Глава 25- Скоро рассвет.
18 февраля 2017 г., 22:06
Примечания:
Вот и долгожданная глава. Прошу прощения у всех за очень долгую задержку. Я сразу говорю, что этот фик я доведу конца. Немного терпения вам, и свободного времени мне. Перед прочтением прочтите последние 2-3 главы, чтобы освежить память. Всех люблю. Ваша KOVELLA.
Костёр полыхал, но полено кончалось; Все спали. Звёзды от других отличались Сильней, чем свеченьем, казавшимся лишним, Способностью дальнего Смешивать с ближним.
***
Когда пятилетнему ребенку больно, он поднимает шум на весь свет. В десять лет он тихо всхлипывает. А когда вам исполняется лет пятнадцать, вы привыкаете зажимать себе рот руками, чтобы никто не слышал ни звука, и кричите безмолвно. Вы истекаете кровью, но этого никто не видит. Вы привыкаете к отравленным плодам, растущим на дереве вашей боли. У людей есть шрамы. Шрамы, говорящие о тебе. О том, что действительно может принести тебе боль. О том, как много ты перенёс. И о том, как всё это сделало тебя сильней. Боль, которую ты переносишь в период какого-то времени, закаляет тебя. Твое сердце становится стальным, а взгляд непроницаемым. Но иногда страдания — это просто страдания. Они не делают тебя сильнее, не закаляют твой характер. Они просто причиняют боль.***
— Беллами, — слышится голос за спиной. Я быстро поворачиваю голову, по пути затягивая ремень автомата, готовый отправиться в путь. Если бы не оттолкнул её от себя в тот день, то она была бы сейчас рядом. Здесь и в безопасности. Я хотел уберечь её. Уберечь от всего, что может навредить ей по ту сторону забора. — Беллами. — Миллер? — я непонимающе смотрю на него. У него очень усталый вид. Глубокие тени под глазами. Отросшая щетина. И его глаза, нервно бегающие по моему лицу, будто он боится продолжить. — Нейтан? — снова отвлекаю его, и чувствую, как по спине пробегает холодок. — Пройди в… — голос Миллера дрогнул, — в зал. — Что произошло? — Просто зайди. — Что случилось, Миллер? Нам уже нужно выдвигаться к Ледяной Нации, и с Кейном мы уже всё решили, — я начал быстро тараторить, потому что страх сковал меня. Вдруг из комнаты заседаний послышался душераздирающий вопль. Мы с Нейтом сразу же спохватились и рванули на крик. Запыхавшийся, я влетел в комнату: — Что стряслось? — заорал я. Кейн прижимал Эбби к себе, а та сотрясалась в рыданиях. — Эбби? Кейн поднял на меня глаза, наполненные болью. И от этого взгляда что-то внутри оборвалось. Сердце сжалось, и, кажется, я впервые в жизни начал молиться. Молиться Богу, чтобы это было не то, о чём я подумал. Эбби, вцепившись руками в волосы, кричала что-то неразборчивое. Я смотрел на Кейна и мысленно умолял его не сказать этих трёх слов. Трёх ужасных слова. От которых хочется выть побитым волком и разбивать руки ударами об стенку. Кричать и рвать на себе волосы. От трёх самых страшных слов в моей жизни. «Они убили её», — вот я что боялся услышать больше всего на свете. Я был готов выбежать из зала и заткнуть уши руками как маленький ребенок, чтобы смысл слов не дошёл до меня. — Беллами... — прошептал Кейн. — Моя девочка, — задыхалась в рыданиях Эбби, — моя маленькая девочка! И тогда кровь отхлынула от моего лица, и я не помню, как вообще устоял на ногах. — Они… они прислали, — Кейн сглотнул и, не в силах больше что-либо говорить, лишь покосился на мешок в дальнем углу комнаты, и еще сильнее прижал Эбби к себе. Я бросил взор, на темно-коричневый мешок, забрызганный кровью, в углу комнаты. Вцепившись рукой в спинку стула, я не мог отвезти взгляда от ткани. Шумно опустившись на стул, я почувствовал, как солёная слеза скатилась по щеке. Резким движением ладони я вытер её, продолжая тереть лицо до красных пятен, потому что осознание того, что она мертва так и не дошло до меня.***
