Кто сказал, что после смерти приходит конец?

Chase Holfelder — Every Breath You Take За каждым твоим вдохом, За каждым твоим движением, За каждым нарушенным тобой обещанием, За каждым твоим шагом, Я буду наблюдать за тобой. O, разве ты не видишь, Что ты принадлежишь мне, Как каждый твой шаг отзывается болью в моём несчастном сердце?

***

— Ну почему мне с вами нельзя? Я буду тише воды и ниже травы… — Эрен уже битый час канючил под ухом у Аккермана и Ханжи в надежде, что брюнет всё-таки смягчится. Тот не повёл и бровью, видимо, привыкнув к нытью шатена. Зато Ханжи от души наслаждалась ситуацией, не переставая хохотать, поправляя бабочку и поглядывая на суровое лицо Леви. Шатен от этой картины лишь слегка поморщился и отвёл взгляд. Слишком уж естественно и привычно это выглядело. Слишком уж «по нормальному». Альфа и омега. (Примерно одинакового возраста! Не то, что он…) Люди, имеющие слишком сильную ментальную связь. Такую, о который Эрен и помыслить не мог. То, что он себе представлял в качестве связи, между альфой и омегой было не тем, что на самом деле ею являлось. И пусть Йегер знал, что девушка помогает ему с его эгоистичной целью, но всё равно никак не мог избавиться от этого скользкого ощущения зависти, от слепой ярости, сжатых кулаков и желания наброситься и порвать глотку. В запахе ли дело или в чувствах? Теперь сомнения Аккермана передались и его альфе. Возможно, теперь он, знает, что такое дикая ревность. Эрен тряхнул головой, избавляясь от наваждения, вновь обретая контроль над чувствами и переводя взгляд на Ханжи. — Почему мы не можем взять его, Леви? Он же такой милашка, — девушка закинула бабочку на шею брюнета, словно удавку, которую начала медленно сдавливать. С улыбкой на губах, конечно же, — Уверена, что никто не будет против ещё одного гостя. — Он будет путаться под ногами, — мужчина отодвинул руки Зое, ослабляя аксессуар вокруг шеи. — Да ладно, я уверена, что он ни на шаг от тебя не отойдёт и… — начала выдвигать свои аргументы Ханжи, а её руки начали очень настойчиво бороться со складками на пиджаке. Так настойчиво, что со стороны это можно было принять за удары. — В этом и проблема. Лучше бы он где-нибудь потерялся и не показывался на глаза, — Леви быстро и исподлобья глянул на мальчишку, потерявшего вид верного щенка буквально на глазах, — Что он вообще здесь забыл? Говорить напрямую с Эреном, видимо, теперь было смертным грехом для Леви, так как тот ни разу не сделал этого с того момента, как кончились кошмары. Эрен понуро опустил голову, совсем не в стиле альфы выпятил губу и грустно посмотрел на Зое. Та лишь кинула ему в ответ сочувствующий взгляд и пожала плечами. «Прости, ничего не могу поделать.» — как бы сказала ему девушка. «Я всё понимаю, не извиняйтесь.» — послал ей взгляд в ответ Эрен. — Поторопись, очкастая. Нам надо быть на месте через полтора часа. — Аккерман уже стоял у входа, натягивая своё пальто, словно он не официант, а чертова модель, — и скажи ему, чтобы тоже выметался. Дверь захлопнулась, а в воздухе повисла пауза, заполняемая лишь тихим вздохом Зое и шелестом её одежды. — Я не знаю что с ним, Эрен, но дай ему ещё немного времени на… — шатенка замялась, а после, аккуратно опустила свою ладонь на макушку Эрена. Незаконченная фраза так и осталась в голове у парня, ведь он ещё слишком молод, чтобы понять, на что именно Леви нужно время. *** Тематически вечер, организованный родителями Ирвина, представлял собой аристократию 19-го века. Дамы в пышных платьях, мужчины в изящных фраках, классическая музыка, которую играет оркестр и большой зал, арендованный, для создания