The Sun, Moon, Sky.

Тяжкая ночь без сна не могла стать препятствием для Лучезарной принцессы, пробуждавшей ото сна всех пони на протяжение веков. В одном из главных залов дворца, испещрённом самыми разными предметами утвари, украшениями и прочими удобствами, распахнулись могучие, крепкие двери, выпиленные из лучшей древесины в Эквестрии и украшенные столь же изящно, как и зала. Ночная тишина, повисшая в помещении, была потревожена и развеяна медленными, уверенными шагами, ступавшей по прекрасному мраморному полу пони. Слегка покрасневшие от недосыпа белки глаз, а так же две дуги синяков чуть ниже век нарочито выдавали сильную усталость властительницы большой страны. Время неумолимо неслось, а часы, вторя ему, громко тикали, указывая на скорое вступление дня в свои права. Селестия вышла на просторный балкон. Ещё прохладный ночной воздух обдал её тело, заставив в наслаждении прикрыть глаза. На мгновение она начала сожалеть о том, что нужно прервать сие царствие ночи, прогнав тёмную пелену ночного неба, воззвав к синеве дневного небосвода. Но её судьбой было вести всех пони за собой к свету, прогоняя тьму, оберегая своих подопечных. Быть может такое самомнение и выглядит слишком напыщенно, но всё выглядело для принцессы именно так. Долгое время стояла она на страже покоя своих любимых пони, постоянно думая об их благе и делая всё, что можно для их благополучия. Абсолютно всё. Золотое свечение объяло рог принцессы-аликорна. Медленно и не хотя светлый диск Луны стал опускаться, уходя за горизонт, а на его место так же плавно и грациозно восходило Солнце, одаривая тёплыми лучами Эквестрию. Старинный, зачарованный телескоп, стоявший, как и всегда на своём месте, смотрелся со стороны мудрой правительницы немного неказисто и неправильно. Видимо, недосып способен заставить неверно функционировать даже могущественного аликорна. Но наблюдение за вверенным ей миром было слишком важной задачей, препятствовать которой недосып не имеет права. Но было кое-что ещё, не менее затрудняющее выполнение своих обыденных обязанностей как правителя. Ночной визит старого знакомого не оказал бы сильного влияния, ведь дракониус всегда очень любил показать себя, особенно глумясь над высокими чинами, посягая и на принцесс тоже. «Кажется, Дискорду тоже нездоровится в последнее время. Ха-ха. У него коленки дрожали, когда он говорил о нём.» — с лёгкой улыбкой на измученной бессонницей морде думала Селестия, медленным шагом приближаясь к телескопу. Едва успела она примкнуть глазом к окуляру, как позади раздались громкие шаги копыт и тяжёлое дыхание запыхавшегося бойца, а так же звон свалившегося закрытого шлема, звонкое ударившегося и отскочившего от мраморного пола. Отвлёкшись от телескопа, аликорн вошла в зал и увидела в нескольких метрах от себя, валившегося с ног бэтпони. Кажется, он проделал большой путь, рвавшись попасть к Солнечной принцессе. Сбившееся затяжного полёта и от спринта дыхание не давало ему выдавить и слова, сколько бы усилий он не прикладывал. Селестия дала ему время отдышаться, тем временем внимательно осматривая его: это был средней комплекции жеребец, у него была серая шерсть, заострённые перепончатые крылья, жёлтые кошачьи глаза, а на ушах виднелись две небольших пушистых кисточки. Доспехи, в которые гость был облачён, явно не подходили по размеру, слегка комично крепясь на одном лишь добром слове. Выражение его морды было явно неуверенным, а в глазах читалась мольба о помощи. — Что же привело тебя сюда? — дала ему слово Селестия, приметив двух кантерлотских стражников, стоявших около дверей в зал, не решавшихся войти, но желавших слышать разговор. — Прошу