Мерзкий запах крови и заржавелых цепей стоял в комнате. Юга кидала ножи в отметину на стене. Она вновь взялась за рукоятку очередного острого лезвия, но послышалось скрипение дверей. Она резко развернулась на пятках и запустила нож. Лезвие вонзилось в стену за сантиметр от головы входящего Ламенстора. — Ты, — проговорила она и жестом разрешила войти. Ламенстор нервно сглотнул, покосившись на нож около него, и прошел вглубь зала. — Еще не очнулась? — спросил он, разглядывая стол впереди. Но из-за рыжей головы ему не было видно саму блондинку. — Лекарь обещал, что она проснётся еще три часа назад, — процедила Юга. Предатель не спеша подошел к холодному гранитному столу, на котором лежало тело. Он бережно поправил ей волосы и пробежался глазами по израненному телу. На свитере светлого оттенка не осталось ни грамма белого цвета. Он весь был окрашен либо кровью, либо грязью полов, на которые она падала. И неожиданно в голову Ламенстору пришла мысль: «Действительно ли она заслуживает всего этого?». Но он быстро отогнал её и краем глаза покосился на Югу. Ламенстор хотел было разорвать свитер на уровне её живота и подняться чуть выше, чтобы посмотреть на сколько сильно она покалечена. Как только он взялся за края одежды, то почувствовал резкий удар по рукам. — Не тронь её, — процедила Юга. — Ты ведь обещала мне её, — хмыкнул тот. — В живом состоянии и с открытыми глазами. — Может, позвать Лэн и попробовать снова… — закончить он не успел, так как Юга резко схватила его за воротник, и прижала к стене. Послышался звук падающего подсвечника. — Ты думаешь, что умнее меня? — она с прищуром разглядывала Ламенстора. — Н-н-ет. Юга лишь сильнее дернула его. — Нет, Правительница Клана Наездников. — Тогда я даже не желаю слушать твоих идей, или ты хочешь, чтобы я отдала эту потаскушку на распоряжение воинам? — она зло улыбнулась. — Забыл, как вымаливал у меня, чтобы я отдала её тебе? — Нет, Юга. — Тогда больше ни слова, Ламенстор, — она отдернула от него руки, и продолжила, как ни в чем не бывало, — ты отослал голову Фреда им? — Да. — Эти идиоты сначала подумают, что это голова Небесной, — усмехнулась та.***
Сквозь чёрную непроглядную тьму, я поежилась. Спину жутко ломило от того, что я лежала на жёсткой и ужасно холодной поверхности. Где-то вдалеке я услышала голоса этой рыжей суки и кого-то еще. Вариант прикинуться мёртвой не пройдёт. Вариант убить Югу не пройдёт. Вариант сбежать.… Из этой комнаты выбраться невозможно. Но вряд ли меня выведут отсюда. Всё тело болело, щипало и выворачивало от нескольких порезов на руках и шее, от многочисленных ударов и пощечин. Я испустила шумный выдох и распахнула глаза. — Очнулась, — я услышала шаги в свою сторону. — Поднимайся. Я облокотилась на руки и с большим трудом приняла сидячее положение, игнорируя тупую и ноющую боль во всех частях тела. Юга несколько минут внимательно смотрела на меня, затем едва заметно улыбнулась. — Ты не отделаешься легкой смертью, Небесная, — она выдохнула это мне в лицо, — ты будешь захлебываться в собственной крови и молить, чтобы я прекратила это, — она оголила ряд нижних зубов, злобно усмехнувшись, — но я не прекращу. — Не обнадеживающе, — проговорила я, не прерывая зрительного контакта. — Поднимайся, — дернула она рукой, и только тогда я заметила, что здесь находится Ламменстор. Опершись на руки, пытаясь опуститься на ноги и пройти, куда мне велят, придерживаясь за гранитную поверхность, я встала на ноги, но в