атмосферы. Блондин быстро их нашёл, так же быстро поговорил с ними, а затем ещё быстрее увёл Зое танцевать, оставляя Аккермана наедине со своими мыслями. Омега присел на какую-то бетонную постройку, зацепил бокал шампанского у проходящей мимо официантки и опрокинул в себя. Скучная толпа ведёт светские беседы, девушки показательно не съедают больше крошки хлеба, а парни предстают в образе джентльменов, хотя где-то там у пары таких джентльменов есть брошенный омега с ребёнком или больная мать, которая нуждается во внимании ребёнка. Маскарад на то и маскарад, только вот чем он отличается от жизни? Аккерман не понимал. Совсем неожиданно взгляд мужчины зацепился за каштановую макушку, мелькающую в толпе. На секунду мелькнула мысль, что, вероятно, Ханжи всё же притащила пацана сюда. Но нос мужчины не чувствовал никакого присутствия Эрена. Вновь ошибка, после которой Леви чувствует, как у него внутри все рушится и проваливается в пропасть вместе с тем, что он считал своим прошлым. Даже подумать об этом было странно. А ждать его здесь, тем более. «Я люблю вас…» Брюнет тряхнул головой, прогоняя наваждение и заставляя знакомый голос не звучать эхом в ушах. Каким-то образом, из ушей он плавно перетек в область груди. — Неужели он потратил свои последние минуты на это? Ну что за идиот, — локти мужчины упёрлись в колени, а пальцы обхватили затылок. Верить в это Леви отказывался. Это не укладывалось у него в голове, а если что-то не укладывалось в его голове, то этого не могло быть. В конце концов он никогда не мог быть уверен… Чужой взгляд он почувствовал кожей и поспешил обернуться. Всего лишь очкастая, ничего особенного. — Леви, ты в порядке? — рядом приземлилась очкастая, обмахиваясь ладонью и дожёвывая откуда-то стащенный бутерброд. — Нет, — вздрогнув, на автомате ответил омега, но тут же прикусил язык, заменяя слово другим, — Терпимо. — Ты кажешься подавленным. «Да чего ты сейчас пристала-то? Мало других собеседников? Если видишь, что мне плохо, то чего никак не отвалишь?» Молчание брюнета, видимо, никак не сказалось на его собеседнице, так как она продолжала тараторить с невероятной скоростью и её, кажется, всё устраивало. —… ну так вот, после этого, Эрен сказал, что его заменит Армин на несколько недель, а Ирвин спросил, стоит ли ему покупать дополнительную посуду. Я давно так не смеялась, — в подтверждение своих слов, девушка залилась смехом, стуча ладонью по колену. Почему она стучала по колену Аккермана, тот не спросил. — Леви… — девушка вдруг стала серьезной, что было довольно редким явлением. Омега не хотел думать о том, какую тему сейчас поднимет девушка. Ему прекрасно удавалось избегать её последний месяц. Мужчина уже поднялся и одернул фрак, двинулся по направлению к выходу, а через секунду в спину ему прилетел вопрос: — Тебе на самом деле всё равно? Брюнет резко остановился и сжал кулаки. Перед глазами вновь всплыло улыбающееся лицо, звонкий смех и детская неуклюжесть в движениях, изумрудные глаза, полные радости и надежды, сухие и холодные губы, но тёплые и уютные руки. Наивные и доверчивые слова, сказанные ему, должно быть, по ошибке, ведь он не заслужил их. — Да, на самом деле, — сказал брюнет, как будто сам себе и вздохнув, пытаясь справиться с нахлынувшей сентиментальностью, вышел из помещения. *** Ночь, должно быть, самое прекрасное время суток. Ночной город способен многое скрыть от его любопытных обитателей. Так, например, странный, для прогулки по улицам Лондона наряд, который явно был не по погоде. Дождь вперемешку со снегом моросил, закрывая обзор Аккерману, но тот и без того прекрасно знал дорогу