Драббл-сборник

Персонажи: Гарри Поттер/Драко Малфой Рейтинг: PG-13 Тип: слэш Жанр: AU, романтика Аннотация: Гарри грустит о том, что придётся встречать Рождество в одиночестве, но так ли это? P.S.: К нему есть отличная песенка БИ-2 - Рождество

***

      Гарри довольно осмотрелся и кивнул самому себе: дом был идеально украшен к Рождеству и оставалось только дождаться любимого мужа из деловой поездки. Везде висели гирлянды и омела, в гостиной стояла большая украшенная ёлка с золотой звездой на верхушке, на камине висели носки, а стол уже был накрыт для праздничного ужина. Драко, правда, опаздывал. Как и обычно, впрочем. Поттер почти смирился с тем, что его дорогой супруг проводит почти всё время в рабочих разъездах и та страсть, с которой он смотрел на него прежде, угасла.       Когда-то они не могли оторваться друг от друга, а ради их свадьбы Малфой даже поругался с отцом. Люциус был категорически против нечистой крови в их семье. Скандал вышел знатный, но Драко наплевал на всё, даже на угрозу выжечь его с семейного древа и лишить наследства (угроза, хвала Мерлину, так и осталась всего лишь угрозой — вероятно, благодаря Нарциссе, для которой счастье сына было на первом месте).       Тогда Гарри был уверен, что их чувства — это навсегда. Они не остынут, не иссякнут и всегда будут для него символом того, что он больше не одинок. Тогда юноша был бессовестно счастлив рядом с таким же счастливым Драко, а спустя три года бывший гриффиндорец вынужден в одиночестве сидеть на медвежьей шкуре перед потрескивающим камином в рождественскую ночь.       Поттер прекрасно знал, что муж, несмотря на все обещания, не приедет, потому что человек, с которым он вёл переговоры, умер (об этом уже успели сообщить все газеты) и срочно нужно заключать новые договора и налаживать контакты. Так же было на его день рождения («Малыш, они устроили приём и я не мог не пойти. Ты же понимаешь»), их годовщину («Чёрт, Гарри, я так устал... А что за праздник, что у нас такой стол?»), день рождения Тедди («Ну ты же поздравил его от нас обоих? Я совершенно ничего не успеваю с этим законопроектом») и т.д. За последний год они почти не виделись, не говоря уже о праздниках.       Малфой всё время был занят, а Гарри вёл собственные дела: занимался спортом, благотворительностью, посещал светские рауты и всячески ограждал супруга от ненужных расспросов и донимания. Поттер привык улыбаться на вечеринках, рассказывая, как у них всё замечательно, как они счастливы вместе и прочее, а в реальности вынужден был возвращаться в пустой дом, скучать и встречать праздники в одиночестве, задаваясь вопросом: куда подевалась их любовь?       Шмыгнув носом, Гарри обнял колени руками и устроил на них подбородок. Почему-то он был уверен, что Драко приедет, несмотря ни на что, как когда-то наплевал на все обстоятельства, чтобы они были вместе. Поттер очень хотел бы, чтобы они действительно были вместе, чтобы опять хотели проводить время вместе, чтобы, как раньше, улыбались друг другу и у него была возможность варить по утрам кофе на двоих, а не гадать, где и с кем его муж. Разумеется, Гарри не подозревал Малфоя в изменах и чём-то схожем, потому что это было ниже достоинства бывшего слизеринца. Если бы Драко надоела их супружеская жизнь или сам Гарри, он бы сообщил об этом прямо, а не отягощал себя бессмысленными тайными интрижками. Впрочем, это совершенно точно не означало, что их былые отношения вернутся, и от этого становилось грустно. И больно.