мгновении их пронзила такая слабость, что, шумно выдохнув, я рухнула на пол. — Слабая, — процедила Юга, — слабая и жалкая. Она подошла и пнула по руке, на которую я облокотилась, чтобы встать. От этого жеста я повторно повалилась на пол. — Слабая и жалкая, — вновь повторила Юга, — забирай её, Ламенстор. — Что?! — мои глаза вновь округлились. — Нет-нет, я не отдаю тебя насовсем, — она улыбнулась, — завтра мы снова встретимся, — с этими словами она скрылась за огромными и ржавыми дверьми. — Не тронь меня! — завизжала я, как только он оказался очень близко ко мне. — Я обещаю не делать тебя больно, — пролепетал он, — если ты будешь вести себя покорно. — Покорно?! — заорала я. — Не приближайся! Я начала ползти назад, чтобы ухватить какую-нибудь вещь и ударить его. Но какого было мое разочарование, когда спина уперлась в этот ненавистный стол. — Тихо, — спокойно проговорил он, протянув ко мне руки. Я засунула свою ноющую боль, свое ужасно ломящее тело и кружащуюся голову куда подальше. Сейчас нужно было бежать. Другого момента не будет. Главное — избавиться от этого ублюдка и бежать. У тебя получится, Гриффин. У тебя получится. Плотно сжав челюсти, я напрягла ногу и что было мочи пнула того в грудь. Ламенстор отшатнулся на пару шагов, и его глаза злостно сверкнули. — Я сказал тихо! — уже громче проговорил он, и мою щеку обожгла пощечина. На миг я потеряла самообладание от удара, меня покосило в сторону и я припала на руки. — Поднимайся, — приказал он. Я лишь пыталась сфокусировать зрение и вернуть ориентир. — Поднимайся! Я сразу подняла на него голову и встретилась со злым и яростным взглядом. — Тебя за волосы протащить? — Я не могу подняться, — прошептала я. — Встань! — Я не могу! Мои ноги не удержат меня и… — Как ты меня достала! — он резко схватил меня за волосы и дернул, отчего я непроизвольно закричала. — Мое обещание насчёт не делать больно больше не действует. — Отпусти меня! Отпусти! — кричала я от дикой боли в области головы и затылка, но тот лишь сильнее сжимал копну белых волос и тащил меня к дверям. — Заткнись! — Я убью тебя, Ламенстор! Ты за всё заплатишь! — кричала я, задыхаясь в слезах, пока тот не дошёл до своей комнаты. Он швырнул меня на ковёр, а сам закрыл двери на защелку. Я быстро бегала глазами по комнате, ища предметы, которыми можно его ударить. Заметив тумбочку со статуэткой, которая на вид кажется очень мощной и тяжелой, я поползла в её сторону. В сторону окна. Но тут Ламенстор резко схватил меня за ногу и оттащил еще дальше от тумбы. — Далеко собралась? Он перевернул меня на спину. Я начала отбивать его руки от себя и кричать слова проклятия. Снова тяжелая затрещина прошлась по моему лицу. Ламенстор хватает меня за обе руки и тащит к кровати. — Я предпочитаю на кровати, — проговаривает он, — что насчет тебя? Как тебя трахал Беллами? — Заткни свою пасть! — он резко пихает меня в грудь, отчего я падаю навзничь на кровать. Ламменстор заваливается сверху, сдавливаю ногами мое тело, так что я почти обездвижена. Только руки в моем распоряжении. Мне удается ударить его по лицу. — Если ты не прекратишь, мне придётся тебя связать, — он наклоняется ближе и шепчет мне это. Я быстро ориентируюсь, схватив его за затылок, надавливаю большими пальцами на глаза. — Сука! — кричит он, пытаясь убрать мои руки. — Тупая дрянь! Я живо сбрасываю его с себя и бью кулаком прямо в лицо, чтобы он не мог разглядеть ничего какое-то время. Ламенстор заваливается на кровать и кричит, держа свое лицо в ладонях. Я быстро соскакиваю с кровати и хватаю ту самую статуэтку. Тяжелая. То, что надо. Он снова приближается ко мне. По