер. Когда она заметила, что он смотрит на нее, его глаза сверкнули алым и сразу же закрылись. — Выбрала! — ворвалась Эгго. — На втором этаже, вторая справа. Самая приличная. Это чья? — Моя, — отозвалась Алекс. На мгновение она пропустила через себя всеобщее раздражение по отношению к Эгго. — Тогда тебе придется переехать, — пожала плечами она. — Ну что же, я обязательно помолюсь за ваше благополучие, мальчики. Буду нужна — я пью в своей комнате. На том Эгго ушла. За ней последовали все, кроме Самаэля — он остановился около Алекс, сверля ее глазами с некоторым сочувствием, и запустил пятерню в волосы. — Можешь использовать мою комнату, — тихо проговорил он. Алекс настороженно кивнула. — Сегодня поспим вместе. «Выберу, где буду жить, когда они уедут. Если у него будет так же, как и у Люцифера, долго я там не протяну», — подумала она, последовав за Самаэлем. Когда они поднимались, тревога не отпускала Алекс ни на секунду. В тот момент она даже заскучала по едким комментариям Самаэля: они было всяко лучше, чем такое молчание. Прежде чем идти отдыхать, насколько это вообще было возможно в этой ситуации, ей нужно было взять свои вещи. Постучав, — что показалось ей абсолютно абсурдным действием в отношении своей собственной комнаты, — она зашла. Эгго сидела за столом и была погружена в чтение каких-то бумаг, которые лежали перед ней, а изящные спирали дыма от сигареты поднимались в воздух. Тогда Алекс показалось это очень колоритным. — Надеюсь, ты пришла составить мне компанию в распитии этого непослушного демоненыша, — Эгго ткнула сигаретой в бутылку виски, но так и не повернулась. — С этим искусителем даже Самаэлю не тягаться. — Нет, мне просто нужно забрать свои вещи, — пролепетала Алекс, подходя к своему шкафу. — Возьми только то, что нужно сегодня, остальное перетащишь, как будут силы и настроение. Можешь заходить сюда, когда хочешь. Алекс, кивнув, достала пижаму, спешно покинула комнату и сразу же пошла к Самаэлю. Зайдя, ее внимание сразу же привлекла цветовая гамма, охватывавшая все вокруг. Почти каждая деталь — от мебели до декоративных предметов — была погружена в нежный кремовый оттенок, словно комната была пронизана светом золотого солнца. Над широкой платформенной кроватью, заваленной разного размера подушками, висело несколько маленьких зеркал круглой формы, отражающих свет и создававших игру теней по всему помещению. Справа от нее была стеклянная дверь, ведущая на балкон, который Алекс, часто замечая с заднего двора, давно хотела посетить: ей казалось, что оттуда открывался красивый вид на лес. Напротив входной двери было панорамное окно и пара кресел перед ним. Они так и приглашали проникнуть в глубины своих размышлений, наслаждаясь видом, расстилающимся перед глазами. Оглянувшись влево, она заметила большой шкаф с небольшим количеством узоров. Но больше в комнате ничего не было. Это выглядело очень уютно, но в то же время всеобъемлющая пустота практически была ощутима — пустота душевная. Помещение и дышало, и было мертво одновременно. Как Алекс не старалась, она не смогла провести параллели между жилищем и его хозяином — такой яркий и едкий Самаэль никогда не казался ей пустым. Кто угодно, только не он. Сам он все это время был на балконе, откуда и вышел, любопытно глянув на одежду в ее руках. Снова натянув маску беззаботного и веселого парня, он улыбнулся ей. — Проходи. Тут немного всего, — он, казалось, неловко оглядел свою комнату, — поэтому, если тебе что-то нужно, то говори. А то потом доставать все необходимое будет сложнее. Алекс еще раз осмотрелась. Она постаралась ответить на его улыбку, но тревога, затаившаяся где-то в ее сердце, затмила эту попытку. — Стол. Больше ничего не могу придумать. Самаэль довольно кивнул, взмахнув рукой. Прямо напротив кровати возник рабочий стол, почти идентичный тому, что стоял в ее собственной комнате. Это вызвало в ней приятное чувство уверенности и комфорта. Взвесив все варианты, она приняла решение остаться в этой комнате в отсутствие братьев. Остаток для они провели в мерзком молчании. Самаэль лежал на кровати с закрытыми глазами, погруженный в свои мысли. Иногда его лоб насуплялся, отражая серьезность размышлений, а иногда он весело хмыкал, словно вспоминая что-то забавное. Алекс, все это время сидя на кресле около окна, пыталась увлечься перепиской с Эмбер. — Хей, — очнулся Самаэль. Она оторвалась от переписки и только теперь осознала, что и в комнате, и за окном царила глубокая тьма. — Есть желание пройтись? Она повернулась к нему, с любопытством заглядывая в красные глаза. — Пройтись? Куда? Самаэль пожал плечами. — В лес. Просто подышать свежим воздухом. Не хочу последний