***

      Драко вошёл в дом и довольно прикрыл глаза. Наконец-то, он дома. Малфой уже и не надеялся успеть к Рождеству, но, хвала Мерлину, он всё-таки успел и может провести время с любимым человеком. Весь последний год ему приходилось всё время находиться вдали от Гарри, инспектируя филиалы компании, налаживая контакты, перезаключая договора и активно занимаясь политикой. Не то чтобы он не замечал, что пропускает уйму событий или всё реже видится с мужем, но не придавал этому особого значения, потому что Поттер его понимал и всячески поддерживал в те их редкие разговоры, которых в течение года становилось всё меньше.       Супруг не упрекал, не скандалил, даже не обиделся, когда он забыл про их годовщину (по-хорошему, Драко бы и не вспомнил, что она вообще была, если бы спустя несколько дней не обнаружил в своей почте поздравление от матери). Любимый только улыбался и качал головой, мол, всё хорошо, это не проблема, но только вот это была самая настоящая проблема, как осознал не столь давно Малфой. Отец вчера написал, что посетит приём в доме сына (вот только сам сын про приём не знал), а деловой партнёр пошутил, что если он продолжит в том же темпе, то его муж заведёт любовника, потому что Драко проще отыскать в Министерстве или офисе компании, чем в собственном доме. Всё это вместе заставило мужчину серьёзно задуматься.       Он любил Гарри, как никогда и никого прежде, любил, кажется, даже больше жизни, потому что не представлял, как жить без него. Не хотел даже пытаться. Потерять его — лишиться всего и не то чтобы Малфой всерьёз полагал, будто любимый найдёт любовника (он слишком гордый для этого), но уйти он вполне мог, посчитав его занятость за холодность. Этого-то Драко и боялся, отчётливо памятуя о том, как тяжело было добиться расположения и внимания супруга.       Поттер, тогда ещё гриффиндорец и студент шестого курса Хогвартса, но уже Национальный Герой, Победитель, обладатель Ордена Мерлина, не бегал от него или вроде того, он просто в упор не замечал всех попыток сблизиться. Малфой ругался, злился, тысячу раз опускал руки, отчаявшись добиться желанного парня, пока до него не дошло (ну ладно, Грейнджер подсказала): Гарри не понимает намёков, не представляя, как строить такого рода отношения. Да и откуда бы у него взялись эти познания, учитывая, что юноша полжизни провёл в чулане под лестницей и никому не было до этого никакого дела. Вот тогда он понял, что все эти громкие титулы и признание молодому волшебнику безразличны, пристальное внимание и фанатическое поклонение его только смущают и раздражают, а собственная сила больше пугает, чем радует. Он был одинок, замкнут и потерян.       С тех пор прошло пять лет, они женаты уже три года и Поттер изменился. Теперь он — уверенный в себе, сильный, состоятельный и привлекательный мужчина, известный спортсмен, очаровательный филантроп и жёсткий политик. Гарри многого добился, но всё равно остался верен тому единственному, что всегда считал по-настоящему важным, — семье. Именно он делал их дом тёплым и уютным, настоящим, никогда не забывал о праздниках и окружал Драко любовью и заботой, которых мужчина боялся лишиться. Малфой когтями и зубами выгрызал своё счастье у поклонников, общества, семьи и даже, мать её, самой судьбы не для того, чтобы потерять его из-за собственной занятости. К чёрту! В конце концов, он просто дико соскучился по любимому супругу.       — С возвращением, сэр, — поприветствовал его домовик, незаметно появившийся рядом.       — Привет, Одри. Где Гарри? — спросил Драко, отдавая ему верхнюю одежду.       — В малой гостиной с камином. Он грустит, — тихо ответил эльф, опустив глаза и хлопнув ушами.       — Догадываюсь, почему, — покачал головой Малфой и стремительным шагом направился в указанную комнату.       Поттер сидел перед камином, обняв колени руками, и неотрывно смотрел на огонь. Драко хорошо помнил, когда впервые застал его в таком состоянии. Они совсем недавно съехались и всё ещё обживались на новом месте. Тогда Малфой проснулся от странного чувства пустоты и обнаружил, что любимого нет рядом. Найти его оказалось несложно: юноша, как и сейчас, сидел перед камином и смотрел в огонь. На тихий, немного робкий вопрос о причине такого состояния Поттер пожал плечами и ответил: «Мне больно, потому что в этот день, семнадцать лет назад не стало родителей, но утром и днём будет много дел, а вечером нужно улыбаться на очередном светском рауте, так что у меня мало времени, чтобы погрустить».       В его глазах блестели слёзы, которые так и не пролились, потому что он не разрешал себе плакать, а может, и не мог, давно выплакав всё, что можно. Он улыбался и только Мерлин знает, как ему надоело эта вынужденная, привычная улыбка. Малфой тогда с каким-то почти шоком осознал, что Поттер грустит не о прошлом, а об упущенном, о том, что так и не случилось. Наверно, именно из-за этого сейчас у мужчины ком стал в горле от того, как одиноко выглядит его муж в большом, украшенном доме.