его лицу стекает струйка крови из-за моего удара кулаком. — Знаешь, — он не спеша подходит, — ты мне уже чертовски надоела! С этими словами он набрасывается на меня. Ставит мне подножку, отчего я заваливаюсь на пол, и статуэтка откатывается от нас. Ламенстор нависает сверху и разрывает мой свитер от правой кисти до плеча. Я брыкаюсь, пытаясь скинуть его с себя и дотянуться рукой до статуэтки. Еще чуть-чуть! Ламенстор скидывает с себя шкуры животных. Еще немного! Он кусает мою шею грязными и похотливыми движениями, причиняя боль. Ну, давай же! Кряхтя и проклиная, я нащупываю пальцами руку статуэтки и, ухватив её, наконец, сжимаю заветную вещь во всю ладонь. Поднимаю её и резко бью по голове Ламенстора. Он издает животный рык и падает навзничь на пол. Я живо поднимаюсь на ноги. Ковер под ним окрашивается в бордовый цвет. Прикладываю два пальца к его шее. Пульса нет. Ламенстор мёртв. Пора выбираться отсюда. Быстро бегу к окну. Распахнув балконную дверь, прикидываю, что этаж этак десятый. Давай, Гриффин! Ты справишься. Всё получится. Сделав контрольный выдох, я перекидываю одну ногу через перила балкона.***
— Ледяная Нация заняла свои палатки, — спокойно говорил Кейн. — Отлично, — проговорил я, продолжая чистить свой автомат. — Я слышал мелкие детали вашего разговора, — начинает канцлер. — Ничего не говори сейчас, Маркус, — одним движением руки я заставил его замолчать, — если они что-то сделали с ней… — И что вы собираетесь делать? — Кейн подставляет стул и садиться на напротив. — Сначала мы найдем Кларк, — я верчу автомат перед светом, оценивая свою работу, — затем вырежем поголовно Клан Наездников, план прост. — А что насчет Луны? Полиса? — Её согласие мне не требуется, — я передергиваю плечами, — мы отправимся туда. — Так, как ты и говорил? — Да, Маркус. Я не хочу слышать никаких других слов, потому что уже всё решено. — Кажется, впервые в жизни я согласен с тобой, — Кейн кивает скорее самому себе, — и не могу ничего возразить. Я лишь понимающе киваю. — Но как вы собираетесь искать Кларк? — Она жива, Маркус. И мы найдем её, — мои челюсти сжимаются, как только я допускаю мысль о том, что с ней могла сделать Юга. Я всё ещё чувствую свою вину перед Кларк. Из-за того, что оттолкнул её. Я думал, если отгорожу её от себя, то отгорожу от всего. — С ней всё будет хорошо, Беллами, — ободряюще произносит Маркус. И почему-то за такой короткий срок отсутствия Кларк Гриффин, мне хочется ему верить. Я прошёл в кабинет к Рейвен, которая беспрерывно вела наблюдения с дрона и сравнивала все записи с разных ракурсов. — Есть что-нибудь? — в который раз за эти дни я снова заглянул сюда. И снова Рейс ответила мне лишь слабым покачиванием головы. Я устало опустился на выцветший диван, прокручивая все планы. Юга дала повод для нападения. Юга посмела угрожать жизни одного из лидеров Аркадии. Посягнуть на Гриффин. И Юга сама подписала себе смертный приговор. Ледяной Клан на нашей стороне. С их силой и нашим оружием от Клана Наездников не останется и следа. — Беллами! — внезапно восклицает Рейвен. Я резко соскакиваю с дивана и подбегаю к её мониторам. — Что? Нашла что-нибудь?! — Я сканировала память дронов и обнаружила на одном из них двух движущихся лошадей, — она быстро перебирала пальцами по клавиатуре, — я могу проследить их путь, потому что один из дронов постоянно снимал их направление боковой стороной. Чёртовы тупицы! — воскликнула Рейес. — Давай, Рейвен, — от переполняющих эмоций я схватил её за плечи, — давай, родная! — Теперь уйди и не мешай, — беззлобно проговорила она. Я знал, что Рейвен не меньше моего хочется встретить Кларк, потому что она до сих пор чувствует вину перед ней. — Миллер, поднимайся! Прием! — сразу же закричал я в рацию. — Да? Что стряслось, Блейк? — Собирай отряды, — проговорил я, — мы скоро выдвигаемся.***