вечер провести вот так. Алекс согласилась, доверившись его интуиции и ощущению, что это могло быть важно для обоих. Когда они вышли, в нос сразу же ударил запах сырой земли — совсем недавно пролился дождь, но небо уже успело очиститься. Немигающие звезды на небе светили спокойно и ярко. Самаэль кивнул головой, призывая Алекс идти за ним. К ее удивлению, он не повел ее в сторону могилы Ситри. Обойдя дом, он прошел в направлении, где не было тропы. С тех пор, как они оказались в черте леса, прошло несколько минут, наполненных тишиной. За это время Алекс пыталась привести себя в порядок изнутри — тревога пожирала ее душу и выходила в мир в виде мелкой, почти незаметной дрожи по всему телу. — Когда вы вернетесь? — спросила она. — Как повезет, — Самаэль пожал плечами. — Мы почти ничего не знаем о наших врагах, но я очень надеюсь, что там нет чего-то слишком серьезного. Но не беспокойся, ты в надежных руках. Эгго знает что делать даже в крайних ситуациях. У нее есть все инструкции. — Крайних ситуациях… — прошептала Алекс, сомнительно фыркнув. — Ага. Шансы того, что мы умрем все сразу, невероятно малы, но не нулевые. Эгго наш план «б». Если что-то случится и с ней, есть еще несколько вариантов, но ты в любом случае будешь жить. — А какие шансы, что хоть один из вас умрет? — она нахмурилась, тревожно взглянув на него. Но он лишь поджал губы в ответ. — Так это «прощальная прогулка на всякий случай»? — В точку. В горле у нее появился неприятный режущий ком. Подступающие слезы требовали выхода, но она сдерживала их, отказываясь дать проявление слабости. Но в то же время не собиралась она и останавливать своих братьев. Алекс глянула на Самаэля — он вглядывался, казалось, в каждую веточку этого леса, каждый листик, дерево или травинку, словно действительно видел этот мир в последний раз. Он морально подготавливал себя к смерти. И в то же время где-то глубоко в душе Алекс зарождалась боль. Боль возможной потери, пустоты. Сегодня она прогуливается по лесу со своим другом и братом. Остальные сидят дома и занимаются своими делами. А завтра, когда она проснется, их уже не будет. Не будет Самаэля, так нагло врывающегося в ее комнату. Не будет вечно ворчащего Данталиона. Не будет такого тихого, но милого Вельзевула и приглушенного звука из его игровой приставки. Никого не будет. Самое страшное — исход. Время. Последствия. Все из этого было окутано темной и острой неизвестностью, которая заставила Алекс вздрогнуть. Она немного отстала от Самаэля и теперь смотрела на него со спины. Он старался выглядеть как обычно, но напряженное тело и резкие, рваные, а порой и нервные движения выдавали его истинные эмоции. Ему было страшно. Ему тоже было страшно. — Люди после смерти попадают в Ад или на Небеса. Куда после смерти попадают демоны? — спросила Алекс. Ее голос слегка дрогнул. Самаэль повернулся, с любопытством в глазах глядя на нее, и подошел ближе, остановившись. — К сожалению, куда бы мы ни попали, память наша будет стерта в любом случае. Если твой план состоял в «отыскать и продолжить жить», то забудь об этом. После такого от нас ничего не останется. Это будут другие существа, — он ласково улыбнулся, положив руку на ее плечо. — Не переживай. Шанс умереть есть всегда. Да и враги у нас были похуже, чем горстка безмозглых, но сильных демонов. «Ты не знаешь, кто ваши враги, Самаэль», — подумала Алекс, слегка нахмурившись. — «Ты не знаешь, на самом ли деле они безмозглые и насколько сильные. Поэтому на «всякий случай» ты и привел меня сюда». — Тебе страшно. Я чувствую, как дрожит твоя рука, — она скосила взгляд на свое плечо. — Да, мне страшно. До ужаса, честно говоря, — Самаэль криво улыбнулся. — Я боюсь умирать. Но хочу сделать все, чтобы, если бы мне и пришлось, я умер без сожалений. Его рука медленно скользнула по ее шее, словно прикасаясь к нежной петали ромашки, а затем поднялась к щеке Алекс, дрожа от напряжения и эмоций. Самаэль мягко, почти невесомо притянул ее ближе, слившись с теплотой, а сам наклонился, чтобы воплотить все несказанное в поцелуе. В нем переплелись смешанные эмоции — страх и тревога соседствовали с жаждой жизни и нежностью. Каждое прикосновение губ напоминало им о хрупкости момента и ценности времени, которое оставалось. Алекс опешила. Но она, зная, что через несколько дней Самаэль отправится на опасную миссию, где смерть час за часом будет томить его существо, позволила ему исполнить свое желание. Алекс ощутила крошечную искру надежды, пронизанную болезненным пониманием неопределенности, которую он пытался показать ей столь отчаянным шагом. А Самаэль все еще дрожал. — На всякий случай, — прошептал он, грустно улыбнувшись. — Спасибо.