прощения. — начал неуверенно жеребец. — Принцесса Луна не появилась в своих владениях в конце своего караула. Это обеспокоило нас, поэтому мы вынуждены были потревожить вас. — Значит, сестрица решила поиграть в прятки? — с лёгкой усмешкой произнесла Солнечная принцесса, со снисхождением глядя на фестрала. — П-прятки? — недоумевая сказал юный стражник Лунной принцессы, удивлённо глядя на старшую правительницу Эквестрии. — Видимо, она устала и решила спрятаться, чтобы отдохнуть немного. Или много. — продолжала вести диалог пони. — Нам начать поиски, ваше Светлейшество? — в зал вошёл самый храбрый из стражников. — Это не имеет смысла. Если сестра решила спрятаться, то никто не найдёт её. Даже я. Нужно просто ждать. — отмахнулась Селестия. — А тебе стоило бы пойти и успокоить своих друзей и просить терпения. — вновь обратилась она к неожиданному гостю. — Х-хорошо, я поспешу вернуться и навести порядок. Прошу прощения за беспокойство. — откланявшись, жеребец подхватил шлем и, небрежно надев, сбежал из зала. Остальные стражники, видимо, решили последовать его примеру и удалиться, вернувшись на свои посты. Старшая из сестёр устало зевнула, вновь выйдя на балкон. Пропажу сестры она заметила сразу же, как только не застала её за телескопом. Причина была ясна как день, но понять мог лишь крайне узкий круг тех, срок чьих жизней исчислялся веками. «Это может стать для тебя ещё большим ударом, чем для меня. Да, моя милая сестра?» — с сожалением в голосе разговаривала она сама с собой, продолжая следить за пробуждавшейся ото сна страной. Тем временем где-то далеко от Кантерлота, в небольшой обсерватории царила атмосфера непринуждённого чаепития. В уютной комнате для отдыха сидели два пони — милая владелица обсерватории, утопавшая в мягком кресле, а на против недавно пожаловавший гость, свалившийся с небес. Та напряжённость, витавшая в воздухе двадцать минут назад, испарилась. Шейди слишком редко удаётся с кем-то пообщаться, а Люцис оказался совсем не таким, каким выглядел сначала. Спокойный и уравновешенный, он сидел, держа маленькую чашечку чая, выслушивая различные мысли своей собеседницы, выпившей от возбуждения уже несколько чашек. — Звёздное небо — моя страсть! Там столько всего неизвестного, каждый день я обнаруживаю всё более удивительные вещи, сразу же занося их на карту или же в справочник. — слегка раззадорившись возможностью с кем-то поговорить, рассказывала кобылка. — Часто ты покидаешь обсерваторию? Здесь рядом есть замечательный городок. Уверен, ты выбираешься туда время от времени. — Сказал Ноктис, сделав глоток чая. — Я покидаю свой дом раз в неделю, чтобы пополнять запасы, а так же получать своё жалование… Видишь ли, астрономия это не просто моё хобби. Это — моя работа, за которую мне платят из государственной казны. Принцесса Селестия очень печётся о науке. — Наверное, часто чувствуешь себя одинокой? Сидеть здесь, постоянно наблюдая за небом, даже не обмениваясь ни с кем парой словечек, наверное, очень тяжело. — с лёгкой ноткой сожаления в голосе сказал пегас, разглядывая свой безжизненный холодный взгляд, отражавшийся на поверхности чайной глади. — Да. — с тоской ответила Старгезер, поставив чашку на столик. — Иногда мне кажется, что единственное, зачем я пришла в этот мир — строить звёздные карты. Не достойна ни друзей, ни любви, ни счастья. — Ну не стоит так думать и позволять столь ужасным мыслям забивать свою голову. — спохватился жеребец, заметив, что звёздочёт уже собиралась заплакать от нахлынувших чувств. — Тебе просто стоит найти тех, кто будет разделять твои взгляды и восхищаться тем же, чем и ты. Почаще выходи погулять. Найди друзей, что