Мои руки соскальзывают каждый раз, когда песок обсыпается с углов стен. Я проговариваю слова проклятия, но стараюсь держать себя в руках и не вскрикивать. У меня остается не так много времени. Двадцать минут до того, как они сломают запертую дверь Ламенстора и примерно еще час на поиски в лесу. К этому времени я уже буду должна быть очень далеко отсюда. Только я понятия не имею, куда идти и в какой я стороне от Аркадии. Потому что половину поездки сюда я была в отключке. Но главное сейчас выбраться отсюда. Быть далеко от этого места, а уже потом искать куда идти. — Чёрт! — выдыхаю я, когда нога соскальзывает с узкого каркаса. Я прошла центральный вход и сейчас я вроде бы с западной стороны. Отсюда не видны ни охранники, ни люди, ни фонари. Замечаю лишь какие-то маленькие улочки, по которым могу выбраться отсюда. Давай, Гриффин! Сейчас я на пятом этаже. Нужно лишь спуститься на землю, а уж потом выбраться по этим проходам. Аккуратно спускаю ногу на заржавелый металлический козырек. Сейчас нужно просто отпустить руки и перехватиться за выступ пониже. Убеждаюсь в устойчивости козырька и спокойно опускаю на него обе ноги. Медленно отпускаю руки и нащупываю нижний выступ. В ночной тишине, кажется, слышно лишь мое отрывистое дыхание. Нервно бегаю глазами по несчастной стене, боясь упасть. Один неверный шаг, и я падаю с пятого этажа. Внезапно я чувствую, как ступни начинают терять опору, потому что старый, обветшавший козырёк стены, на который я поставила ноги, отсоединяется от дома и начинает устремляться вниз. — Нет! — визжу я, пытаясь ухватиться за что-нибудь руками, но в ответ мне лишь сыплется песок и известка. Теряю опору и лечу стремглав на землю. При падении издаю гортанный выдох, больно приземлившись и ударившись и без того больным телом. Все раны снова начинают саднить. Перед глазами все плывёт от резкого удара затылком, и я удивляюсь, как еще не сломала себе шею. Рана на внутренней стороне запястья там, где проходят вены, снова открылась и кровь хлынула новым потоком. Лишь плотно сжав губу от боли, я заткнула порез рукой и быстро на хромавшей ноге побрела в сторону погруженных во тьму улиц. Слышатся шаги караульных, и я стараюсь идти максимально тихо. Но с рассеченной рукой, хромой и ушибленной ногой, это удаётся с трудом. Я не помню, сколько я шла. Помню только, когда я вышла из катакомб тёмных улиц, где-то вдалеке послышались крики, а это значило только одно. Они нашли тело Ламенстора и теперь отправятся искать меня. У тебя нет времени, Гриффин! Еще плотнее прижав ладонь к запястью и затянув повязку из собственного свитера на кровоточащей ноге от порезов Юги, я перешла на бег. Морщась от ужасной боли во всем теле, я старалась бежать сквозь чащу леса. Спотыкаясь об корни деревьев, падая на землю, затягивая повязку и снова поднимаясь, я бежала по лесу. Смотрела под ноги, чтобы не угодить в ловушку. И я теперь просто понятия не имела как выбраться отсюда. Кругом лес. Без конца и края. И уж скорее меня найдут Наездники, чем я доберусь до Аркадии. Постепенно я чувствовала, как силы покидали меня, а моя ладонь, сжимавшая руку, все быстрее и быстрее покрывалась кровью. Повязка на левой ноге уже целиком окрасилась в красный цвет, и брюки, некогда бывшие зелёными, так же приняли бордовый окрас. Я выбежала в поле. Здесь не росло деревьев. Я выбежала в центр и упала, не в силах больше встать. Все тело ужасно болело. Упав, я попыталась осмотреть кровоточащую руку. Нужно было срочно обработать и зашить её, иначе последствия могут быть неблагоприятны.***