***

Прогулка оказалась краткой. Вместо того, чтобы принести им облегчение, она только усугубила их состояние. Состояние их обоих. Самаэлю нужен был отдых перед путешествием. По возвращении в дом он остался за порогом своей комнаты, чтобы дать Алекс возможность спокойно переодеться. А потом зашел и почти сразу снял весь верх, что на нем был, аккуратно складывая вещи в шкаф. Когда он повернулся, она увидела на его спине огромный рваный шрам. Почти такой же был когда-то у Ская. Но Алекс решила, что не хочет омрачать и без того безрадостный вечер своими расспросами, а потому просто промолчала. Самаэль улегся в кровать и, когда она последовала его примеру, завернувшись в теплое одеяло, щелкнул пальцами, отчего свет в комнате мгновенно выключился.

***

Утром Алекс проснулась от громкого стука в дверь. По громким упрекам она поняла, что то была Эгго. Она поторапливала ее в школу. Однако сердце Алекс забилось сильнее, когда она осознала, что Самаэля уже не было рядом. Она точно помнила время, когда они должны были уйти, и даже поставила будильник на нужный час. В спешке она схватила свой телефон и заметила, что все сигналы пробуждения были отключены, а в подписи одного из них она прочитала слова: «Доброе утречко, принцесса». Волнение и беспокойство пронзили ее, и она почувствовала, как тревога вновь пробирается в каждый уголок души. «Он не дал мне их проводить», — подумала Алекс. — «Нельзя расклеиваться сейчас, они уже уходили, и не раз. К тому же я не одна. Надо просто ждать, даже если тяжело и страшно. Но сказать проще, чем сделать». Алекс поднялась с кровати, ощущая теплое прикосновение солнечных лучей, так навязчиво пробивающихся сквозь окна. Спешно переодевшись в одежду прошлого дня, она покинула комнату, стараясь сохранить хоть какую-то живость духа внутри себя. На первом этаже ее ждала Эгго. Она сидела на кухне, на месте, где обычно завтракал Самаэль, а рядом на столе лежало несколько контейнеров из ресторанов. — Я не умею готовить, так что съездила и купила тебе еды, — недовольно пробубнила она. — Давай быстрее, если ты будешь опаздывать каждый день, твои братья не доверят мне даже подвальных тараканов. Алекс присела рядом с Эгго и принялась есть, стараясь не обращать внимания на отвратительный запах сигарет, который ощущался в воздухе. Она сосредоточилась на еде, пытаясь снять напряжение и подавить неприятные ощущения, вызванные прошлым днем. — Как думаешь, с ними все будет хорошо? — ковыряясь вилкой в пасте, тихо проговорила Алекс. — Никто не изменит того, что изменить нельзя. Ни Бог, ни Дьявол, ни я, ни ты. Так что выброси эти мысли из своей и так не шибко заполненной головы и наслаждайся жизнью, пока еще что-нибудь не случилось, — Эгго махнула рукой, отгоняя от своего лица сигаретный дым. — Займись сейчас делами насущными и поторопись.