будут поддерживать тебя. — Где же мне их найти, если я, буквально, прикована к обсерватории? Я должна постоянно следить и отмечать изменения. Иначе кто, если не я? — Хм. Давай я стану твоим первым другом, раз уж свалился тебе на голову как снег? Я тоже люблю звёздное небо, нахожу ночь крайне привлекательной. Быть может, мы похожи и в чём-то ещё? — Не так уж и много общего, пока что. — Шейди неловко улыбнулась. — Но мне приятно, что кто-то хочет стать близким мне пони. Спасибо. Кстати, насчёт твоего падения — как так вышло? Ты выглядишь очень умелым и сильным пегасом. Почему упал? — Как ты знаешь, пегасы летают не только за счёт силы своих крыльев. Любой пегас владеет магией полёта. Моя вот очень слаба, и часто я не справляюсь. В этот раз посчастливилось рухнуть рядом с твоим домом. Извини, что напугал. — кольт сделал небольшую паузу, так же поставив чашку.- А ты хороша в магии? — Я? Ну. — Старгезер замялась, вопрос был неловким для неё, а тема магических способностей была не самой приятной. — Я знаю несколько полезных заклинаний… Особо развивать умения мне некогда. Люцис замолк, обдумывая что-то. Кобылка сначала ждала смеха и осуждений за свою нелюбовь к магии, но не дождавшись этого, начала удивлённо всматриваться в задумчивого жеребца. По нему так и читалось, что мысли были тяжёлыми. Пребывая в размышлениях, пегас, как подметила для себя звёздочёт, был необычайно красив. Очарованная его видом, она заворожённо продолжала рассматривать черты своего гостя, но была ошарашена следующим неожиданным вопросом. «Пойдём ко мне домой?» — произнёс Ноктис, переведя холодный взгляд на кобылку, которая впала в ступор. В голове бедняжки первые несколько секунд стояла абсолютная тишина, казалось, что каждый нейрон мозга замедлился, набираясь сил для следующего рывка. Прошло ещё мгновение неловкого молчания. Жеребец уже начал сомневаться в необходимости этого вопроса, да и всей затеи, что родилась у него в голове. В голове Шейди же забурлил фонтан мыслей, кровь резко прилила к миловидной мордашке, залив всё краской. Кобылка буквально вжалась в мягкую спинку кресла, недоумевая глядя на своего собеседника. «К нему домой? Зачем? Неужели я ему так приглянулась? А почему не здесь? Ему уютнее у себя дома? Аромат своей постели приятней, чем чужой? Может, он принимает какие-то препараты? Стоп, а как давно я принимала душ? Ой, я же совсем неухоженная!» — мелькали мысли, словно атомы газа в маленьком сосуде. — Я…Я…- не могла выдавить и слова кобылка. — Прости, не хотел тебя так смутить. Слишком часто вытворяю глупость, извини. — засуетился Люцис, замахав копытами, показывая всем своим видом, что сморозил ерунду. — Нет, что ты. — всё ещё заливаясь краской сказала Шейди — Я согласна сходить к тебе, если тебе хочется. Мы же теперь друзья, я должна доверять тебе. Наверное. — Спасибо. — воодушевившись поблагодарил жеребец. — Мне нужна твоя помощь в одном очень деликатном деле. — В каком деле? — тяжело сглотнув, продолжала всё больше волноваться Старгезер. В голове молодой пони продолжали созревать всё более пошлые и извращённые мысли, которые постепенно начинали ей нравиться. — Когда выдвинемся в путь? Мой дом в нескольких часах полёта, пешкой уйдёт около дня. — Размяв слегка затёкшие косточки, констатировал кольт, игнорируя вопросы кобылки. — А, ну, мне нужно пару часов на сборы. Я не готова идти прямо сейчас. — кобылка потупила взгляд, чувствуя себя виноватой. — Ладно. Я пока пойду полетаю вокруг, а то всё тело затекло, пока сидел. — сказав это, кольт не стал дожидаться ответа Шейди и вышел из комнаты, оставив её наедине с самой собой и своими слегка похабными мыслишками.