— Я вижу какое-то движение на окраине поляны! — твердит Рейвен мне в рацию, пока я сворачиваю в сторону объекта. — Держите направление туда, Беллами. — Держите оружие наготове! — кричу я отряду из парней, сидящих в заднем отсеке джипа. Мы быстро выворачиваем на пустую поляну. Благодаря свету фар, я замечаю некое движение. — Никому не двигаться! Будьте наготове! — твержу я, выходя из машины. — Если что, открыть огонь на поражение! Направив автомат на непонятное существо, я начал приближаться к нему. — Стой где стоишь! — закричал я. Он может знать, где Кларк. Непонятный объект, который я не мог разглядеть сквозь темноту, покачиваясь, поднялся на ноги. — Стой на месте! — повторно прокричал я. — Беллами? — я не расслышал, что именно он проговорил. — Стоять! — я приготовился стрелять, если он побежит в нашу сторону. Стрелять по ногам. — Беллами?! — уже чуть громче прокричал силуэт, и я смог различить такие знакомые нотки в голосе. — Кларк! О Боже! Опустить оружие! — закричал я отрядам. — Передайте в Аркадию, что мы нашли её! — Беллами! — снова прокричала она, упав на землю. Я бегом приблизился к ней. Кончики её белоснежных волос окрасились красным. Весь свитер был порван. Повязка на левой руке, сплошь окрашенная кровью. Рана на ноге, и стекающее бордовые струйки крови по ней. — Кларк! — я мигом опустился на колени перед ней. — Моя, Кларк. Я живо сгреб её в охапку и прижал к себе, стараясь не причинить боли. — Я убью её! — твердил я. — Мы уничтожим этот жалкий клан и всех его жителей. — Беллами, — шептала она, уткнувшись мне в плечо. — Всё хорошо, Принцесса. Я рядом, ты в безопасности.***
Эбби зашила руку Кларк, пока та была под наркозом. Она сразу отключилась в машине. На протяжении всей операции я находился рядом с ней. Ребятам из отряда я разрешил немного отдохнуть. Завтра будет тяжёлый день. И я уверен лишь в одном, Кларк больше никогда не будет грозить опасность. Потому что я испытал те чувства, если бы потерял её. Я не могу такого допустить вновь. Если придётся, я прикую её наручниками и запру дверь. Рейвен, Октавия, Монти, Харпер, Джаспер, Финн и Линкольн уже все побывали в её палате. Навестили её и расплакались от того, как сильно она всех их перепугала. — Она очнулась, — Эбби вышла из операционной, устало потирая руки. Я лишь кивнул, сгорая от желания быстрее увидеть блондинку. — Беллами, — Гриффин-старшая положила свою руку на мое плечо, — спасибо тебе. — Кларк, — я рывком сел около её кровати. Она выглядела очень уставшей, но всё равно ей удалось выдавить улыбку. — Не очень и гостеприимны эти наездники, — попыталась пошутить Гриффин. — Никто больше не причинит тебе вред, — я сжал её руку и приложил к губам. — Прости меня, Кларк. За тот день. Когда я вел себя как мудак. Я думал если отгорожусь от тебя, если я… — Тише, — она провела здоровой рукой по моим волосам, — ничего не говори, я давно тебя простила. — Я не могу тебя не любить, Кларк, — полушепотом говорю я, — я стараюсь, но не получается. Я не могу не желать тебя, я знаю, что без тебя я умру. Она лишь приподнимается на локтях, морща нос и игнорируя боль во всем теле. — Иди ко мне, — она откидывает край одеяла. Я скидывая с себя куртку, обувь и забираюсь на старую больничную койку. Обнимаю её дрожащее тело и утыкаюсь туда, где шея переходит в плечо. Вдыхаю свой самый любимый запах. Запах Кларк. Чувствую, как её тело расслабляется и тяжелеет, погружаясь в сон. И от этого чувства я сам постепенно засыпаю.