***

По окончании учебного дня Эмбер начала беседу с Алекс о планируемом воскресном шоппинге, сопровождая ее до машины. Они приблизились к автомобилю, облокотившись о который их уже ожидала Эгго. Алекс заметила, что в этот раз она не держала сигарету в руке, что уже стало чем-то непривычным. Она также была одета не в свою длинную рясу, а в черный брючный костюм. — У тебя новый водитель? — спросила Эмбер с небольшой долей сарказма. — А у тебя есть новая жизнь, раз ты так легкомысленно относишься к старой? — возразила Эгго, смотря на Эмбер с презрением. Она приподняла свои солнечные очки и уставилась на нее с легким азартом в глазах. — Это что, временная замена Данталиона? — хихикнула она. — Ладно, не буду задерживать вас. До встречи в воскресенье. — Куда намылились? — На шоппинг, — неловко улыбнулась Алекс. — Мы ходим каждое… — Никаких шоппингов. Ты сидишь дома, и, пока не вернутся твои братья, кроме школы, никуда не выходишь. Это приказ Люцифера, и Эмбер в этой записке была обведена в красный кружочек. Не советую шутить с красными кружочками. Эмбер хитро улыбнулась. — Ну тогда я заеду в гости. Посидим, попьем чай. Посмотрю хоть на ваш странный дом изнутри. В этом же нет проблемы, так? И Алекс дома, и мне не придется тащиться в магазины с Дереком. Эгго недовольно цокнула языком и села в машину. Когда Алекс поспешно попрощалась с Эмбер и последовала ее примеру, машина моментально двинулась. — Прости за поведение Эмбер, она всегда такой была. — У меня есть дела поинтереснее, чем Эмбер. К примеру, — она показательно задумалась, — дышать под водой без кислородной маски. Главное, чтобы она не склоняла тебя ко всякому необдуманному дерьму, которое может навредить всем. На остальное мне плевать. — И ты не против, если она зайдет в воскресенье? — Да пусть хоть поселится там — это не мой дом. Мне плевать, пока вы не подвергаете никого опасности, — неохотно ответила Эгго с некоторой безразличностью. — Я тебя поняла, — Алекс задержала взгляд на руках Эгго. Она очень непривычно держала руль — снизу. — Слушай, а ты уже сражалась с демонами? — С чего ты взяла? — перебила Эгго, на лице ее появился интерес. Она выгнула бровь и, казалось, совсем перестала смотреть на дорогу. — Видела шрамы. — Как будто у тебя не шрамов. — Это точно от демонов. Эгго зыркнула на Алекс в последний раз, а затем довольно фыркнула и вернула взгляд на дорогу. — Да, сражалась. В мире много демонов и мест, где их можно встретить. Но мне повезло попасть работать в церковь по соседству с принцессой Ада. Так я, кстати, и познакомилась с твоими братьями: когда меня только завербовали, еще в подростковом возрасте, на меня первый раз напал демон. Один из них увидел, как я сражаюсь — хотя, если честно, мне просто повезло тогда, — и рассказал остальным. И они вышли на меня. Самаэль сразу же предложил меня обучить бою взамен на мою помощь. Я приняла его предложение. — Тренировки Самаэля достаточно жестокие, — печально пробормотала Алекс, сложив руки в замок на коленях. После слов Эгго в ее голове закрутились воспоминания их занятий и, что самое страшное для нее, лечения после них. — Ага. Ему было плевать, сломаны ли мои кости, может, какие-нибудь пулевые ранения, распоротый живот или еще что. Я должна была приходить на тренировки и сражаться с ним из раза в раз. Даже если он сам был причиной моих травм. — Но тебя же должны были лечить! — Никто ничего мне не должен был. Я связалась с демонами, хотела магических сил, власти и собиралась стать живым щитом для их сестры, так что нет ничего удивительного, что их «воспитание» проходило именно так. Кто, по-твоему, сильнейшие? Одаренные? Богатые? Политики или, может, борцы? Нет. Сильнейшие это те, кто боится потерять последнее. Они прекрасно знают об этом, а потому отбирали у меня все, пока не удовлетворились результатом. — Но что тогда у тебя осталось? — Желание. Желание увидеть солнечный свет перед смертью. Во время рассказа Алекс не чувствовала в ее голосе сожаления или обиды. Она вообще ничего не чувствовала. Создавалось ощущение, что Эгго смогла смириться с этими ужасами, но Алекс было слишком трудно поверить в это, а потому она не стала и дальше погружать ее в тот кошмар, что Эгго звала «прошлым», переведя тему в более пустую. Но их монахиня не поддерживала так же охотно и открыто, зачастую отвечая односложно и сухо.