«У меня мало времени, чтобы погрустить»

      Драко сглотнул и сильно сжал зубы, чувствуя, как напрягаются челюсти. Меньше всего ему хотелось, чтобы Гарри был таким из-за него, потому что в жизни этого человека и так было слишком много всего, больше, чем можно было вынести. Малфой когда-то пообещал... поклялся сделать его счастливым, и он сделает, исправит собственные ошибки, отложит все дела и будет с ним вопреки всему, как когда-то.       — Говорят, грустить в Рождество — плохая примета, — сказал Драко, опершись плечом на косяк двери и улыбнувшись.       Гарри вздрогнул и обернулся, не поверив своим глазам. Тело сработало на рефлексе: мужчина даже не осознал, как вскочил со своего места и обнял мужа, всё ещё не способный поверить своим чувствам и ощущениям, реальности пряного запаха, окружающего со всех сторон, и сильных рук, которые подхватили его, прижимаясь к любимому телу. Сколько раз ему снился такой же сон, который рассыпался в мгновение, но не сейчас. Не в этот раз.       — Драко, ты всё-таки приехал, — прошептал Поттер, сильнее прижимаясь к мужу.       — Я и так слишком много пропустил за этот год, — серьёзно ответил Малфой, утыкаясь носом в вечно лохматые волосы, которые пахли имбирным печеньем (наверняка Гарри сам с ним возился) и хвоей (ёлку ведь тоже сам наряжал).       — Что ты уже вбил себе в голову? — изогнул бровь брюнет, чуть отстраняясь.       Драко на это только усмехнулся и подхватил мужа на руки, направляясь к той самой медвежьей шкуре. Сложно сказать, как Поттер умудрялся всегда безошибочно угадывать его состояние, но он это делал, подтверждая, что когда-то давно блондин не ошибся, влюбляясь в него. Не то чтобы это действительно произошло так уж осознанно, но ему нравилось думать, что контролировать можно всё.       — Просто подумал, что если я и дальше буду всё время на работе, то ты уйдёшь, — признался Малфой, укладываясь на шкуру, а супруга усаживая себе на бёдра.       — Придурок, — резюмировал Гарри и покачал головой. — То, что я скучаю без тебя, ещё не означает, что я уйду. Совсем даже наоборот, чтоб ты понимал. С другой стороны, я не откажусь от извинений, — он подмигнул и, наклонившись, поцеловал мужа.       Малфой отвечал жадно, напористо, по-собственнически, заявляя на него свои права, скользя ладонями под чёрную футболку и в шёлковые волосы. Губы у него были жёсткими и нежными, в отличие от искусанных губ Поттера, который, как и всегда, растворялся в их поцелуе, в запахе и силе возлюбленного, в том, как красиво сочетается их магия. Это ли не рождественское чудо?       — Шантажист, — выдохнул Драко, глядя в магнетические зелёные глаза.       — Мой муж — слизеринец, чему ты удивляешься? — хохотнул Гарри.       — Я люблю тебя, — признался Малфой и снова поцеловал супруга.       На улице падал снег, освещённый фонарями. Где-то смеялись влюблённые парочки, семьи сидели за праздничными столами, а двое любящих сердец снова бились в унисон. Так это ли не чудо?