к кафе. Ноги сами вели его туда, а шестое чувство очень сильно подсказывало, что он идёт правильно. Еще несколько метров и мужчина зашел в помещение. Приглушенный свет горел над барной стойкой, а на ней расположился силуэт. Резкий запах ударил в голову и мужчина схватился за косяк, восстанавливая потерянное равновесие. Голова Эрена лежала на предплечье, а сам парень мирно посапывал рядом с опустевшей бутылкой коньяка и парой рюмок. Толстовка та же, в которой его сегодня выпроводили из дома, рядом валяется куртка и один ботинок. Вероятно, одной из ног мальчишки стало внезапно жарко. Леви долго не решался подходить, наблюдая со стороны и не имея желания разрушать эту картину. Он вообще не понимал, зачем сюда пришёл. В смешанных чувствах, мужчина сделал первый шаг, а затем ещё один, и ещё, и так до тех пор, пока не оказался на барном стуле, рядом с мальчишкой. Запах алкоголя смешивался с его собственным запахом, создавая какой-то приторный с примесью спирта. «Алкоголик малолетний» — начал ворчать Леви, хмурив брови и отодвигая бутылку подальше. На дне ещё оставалось немного, но убрать надо было. От греха подальше. Эрен дышал тихо и размеренно, как ребёнок, который слишком сильно устал и отключился сразу же, как только его голова коснулась подушки. Омега опустил свою голову на прохладную поверхность стойки, которая, контрастируя с его вспыхнувшей щекой, давала приятный эффект. В спящем на данный момент Эрене, Леви увидел что-то, чего не было в нём, когда тот заснул у него дома. Сейчас он был умиротворён и доволен. Не было нервных движений, тяжелого дыхания или шевеления губами во сне. Сейчас Эрен был другим и вновь Леви увидел его с новой стороны. Пальцы мужчины вполне осознанно провели линию от скулы до подбородка и вниз по шее, слегка оттягивая край тяжёлой ткани, прекращая, вновь ведя линию вверх. Брюнет практически вслепую поглаживал пальцами лицо Эрена. Было темно, а света, льющегося с потолка, было недостаточно, чтобы достаточно хорошо рассмотреть парня. Придвинувшись ближе, Аккерман вздрогнул, задев кончиками пальцев губы шатена, а затем облегченно вздохнул: «Не проснулся.» Сам от себя не ожидая, омега наклонился и вновь затянул холодные, сухие губы, которые еще хранили вкус алкоголя, в поцелуй, удерживая голову пальцами одной руки, а другой вплетал свои пальцы в волосы Эрена на затылке, притягивая к себе ближе. Чужая рука неожиданно коснулась шеи Аккермана, на что тот резко отреагировал, сразу пытаясь отпрянуть, а желательно ещё и ударить. В конце концов, если он сейчас вырубит Йегера, то тот может и не вспомнит. Смотреть в глаза Эрену он сейчас просто не мог. Его удержали тёплые ладони, которые теперь как-то находились на его щеках. Его пленили зелёные глаза, затуманенные вовсе не из-за алкоголя. И Леви остался, позволяя языку альфы взять верх над ним. Эрен коснулся его губ, раздвигая их, проводя неспешно под языком, задевая нёбо. Шатен целовал аккуратно и нежно, так же аккуратно держа лицо Аккермана в своих руках. В какой-то момент, омега даже не понял в какой, язык мальчишки как-то по особому коснулся его собственного, и в этот момент у Леви в очередной раз всё внутри рухнуло. Когда воздуха стало катастрофически не хватать, парень отстранился, сразу же прижимаясь своим лбом ко лбу брюнета. — Вы же настоящий, правда? Скажите мне, что это не мой пьяный бред, — слишком нервно и чересчур сильно зажмурив глаза, спрашивал Эрен. — Идиот, — последовало в ответ, а затем Леви почувствовал тяжесть чужой головы на своём плече. А после и тихий шепот парня, вновь переворачивающий у него всё внутри: — Я люблю вас…